Согрей меня

О, этот Юг, о, эта Ницца!.. О, как их блеск меня тревожит! Жизнь, как подстреленная птица, Подняться хочет — и не может... Нет ни полета, ни размаху — Висят поломанные крылья, И вся она, прижавшись к праху, Дрожит от боли и бессилья... (Ф. Тютчев)

      Самолёт взлетел в ясное московское небо. Михаил задремал, а Элеонора полностью погрузилась в чтение нового романа модной писательницы. - Какая чушь! И как они могут это читать? - произнесла женщина, откладывая книгу примерно через пятнадцать минут. Наверное, она сказала это слишком громко, потому что мужчина, сидевший через проход, приветливо ей улыбнулся. - Не понравилась книга? - безмятежно поинтересовался он, изучая собеседницу глазами. - Да, - произнесла Галанова, несколько смущенная этим наглым взглядом. Про себя она отметила, что незнакомцу было около 50 лет и, судя по элегантному костюму и шляпе, он был человеком состоятельным. - Не смущайтесь, - улыбнулся мужчина, заметивший лёгкий румянец, выступивший на щеках Элеоноры. - Таким красивым женщинам это не к лицу. К тому же, много современных авторов действительно пишут отвратительные книги, сейчас отдать своё творение в печать может, кто угодно, было бы желание и немного денег. - Вы - редактор? - поинтересовалась Галанова. - Не дай Бог, - притворно ужаснулся собеседник, - всего-навсего владелец небольшого бизнеса. Лечу на деловую встречу. Кстати, прошу прощения за то, что не представился. Меня зовут Николай. А вас? - Элеонора, - ответила женщина, расслабляясь всё больше. Было в этом мужчине что-то приятное, что-то располагающее к себе. - Необычное имя. Мне очень приятно, - произнёс Николай, делая акцент на слове "очень". Остаток пути прошёл в приятной болтовне...       Самолёт приземлился в аэропорту Ниццы в 05:00 по местному времени. Термометр показывал 32 градуса по Цельсию. Этот солнечный, средиземный городок на юге Франции всегда пользовался популярностью у туристов. Мягкий климат, бухты с чистейшей водой и местный колорит, вкупе с величественными соборами и замками, выполненными в стиле итальянского барокко, неизменно манили сюда людей со всех уголков мира. Неудивительно, что именно в Ницце находились одни из самых дорогих отелей, приносящие своим владельцам ежегодно огромные суммы. И Элеонора прекрасно это знала, понимая, что если всё сложится хорошо, то эта сделка может стать сделкой всей её жизни. Попрощавшись со своим новым знакомым, и растолкав управляющего, который упорно не желал просыпаться, женщина наконец покинула самолёт. Михаил шёл рядом, аккуратно придерживая Галанову за локоть. В аэропорту их уже ждала машина. Чёрный новенький "Гелендваген" блестел на солнце хромированным корпусом, ловя со всех сторон завистливые взгляды. Управляющий отеля тихо присвистнул. - Элеонора Андреевна, а вы уверены, что это за нами? - Да, Миша… И, кстати, не забывай, что ты теперь Дмитрий, а я для тебя просто Элеонора. А также, не забудь, что мой муж не говорит по-французски. Не выдай себя. Договорились? - Конечно… Элеонора, - произнося последнее слово, Джекович улыбнулся. Ему вообще нравился этот спектакль. Ведь это давало мужчине отличную возможность быть рядом с любимой, но в данный момент он не готов был ей в этом признаться. Стройный, светловолосый мужчина вальяжно вышел из авто, попутно целуя руку Галановой. - Вы должно быть Элеонора? – произнёс он с сильным прованским акцентом. Женщина кивнула. - А это мой муж. Дмитрий Владимирович. - Очень приятно. Я - Фрасуа. Надеюсь, ничто не помешает нашему сотрудничеству и оно будет плодотворным… Кажется так говорят у вас в России? – блондин еле заметно ухмыльнулся. Галанова вежливо улыбнулась. - Что же, я думаю, вы устали. Позвольте, я отвезу вас в отель, - произнёс француз, открывая перед парой дверь машины. Удобно устроившись в салоне, Галанова не смогла удержаться от вопроса. - Можно вас спросить, Франсуа? Где вы так хорошо научились говорить по-русски? - О, я думал, что Андрей говорил вам. Я учился в России. Мне нравится эта страна, может быть, поэтому я люблю вести бизнес с русскими. Да, и вы можете говорить со мной на "ты". - А я? – не удержался Михаил, видя, как мужчина любезничает с его «женой». - Ну, если я вам нравлюсь, то можете и вы, - засмеялся блондин, обнажая идеально ровные зубы. - И мы сейчас едем в твой отель? – поинтересовалась Элеонора. - Конечно, для вас всё уже оплачено. Надеюсь, вас не смутит, что вы будете жить в одном номере. Франсуа был так увлечён собственной болтовней, что даже не заметил, как дружно мужчина и женщина вздрогнули на этих словах.       Всю дорогу Михаил хотел сказать что-нибудь колкое, но сдерживал себя. Его начинал подбешивать этот холёный, самодовольный француз, словно только сошедший с обложки глянцевого журнала. Его поток сладких речей, приторные улыбки и рука, как бы невзначай, коснувшаяся колена Элеоноры. Но он прекрасно понимал, насколько важно было заполучить его расположение женщине, и продолжал улыбаться, повторяя про себя, что всё это только ради неё. - Приехали, - наконец объявил француз, вылезая из "Гелендвагена" и подавая Галановой руку. - Какая красота! – услышав возглас "жены", Михаил выбрался из машины. Он уже собирался спросить, что же так привлекло её внимание, как вдруг его взгляд упал на строение, перед которым они стояли. Если бы Джекович не знал, что это отель, он бы ни за что не догадался. Фасад здания был украшен лепниной в античном стиле, большие колонны из белого мрамора подпирали величественный купол этого архитектурного сооружения, а на месте входа располагалась просторная арка с поднимающейся стеклянной дверью, украшенная позолоченными лозами винограда. - Датчики реагируют на свет. Вы приближаетесь, а дверь поднимается, - пояснил француз, - заодно я экономлю на швейцарах. - А если кто-то попытается кинуть кирпичом? – скептически поинтересовался управляющий. - Стекло пуленепробиваемо, хотя здесь это лишняя мера предосторожности. Французы не очень шумный народ. - Интересный стиль, - произнесла Элеонора, рассматривая здание со всех сторон. - Отель выполнен в смешанном стиле. В основном, такие здания строились во времена Третьей Республики. Когда я задумывал его постройку, мне хотелось чего-то необычного. Попозже я покажу вам остальные отели, я стараюсь сделать каждый индивидуальным, не люблю архитектурные клише. Если мы подпишем контракт, то ваш тоже будет уникальным, - улыбнулся он, заглядывая женщине в глаза. - Я очень на это надеюсь. – Галанова ответила ему невозмутимым взглядом. На мгновение в воздухе повисла неловкая пауза, которую разрядил Джекович, подхватывая Элеонору под локоть и ведя в здание. - Дорогая, я думаю, что нам нужно отдохнуть с дороги. Если никто не против, - при этих словах он посмотрел на Франсуа, идущего следом. - Нет, но я бы хотел вас кое-кому представить, - на этих словах француз махнул рукой в сторону лестницы, с которой медленно спускался мужчина, - знакомьтесь, это мой друг и деловой партнёр. Сердце Элеоноры медленно упало и забилось где-то на уровне пяточной кости. К ним подходил… - Николай, - усмехнувшись, представился мужчина. - Элеонора, - подавая руку, проговорила женщина, - а это мой муж, Дмитрий. - Дмитрий Владимирович Нагиев, - улыбнулся Франсуа. - Нагиев? Ах, да… Просто я редко смотрю телевизор, - произнёс мужчина, в глазах которого зажглись весёлые огоньки. Михаил ошеломлённо молчал. - Я думаю, что нам всё-таки нужно отдохнуть, перелёт был… ммм… непростым, - на этих словах Элеонора посмотрела на Николая. - Что же, нам есть о чём поговорить в чисто мужской компании, - произнёс он, хлопнув блондина по плечу. Надеюсь, вечером вы спуститесь к нам, чтобы мы могли обсудить детали нашего сотрудничества? - Конечно, - натянуто улыбаясь, сказала женщина. - Ваш номер 415, - сказал француз, подавая ключ. Взяв Джековича под локоть, Галанова развернулась и пошла в сторону лестницы. - Вы ничего не хотите мне рассказать? – поинтересовался притихший Михаил. Она горько усмехнулась. - Рассказывать особо нечего. Просто теперь успех нашего спектакля зависит только от одного человека. И, дай Бог, чтобы он оказался хорошим человеком.