Кто я?

— Вот как он так ухитряется делать! — Клинт с больной с перепоя головой пил воду прямо из графина. Вода выплёскивалась на несвежую футболку, оставляя мокрые, тёмные пятна. Лаки жил у него уже почти две недели. За всё это время они так и не сблизились. Если бы Клинт не знал, что одну из комнат в его квартире занимает постоялец, то с успехом бы решил, что здесь никого нет.       Парень ухитрялся перемещаться почти бесшумно. Он быстро освоил нехитрую бытовую технику и обслуживал себя сам. Клинт шутки ради пытался выследить, когда он это делает. Ни разу не получилось, но это было бы половина беды. Другая проблема у Клинта возникла в том, что он больше не мог пить дома. Приходилось идти в бар. Парень, видно, совсем не любил алкоголь. Нет, он не вылил все запасы спиртного, но каждый раз, как только видел Бартона пьяным, кривился так, что Соколиный Глаз чувствовал себя ничтожеством. Только один раз был задан вопрос: — А какая твоя профессиональная квалификация в этой организации? — Стрелок-снайпер, между прочим, лучший! — возмутился Клинт, заметив ядовитую ухмылку Лаки. — С такими-то привычками? — на стол бросили таблетки «Алкозельцер». — Скажи-ка, какая цаца! Много ты в этой жизни понимаешь! — разозлился Бартон. — Или, может, что мудрое скажешь? А то я посмотрю, ты, судя по замашкам, голубых кровей? — А выпей-ка ты лучше метила, глядишь, ослепнешь и стрелять будешь точнее. А то, что с трясущимися руками, это не интересно, а вот если без глаз, то это да! — это не ирония, не сарказм, а яд в чистом виде. Чёртов парень знает, что Клинт не прогонит его. Он понимает, что он интересен Фьюри, в плане перспектив его использования. Локи сам не понимает, откуда из него прёт столько злобы и желчи, но ему легче, когда он не держит в себе. Он понимает, что здесь можно не держать. Клинт смотрит на него, будто ему дали пощёчину и даже не догадывается, что этого не случилось, только потому, что Лаки брезгует к нему прикоснуться. — Много ты понимаешь! Скорее бы прошёл этот чёртов месяц, и пусть Фьюри сам возится с тобой! — Не выдержав, Клинт убегает из своей квартиры и, правильно, возвращается в бар. А что? У него отпуск, надо же ему отдохнуть? Надо. И он снова заказывает виски. — Много, — тихо говорит закрывшейся двери Локи. Слишком много.

***

      Его всё здесь злит. Этот мир тоже калечит души людей, он знает, почему Клинт пьёт. Пока Бартон пропадал в одном из своих баров, Локи обыскал квартиру. Он сам удивился, откуда у него столь странные навыки, но он так тщательно замёл следы обыска, что Клинт ни о чём не догадался. Картина за эти дни сложилась кошмарная. Надо было выпутываться, отстоять независимость не получится, но не стать наёмным убийцей можно. Он не помнит, кто он, но уже точно уверен, что не отсюда, на этом можно сыграть. Узнать бы ещё как можно больше об этом Щ.И.Т.е Главное, лишний раз с Фьюри не пересекаться. Не все бои нужно выигрывать, некоторые жизненно необходимо проиграть.       Правильная мысль, ох, какая правильная. Нужно узнать, на что надеется этот одноглазый выжига, частично оправдать надежды, а то ещё убьют за ненадобностью, но и не раскрыть весь свой потенциал. Такие мысли немного коробили, здесь был какой-то странный, грубый и очень богатый на неприличные ругательства язык. Нужно было решать и как можно скорее, но неоткуда было взять информацию. С Клинтом он почти не общался, тот либо вёл себя как мальчишка, чем несказанно раздражал, либо пил. А о чём можно общаться с пьяным? Да ни о чём. Сегодня Локи еле сдержался, чтобы не начать избивать его. Он понял, что Клинт потерял единственного близкого человека, но это же не повод так себя вести. Во всяком случае, наш герой считал, что, как минимум, это страшное неуважение к ушедшему. Не хорошие воспоминания и признательность за подаренные мгновения счастья, а пьяные слёзы и горячечный бред. — Вызывали, директор! — Наташа стояла перед Ником Фьюри и ждала очередного поручения. Ник вздохнул, с Романофф всегда было тяжко, а как она отнесётся к такому поручению, он не знал. — Да. Наташа, я понимаю, что тебе тяжело, но ты не могла бы съездить к Бартону, проверить, всё ли у него в порядке. — А он что, не выходит на связь? — Выходит, конечно. Но ты же понимаешь… — Ладно. — Феерический хлопок двери стал завершением разговора. — Мэм, — швейцар жилого комплекса узнал её. — Можете не подниматься. Он в бар уехал ещё с утра и до сих пор не возвращался. — Понятно. — Наташа поехала разыскивать Клинта. Четыре часа она кружила на машине по району. Заходила во все приличные и неприличные заведения. Клинт как в воду канул. И только в пять утра она нашла его спящим прямо на полу в каком-то душном и насквозь вонючем баре.       Локи не спал всю ночь. Нет, он не ждал Клинта. Ему было всё равно, где он и что с ним происходит. Он читал информацию, учил всё, что может пригодиться, даже начал штудировать географию. Радовало, что этот мир большой, возможность затеряться у него была.       Было шесть утра, входная дверь с грохотом распахнулась. Послышался грохот падающего тела и нехорошая продолжительная ругань. Приготовившись давать отпор, Локи бесшумно выскользнул в коридор. Ему открылась преотвратнейшая картина. Стройная рыжеволосая женщина, с лицом, заострившимся от усталости, пыталась вздёрнуть на ноги распьяного Клинта Бартона. Тот колодой лежал на полу, мутными невидящими глазами смотрел в потолок и изредка пьяно шептал: — Виктория, почему ты так долго? Это стало последней каплей. Если бы Наташа подняла голову, она бы ужаснулась. Если бы Локи видел себя в зеркало, он бы удивился. На мгновение он посинел, на коже проступили чёрные узоры, похожие на древние руны. Глаза полыхнули алым, а потом всё стало без изменений. Таскать пьяных дело неблагодарное, он это определённо знал. В два решительных шага он подошёл к ним. Наташа вздрогнула от неожиданности, и откуда ни возьмись в её руке оказался пистолет: — Ты кто? — Я - Лаки. Фьюри разве не говорил? — Тот летучий парень? — словесный портрет подходит, подумала Наташа. — Он самый. — Локи брезгливо сморщился и поднял Клинта за ворот футболки. Тот пьяно моргал, и вяло сопротивлялся. Звук пощёчины раздался в коридоре. Голова стрелка безвольно мотнулась. — Милостивая государыня, — ещё одна пощёчина, и из рассечённой губы Бартона хлынула кровь. — Вы меня очень обяжете, если окажете мне честь и приготовите чай. — Ещё одна оплеуха и Клинт вскрикнул. — Что вы делаете? Зачем? Так же… — Лечу алкоголизм на ранней стадии. Идите на кухню. — Локи посмотрел на Наташу, и та подчинилась. — Что ты творишь!!! Прекрати!!! — Локи макнул Клинта в ванну с ледяной водой, и подержал его голову в воде секунды три. Когда он позволил Бартону вынырнуть, Клинт даже толком не продохнул. Ещё одна оплеуха впечаталась ему в щёку и железная рука снова макнула его в воду. Так продолжалось ещё почти час. Локи просто макал Клинта в холодную воду и брезгливо отвешивал пощёчины, весьма болезненные, и подзатыльники. На все возмущённые вопли Клинта о том, что он уже трезвый и просьбы остановиться, он не реагировал. Он вообще не разговаривал, молчал и в отвращении кривился.       Отвесив последний подзатыльник, Локи разжал руку, и Бартон рухнул на четвереньки. Он с трудом дышал, из носа и рассечённой брови текла кровь, смешиваясь на полу с холодной водой. Тут ещё его начало дико тошнить. Он едва успел доползти на четвереньках до унитаза. Когда его перестало рвать, он тихо прошептал: — Бля. Мерзко-то как. — А женщине не мерзко было на себе тебя на седьмой этаж тащить? — и столько в ледяном голосе было отвращения и брезгливости, что Клинту стало ещё хуже. — Переоденься и иди на кухню, — кинул Локи и, отодвинув его носком ноги со своего пути, ушёл из ванной.       Пока продолжалось «кодирование» ушедшего в запой стрелка, Наташа сидела на кухне и нервно прислушивалась. Она слышала, как шумит вода, как матерится Клинт. Она слышала, как впечатываются в чужую плоть удары, но ни разу не слышала голоса незнакомца. — Вы очень устали. — Локи зашёл на кухню. — Выпейте чаю. Не дожидаясь ответа, тот, кто представился Лаки, взял чашку и начал наливать ароматную жидкость. — А где Клинт? — Сейчас переоденется и придёт. Если мужества хватит. — Тихо ответил Локи и поставил перед ней чай и вазочку с конфетами. — Так что вас привело сюда? Только не говорите, что за Клинта беспокоитесь. — А почему так? — Наташа наблюдала за этим странным и страшным типом. — Никто в здравом уме не пожалеет запойного алкоголика. Он может вызывать только брезгливую жалость и отвращение. — Зачем вы так? — Наташа мысленно была с ним согласна, но и за друга заступиться хотела. — У него жену убили, а он так её любил, вот и пьёт теперь. — Любил и уважал настолько, что светлую память ушедшей чтит пьянством? Это же отвратительно. Переодевшийся Клинт стоял в этот момент у входа на кухню и слушал. Ему стало мерзко и стыдно за себя. Лаки ведь был прав, надо попытаться бросить пить. — Так, мы ушли от темы, — спокойно сказал Лаки. — Зачем вы пришли сюда? Врать не было уже никакого смысла, и она ответила честно: — Фьюри прислал проведать Клинта и тебя. — Лестно. А ты не могла бы рассказать о самом Фьюри и о вашей организации? — Хорошо, — вздохнула Наташа. — С чего начать? — А я вам не помешаю? — зло и сипло спросил Клинт. Наташа вздрогнула и обернулась. В дверях с разбитым лицом стоял Клинт. На лице не было живого места. Наташа с укоризной посмотрела на Локи, но тот лишь пожал плечами и зло сказал: — А ты мозг ещё не пропил? — Не до конца. — угрюмо огрызнулся Бартон.