ОСА-12

Чувство беспомощности и полной безысходности - вот, что овладело Хестром в полной мере, когда её, подхватив под локти, куда-то тащили штурмовики. Голова постепенно прояснялась, но от этого, пожалуй, было только хуже: мысли все как одна начали суетиться, разбегаться, сменяясь то сначала горьким разочарованием в собственной неудаче, то потом - почти паническим страхом от осознания, что это конец. Где-то маячила еще надежда на то, что ей все-таки удастся найти выход из ситуации. Но вместе с тем разумом Хейс понимала, что на этот раз Призрак её не простит. Она, черт возьми, врезала ему шахматной доской! Позади штурмовиков шла Раса. Несмотря на удовлетворенное лицо и мелькавшие порой в её глазах злорадные нотки, Эмили больше не торжествовала в открытую, над чем-то, кажется, задумавшись. Возможно, она обдумывала, насколько словам ненавистной соперницы можно верить. Точно, Раса. Вот тебе пища для размышлений. Хейс хотелось бы скривить губы в насмешке висельника, но почему-то не получалось. Все же страх был в этот раз сильнее. Сильнее, чем когда Брокк, приговорив её к смерти, хотел убить в пустыне несколько лет назад. Боже, как же давно это было!.. - Тащите её в лифт, - приказала Раса штурмовикам тоном полноправной хозяйки, поймавшей-таки ловкого жмута в доме и пренебрежительно решающей судьбу надоевшего зверька. В этот момент Хейс себя так и ощущала, хотя и пыталась противостоять собственному нарастающему отчаянию, убеждая себя, что выход всегда есть. Не убил ведь её Брокк в пустыне? Правда, тогда у неё были друзья. Был такой преданный, но инфантильный Ниро. Верный Тулус. Джесс. Потом рисковавший своей жизнью ради неё Хок. И даже Кэннон. Но сейчас эти имена не могли её спасти. Сейчас друзей у неё не было. - Раса, - вдруг кто-то окликнул, и Хейс узнала голос Миранды Лоусон. Чуть повернув голову, сколько смогла, она увидела, как Лоусон приблизилась к агенту «Осы» и окинула взглядом сначала Проайс, которую уже привели в сознание, но которая сохраняла напряженное молчание, а потом и Криз. При этом Миранда слегка нахмурилась, как будто спрашивая себя, как эти двое могли спеться. - Откуда здесь Криз? - спросила она. - Несомненно, она тоже участвовала в операции Альянса, - заявила Раса. - Я нашла её в доке, когда следила за Проайс. Эти двое там шушукались, а потом Криз хотела убежать. - Убежать? - Миранда бросила на Хестром задумчивый взгляд, но той было все равно. Сопротивляться или уговаривать уже не имело смысла. Хейс это прекрасно понимала. Понимала и Проайс, сохранявшая молчание. - Зачем ей убегать, если по плану Проайс люди Альянса должны были захватить станцию? - А не все ли равно? - с легким раздражением спросила Эмили, как будто кто-то посмел подвергнуть сомнению неоспоримый факт предательства. - Она, как я поняла, стащила данные, передала их Проайс, а потом хотела бежать. Точка. - Я сама скажу, когда будет точка, - холодно отпарировала Лоусон, которой такой тон явно не понравился. - Где данные? Один из штурмовиков протянул ей датапад, точнее, то, что от него осталось. Внимательно рассмотрев поврежденный прибор и игнорируя нетерпение Расы, Миранда распорядилась: - И Проайс, и Криз - к Призраку, - а потом добавила с легкой угрозой: - И я очень надеюсь, Раса, что с последней в пути ничего не случится. Эмили сжала челюсти, явно сдерживая недовольство. Но оспаривать решение она не осмелилась, так что жестом велела затащить Хестром в другой лифт, туда, где уже, глядя на всех почти усталым взглядом, находилась Проайс. По лицу у неё струилась кровь - Хестром ударила прикладом будь здоров - но в остальном она была цела. Чего не сказать о Криз: получив приказ, Раса еще раз то ли ради верности, то ли ради удовольствия огрела её зарядом станнера, хотя никакого сопротивления из-за прошлых порций тока, удара головой и наручников Хестром оказать уже не могла. Может, расценивать это как комплимент? Все следующие минуты, составившие путь до кабинета Призрака через общую зону, Хейс была на грани потери сознания. Она сознавала, что её тело по-прежнему волочат куда-то: вот они высадились на нужном этаже, вот длинный коридор, уже знакомый, так как где-то в конце располагался кабинет босса, откуда она не так давно сбежала, вот дверь - а за ней настоящий мрак. Хейс попыталась сфокусировать зрение и прогнать пелену из головы, чтобы понять, что вообще происходит и как она оказалась в кромешной тьме. Откуда-то раздался голос, тот самый, что она надеялась больше никогда не услышать. Потом её тело грубо бросили на пол, и чьи-то руки ей что-то вкололи. Судя по тому, что сознание стало мгновенно проясняться, это был панацелин. Можно ли было расценивать это как надежду? Зачем давать ей панацелин, если они собирались её убить? Впрочем, Хестром, придя в себя и слегка приподнявшись, поняла, что никакой надежды нет. Хозяин кабинета стоял напротив окна с сигаретой и самым злым выражением на покрасневшем от недавнего удара лице. В полумраке это было не слишком заметно. Но вот то, что от былых холодной отстраненности и самоконтроля Призрака не осталось и следа - в этом не стоило сомневаться. Он пребывал в бешенстве! Его полный ненависти взгляд, прошедшийся почти с пренебрежением по Криз, просто кричал об этом. И скорее, он был взбешен не столько от того, что просчитался, профукав данные и получив по физиономии, сколько от того, кто именно это сделал. - Я нашла у неё это, - продолжала играть свою роль Раса, желая добиться очевидного. Она подошла к лидеру и протянула ему иглу. Хейс показалось, что даже в дыме от сигареты в полумраке помещения, где еще недавно было даже уютно, сейчас скользят уродливые демонические гримасы. Призрак какое-то время смотрел на иглу в своей руке, а потом, ничего не сказав, спрятал её в кармане. В этот момент дверь кабинета снова с легким шипением открылась, и вошла Миранда. Только тут Призрак нарушил гнетущее молчание и, казалось, снова обрел утраченный на время самоконтроль. По крайней мере, голос у него оставался крайне равнодушным: - Что насчет вовлеченных в операцию Альянса? - Мы смогли отследить всех по сигналу, отправленному Проайс, - сухо отозвалась Миранда. - Каждый, кто получил его, уже установлен и арестован. С некоторыми уже начали допрос. - Как только закончите и получите всю информацию, немедленно приступите к ликвидации, - этот приказ Призрака подтверждал худшие опасения, как и слова Миранды. Хейс, уже полностью придя в себя, но не имея ни малейшего шанса сбежать, так как её окружало несколько церберовцев, мысленно чертыхнулась. А ведь она допустила ошибку еще в самом начале, когда согласилась работать с Проайс! Теперь ясно, что за той вели слежку! - Агент Проайс, - словно прочитав её мысли, произнес Призрак, уже полностью взявший себя в руки, - есть ли еще детали, которые могут быть полезны «Церберу»? Ваши связные в Альянсе, закодированные каналы для передачи информации, точки сбора? - Иди ты в жопу, - прошипела зло та, дернувшись. - Я ничего тебе не скажу! - Могу поспорить, что вы измените свое мнение в результате допроса. - Да плевать мне на тебя, ублюдок, и на твое мнение! Я лишь хотела вырвать «Цербер» из твоих загребущих лап! И если бы Криз сделала то, что ей было велено, ты сейчас валялся бы на полу, а я - сидела бы в твоем кресле! - Криз... - взгляд Призрака метнул молнии в сторону упорно молчавшей Хестром, потом снова вернулся к координатору. - Боюсь, вас постигнет разочарование, Проайс. Все, кто хотел отобрать у меня «Цербер», уже мертвы. Вы на пути к этому. - «Цербер» должен был принадлежать Райсу! Это он его создал! А ты превратил в свою собственную империю, жалкий кретин! - Лимит моего терпения не безграничен, Проайс, - ледяным тоном отозвался лидер Организации, подходя к ней ближе. Резким жестом он затушил недокуренную сигарету прямо об её одежду, отчего женщина слегка дернулась, но не произнесла ни слова. - Я терпел вас под боком четыре года, прекрасно зная, что это вы сливаете информацию. Но вы мне были даже полезны, давая Альянсу то, что давал я. Так что даже будучи не в курсе, вы все равно работали в моих интересах. А про ваш готовящийся переворот я знаю уже полгода, вы меня этим нисколько не удивили. Я уже почти месяц жду, когда вы отошлете тот самый сигнал о начале операции, в который чуть ранее я внедрил свой жучок, чтобы отследить всех, кто этот сигнал примет. Получается, вы сами помогли мне одним росчерком найти всех предателей. Что ж, за это спасибо. Но теперь предел вашей полезности стремится к нулю, и сколь бы полезных деталей вы не знали, не откажу себе в удовольствии сделать вот это, - в руке Призрака вдруг материализовался пистолет. В ту же секунду прогремел неожиданный выстрел, и голова Проайс метнулась назад, пронзенная пулей прямо в лоб. Хестром даже вздрогнула, почувствовав резко нахлынувшую тошноту. Она видела подобное множество раз, но только сейчас ей стало по-настоящему страшно, что через мгновение и её голова вот так же нелепо и по-кукольному дернется назад! Еще больше её напугало то, что Призрак сам замарал руки, а ведь он предпочитал поручать такую работу своим людям! Это настолько явно демонстрировало охватившую его злость, что Хейс невольно отстранилась назад, так как со смертью Проайс наступала и её очередь. Призрак заметил это непроизвольное проявление страха и повернул голову. Пистолет он все же опустил, но взгляд его не предвещал ничего хорошего. Лицо, перекошенное хорошо скрываемой, но все же такой очевидной яростью, стало похоже на маску, а глаза светились особенно ярко, как будто сквозь них под оболочкой человека на Хестром смотрел настоящий монстр. - Неожиданно, - произнес он, уже полностью сосредоточившись на Криз. - Ты как всегда непредсказуема. Я и не думал, что ты прислуживаешь Альянсу. - Я не прислуживаю Альянсу, - процедила сквозь зубы Хейс. - Я всего лишь хотела убежать от тебя... Джек. Кажется, эти слова немного развеяли его злость. Он убрал пистолет и вернулся к окну. Снова закурил, раздражающе медленно для нетерпеливой Расы, но так обнадеживающе для Хестром. Миранда стояла поодаль и молча наблюдала за происходящим, не подавая признаков ни беспокойства, ни неодобрения. Раса переминалась с ноги на ногу, ожидая самого главного. Хейс же глядела на труп Проайс, ясно сознавая, что шансов не осталось. Ей вдруг стало невыразимо жаль бывшего координатора, хотя Железная Сука пыталась еще недавно убить её. Причина столь неуместной жалости была совершенна непонятна, но разбираться сейчас в этом Криз не была в силах. Мгновения, казалось, застыли, а страх сменился смиренной неизбежностью конца. Быть может, так даже лучше? Она сама привела себя к такому печальному финалу. Винить нужно только себя и свою неуемную жажду риска. Едва такая мысль промелькнула, как все внутри Хейс восстало против этого. Она не может умереть. Только не сейчас, когда у неё появился шанс сделать что-либо, кроме убийства и обмана! Но вот, сделав затяжку и отвернувшись к созерцанию космоса, Призрак спросил: - Что с данными, Миранда? - Они уничтожены, - безэмоционально ответила та. - Несколько выстрелов в упор. Полагаю, Криз это сделала. - Она могла их запомнить,- проговорил он так, как будто бы сама Хестром при этом и не присутствовала. По её спине пробежали мурашки. А следующие его слова перечеркнули все её и без того слабые надежды на спасение, приведя в искренний ужас: - Запусти проект «Фантом». Кажется, у нас появился первый доброволец. - Нет... - в неподдельном страхе прошептала Криз, не веря собственным ушам. А потом, все еще не веря, несмотря на то, что её уже потащили к выходу, громко закричала: - Нет! Только не так! Лучше убей меня! Убей, как Проайс! - Убить - слишком милосердно, Хестром! - отозвался он жестко, так и не обернувшись. - Я давал тебе шанс! И все могло бы быть иначе! Но ты свой выбор сделала! Несмотря на заведомую тщетность затеи, Хейс стала вырываться. Она пыталась остановить своих палачей, дергалась и цеплялась за их броню, даже хотела прокусить. Но её сопротивление было настолько же бесполезным, насколько со стороны, должно быть, жалким, выдававшим её самые настоящие страх и отчаяние, отчего паника буквально заслонила все прочие мысли. Нет, только не так! Хейс была готова к чему угодно, к смерти, в первую очередь, от пули, от вакуума, но только не стать лабораторной крысой! Картины, увиденные в третьем секторе, столь ярко стали появляться перед глазами, почти парализуя её попытки думать, а страх так крепко сжал сердце, что вся некогда долго и старательно воспитываемая выдержка просто обратилась в прах от ужасного осознания уготовленной ей участи! Так что в словах она себя перестала сдерживать: - Нет! Только не так, Джек! Будь ты проклят! Только не так! Чтоб ты сдох, тварь!.. Даже Раса не злорадствовала. Просто смотрела вслед, застыв на месте и как-то слегка сгорбившись, как будто её прежняя нерушимая уверенность в том, что она должна сейчас громко и торжественно смеяться, здорово пошатнулась. Хестром вырывалась как могла. Но трое штурмовиков, крепко держащих её и пресекающих любые попытки освободиться, были неумолимы. Шипение над ухом подсказало, что дверь уже очень близко. И если она закроется, то все - её уже ничего не спасет. Она станет просто биоматериалом для жутких экспериментов своего босса, даже не безумного, а просто уязвленного. И тогда, сдавшись под натиском обстоятельств, Хейс сделала последнюю попытку заставить Призрака отменить приказ: - Джек!.. Я беременна, Джек!.. Беременна, мать твою!.. Не смей!.. Эта последняя надежда была уже растоптана тяжелыми ботинками реальности, так как штурмовики даже не сбавили ход и все еще тащили её прочь, а она, совершенно обезумев, пыталась вырваться, как тут сквозь её проклятия и шум борьбы прорезался громкий приказ: - Стойте! Криз показалось, как будто колесо, в котором она бешено крутилась, приближаясь к вулкану, резко остановилось. По инерции она еще сопротивлялась несколько секунд, но потом поняла, что церберовцы замерли, швырнув её на пол и теперь стоят рядом, направив на неё дула своих «Когтей». Хестром трясло крупной дрожью. Адреналин и страх почти лишали её рассудок возможности что-либо сказать. Поэтому, упав на колени, она не сразу поняла, что происходит. И лишь когда её взгляд уткнулся в начищенные до блеска мужские ботинки, она поняла, кто стоит рядом с ней и подняла голову. Притворяться уже не было никакого смысла. Сдерживать себя в эмоциях - тем более. Сейчас она была слабой как никогда и уязвимой. И если её жизнь и жизнь ребенка зависели только от этого монстра в начищенных ботинках, который стоял совсем рядом, нависнув над ней, подобно дамоклову мечу, и внимательно, слегка нахмурившись, изучал её, то да: Хестром готова была умолять о пощаде сегодня, несмотря на то, что еще вчера это показалось бы ей отвратительным. - Что ты сказала? - недоверчиво уточнил он, а потом даже присел на корточки, пытаясь заглянуть ей в глаза и понять, правду ли она говорит. - Это правда, - протянула она тихо охрипшим от криков голосом. - Я беременна. Там... на Бекенштейне. Так получилось... Джек, прошу, только не убивай его. - Думаешь, я дурак, Хестром? - негромко проговорил он, сверля её злым взглядом. - Хочешь скормить мне эту байку? Неужели? - Это правда, - немного взяв себя в руки, четко повторила она. - Мой имплантат был поврежден и удален. Я три дня провалялась в капсуле. А потом ты... Проайс подделала отчет после Терра Новы! Хотела задействовать меня в своих целях!.. Но Рамзи... Рамзи знает! Спроси у него!.. - Откуда мне знать, что к этому делу непричастен наш общий друг-наркоман? - усмехнулся Призрак, скривив лицо в гримасе. - Это не так!.. - Хестром почувствовала, как нить спасения уходит из рук, проскальзывая между пальцев. - Рамзи удалил имплантат только после Терра Новы!.. Джек, я не вру, клянусь! Спроси у Рамзи!.. Призрак несколько бесконечно долгих и мучительных секунд буравил её тяжелым взглядом, а потом резко поднялся, и ботинки зашагали назад, а голос, который еще пару часов назад почти нежно называл её по имени, сейчас произнес с ледяным спокойствием: - Продолжайте. - Нет! - в новой вспышке ужаса вскрикнула Хейс, когда её снова поволокли прочь. - Спроси у Рамзи! Спроси у Рамзи!.. В этот момент один из штурмовиков, очевидно, получив приказ, ударил её в висок. Хестром почувствовала, как проваливается в бездну. И только её собственный крик: «Спроси у Рамзи!» стоял в ушах, сопровождая это падение. Она проиграла.

***

Кажется, у неё начались галлюцинации. Реальность Хейс воспринимала, словно сквозь призму немытого и очень толстого стекла. Свет над головой не предвещал ничего хорошего. Руки в перчатках, суетившиеся над ней, постоянно убегали, не давая неясному взору сфокусироваться над тем, кому они принадлежали. Это, определенно, были врачи. А значит, проект со страшным названием «Фантом» запущен. «Не хочу!» - закричала Хейс, но ей никто не ответил. Над головой склонилось знакомое лицо. В размытом сознании накачанного чем-то мозга мелькнула иголка узнавания. Это был Хэнк. Он молча и неодобрительно качал головой, как будто говоря, что она крупно облажалась. А рядом... рядом стоял Кэннон, дико улыбаясь. Его волосы были сбриты, а череп вскрыт, и из мозга торчали какие-то иглы и трубки. Он засмеялся, начав жутко приплясывать и передразнивать: «Спроси у Рамзи! Спроси у Рамзи!» - а потом проговорил незнакомым голосом: «Ты будешь в порядке, Хестром. Обещаю». «Нет!! - орала во всю глотку она, не издавая ни звука. - Только не так!!» Внезапно сквозь устрашающую физиономию Кэннона проступило озабоченное выражение другого лица. Миранда? Она внимательно разглядывала её и что-то кому-то говорила, но Хейс не слышала слов. Её снова стало утягивать вниз, куда-то в преисподнюю. Из последних сил она пошевелила губами. - Ребенок... - прошептала она то, что заботило её больше остального. Лоусон почему-то нахмурилась. А в следующее мгновение омут над головой сомкнулся.