Пари

Рука Возмездия найдет Того, кто в Пурпуре цветет Уильям Блэйк / МЕСТЬ

Ясон проводил задумчивым взглядом спину удаляющегося дилера. Все это было несколько странно. И достаточно подозрительно. И даже неприятно. А ведь как все хорошо начиналось. В начале четвертого года первоконсульского безрассудства Рауль, вконец выведенный из себя нахождением в Эос одного небезызвестного черноглазого монгрела, предложил очередное пари. Суть спора заключалась в следующем: Ясон влюбляет в себя упрямого Z107М в течение полугода и предоставляет Советнику видео — доказательства признания в любви в исполнении пэта. Причем игра должна быть исключительно честной — по отношению к объекту Zet не должно применяться никаких угроз или насилия, психотропных средств, афродизиаков и так далее, и тому подобное. В случае если мальчишка не проникнется своим везением и счастьем, не покорится — его выгонят вон, домой в Керес. Ясон тогда только недальновидно фыркнул, услышав волеизъявление нововыращенных тараканов друга. Мотивы поведения Рауля Ясон вполне понимал — беспокойство за него любимого, и поэтому смехотворное пари принял. Что он, блонди, лучший из лучших, не сможет выполнить условия вполне выгодного для него договора? В случае же проигрыша Советник потребовал, чтобы коллега обязался исполнить любое его желание. Хорошо зная златокудрого провокатора, Ясон был более чем уверен: ничего опасного или непозволительного тот не затребует. Да и обратная ставка вставшего в позу Эма оказалась достаточно заманчивой в своей перспективе — полное согласие Синдиката с нахождением Рики в Эос и отсутствие любых претензий, связанных с Дарком, со стороны Рауля по отношению к самому Минку. Как нейрокорректор собирался прокрутить столь затруднительную аферу с другими блонди, Первый даже не представлял. Но было общеизвестно — когда Второй консул брался за дело лично, задачи решались всегда именно в его пользу. Следовательно, согласию Синдиката быть! К тому же, чтобы не слышать регулярного заунывного нытья Эма по поводу имиджа элиты, господин Минк был готов горы свернуть, а не только влюбить в себя какого-то мальчишку! И проиграл… За те три года пэтства и соответствующих унижений, что вышеуказанный монгрел провел и получил в башне Эос, Дарк не только озлобился, а стал еще более недоверчив и подозрителен. И уже давно не ожидал ничего хорошего от извращенной фантазии хозяина. Не верил в доброжелательное отношение, не доверял изменившимся условиям содержания и, как следствие, категорически отказывался влюбляться и помогать хозяину выиграть. Какие только методы Ясон ни использовал для достижения поставленной цели — баловал дорогими подарками, одаривал изысканными ласками, снисходил до проявления нежности и похвал, позволил одеваться согласно своему вкусу и даже устроил работать на Катце! Бесполезно!!! Черный оказался непробиваем, так ни разу и не произнеся заветного слова — люблю. Пришлось с сожалением признаться в своей несостоятельности и согласно условиям пари чертову заупрямившуюся игрушку отпустить на свободу. Эм возликовал и отличился вновь, потребовав совсем несусветное: в качестве оплаты выигрыша к какому-то Рагону попросил перекрасить Меченого! Когда Ясон, к которому несколько секунд спустя после озвучивания оных требований вернулся дар речи, недальновидно огрызнулся: «Тебе нужно, сам и крась», генетик расплылся в столь кривой усмешке, что не по себе стало даже проигравшему. Долго не церемонясь, победитель вызвонил нового подопытного и утащил явившуюся полчаса спустя жертву в свои лаборатории на территории одной из косметологических клиник. Ясону ничего не оставалось, как смириться: отдача долгов всегда считалась делом личной чести. Не убьют же там дилера? Нет. На этом консульская совесть заткнулась. И вот неделю спустя Айсмен имел честь любоваться возвращенным подчиненным, и, мягко выражаясь, от души впечатлился величиной стервозности Второго консула. Как Катце ни старался держаться достойно, быть спокойным и уравновешенным, язычки бешенства так и выплясывали в глубине приобретенного янтаря. — Господин Минк, — вернувшийся Катце мялся у входа в кабинет и вновь хмурился. — Ты еще здесь? — блонди вопросительно приподнял бровь. — Что еще? — Дроида я осмотрел, хорошая модель. Можно вопрос? — Попробуй, — Ясон усмехнулся столь редким неуверенным ноткам, прозвучавшим в голосе дилера. — Скажите, а Вы не хотите… отыграться? Ясон мысленно рассмеялся. Скрытые мотивы пострадавшего по его вине красноволосого были яснее ясного: желание вернуть старую внешность. Впрочем, он же был прав, да и его уязвленное самолюбие желало не только реванша с Раулем. Семи дней вполне хватило, чтобы понять, как много для него значил упрямец Дарк на самом деле, как не хватает его присутствия рядом, как он его… любит? Блонди устало прикрыл глаза, признавая свое истинное поражение — сам того не желая, он попал в собственную ловушку, расставленную на другую дичь — Рики. Влюбленный блонди… Разве бывает что-то более иррациональное, глупое, смешное? — Твои предложения? — синева прищуренных глаз цепко впилась в янтарь напротив. Мгновенно подобравшийся Меченый откровенно нагло ухмыльнулся в ответ. — Заключить еще одно пари. Например, поспорить: если какую-то поставленную задачу не удалось выполнить одному блонди, нет никакой гарантии, что это получится у других. Пусть кто-то еще попробует выполнить условия прошлого уговора: влюбить в себя еще одного монгрела. Не любого, естественно. Те, что в большинстве водятся у нас в Кересе, за один кредит продадутся. Или за большее, не суть. Купить можно всех, если правильно подойти к делу. Я имею в виду выбрать особь, имеющую свой внутренний стержень и принципы, являющуюся сильной личностью. И усложнить задачу — зацепить его, не вырывая из домашней среды. С учетом репутации элиты выполнить условия никто не сможет, и господин Эм совсем не исключение. — Не забывай, элита красива и обладает сногсшибательным обаянием, если захочет. А слабое место есть у всех. — Бывают исключения. Рики, кстати… Взгляд блонди стремительно покрылся корочкой льда, и Катце тут же сдулся, проглотив окончание фразы и проклиная свой неугомонный язык. — Хорошая идея. Жаждешь мести? Прекрасно, — блонди саркастически и глумливо ухмыльнулся. — Целью будешь ты. Мои условия: выиграешь — получишь гражданство и свободу. Проиграешь… Я придумаю, как тебя наказать за проявленное неуважение ко мне. — Но… — Не обсуждается. С учетом вводных условий ты идеальный кандидат. Или тебе не хочется отомстить? Катце решил было возразить, открыл рот, чтобы ответить, и тут же закрыл. Ибо единственное, в чем он был уверен на данный момент на все сто, — это то, что да, он хотел отыграться. Пусть даже рискуя собственной шкурой.