Кто пустил маму за компьютер?

Катя Мы шли по темной улице, ночной прохладный ветерок раздувал мои взъерошенные волосы, а я, тупо уставившись в мостовую, плелась вслед за Пашей. Сморозила глупость, со мной бывает и довольно часто, но как после этого начать разговор, я не знала, он, видимо увидев это, начал первым: - Ну, рада, что к нам переедешь? - Даже не знаю, - задумчиво протягиваю я, носком кроссовки пиная камешек по дороге. – Вы классные ребята, но я не хочу, чтобы моя мама связывалась с малолеткой. Ловлю недоуменный взгляд. - То есть, для тебя двадцать пять – это малолетка? – присвистнул он, - Далеко пойдешь, дорогуша, с такими запросиками-то. - Не пойми меня неправильно, но моей маме нужен взрослый, уравновешенный мужчина, способный о ней позаботиться. А твой брат… - Понимаю о чем ты, - неожиданно серьезно начинает он, - Васька, веселый, поймет и поддержит всегда, но за ним глаз да глаз нужен. Я сам иногда не справляюсь, а тут ещё твоя мама, неуправляемая и темпераментная. Хорошо хоть ты помогать будешь, - улыбается. - Знаешь, мне кажется, что наша судьба заключается в том, чтобы следить за этими двумя. Хотя, по идее, все должно быть наоборот. - Как думаешь, они образумятся, если мы с тобой вдвоем сбежим куда-нибудь? - Сомневаюсь, - смеюсь я. – Скорее порадуются, что наша жизнь не так скучна и обыденна, как у нормальных людей. - В этом ты права. Беседа угасла, но мы уже подходили к дому, поэтому меня это не сильно беспокоило. Не могу я с ним отношения заводить, хотя вижу, что он начал проникаться симпатией ко мне. Во-первых, я обещала Ольке. Раз мы с ней дружим, и обеим нравится Паша, то никто из нас с ним не будет. Во-вторых, через месяц он станет моим дядей и это будет в крайней степени ненормально, даже для наших чокнутых семеек. - Ну, мы пришли, - неуверенно протягиваю я. - Я знаю, - он что-то пытается мне показать глазами, но я не особо понимаю. - Что? – удивляюсь. - И ты меня даже не поцелуешь? – я опешила. – Все вы женщины одинаковые. Всем вам нужно от нас мужчин только одно – чтобы вас проводили до дома, - причитает он, картинно закатывая глаза, и то и дело, норовя упасть в обморок. - Переигрываешь, - улыбаюсь я, но по непонятной для меня самой причине подхожу ближе и ближе к нему. - Но сработало же, - лучезарно улыбается он, берет меня за руку и притягивает к себе ближе. – Кать, неужели, не хочется? - Дело не в этом, - пытаюсь я выскользнуть из его объятий, но он удерживает меня. - А в чем? - Я не могу объяснить, - я все-таки отталкиваю его назад и бегу ближе к подъезду. – Все сложно, понимаешь? Весь мир против того, чтобы мы были вместе. И я сомневаюсь в том, что ты хочешь именно этого. - Кать, постой! – кричит он, но я уже скрылась в глубинах подъезда. Как только железная дверь лязгнула за моей спиной, из глаз брызнули слезы. Я села на ступеньки и горько разрыдалась, мурашки побежали по всему телу. Мечта об этом моменте не покидала меня с поры нашего знакомства в самом детстве. Каждый вечер, ложившись спать, я размышляла,как все могло бы быть, если… А сейчас испортила все собственными руками. Дура, что же я наделала. Дура. Минут через пять я поднялась со ступенек и заковыляла на свой второй этаж, все ещё содрогаясь от душивших горло рыданий. Поднимаясь по лестнице, я то и дело вытирала губы, мокрые от слез щеки тыльной стороной ладони. Подойдя уже вплотную к квартире, я обнаружила, что лампочка выкручена и площадка погружена в кромешную темноту. Я попыталась натыкать замочную скважину, но безуспешно, да и ключи вывалились из дрожащих пальцев. Я зевнула, прикрыв рот рукой и одновременно нагибаясь за ключами, и тут же почувствовала чье-то дыхание на своей шее. Огромные потные руки обхватили меня, а шершавая вонючая ладонь закрыла рот. Но от изумления я не опустила руку ото рта, поэтому резко откинула руку нападающего и пронзительно завизжала. От удивления маньяк ослабил хватку и я, еле вырвавшись, полетела по лестнице вниз.На свет.К людям… Паша М-да… Я лихо лажанулся с Катей. И кто за язык тянул? Тьфу. Я долго не мог отойти от подъезда. Честно говоря, просто потому, что ждал, что она спустится в мои объятья или крикнет с балкона что-то вроде: «Ну и что же ты там застрял? Поднимайся ко мне, о, храбрый рыцарь!» Но ничего подобного не случилось. Я спокойно простоял на пороге, докурил сигарету, последнюю, кстати говоря. Затоптал бычок, отметил в памяти, что нужно бы купить ещё пачку, как вдруг услышал истошный визг где-то внутри дома. Я подбежал к двери, попытался вырвать, но хрен магнит (или что там еще?) поддастся моей далеко не шварцнегеровской силе. Через секунду на меня вылетела Катя и чуть не сбила меня с ног, но я устоял и крепко прижал её к себе, она плакала. - Что произошло? – спросил я. Вдруг из подъезда выбежал мужичек лет пятидесяти и, глянув на нас, припустил в противоположном направлении. Я сразу понял, что произошло, и кинулся вдогонку. Свалив его с ног (не сильный, зато бегаю хорошо, ага), я перевернул это чмо на спину и бил кулаками по лицу, пока не подбежала Катя и не остановила меня. Мужчина был уже без сознания. Какие-то люди вокруг попытались было помочь ему, но увидев Катино состояние, тоже допёрли до происходящего и вызвали полицию. Хотели первоначально еще и скорую, но недонасильник быстро пришел в себя. Спустя полчаса вокруг нас уже собралась целая толпа, а несколько полицейских опрашивали меня и Катю. Её пригласили зайти завтра с родителями, а меня пожурили за избиение старших. Но не всерьез, один из полицейских постарше и попузатее даже руку мне пожал, пока никто не видел. Сказал: «Молодец, парень, и девушку свою защитил и козлу этому в морду насовал. Была б моя воля, я б таких как он… Эх, у меня же своя дочка. Молодец, в общем». Добросердечные граждане долго спрашивали нас о состоянии, нужно ли нам чего. Но мы вежливо откланялись и вернулись в дом. Катя была словно загипнотизированная. Она поднималась по ступенькам в полном безразличии к происходящему на этой планете, с таким флегматичным видом, что мне даже стало страшно. Её глаза опухли и покраснели, так же как и нос, руки дрожали. Я поднял валявшиеся у двери ключи от квартиры, странно, что никто не поднял, и отпер дверь. Как только дверь в квартиру отворилась, и Катя прошла внутрь, она тут же осела на пол и разревелась. Но уже не так буйно и неконтролируемо, а просто от страха, от пережитого, от невозможности стереть это из памяти сию же секунду. Я сел рядом с ней и долго утешал, гладя по голове. Через четверть часа она пришла в себя настолько, что смогла хотя бы отправиться в душ без моей помощи. Пока она была в ванной, я позвонил её матери, чтобы сообщить о случившемся. - Алло, - ответил мне охрипший сбивчивый голос, что первоначально натолкнуло меня на мысль, что я ошибся номером. - Вася? Дай мне Марину. - Зачем? Она не может. Мы заняты. - Срочно, дубина! – закричал я в трубку, - а брачные игры свои продолжите потом! - Алло, - такой же осипший сбивчивый, но женский голос ответил мне. – Пашенька, что случилось? - На Катю напали в подъезде, - начал я тоном не приемлющим перебиваний. – Она вырвалась и выбежала на улицу, я схватил этого подонка, сейчас он в КПЗ. Завтра вам вместе с Катей нужно будет наведаться в полицию и накатать заявление на этого ублюдка. - Поняла, - деловым голосом ответила она. – Как Катя? - Она в порядке. Потихоньку приходит в себя. Сейчас я напою её чаем и положу спать. Думаю, я сегодня у вас переночую. - Да, конечно, - спохватилась она. – Может, нам тоже прийти? - Нет, я справлюсь. Извините за беспокойство. - Ничего страшного, - сказала она и повесила трубку. Странная женщина, на секунду мне показалось, что она готова стать настоящей матерью и лететь на помощь своему ребенку, но этот порыв быстро угас. Это было слышно даже по голосу. Может, просто её время ещё не пришло и однажды она станет той мамой, которую Катя заслуживает. - Ты уже вышла? – оборачиваюсь я на звук шагов, - чаю будешь? - Наливай, - она села за стол. – И конфеты доставай. Крайний шкафчик справа. Ага. Давай мне. Я протянул требуемую вазочку с конфетами, сам плюхнулся на табурет у окна и осторожно осведомился: - Ну, ты в порядке? По её лицу пробежала тень, и я трижды проклял себя за то, что я такой тупоголовый кретин, который вместо того, чтобы отвлечь девушку опять полез с расспросами. - Катенька, - причитал я. –Все же хорошо уже. Успокойся. Не плачь. Я же спас тебя, и, если что-то случится, опять спасу. Я всегда буду рядом. Только не плачь. Посмотри на меня, подними свои голубые глазки. Вот. Слушай. Все будет хорошо, я обещаю тебе. Я гладил её по волосам, спине, шептал что-то утешительное на ухо, как мы поцеловались, я даже и не понял…