ОСА-12

      Камала совсем не изменилась с того дня, как Хейс покинула её. Кажется, это случилось уже лет десять назад, хотя прошло меньше года. Все те же безбрежные пустыни в иллюминаторе, все тот же космопорт Уджона, столицы планеты, перенаселенной тысячами различных физиономий, среди которых батарианские встречались тошнотворно часто. Вся та же промышленность, заводы и постройки по добыче нулевого элемента, кипящие внизу, в самой жаровне, на глубине нескольких сотен метров под антигравитационными потоками, любезно высвеченные огнями для удобства водителей аэрокаров. Только вот Криз изменилась за этот срок. Куда больше, чем ей самой бы хотелось. Теперь она не была частью этого криминального города, подмятого пятой "Синих светил" и Солема Дел'Серы. Теперь она была здесь чужаком, агентом Организации, ставившей Человечество во главу угла, и не сказать, что Хейс это не нравилось. Девушка ощущала внутри какой-то сгусток ненависти и отвращения к той части своего прошлого, которое навсегда ушло, и не понимала, то ли это результаты её плохого настроения, то ли возвращение на Камалу разбередило еще не слишком хорошо зарубцевавшиеся раны. Она направила свой аэрокар в сторону Бедняцкого квартала, туда, где скопление наемников "светил" было наименьшим. Несмотря на то, что её прежняя яркая внешность была навсегда стерта новым обличьем полевого агента "Цербера", недолжного выделяться из толпы, Хейс все же не хотелось попадаться на глаза кому-нибудь знакомому. Синяя стрела была мертва - пусть так и остается. Припарковав арендованный аэрокар, девушка выбралась наружу и сразу же ощутила знакомый смешанный запах пряностей и отходов, защекотавший её ноздри. И порыв приветливого жаркого ветра, как будто бы соскучившегося по своей прежней обитательнице. Этот квартал был как всегда полон попрошаек, воришек и прохожих всех мастей. Хейс застегнула свою куртку плотнее, хотя было очень жарко, и даже надела на голову капюшон. Когда-то она надевала бронекостюм на каждое свое задание и гордилась рисунком голубого солнца на своем предплечье как на керамической пластине, так и на собственной коже. Сейчас от татуировки не осталось и следа: Хейс вывела её кислотой еще при вступлении в Организацию, повергнув в шок приставленного к ней доктора для осмотра столь радикальным способом сведения "портака". Но Криз не хотела забывать о том, что Синяя Стрела подвела своих людей. Новая Хестром Криз не должна была об этом забыть. А вот расставаться с возможностью надевать бронекостюмы было сложнее. Без тяжести керамики и поскрипывания амуниции Хейс поначалу ощущала себя просто голой. Однако тут пришлось смириться. "Спящим агентам" не пристало облачаться в экипировку, а диверсантам на объектах - тем паче. И вскоре она привыкла. Даже с удивлением обнаружила, что чувствует себя более мобильной и быстрой без брони. Привлекает меньше внимания. Хотя отказываться от портативного генератора защитного поля она не стала, поэтому прикрепила один, последней модели, на пояс, скрыв его за своей футболкой, чтобы не соблазнять воришек. Что-что, а кредитов "Цербер" выделял предостаточно для своих сотрудников. То ли Призрак был просто великодушным малым, то ли понимал всю важность снабжать своих агентов финансами. Честь ему и хвала хотя бы за это. Пока Хейс плутала между районами Уджона, к ней пытались пристать раза четыре с предложением "выпить пару стаканчиков", три раза поступал заказ "обслужить по полной программе" от нетрезвых завсегдатаев здешних баров, шатающихся по улицам в поисках проституток, два раза привязывались попрошайки и один раз пытались обчистить её счет на инструментроне, но Криз вовремя пресекла эту попытку, активировав защитный модуль девайса и заметив какого-то мальчишку в переулке с датападом в руках. Она угрожающе показала ему пальцем, а потом, быстро схватив за шкирку, сунула ему в карман чип с сотней кредитов. "Цербер" не обеднеет. Вскоре она едва не наткнулась на группу "светил", с грозными обнаженными рожами патрулирующих улицу, но юркнула внутрь какого-то заведения и переждала. Кажется, меры безопасности на улицах были повышены. Хейс не помнила, чтобы раньше наемники патрулировали районы. Скорее всего, это было связано с покушением полугодовой свежести на жизнь лидера организации, чертова четырехглазого слизняка, когда-то едва не угробившего наемницу, "которой благодарен за спасение своей шкуры". Интересно, кто на этот раз захотел прикончить Солема? "Друзей" у него было хоть отбавляй. Через полчаса своей прогулки она наконец заметила за собой "хвост". И хитро улыбнулась. Что ж, попробуем перехитрить и заодно проверить, насколько хорошей ученицей она была и насколько хорошо умел учить "Цербер" за свой вводный двухмесячный курс для новых сотрудников. Сначала Криз усиленно делала вид, что не заметила преследователя, продолжая свою бесцельную прогулку по улице. Она не пыталась затеряться в толпе или отвлечь свой "хвост", наняв, к примеру, крогана - просто выжидала подходящий момент. И вот он наступил, когда впереди она увидела похожую по фигуре человеческую женщину, облаченную в светло-желтый плащ рабыни. Женщина зашла в какое-то помещение, оказавшееся лавкой с батарианскими продуктами, и новоиспеченный оперативник "Цербера" юркнула за ней. Разумеется, "хвост", не будучи дураком, поймет, зачем она это сделала. И на выходе будет ждать не её, а облаченную в желтый плащ фигуру. В то время как Криз и не думала пользоваться этим дедовским методом. Она просто дождалась, когда женщина выйдет, и прошмыгнула к черному выходу. В переулке никого не было, и девушка, заметив лестницу, ведущую на крышу, ловко взобралась наверх. Там бросилась к карнизу и осторожно высунулась, чтобы проверить, купился ли её преследователь на этот старый как мир трюк или придется изобретать что-то новое. Но нет. Мужчина все же не распознал обмана и пошел за женщиной в желтом плаще. Хейс довольно улыбнулась. Ну неужели. Она перебралась на другую крышу и быстро спустилась, чтобы сесть на "хвост" своему преследователю. Это ей удалось, но через пятнадцать минут "охоты" она поняла, что потеряла мужчину из виду. Выругавшись, она бросилась в переулок, где в последний раз его видела, и застыла на месте. Там её уже ждали. Вытянув руки вперед и имитируя пальцами пистолет, мужчина "нажал на спуск". - Бабах! И Криз мертва, - с легким укором резюмировал он. - Неужто ты думала, я попадусь на этот крючок, Хестром? Она подняла руки, сдаваясь под властью этого аргумента. - Привет, Хэнк, - улыбнулась она и заметила, как лицо мужчины сразу же потеплело. - Хотела увидеться. - Зачем? - последовал тут же предсказуемый вопрос. - Ты знаешь, что вербовщикам не положено дальнейшее участие в судьбе своих объектов. - Я пришла не к Вербовщику 112-08, - пожала она плечами, - а к человеку, спасшему мне жизнь. И оказавшемуся тысячу раз правым, когда предупреждал меня об агентах прикрытия. Он прищурил глаза, потом коротко кивнул и указал жестом следовать за ним. Они направились вдоль переулка, потом остановились, прежде чем снова вернуться на оживленную улицу. - За тобой не было хвоста от Призрака? - почему-то с ноткой тревоги спросил Хэнк, взяв её за руку. - Ты проверила? - Они не знают, где я, - уверено заявила она. - В чем дело, Хэнк? Он не ответил и потащил её за собой. Разумеется, ей пришлось обойти со своим другом три квартала, постоянно останавливаясь и пытаясь "запомнить лица", как это называл дотошный Восьмой Вербовщик, пока наконец они не вошли в какое-то здание, потратив на путь примерно час, хотя располагалось оно в соседнем квартале. Новая квартира Хэнка. Он менял их каждый месяц, но эта как под копирку была похожа на три предыдущие, в которых Хестром успела побывать. Все тот же идеальный порядок, то же расположение вещей на столе, та же система безопасности, продуманная до мелочей. - Зная тебя, я бы сказала, что ты становишься предсказуемым, - попыталась пошутить она. - Чтобы найти твою нору, нужно всего лишь искать скромное логово с ужасным видом из окна и отсутствием мебели. - Здесь есть все, что мне нужно, - не стал он вникать в смысл её шутки. - Не помню, чтобы ты жаловалась раньше. - У меня были переломаны ребра и нога, - снова отшутилась она, сев на стул. - Мне некуда было деваться, пока ты лечил мои раны. Ей все-таки удалось добиться желаемого: на губах мужчины проскользнула слабая улыбка, и, пожалуй, это можно было считать настоящим достижением. Хэнк не любил проявлять свои чувства, принимая в этом вопросе сторону чопорного сухаря. Он снова стал серьезен и сел напротив, даже не подумав предложить ей кофе или что-нибудь покрепче. Скорее всего, у него ничего не было. Он не баловался такими вещами и вообще вел замкнутый образ жизни, ориентированный только на то, что придавало ему особый смысл существования - свою работу по вербовке. - Как поняла, что ты агент прикрытия? - Проанализировала свое задание, как ты и предупреждал меня, - ответила она, вздохнув. - Мне было поручено стать одной из персон на объекте в качестве "спящего агента", но моя задача показалась мне необоснованно завышена по сравнению с изначальной целью... Хейс вкратце пересказала ему события на Бинту. Выслушав все молча, не проронив ни слова, не задав ни одного уточняющего вопроса, Хэнк снова кивнул, на этот раз удовлетворительно. - Молодец, - прокомментировал он, когда она закончила. - Твой ум не подвел тебя и на этот раз. Но будь осторожна: Организация не прощает самостоятельности. Криз нахмурила брови. Её друг явно что-то не договаривал. - Что сказала Проайс? - спросил Хэнк. - Твоя Железная сука сказала, что Призрак одобрил мою... сообразительность, - фыркнула девушка, вспомнив надменное лицо координатора. - И теперь меня причислили к какому-то закрытому проекту "Оса", о котором я ни черта не знаю. Мне надлежит явиться через три дня на станцию, где, скорее всего, я проведу ближайшие полгода. - Во-первых, - педантично начал Хэнк, - Проайс не моя Железная сука. Она просто Железная сука. Во-вторых, я ничего не слышал о проекте с подобным названием. - Что думаешь? - Хейс немного поддалась вперед, поскольку мнение её вербовщика было для неё важным. - Что-то секретное, связанное с... имплантацией? Черт их дери, я не хочу устанавливать себе никакие железяки! - Я не знаю, - честно признался мужчина, поведя бровью. Несмотря на то, что Хэнк обладал самой заурядной внешностью, которая помогала ему не выделяться из толпы и идеально подходила для его работы, ум у него был превосходным и острым. Именно он вбивал в её голову любовь к деталям, повторяя как мантру каждый день, что провела она с ним бок о бок: "Помни про Дьявола, Хестром Криз! Одна упущенная деталь - и ты раскрыта", - и это продолжалось на протяжении трех месяцев, пока она приходила в себя после событий на Марсе. Если Хэнк говорил "не знаю", значит он имел в виду, что не обладал никакой точной информацией и не имел источников, чтобы эту информацию найти. Поэтому спрашивать про его информационные каналы не было смысла. Хейс была готова отдать руку на отсечение, что о проекте "Оса" никто не знал, кроме самого Призрака и некоторых церберовских избранных, кому было поручено осуществить реализацию. Это несколько пугало её. Она не понимала, чего ожидать от организации, уже однажды высказавшей свое желание пустить её в расход. Словно прочитав её мысли, Хэнк сказал уверенно: - Агенты прикрытия - лишь часть "Цербера", которую ты умело обошла. Организация ценит таких людей, но все же больше не действуй за спиной своего координатора. Это чревато последствиями. Закрытый проект еще не означает имплантацию, шесть месяцев может просто занять обучение. Хейс откинулась на спинку стула. Пусть Хэнк сказал ей то, что она хотела услышать, ей все равно стало легче. Повисло молчание, не смутившее никого. Каждый предался своим мыслям, но спустя какое-то время Хэнк внезапно нарушил тишину: - Если ты сомневаешься, Хейс, то можешь уехать, куда тебе угодно. Эти слова девушку поразили. Поразил тот тон, которыми они были произнесены: мягкий, почти неосязаемо заботливый. Поразило и то, что он назвал её уменьшительным именем, хотя всегда называл только "Хестром" или "Криз". Поразило и то, что он вообще озвучил эту мысль - удрать из "Цербера". - Ты ведь знаешь, мне некуда пойти, - отрицательно покачала головой она. - Я уже думала об этом. "Цербер" мне нужен. И я сомневаюсь, что они могут отпустить меня просто так. Моя так называемая трехдневная свобода - это лишь шанс проверить, вернусь ли я в Организацию. А потом... кто знает, что меня ждет. Он снова сухо кивнул. Она явно произнесла те аргументы, которые вертелись у него на языке. - Вот и проверим, вернусь ли я через полгода, чтобы снова попробовать обхитрить тебя, - улыбнулась она, стараясь немного разрядить обстановку, но тут же смолкла, поскольку он вдруг резко встал. Лицо его помрачнело. - Нет, Криз, - снова вернулся он к прежнему тону, - мы больше не увидимся. Я уезжаю. Ей показалось, что на голову вылили ушат воды. Такого она явно не ожидала! - Что? - она тоже вскочила, почувствовав приступ какого-то панического страха снова остаться одной. - Какого хрена, Хэнк? - Я получил предписание покинуть Камалу и поменять точку вербовки, - выдохнул он и подошел ближе. - Я не знаю свое следующее место назначения. Так что не могу гарантировать, что мы вообще увидимся. - Ты не можешь так поступить! - Хейс вдруг ощутила постыдное желание разрыдаться. Нет, только не перед своим вербовщиком, который вложил в неё так много! Она перевела дыхание, сдержав поток охвативших её эмоций, и проговорила: - Я надеюсь, мы все же увидимся, Хэнк. Ты мне нужен. Он нахмурился, вздохнул и, еще приблизившись, взял её за руку. - Я тебе не нужен, Хестром, - сказал он ровным голосом. - Помни, о чем я тебя предупреждал. Не совершай ошибку, недооценивая своего врага. Зри в корень проблемы или задания, не отвлекаясь на факторы. Смакуй детали, уделяя внимания всему. Дьявол... - ...кроется в них, - слабо улыбнулась она и тут, все же поддавшись порыву, обняла его, приведя его в некоторый ступор. Но отталкивать её он не стал. Педантично дождался окончания этого неприсущего профессионалам жеста и отошел, чтобы что-то найти в своем столе. Быстрыми движениями он добрался до небольшого сейфа в шкафчике и извлек оттуда нечто, похожее на ключ-карту. Хейс насторожилась. Уж больно эта карта была похожа на... - Это твое, - он протянул ей предмет, и девушка, взяв его в руки и оглядев, пораженно выдохнула: - Я не понимаю... Ты же уже отдавал мне карту Хока. Ключ-карта, как фрагмент из прошлого, снова озарила картину на Марсе, старательно стираемую из памяти: вот её друг Хок отдает карту, параллельно приковав её руку магнитным зажимом, срывается с места и бежит в жернова марсианской бури, чтобы сдаться на милость Альянсу и тем самым спасти "Синих стрел" - наемников, ставших к тому моменту уже его друзьями. - Это была копия, которую я намеренно испортил, чтобы ты не смогла прочитать информацию, - признался Хэнк спокойно. - Я не мог отдать тебе настоящую, поскольку не имел ни малейшего понятия, что на ней. Она зашифрована. Я не хотел лишний раз напоминать тебе о погибшем друге, чтобы не сбивать с курса, которым я тебя вел. - Не сбивать с курса? - Хейс ощутила приступ ярости, и ей захотелось врезать вербовщику по его непроницаемо-спокойному лицу, хотя пять минут назад она была готова расплакаться, как сопливая девчонка, узнав об их расставании. - Проклятье, Хэнк, да есть ли в твоей башке хоть что-то, кроме формул и алгоритмов? Она обиженно засунула карту в карман и хотела уйти прочь, но на пороге застыла. Нет, так расстаться с ним она не могла. Снова переведя дух, она развернулась. - Спасибо, - произнесла она вполне искренне, урезонив свою ярость. - Спасибо за все. Он кивнул. Она вышла прочь и закрыла за собой дверь, предавшись глупой надежде когда-нибудь увидеться со своим другом вновь.

***

Задерживаться на Камале Хейс не стала. Покинув квартиру, она сразу же вернулась к своему аэрокару и направила его в космопорт. Потом купила по поддельным документам билет на гражданский лайнер вип-класса и уже через два часа вырвалась из лона планеты, некогда бывшей ей почти домом. Ретранслятор был еще далеко, поэтому Криз, сидя в мягком кожаном кресле, задумчиво крутила в руках переданную Хэнком ключ-карту и задавалась вопросом, что она открывает. Могла ли там быть информация, из-за которой Альянс рыл носом землю? Но Хок уверял, что уничтожил все данные. Тогда что там? Если данные на карте зашифрованы, только один человек был способен их расшифровать. А значит, ей нужно было на Цитадель. Чтобы проникнуть на станцию и пройти таможню в этот раз, Криз не потребовалось прибегать ни к вирусам, ни к обманным отвлекающим маневрам с "зайцами"*. "Цербер" снабжал всех своих сотрудников поддельными документами, уже внесенными в базу СБЦ, а также поддельными "слепками" ДНК и сетчатки, зарегистрированными на вымышленное имя оперативника. Спрятанного у Хейс оружия не было, не считая карборундового стилета в модифицированном под её нужды инструментроне, а такая модификация была разрешена на станции, и шприца с ядом, скрытого с внутренней стороны рукава её куртки, слишком незаметного, чтобы вызвать вопросы. Личный багаж также отсутствовал, поэтому она довольно быстро прошла таможенный пункт и быстро затерялась среди толпы инопланетян. Она была на станции уже не в первый раз и не обращала внимания ни на рекламные головывески всех мастей, ни на застывших то тут, то там и охранявших стены сотрудников СБЦ, ни на огромное количество жителей с мордами, физиономиями и рожами разношерстного галактического сообщества. Девушка не хотела привлекать внимания, поэтому сменила свою куртку и брюки на деловой костюм, заколола темные волосы назад и надела очки - и сразу же приобрела вид самой обычной секретарши какой-нибудь конторки, каких тут пруд пруди. Для пущей схожести она купила себе сумку для несуществующего датапада и, перебросив её через плечо, окончательно вошла в роль среднестатистического жителя многомиллионной станции, являющейся деловым и экономическим центром для любого бизнесмена и просто муравейником для офисных работников. Адрес нужного человека она знала точно. Ей уже не раз приходилось прибегать к его помощи, поскольку услуги он поставлял весьма специфического характера. Добравшись до его квартиры, Хестром постучалась, как и было некогда оговорено. Ей быстро открыли. - А, это ты, - Стэо Бол, один из лучших хакеров Цитадели, смущенно покраснел, поправляя смятую футболку на своем выпирающем от сидячей жизни животе. Потом почесал затылок. - Я надеялся, ты про меня забыла. - Не дождешься, - холодно отозвалась она и без приглашения прошла внутрь, быстро оглядев помещение. Никого внутри не было. Один сплошной хаос: повсюду разбросанные вещи и одежда, остатки пищи и много, очень много компьютеров. Такая обстановка ярко контрастировала с недавними педантизмом и аскетизмом, царствовавшими у Хэнка в квартире. После случившегося почти год назад Бол предпочитал жить более скромно, понимая, что с его работой нужно проявлять хотя бы минимальную осторожность. Среди его клиентов были как члены местных банд, нечистые на руки сбцшники, так и довольно известные личности, пожелавшие обогнуть закон с помощью ловких рук хакера. Дождавшись, когда Бол закроет дверь, Хейс сразу же перешла к делу. Она извлекла ключ-карту и положила её на стол, перед этим пренебрежительно столкнув на пол гору пустых красных фантиков от конфет. Бол вцепился в карту непонимающим взглядом. - Мне кажется или ты уже приносила мне это? - Та была ненастоящая, как оказалось, - не стала вдаваться в подробности девушка. - А эта - настоящая. Та самая, что передал мне Хок. И она целая. Сможешь расшифровать её и понять, от чего она? - Дай мне пару минут, - самоуверенно заявил он, напомнив ей чем-то утерянного друга, когда-то тоже самоуверенно называвшего себя "гроком". Хейс кивнула и принялась ждать. Поскольку бездействие она ненавидела, то использовала свободные минуты, чтобы проверить новостные сводки в Экстранете. Сводки, в которых "Цербер" прятал свои инструкции для агентов. Для неё ничего не было. Она действительно была в трехдневном отпуске. - Как продвигается работа по твоему вирусу? "Лола", кажется? - невзначай спросила она, хотя на эту тему когда-то делала пометку в своей памяти. Создаваемый вирус Бола мог оказаться полезной вещью. - "Кроатон", - буркнул тот под нос. - Назвал его так. Хрен знает, что это такое, да мне и лень узнавать, но Хоку нравилось... Уже есть кое-какой прогресс. Та смесь Хока, что ты и твои ребята мне вкололи... короче, если б знал её химический состав, ширялся бы каждый день*. Больше он ничего не сказал, уткнувшись в свой монитор. - Ты смог что-нибудь узнать новое? Бол отрицательно покачал головой, на что Хейс досадливо поморщилась. Если уж Стэо Бол ничего не может найти про загадочных солдат - "грифонов" Альянса, то ей остается смириться с ожиданием и надеяться, что хакер сможет все-таки выхватить нечто полезное из того колоссального объема информации в Экстранете. Или, может, обратиться за помощью к саларианским специалистам? Эти пучеглазые пришельцы могли найти иголку в стоге сена. - Боюсь, тут небольшая засада, - вдруг признался Бол, снова почесав затылок. - Пары минут мне явно не хватит. - Что такое? - Хок зашифровал не только доступ к информации, но и саму информацию, причем тут стоит ловушка, а чтобы её обойти, мне потребуется время. - Это в его стиле, - усмехнулась Хейс, а в уме добавила печальное: "Было", резанувшее её по сердцу. - Сколько времени это займет? - Может, день, а, может, месяц, - Бол развел руками. - В любом случае, не пару минут. - Если больше суток, то это проблема, - устало выдохнула девушка, вспомнив, что через 28 часов ей нужно прибыть в указанное "Цербером" место. - Когда все сделаешь, сохрани у себя. А карту спрячь. Возможно, я приду за ней только через полгода. И, Бол, - она смерила его грозным взглядом, - если кому-нибудь проболтаешься про меня или если отдашь кому-нибудь карту... - Не отдам, - сглотнул он, закачав головой. - Это же карта Хока. А он был мне другом. Пробуравив его глазами, она кивнула. Не сказать, что она ему поверила. Возможно, хакер сам верил в свои слова в эту минуту, но чтобы расколоть его, особых методов применять не нужно. Только напугать до чертиков и дело в шляпе. Но кто будет этим заниматься? Она сама узнала про ключ-карту часов двенадцать назад. Хейс попрощалась с хакером и ушла, предавшись тяжелым мыслям. Самое ужасное заключалось в том, что она попросту не знала, чем заняться. Почти год, со дня вступления в "Цербер", её время было расписано по часам. Она либо готовилась к заданию, либо была на задании. У нее совсем не оставалось времени на свободное ничегонеделанье, а сейчас ей необходимо было потратить чуть больше суток на улаживание собственных дел, которых у неё попросту не было! Как бы это прокомментировал Ниро, к примеру? "Расслабься, Си, и пойдем в постель?" Да, он точно сказал бы что-либо подобное. Тулус бы покачал головой и ухмыльнулся, Джесс захохотала бы совсем не по-женски и залпом осушила бы очередную порцию ринкола, а Хок, этот малец-гений, покраснел бы до кончиков волос и спрятал глаза. Только сейчас Криз в полной мере осознала, как сильно ей не хватает её друзей. Но все они были мертвы, кроме везунчика Ниро, который находился неизвестно где и, возможно, растеряв свое везение, уже тоже оказался на том свете. И вот теперь из её жизни ушел и Хэнк Мастерс. И не осталось никого. Черт, от этих мыслей ей хотелось выть на луну! Хейс сама не заметила, как ноги принесли её в "Логово Коры", стриптиз-клуб на Цитадели, пользующийся определенной репутацией. Клуб принадлежал криминальной личности по имени Фист, но на бумагах, разумеется, его владельцем явно являлся некто другой. Фист лишь умело прикрывал свои незаконные делишки деятельностью клуба и, скорее всего, с помощью заведения отмывал свои нелегальные доходы. Когда-то, лет этак десять назад, клуб считался вполне приличным местом, но сейчас все больше обрастал криминальной репутацией и соответствующим контингентом клиентуры из той же области. Все это Хейс услышала от таксиста-волуса, который настоятельно не рекомендовал "приличной леди" наведываться в подобные места. Но Криз было абсолютно плевать на мнение таксиста и то, что у людей и нелюдей при виде неё складывалось совершенно ошибочное мнение. И вправду: разве можно было подумать, глядя на её вполне приличный деловой костюм а-ля "Мисс Конгениальность", что она полжизни провела среди наемников, не отличавшихся манерами, и такие заведения для нее - почти дом родной? Скорее, небоскребы вылизанной станции и чистенькие офисные коридоры были для неё в новинку. Чтобы не вызывать лишних вопросов, она расплела и взъерошила свои волосы, позволив им, едва касаясь, упасть на плечи, избавилась от очков, пустой сумки и надоевшего пиджака. Потом молча поблагодарила волуса за его заботу и, расплатившись, вынырнула из аэрокара. Сразу же натолкнулась на крогана, не самого дружелюбного на вид. Рептилоид проводил её прищуренным взглядом, пока девушка добиралась до входа в клуб по нереально длинному коридору. Как будто этот коридор был намеком от владельца: слабаки пусть передумают в пути, а смельчаки пусть рискуют. Едва двери любезно открылись, Криз очутилась в облаке света, звука и ритма. Первым впечатлением была досада: это место явно пользуется незаслуженной репутацией, как рассадника порока и головорезов. За столиками сидели вполне обычные на вид посетители, никто ни с кем не выяснял отношения, танцовщицы-азари крутили своими телесами перед каждым, кто был готов заплатить. Это место даже отдаленно не напоминало злачные места Камалы, вроде бара "Черепа", где "светила" являлись завсегдатаями. Но несмотря на общую атмосферу цивилизованности, Хейс не сомневалась, что даже тут можно прилично напиться. Что она и собиралась проделать - мысли и воспоминания её совсем достали, а она не собиралась проводить целые сутки в общении с ними и своим одиночеством. Поэтому первым делом она направилась к округлой барной стойке и под пристальный взгляд барменши-человека заказала себе виски. - Вы уверены, мисс, что вам нужен виски? - спросила её немного озабоченно та. - А ты уверена, дорогуша, что это твое собачье дело? - не сдержав раздражение, отпарировала Хейс. Та сразу же стушевалась и молча принялась выполнять заказ, а Хейс мысленно выругалась на свою грубость. Барменша не собиралась лезть не в свои дела, а, скорее всего, вправду забеспокоилась о представительнице своего вида. Это можно было бы назвать даже милым, если б только Криз не была столь раздражена. И все же она нашла в себе силы и, схватив барменшу за руку, когда та поднесла ей напиток, произнесла: - Простите... Тяжелый рабочий день. Та слабо улыбнулась и кивнула, оставив посетительницу. Порция виски не помогла девушке расслабиться. Она заказала новую и, только осушив её, почувствовала, как по телу разливается приятное тепло и - что важнее - мысли отступают на второй план, поддавшись беззаботному хмелю. Третья порция и вовсе пошла на ура, и вскоре Хейс предалась бессмысленному разглядыванию посетителей, отмечая в голове какие-то мелочи: саларианец за столиком в углу, игравший в голопокер с каким-то человеческим мужчиной, явно жульничал, а его невезучий коллега был слишком пьян, чтобы это заметить; кроган-вышибала не обращал внимания на эту парочку, несмотря на то, что азартные игры на станции были разрешены только в специальных казино; стриптизерша-азари, старавшаяся произвести впечатление на клиента, осталась недовольна его чаевыми, когда он ушел... Черт бы побрал, Хок, твою проклятую смесь, из-за которой иногда запоминались самые дурацкие мелочи!* Внезапно Хейс почувствовала, как кто-то осторожно коснулся её лодыжки. Посмотрев вниз, она увидела волуса. - Миссссс, - сказал он. - Дззззентльмен за тем ссссстоликом, - пришелец-карапуз указал направление, - приглашает васссс к сссебе. А это, - он протянул ей бутылку виски, - в качессссстве приглашения. И быстро ушел. Девушка посмотрела в указанном направлении и увидела мужчину, вполне привлекательного на вид, который сидел за вип столиком и нагло ей улыбался. В другой раз она бы отказалась, послав ему презрительную улыбку, ну или - в зависимости от количества выпитого - разбила бы подаренную бутылку о его голову, чтобы стереть с его физиономии эту наглую ухмылку. Но сегодня такое знакомство не показалось ей неуместным или лишним. Быть может, это как раз то, что ей сейчас было нужно? Она зажала в руке бутылку, все еще думая, какой вариант предпочтительнее, как вдруг барменша остановила её. - Мисс... - но тут же смолкла, наткнувшись на взгляд незнакомца в вип ложе, и, пробормотав что-то, быстро ретировалась. А вот это уже интересно. Хейс почувствовала такое нелепое любопытство и даже азарт, что её решимость нисколько не угасла - даже окрепла. Девушка быстро преодолела расстояние до столика и, поставив бутылку, села напротив незнакомца, молча оценивая его глазами. Кажется, он делал то же самое. - Фаррел, - нарушил он молчание и протянул ей руку. Она проигнорировала жест, скривив губы в усмешке. - Уфф, - ничуть не смутился он. - Решили показать когти с самого начала? - Всего лишь проверяю, испугаешься ли ты, - пожала Криз плечами, принимая игру. Как оказалось, её новый знакомый ничуть не испугался. Он любезно предложил ей выпить, отвесил ей пару комплиментов, как бы вскользь упомянул, что предпочитает дорогие напитки и красивых женщин, потом обходительно поинтересовался целью её визита, и к этому моменту Хейс настолько надоела эта болтовня, что она решила взять быка за рога. - Цель у меня вполне конкретная и надеюсь, с твоей она совпадает, - хитро улыбнулась она, включив все свои женские уловки, поскольку виски изрядно ударил ей в голову. - Поэтому, может, хватит трепаться и перейдем в главному? Хейс сама не верила своим ушам. Помнится, эта была фраза Ниро, когда, нанюхавшись хеликса в тот самый злополучный день на Элизиуме, он развалился на диванчике в баре и, прервав ход её повествования о том, каков будет план по вывозу контрабанды, схватил её за руку и потащил в квартиру. Тогда она для верности врезала ему по челюсти, чем, впрочем, не смутила, поскольку к тому моменту они уже хорошо друг друга знали. И вот теперь, переняв эту несвойственную ей напористость в подобных делах, Хейс хотелось только одного: забыться. Её приятель по имени Фаррел если и был удивлен, но виду не подал и, галантно взяв её за руку, повел за собой. Перед глазами Хейс окружающая картинка слегка расплывалась, но сознавала она все достаточно четко: вот они вышли из бара, причем Фаррел как-то по-хозяйски отодвинул со своей дороги крогана-вышибалу, а тот, на удивление, не стал выеживаться, вот они садятся в такси и все десять минут дороги просто молчат, а девушка лишь замечает оценивающий и голодный взгляд своего сообщника на сегодняшнюю ночь, вот они выходят, и её галантно пропускают вперед в красивую, богато обставленную двухъярусную квартиру. Но потом все резко изменилось. Как только она услышала щелчок электронного замка и обернулась, то почувствовала, как на лицо опускается тяжелый кулак. - Как тебе такое, а? - в миг отбросив маску обходительного джентльмена, выкрикнул Фаррел и опустил на её лицо очередной удар, после которого она повалилась на пол. - И где же сейчас твои когти, сука? Сейчас я покажу тебе, кто тут главный! Впереди у нас целая ночь, можешь орать, сколько угодно - стены звуконепроницаемые! К утру ты уже усвоишь урок, клянусь! Хейс было больно. Она сплюнула кровь, проверив пальцем, не сломал ли этот извращенец ей нос. Виски притупил чувство страха. Вместо страха она почувствовала, как на неё накатила волна безудержного хохота, и засмеялась, чем привела своего мучителя в полное замешательство, а потом и бешенство. Брокк бы оценил*. - Ты еще смеешься?! - он быстро стащил с брюк свой ремень и, замахнувшись, хлестнул девушку по лицу. Но Криз не могла остановиться: алкоголь совсем выбил почву адекватности из-под ног. - Так вот... - выдавила она сквозь смех, - о чем хотела предупредить... барменша... Ремень снова опустился, задев её руку, но боли Хейс даже не почувствовала - приток адреналина был оглушительный. - Это ж надо было... из всех дамочек... - улыбалась она окровавленными губами, - выбрать меня. Да ты не просто извращенец... так еще и крайне невезучий. - Что ты там вякаешь? - её неадекватное для роли жертвы поведение совсем отключило функции его мозга анализировать. - Сейчас я покажу тебе, кто главный! Отбросив ремень, он снова ударил её и, перевернув на живот все еще смеющуюся девушку, стал грубо стаскивать с неё брюки, даже не догадываясь, что своим жестом напомнил ей кое-кого другого: насильника из прошлого, который действовал примерно таким же образом, когда его малолетка вдруг сопротивлялась. Эта параллель вызвала в Хейс приступ неуемного гнева. Она резко ударила Фаррела затылком и, пока он стонал, пораженно схватившись за нос, вынырнула из-под него. Поднявшись на ноги, схватила брошенный на пол ремень. Мужчина понял её намерение сразу же и хотел ударить, но Хейс ловко увернулась. Молниеносно активировав резотрон, она вонзила Фаррелу в бок свой стилет. Потом, не давая опомниться, набросила ремень на шею насильника и стянула так крепко, как только могла. Будучи довольно крупным, мужчина пытался вырваться, но ярость Хестром, помноженная на желание в очередной раз отомстить призраку из прошлого, превратила её из жертвы в настоящего убийцу. Насильник метался из стороны в сторону, силился стянуть ремень или ослабить хватку, но безуспешно: фурия за спиной не позволяла ему этого сделать, несмотря на то, что в течение борьбы они разгромили хрупкую мебель в прихожей. Наконец, мужчина начал сдавать. Лицо его постепенно синело, движения становились расплывчатыми. Он медленно умирал, и его мучения слегка охладили жар той ярости, что бушевала в душе девушки. - Надеюсь, теперь ты понял, кто тут главный, - проговорила она с отвращением и замахнулась стилетом. Лезвие вошло точно в правый глаз. Фаррел дернулся, зашелся судорогой и вскоре обмяк. Только тогда Хейс позволила себе выдохнуть и осесть на пол. Лицо было разбито, два пальца сломаны. Адреналин полностью отрезвил её мысли, и теперь она столкнулась с другой проблемой. Барменша, вышибала и еще множество голов видели, как она и этот Фаррел выходили вместе. На улицах двое могли попасть на камеры СБЦ. Их мог запомнить таксист. Хорошо, что хоть стены были непроницаемыми: извращенец превратил свое логово в идеальное место для насилия, не подозревая, что готовит идеальное место для собственного убийства. Поэтому у Хейс было время подумать. Неприятности, связанные с СБЦ, ей были не нужны. Её изображения в криминальных сводках - тем более. Пусть и под вымышленным именем. И если год назад после убийства на станции им с Хоком потребовалось сматываться как можно скорее, то сейчас, у Хестром Криз, нового оперативника "Цербера", был другой вариант. Она активировала свой инструментрон и вызвала координатора, предварительно отключив видеосвязь. - Слушаю, - голос Проайс прорезал тишину квартиры, подобно лязгу ржавых кандалов. - Это Криз, - устало выдохнула девушка. - Я на Цитадели. Мне нужен протокол 14. - Протокол 14? - не смогла та скрыть своего удивления. - Какого хрена, Криз? Тебе было дано время не для этого! - Так получилось, - Хейс и не подумала оправдываться. Тем более сейчас. - Я передам вам свой адрес. У вас есть группа зачистки на Цитадели? - Конечно, есть, - прошипела недовольная таким поворотом дел координатор. - Я отправлю группу по адресу. Никаких следов не останется. Ты же должна после их работы убраться со станции. И без фокусов! - Вышлите мне координаты места встречи, - попросила Хейс. - Ты что, закончила все свои дела? - Да, - девушка взглянула на труп, валяющийся рядом. - Я закончила все свои дела. И теперь готова.

***

Вербовщик 112-08, удостоверившись, что Хестром Криз покинула Камалу, вернулся в свою квартиру и стал педантично собирать вещи. Их было совсем немного: датапад, кое-что из одежды, генератор щита, пистолет, данные анализа по объектам, которыми он занимался в последние месяцы. После некоторого раздумья Хэнк решил уничтожить свои наработки. Больше с "Цербером" ему не по пути. Это было нелегко: врать в лицо своей подопечной. Но так было нужно. Она никогда не должна была узнать о том, что произошло на Марсе на самом деле. Правда лишь усугубила бы её чувство разочарования в Организации, и так уже собиравшейся пустить её в расход. Если бы не подсказка Вербовщика, Хестром Криз, возможно, была бы уже мертва. Но вместо этого лидер собирался включить её в свой секретный проект. Хэнк усмехнулся. Он был уверен, что Хейс справится. Не зря он приложил столько сил, чтобы завербовать её. Не зря он потерял интерес к своей работе сейчас, когда она уже не могла удовлетворить его в полной мере. На Камале больше нет алмазов, остались только обычные минералы, на которые Хэнку уже не хотелось терять время. Но его запросы о переводе на другие объекты были не услышаны. Сначала Мастерс не мог понять, зачем его держат на планете, пока его не осенило: Призрак ему не доверяет. Это стало поразительным и неприятным открытием. Впрочем, мужчина предполагал, что такое будет возможно. Он верил в "Цербер" всей душой. Но больше он ничего не мог дать Организации. И как ни прискорбно было это сознавать, "Цербер" больше не нуждался в Восьмом Вербовщике, не доверял ему. Это ясно доказывало то печальное обстоятельство, что за Хэнком велась слежка. Некто постоянно пересекался с ним, наводил справки, выяснял, где его найти. Пришло время найти собственную дорогу в жизни. Он готовился к этому решению уже полтора месяца. Создал новые документы, нашел колонию, где смог бы перевести дух и понять, чем заняться дальше. Хестром Криз больше в нем не нуждалась. Мысль о том, что с ней он впредь не увидится, причиняла слабую, но ощутимую боль. Хэнк никогда не позволял себе поддаваться чувствам. Топтал их, рубил на корню, вырывал руками сорняки эмоций. Но иногда ему приходила в голову забавная мысль, что, возможно, его отношение к Криз было продиктовано скорее личными чувствами, а не профессиональными, как ему казалось раньше. Да, она была перспективна. Да, целеустремленна. И умна. И все же это не было исключительной редкостью. Впрочем, Вербовщик никогда не развивал мысли на эту тему или тем более о чем-то фантазировал. Он просто давным-давно разучился жить чем-то еще, кроме своей работы. И вот теперь, когда работа была закончена, ему снова придется научиться думать только о себе. С этими мыслями он навсегда покинул свою арендованную и оплаченную наперед квартиру, долго плутал между домами и кварталами, проверяя, нет ли "хвоста". Убедившись в его отсутствии, он направился в доки, принадлежавшие "светилам", где уже был арендован личный шаттл. Быстро разогрев двигатели, Хэнк активировал поднятие магнитных зажимов. Но ничего не произошло. Красным загорелся датчик, сигнализирующий об ошибке. Вздохнув и изрядно насторожившись такой неожиданной поломке, мужчина поднялся и, вытащив свой пистолет, вышел проверить в чем дело. В доках было тихо: на Камалу уже давно опустилась ночь. Только пара охранников, бездельничающих у выходов и сонный диспетчер в своей будке наверху. Док был обособлен от центра и не пользовался популярностью у туристов, поскольку никаких гарантий, кроме сохранности судна, "светила" не давали. Внезапно вырубилось освещение. Хэнк еще сильнее сжал свой пистолет, понимая, что происходит. Но сдаваться так легко он не собирался. Несмотря на то, что его навыки, когда-то полученные в армии Альянса и давно покрытые пылью, оставляли желать лучшего, у Мастерса было преимущество - предупреждение об опасности от собственных инстинктов. Внутри бурлило легкое недовольное удивление тем фактом, что Некто нашел его, хотя Хэнк по праву считал себя асом в том, как путать следы. Очевидно, нашелся тот, кто перехитрил хитрого. В тишине Хэнку казалось, что громко звучат только его собственные удары сердца. Он осторожно добрался до магнитных зажимов и вручную разблокировал их. Потом, все так же озираясь, направился назад. И тут понял, что время пришло. Его уже ждали. Некто - высокий и стройный - резко метнулся в сторону, уходя от выстрелов Мастерса, взмахнул своим длинным мечом и, сделав обманный выпад, воткнул лезвие Хэнку в грудь. Мужчина даже не успел испугаться. Хотя чего бояться? Такой расклад был вероятен в 8 случаях из десяти, несмотря на всю проявленную осторожность. Вербовщик только удивился, кто этот человек и зачем ему старомодное оружие в двадцать втором веке. И последнее, о чем он подумал, это надежда, что Хестром Криз никогда не пересечется с этим убийцей и его мечом. - Призрак передает тебе привет, - проговорил убийца, не сознавая, что жертва уже не слышит ничего. - И возвращает долг. Но Хэнк уже был мертв, чтобы суметь ответить.