Амнезия

      Перед дверью в палату я замер в нерешительности. Что мне говорить? Не знаю. Пока что я для Даши всего лишь незнакомец. Но была не была. Я же хочу вернуть ей память.       — Кхем, можно? — постучал я по деревяшке и чуть приоткрыл дверь.       — Да, заходи, — донесся мелодичный голос.       Уже на ты. Отлично. Хоть какие-то проблески надежды. Но мне то это ничего не даст. Я уже свыкся с мыслью, что Даша меня забыла.       — Привет, — я зашёл в палату. — Женя занят немного, попросил меня довезти тебя до дома.       — Тогда пошли, Алексей Петрович* меня уже отпустил.       Девушка улыбнулась, но совсем не той улыбкой, которую я жду. Она меня боится. И даже не сильно скрывает это.       Я молча подхватил легкую сумку. Наверняка в ней кроме косметики и телефона нет ни черта. И все-таки за Дашу я слишком сильно переживал. Никто не знает, чем могло закончиться то происшествие.       Мы покинули больницу, не забыв попрощаться с Алексом, и сели в мою машину, ключи от которой я предусмотрительно забрал у Позитивного. Даша молчала и все выискивала в телефоне какой-то номер. Она приложила телефон к уху, но абонент оказался не доступен (это я услышал).       — Что, трубу не берет? — аккуратно спросил я, выруливая с парковки.       — Да, — кивнула девушка. — Хотя я привыкла. Андрей говорил, что будет где-то в Сибири, а там связь, естественно, барахлит.       Меня как будто по лицу ударили. Да… сильная же у нее амнезия. Ладно меня не помнит, но как могла забыть те часы, проведенные у его больничной койки? Уже не спрашиваю, где блядь, справедливость, но где эта ебучая логика?       — Даш, нам еще далеко? А то час пик приближается.       — Осталось только во дворы свернуть.       Дом, где моя любимая снимала квартиру изысканностью не отличался. Такая же девятиэтажка, какую можно было встретить и в моем родном городе. Вот только лифт сломан (наша раша, епта), а до пятого этажа дойти будет трудновато.       Я преспокойно подхватил Дашу на руки и стал медленно подниматься по кривой лестнице.       — Что ты делаешь?! — запротестовала девушка.       — Я за тебя беспокоюсь. Все-таки травма, хоть и не тяжелая. Мало ли, еще в обморок упадешь, — фыркнул я, чуть отстраняя ее от себя, чтобы Даша не напрягалась. — Да и Женя просил тебя беречь. Если бы не дела, на моем месте сейчас был бы он.       На-на-на… сколько лжи ради благой цели. Да, Биомод волнуется, но не до такой степени, что стал бы нести свою одноклассницу на руках.       У входной двери на нужном этаже я со вздохом отпустил девушку, и пока Даша копалась в сумочке в поисках ключей, я старался запомнить ее такой: в элегантном платье, с короткой стрижкой и синими линзами. И все же не за внешность я ее полюбил. Все это пустой звук. Внутри Даши живет тот человечек, который запал в мое сердце надолго. Возможно, навсегда.       Однокомнатная квартирка встретила нас идеальной чистотой. Хотя мебели было не так уж много, обстановка была вполне уютной. Комод и шкаф в коридоре, а в спальне небольшая кровать у стены, компьютерный стол и шифоньер у гладильной доски. Из декора оранжевые занавески и бежевые обои. Как раз в Дашином стиле. Эти цвета она всегда любила.       В спальне мое внимание привлекла небольшая фоторамка. На фотографии красовались два счастливых лица. Та милая шестнадцатилетняя пацанка Даша и… парень, которого я никогда не видел.       — Это и есть Андрей? — спросил я, кивком указывая на стол.       — Да, — подтвердила девушка. — Чуть позже расскажу о нем, наверняка Жене интересно. А пока шуруй на кухню, мне переодеться надо.       Я последовал ее совету и сел на кухне, уставившись в окно. Нет, так не должно было произойти. Не этого подарка судьбы я ждал. Нахуя вообще такие сюрпризы…       Не знаю, почему, но я чувствовал, что просто обязан рассказать Даше всю правду. С того самого дня, двадцать шестого сентября почти семь лет назад, и до того момента, как мы прощались на вокзале. Но самое главное — Дашуля должна увидеть могилу Андрея.       — А вот и я.       Девушка появилась из спальни в растянутой футболке и широких спортивных штанах, с растрепанными волосами и естественными глазами. Наконец я увидел свою Дашу.       — Жду не дождусь, когда уже вернется Андрей. Хочу, чтобы он понял, как сильно я меняюсь для него, — почти пропела она, расставляя чашки с киселем.       Я чуть ли не до хруста сжал фарфор, стараясь остаться спокойным. Это вышло ненадолго:       — Даша, нам нужно поговорить.       — О чем же? — спросила меня блондинка.       — О нашем прошлом. И прежде всего, ты должна знать следующее: тот парень, Андрей… его не существует. Он умер в ночь с двадцать пятого на двадцать шестое сентября почти семь лет назад. И все твои ожидания — всего лишь иллюзии. Дашуль, пойми — он уже не вернется.