Друг, а спорим?

— Пойдёшь со мной? — я сделала жалобные глазки. — Не-е-ет, у меня есть дела, я занят, — пробурчал Дима. — Иди сама, ты же спорила, а не я… — А ты не будешь… к Пашке меня ревновать? — я приподняла бровь. — Зачем? У вас же дружеские отношения, да и ты его динамишь в любом случае. Я в тебе не сомневаюсь. — Ни капельки? — с подозрением спросила я. — А что, есть повод? — Дима округлил глаза. — Нет-нет-нет, — замахала я руками. — Ни малейшего, милый!       А вот в нём сомневаться повод был. «Он меня вовсе не ревнует, не интересуется моими отношениями с другими, может, я попросту безразлична ему, и он меня не любит? Да и павлин говорил… Стоп. Почему я думаю о его глупых словах? Я ведь уже так долго знакома с Димой, так почему я в нём сомневаюсь? Это не должно повториться».       Уроки у меня окончились как раз вовремя, и я направилась в сквер, хотя и не сильно хотела туда идти. На лавочке сидел Павел, попивая молочный коктейль и махая мне рукой. — Ты как раз вовремя, — он глянул на наручные часы. — До времени прибытия молокососов ещё минут пятнадцать, а я тут уже с половины сижу. — Твоя красная шевелюра вовсю сверкает под солнцем так ярко, что привлекает к себе лишнее внимание, — я села рядом. — Ты же студент, а шатаешься тут без дела. Увидит кто, донесёт на тебя, и по второму кругу вылетишь из универа. — Вообще-то, я уже со всем закончил. Так что мне ничего не будет. И нет, перекрашиваться я не буду. — Всегда задавалась вопросом, а какой у тебя натуральный цвет волос? — Выйдешь за меня — узнаешь, — усмехнулся парень, заведя свою шарманку по новой. — Легче поспорить и выиграть желание, — отмахнулась я. — Когда там детишки придут? Может, они и не придут вовсе? Тогда выиграю я. — Ага, как же, разбежалась, — скривился красноволосый, указывая пальцем куда-то вдаль дорожки между аллеями в сквере. — Смотри, первые идут уже.       Я обернулась в ожидании и увидела двух пацанчиков из моего класса — двоечники-изгои. У них не клеятся отношения с одноклассниками, а с девушками — и подавно. Они бы пришли 100%. Я уже хотела засмеяться, как Иней прервал меня: — Погоди чуток, это ещё не всё. Скоро и остальные подтянутся, просто чуть позже. Хорошие парни всегда малость опаздывают, — подмигнул Паша, а сам поднялся и пошёл рассказывать уже пришедшим азы соблазнения. — Ну-ну, посмотрим.       Я отвернулась, начиная выискивать ещё мальчишек. Постепенно я немного забылась и начала любоваться природой: шелестом дубовых, только начинающих желтеть листьев под лёгкими порывами ветра, зелёными травами ровно выстриженных кустов, парочками, мило целующимися на лавочках (тоже ведь природа!). И когда я опомнилась, зачем пришла сюда, и обернулась, то была удивлена: мои лузеры, которых я учила, смело подходили к девушкам, что-то им говорили, а те расцветали и соглашались с ними прогуляться; вокруг павлина, ведущего лекцию о соблазнении, уже собралась толпа слушателей, пять из которых были недавно пришедшими моими учениками и ещё примерно столько же левых людей. Я поразилась ораторскому мастерству этой падлы и всё-таки признала, что из него выйдет отличный учитель.       Но это ещё не конец. Тут присутствовало лишь семь учеников-мальчиков из семнадцати. Придёт ещё десять — и я проиграла. Но хоть один не явится, и я буду спасена от желания павлина. А для этого нужно ещё немного подождать…       По прошествии десяти минут народ разбрёлся испробовать свои новоприобретённые навыки на ближайших девушках. Уставший и потерявший голос от долгих объяснений павлин приземлился рядом со мной на лавку, открывая банку пива, которая была с успехом выхвачена из рук и благополучно вылита под дерево. — Эй-эй-эй! Зачем же так с продуктом?! Она ведь денег стоит! — заныл красноволосый. — Уверена, что для тебя это — мелочь, так что не ной мне тут! Да и ты обещал больше не упиваться. Тем более, тут, в общественном месте, ещё и во время общения с детьми, — занудничала я. — Не такие уж они и дети. Смотри вон, — он обвёл взглядом сквер.       Я тоже огляделась. Кажется, Паша хорошо их обучил, так как все они уже ходили парочками с девушками. И вдруг я увидела вдали, под солнечными лучами, как нам навстречу направлялась кучка мальчиков, эдак десять. — Спорим, это твои? — хитро усмехнулся Паша. — Да н-нет, быть не может! — засмеялась я.       Внезапно откуда-то из стороны послышалась гора матов, и мы дружненько повернули головы. Какой-то жирный амбал столкнулся с хилым очкариком — одним из моих учеников — рядом с лавочкой, где сидела какая-то девушка. — Ёб вашу мать, я говорил клеить девушек, но не чужих же! — Паша сделал фэйспалм, а в это время я подорвалась и помчала к ним. — Нина, стой!       Я вклинилась между амбалом и очкариком: — Прошу прощения за него, — улыбнулась я. — Мой... брат просто меня искал, слеповат чуть-чуть, перепутал, с кем не бывает, да? — Он вообще слепой, что ли? Перепутать тебя, — скривился он, а потом перевёл взгляд на девушку сзади — прыщавую, пухлощёкую, кривозубую — и улыбнулся, — с моей красавицей?       Я скривилась, но, сглотнув, улыбнулась: — Что ж, простите за беспокойство, тогда мы пойдём… — А ну подошла сюда! Твой брат оскорбил нас! Вы так легко не отделаетесь, суки!       Я вздрогнула. Взяв паренька за плечи, я шепнула ему на ухо: «Когда досчитаю до трёх, бежим, понял? Раз… Два… Тр…»       Бу-бух! Амбал повален на асфальт. Обернувшись, я увидела Пашу. Тот хорошенько уебал хуком по жирной морде, которая очень спешила встать. Назревала драка, очень серьёзная драка. Амбал с визгом налетел на красноволосого, а тот ловко увернулся, отвесив жирдяю пендель. Люди начинали шептаться, показалось, что кто-то вызвал полицию. Я поняла, что мы вляпались по самое не хочу. Оттолкнула очкарика и побежала к приближающейся десятке парней. Да, это были мои ученики. Они пришли, все до единого. — Слушайте все! Сюда едет полиция, если вас тут увидят, то решат, что это вы затеяли драку! А ну живо по домам! — заорала я. От неожиданности они все рванули прочь. Я же побежала на помощь Пашке.       Но я опоздала. Когда пришла туда, амбал уже валялся на асфальте, девушка пыталась его разбудить, а рядом стоял Паша и тяжело дышал, костяшки были содраны в кровь. Я раскрыла рот от удивления. Услышав мои шаги, он обернулся с покрасневшим, вспотевшим лицом, кровотечением из носа и, улыбнувшись, изрёк: — Я победил. — Во всех смыслах, — сказала я, а потом, услышав полицейскую сирену, схватила его за руку: — Бежи-и-им!       Мы погнали в чёрт-знает-каком направлении как можно быстрее, павлин всю дорогу ржал: — Как в старые-добрые школьные времена, да? — частички слов можно было услышать сквозь ветер, а ещё его звонкий, немного сумасшедший смех, разливающийся на всю улицу. — Я классный учитель, да? Теперь за тобой моё желание… — Заткнись и беги быстрее, идиот! — завизжала я, и мы убежали далеко-далеко, уходя в закат…