Одно слово от любви до ненависти.

Блеклое солнце разливает свои лучики на пожелтевшей листве, которая была безвозвратно сброшена деревьями. Прохладный осенний ветер продувает мою легкую кофту, пробираясь до костей. Вздрагиваю. Рассматриваю остальных пациентов больницы, которым разрешена непродолжительная прогулка на свежем воздухе. До моей руки дотрагивается чья-то холодная ладонь, отчего я прихожу в себя, отбрасываю все мысли на второй план и погружаюсь в безмятежный разговор с Владом, который приятно скрашивает моё время. — Так ты придешь, как только тебя выпишут? — спрашивает парень. Не знаю даже что ответить на данный вопрос. По сути, я даже не знаю смысл нашего разговора, так как была увлечена рассматриванием окружающих. Пытаюсь улыбнуться, но улыбка выходит немного натянутой. Напрягаюсь и пытаюсь сформулировать встречный вопрос: — Куда нужно придти? Влад серьезно смотрит на меня и отрицательно качает головой. Стыжусь. — Ты совсем меня не слушаешь, — утверждает парень. — Но да ладно. Ты ведь первый раз вышла на улицу после больничных будней? — я положительно киваю. — Я тебе предлагаю придти на вечеринку, которую я скоро устраиваю. Придешь? — Не знаю, — на выдохе отвечаю. Учитываю то, как закончилась последняя вечеринка, о новой я даже думать не буду в ближайшее время. Кровь в жилах стынет от одной мысли, что похожее может повториться. Я не перенесу что-то подобное. По телу проходится маленькая дрожь, возвращая меня в реальность. — Влад, можно задать тебе вопрос? — осторожно спрашиваю я, оглядываясь на парня. — Конечно, — отвечает он и подходит к лавочке, оттряхивает её от пожелтевшей листвы и садиться, закинув ногу на ногу. Рукой призывает меня сделать тоже самое. Повторяю. — Где ты так виртуозно научился играть в карты? — Оу, — удивляется Влад моим вопросом. Вижу, как смятение наваливается на него. Парень тяжело сглатывает и отворачивается от меня. Что я такого спросила? — Ну… я просто с друзьями много играл, вот и набил руку. — Понятно, — скудно отвечаю и задумываюсь о том, чтобы еще можно спросить. Так мы сидим в тишине еще несколько минут. Никто не говорит ни слова, каждый думает о своем. Лично я думаю о Владе. О нашем общении, которое заставляет вздрагивать каждую струну души. Это сказочно. Это невероятно. Это что-то новое для меня, неизведанное. До этого момента я никогда еще не испытывала что-то подобное. Это чувство заставляет парить над землей, заставляет распуститься каждый цветочек. Оно воодушевляет меня на самые виртуозные и смелые поступки. Хочется плыть по этому течению с радостной улыбкой на лице. Не знаю какое определение дать данному состоянию, но это что-то тайное и точно положительное. — Влад? — грубый голос выводит меня из задумчивости. Перед нами стоит большой мужчина с накаченными руками, на которых виднеются татуировки. Небрежно разбросанные волосы, грубые черты лица и неестественная улыбка, больше напоминающая ухмылку дьявола, пугают меня. С нескрываемым страхом смотрю на Влада, а потом снова на здорового амбала. — Как ты меня нашел? — тем временем спрашивает Влад. — Это несложно, — ухмыляется тот, — слышал, ты откинулся, вот и решил встретиться. Эта фраза озадачивает меня. Честно признаться, я ее даже не понимаю полностью. Что значит «откинулся»? — Алина, сожалею, но мне нужно идти, — обращается ко мне парень и встает, чтобы идти, но тут же застывает в неестественной позе. Замечаю, что неподалеку останавливается Кирилл и надменным взглядом оглядывает брата. Кажется, или в его взгляде проскальзывает отвращение. Не долго думая, поднимаюсь с лавочки и направляюсь к другу, прежде кивнув Владу в знак прощания. — Фух, — выдыхает Кирилл, — я уже не знал что думать, когда не нашел тебя в палате. — Мы просто, — начинаю оправдываться и оглядываюсь на то место, где минуту назад был Влад, но его уже нет, — просто решили прогуляться, — виновато опускаю голову. — И как часто вы вот так, — парень тщательно старается высказаться, — ну... хмм... общаетесь? — Почти каждый день, — неуверенно отвечаю я, — а что? — И... ты, — буквально по слогам произносит Кирилл, — ты рада? Я теряю дар речи. Что за вопросы у него? Конечно я рада. Я счастлива видеться с Владом каждый день, разговаривать с ним, наблюдать за его улыбкой и краснеть от ехидных высказываний. Мне всё это безумно нравится. Когда я вижусь с ним, то на душе будто цветы расцветают, набухают почки и солнце светит ярко-ярко. На моем лице во время таких мыслей появляется улыбка. Кирилл озадаченно смотрит на меня, поэтому снова делаю строгое лицо. — К чему все эти вопросы? — решаюсь заговорить. Парень в минуту становится строгим. Ладошки крепко сжимаются в кулак, а на шее начинает набухать венка, пульсировать. Всем своим видом показывает раздражение. — Вы должны прекратить общение, — стараясь сдерживать себя, произносит Кирилл. — Почему? — на выдохе спрашиваю я. Лоб нахмурен, сердечный ритм учащается. — Назови мне хоть одну причину. Парень глубоко вздыхает. Еще сильнее сжимает кулаки, отчего костяшки пальцев начинают бледнеть. Минута напряжения для нас обоих. Что он хочет мне сказать? Сдерживаюсь, чтобы не накричать на него. Грудь учащенно вздымается, а ноги от переживания начинают подкашиваться. — Он уголовник, — у меня начинает темнеть в глазах. Дыхание перехватывает. В груди начинает неприятно покалывать. Силы иссякают, предательски покидывают меня. — Статья? — на автомате спрашиваю я, даже не вдумываясь в смысл вопроса. Что даст мне статья? Но чувствую, что иду на правильном пути. — Сто тридцать первая… часть первая, — сердце пропускает удар. Хватаюсь за грудь, сдавливаю место, которое прямо ведет к главному органу. — Изнасилование. — Знаю, — металлическим голосом произношу я. Знаю не понаслышке. Глаза застилает темная пелена, а по щекам скатываются горькие слезы, оставляя за собой мокрую дорожку. Вот что я не могла вспомнить после аварии. То, что навсегда изменило меня. То, что вызывает отвращение ко всем парням. Изнасилование. Меня изнасиловали, а никто не мог намекнуть, сказать об этом. Захлебываюсь собственными слезами, чувствую, как ноги подкашиваются, удерживает от падения лишь чья-то крепкая рука. Содрогаюсь всхлипами. Вокруг меня образуется шумиха. Не обращаю на это внимание. Устала. Устала бороться с внешним миром, поэтому осторожно прикрываю глаза и погружаюсь во тьму, всепоглощающую и непросветную.