Кто пустил маму за компьютер?

Катя И что на меня вчера нашло? Я даже не ожидала от себя таких заигрываний, не пила даже, а тут... Интересно, что Пашка обо мне подумал? В школе я обычно тихая девочка, прилежная ученица, и никто не знает, о чем я думаю, какую музыку слушаю, какие фильмы смотрю. Никто, кроме Оли, не знает меня настоящую. Наверное, это к лучшему. – Катюш, - заходит в комнату мама, в руках у нее чашка горячего чая. - Я чаек заварила, будешь? – Мам, давай на чистоту. Что конкретно ты сейчас хочешь? – Как тебе Вася? - спрашивает она, заискивающе глядя мне в глаза. - Его брат тебе явно понравился. – Нормальный парень, твой Вася, - задумчиво говорю я. - Но именно парень. Ты уверена, что возраст вам не помешает? – Уверена, - кивает она головой. - Ну, я рада, что он тебе понравился. Потому что на следующей неделе мы перебираемся жить к ним. – Как? - я поперхнулась воздухом, пришла беда, откуда не ждали. – Ну, - неуверенно протягивает она. - Вот так. Мы подумали и решили, зачем откладывать совместную жизнь в долгий ящик. На следующей неделе переедем, подадим заявление, а через месяц распишемся тихо, по-семейному. – А жить мы у них, где будем? Там же двушка, большая, но все же двушка. Может, тогда лучше у нас, здесь хотя бы три комнаты. Спорить бесполезно, нужно выторговать себе наиболее выгодные условия проживания. Иначе спать придется на кухне в спальном мешке. Мама любительница «рая в шалаше», в то время как я предпочитаю комфорт. – Он же мужчина, я предоставила ему возможность решить. Предоставила, молодец какая! Парню двадцать лет, понятное дело, что ему хочется жить в своей квартире. Ладно, сейчас вообще нет настроения на долгие уговоры, потом, я надеюсь, она сама увидит, насколько там будет тесно вчетвером. Конечно, нужно было остановить ее в это самое время, когда зачатки этой идеи не отравили ее мозг окончательно, но мне было не до этого. Телефон за минуту до ее прихода загорелся, и я увидела, что папа написал мне e-mail, а значит, он скоро ко мне приедет. Мне не терпелось открыть почту. «Катюша, дорогая! Как у вас с мамой дела? Что там интересненького она опять вытворила? Я только приехал из Сингапура. Зашел в квартиру и сразу рванулся к компьютеру — писать тебе письмо. Купил в дьюти фри тебе новые духи: в розовом флаконе, как просила. Фотографии из Сингапура прикрепляю. Из-за дел не получилось выбраться на экскурсию или просто погулять, поэтому фотографировал из отеля и машины. Надеюсь, тебе понравится. Летом можно будет туда слетать. Еще у меня для вас с мамой потрясающие новости, но подробности расскажу за традиционным ужином. Жду вас завтра в пять у меня. Целую. Папа» Вот такое письмо и висело в моем почтовом ящике, также были какие-то фотки, но я не особо вглядывалась. Во-первых, известие о духах подняло мое настроение на новый уровень. А, во-вторых, мне было жутко любопытно, что же это запотрясающая новость ждет меня, да ещё и маму. Ужины в честь папиного приезда уже стали традицией в нашей маленькой раздробленной семье. Родители всегда очень хорошо ладили, даже после развода умудрились остаться друзьями, и мама не выходила замуж вновь без папиного одобрения. Сам же вечер мы проводили в папиной квартире, мы ели папину (довольно вкусную, кстати) стряпню, играли в уно или скраббл, болтали и смеялись. На самом деле, папина квартира должна принадлежать мне, но я смогу в неё переехать только, когда мне исполниться восемнадцать лет и я поступлю в университет. Это наш с папой уговор, а сейчас в этой квартире живет он. Правда, только когда бывает в городе. – Мам, - кричу я из комнаты. - Завтра в пять у папы! – Хорошо, - откликается она, как о чем-то обыденном, хотя, мы не видели папу уже около года. – Может, повременим с переездом тогда? - с надеждой спрашиваю я. – Я сейчас Васе позвоню и договоримся. Через десять минут мама, вся сияющая, зашла ко мне в комнату со словами: «Собирайся. Мы переезжаем сегодня же!» Паша На Машу я забил. Да, по системе она дошла выше, чем кто-либо до неё, но мне было плевать. Весь вчерашний вечер я думал о Кате, неужели, меня угораздило влюбиться в эту тихоню? Маша звонила, долго ругалась, даже плакала, я как честный пирожок её успокаивал, слушал, сочувствовал даже, но никаких действий не предпринял. И не предприму. Она красивая и умная, нам есть о чем поговорить, но мне она не интересна. Бывает же такое, что вот никак. Не хочется, не подходит, не получается. Сложный я. Иногда сам себя не понимаю, сейчас например. Васька что-то все утро на кухне шебуршится. – Вась, свари кофе! – Не сварю. Тебе надо иди и вари, - заходит он в комнату с блаженной физиономией. – Ты чего такой? – Через час Марина с Катей приедут... - мечтательно. – Зачем? - подпрыгиваю на стуле я. Вот засранец, и не предупредил даже, а мне так хотелось сегодня не бриться. – Жить... – ЧЕГО?! - Со стула я мгновенно слетаю и вихрем проношусь по всей квартире, собирая грязные носки, трусы, майки, а ещё чашки, тарелки и кучу всяких бумажек и фантиков. – Они будут с нами жить. - Глубокомысленно изрекает он. - Здорово, правда? В тесноте да не в обиде. – А спать где они будут? - я уже ничего не понимаю, просто ношусь по квартире в попытках отрыть несуществующую комнату. Но ежу понятно, что таковой даже под нашими с братом завалами не найдется. – Найдем... – Слушай, дружище, я за тебя безмерно рад и счастлив, но если ты сейчас же не начнешь убираться, то я забаррикадирую дверь, и мы будем жить вдвоем вечно. – Нет, вечно я не хочу... Через час уборки «по верхам» квартира не сияла, но имела довольно-таки пристойный вид. Основную часть работы, разумеется, делал я, а эта бабочка недоделанная порхала от полки к полке и медленно стирала пыль, что-то намурлыкивая себе под нос. – Спасибо тебе, - когда я уже совсем выдохся Вася, видимо, оправился от первоначального шока. – Да, не за что, в общем, - чешу в затылке я. – Ты мне очень помог. Я это ценю. Он меня обнял. Мне приятно, конечно, но это я не особо для него делал, а чтобы перед Катей и её мамой не опозориться. – Прижмитесь ближе, и ваши циклы наконец-то синхронизируются, - слышу веселый голос за спиной. Оборачиваюсь, а там стоит запыхавшаяся Кэтрин с картонной коробкой в руках: - У вас дверь открыта была. – Ага, - смущенно отвечаю я, - мы не закрываем никогда. – Василек! - раздается из коридора, - мы пришли! Брат сразу бежит туда навстречу своей «любимой», а я, спохватываясь, хватаю тяжеленную коробку из рук Кати. – Как хоть ты одна ее унесла? – Я сильная, - улыбается она мне и позволяет взять коробку из ее рук. Мы принесли огромные коробки из машины, а потом дружно уселись пить чай. Дамы предусмотрительно захватили с собой тортик. Во время этого чаепития я глаз не мог отвести от Кати, она шутила, смеялась, была совсем не похожа на себя в школе. Так. Все, хватит этих сопливо-романтических мыслей. Я не влюбился. Повторяю: я не влюбился. Такого просто не может быть, с такими как я такого не случается. Вечер подкрался незаметно, за веселым разговором мы не уловили приблизившейся темноты. – Пора спать, - зевнула Марина. – Я постелю нам на диване, - откликнулся Вася, уже вскакивая навстречу подвигам. – А мне куда? - Мнется Катя. – Пусть тебе Пашка в своей комнате постелет, а сам на полу поспит, не сломается. – Спасибо, братишка. Стоп, у нас же по полу дует, я не хочу, чтобы мне спину продуло. – Ну, спите вместе, - возникает Марина с добрым предложением. - Одну ночь-то можно, а потом мы матрас купим или раскладушку. – Ну, что, Катерина, Вы согласны провести со мной ночь? Шутка, конечно, но ответ меня очень даже интересует. – Паш, - мнется она снова, узнаю старую-добрую тихоню Катюшу, - ты не принимай на свой счет, но я не могу с парнем в одной кровати спать. – Ах, вот с чего ты про циклы упомянула! - откровенно ржу я. - Или боишься, что не сможешь сдерживать себя? Так не тушуйся, я весь твой. – Фу, охломон! - бьет она меня по рукам полотенцем. - Куда ручки-то свои загребущие тянешь? Мам, я домой пойду переночевать, раз тут негде. – Иди, - кричит Марина из комнаты, - только пусть Пашенька тебя проводит. Темно на улице. – Видишь, никуда тебе от меня не деться. Это судьба, - трагическим голосом продолжаю издеваться я. – Бери сумку и пошли. Уж лучше так, чем с таким бабником в одной кровати. Я обиделся, виду не подал, но неприятный осадок остался. Ей тоже было неудобно за сказанные слова, я это сразу заметил, но быстро натянул кеды и джинсы, и мы пошли по темной, прохладной улице к её дому. – Паш, ты прости меня. Я не подумала. – Я видел, - улыбаюсь. - Забудь. Все в порядке.