(Не)герой

Эри Я с отвращением осмотрел оранжевое пространство перед собой. Тыквы… Кругом дурацкие тыквы! Нет, я, конечно, услышал лекцию от Дримы, как здесь празднуют Хэллоуин, но готов к такому количеству тыкв не был. Вообще говоря, я ожидал, что будет максимум парящие тыквы вместо привычных свечей, но куда там. Странно все это, но жители этого мира празднуют день рождения Лилит. Моя матушка, безусловно, личность крайне яркая и, несомненно, могла отличиться и тут, но чтобы настолько? Люди все-таки странные создания. Хотя магов еще можно понять, у них в этот день принято проводить различные ритуалы, что призваны подарить благословение Магии. — Может, нам сбегать тебе за сладостями? — раздалось над ухом. Фред подкрался совершенно незаметно. — Не стоит, — мда, об этих двоих тоже не стоит забывать. Как же лениво даже думать о том, что у меня появились еще две головные боли. — Вам не стоит ближайшую неделю шататься вне территории Хогвартса. — Это из-за Договора? — поинтересовался Джордж, что уселся рядом со мной и недолго думая подцепил тыквенное пирожное. — Именно, хотите жить? — получил синхронные кивки. Ну еще бы! — В таком случае не рыпайтесь и не поминайте нашего брата, а не то вас ждет увлекательнейшее путешествие в мой мир с летальным исходом. Flashback В нашей с Уизли ситуации было два выхода. И не то чтобы они мне нравились, скорее сильно наоборот. Первый являл собой банальное пожирание, слопать их души было нетрудно, но стоило ли? Я не беспокоюсь о вкусе, но вот боюсь, что столь кардинальные меры не вовремя могут пробудить мой зверский аппетит. Не то чтобы мне жаль кого-либо, ну, за исключением Героя, но все-таки вариант стоит отмести. Вряд ли меня заподозрят в их смерти, но вот от родного папочки прилетит по первое число, а мамаша добавит исключительно в воспитательной профилактике. Потому смертоубийство отменялось за нецелесообразностью. — Предлагаю вам Договор, — все еще находясь в раздумьях, пробормотал я. — Ценой будут наши души? — как более боевой из дуэта, спросил Фред. — Нет, Договор это не Контракт, совершенно разные понятия, — покачал я головой. — Сейчас я поведаю вам суть Договора, а там сами решайте, стоит ли оно того. И я стал говорить. Договор сам по себе подразумевает принятие в семью или хотя бы свиту. Я предлагал близнецам роль свиты. Они должны были платить мне кровную или магическую плату. Так как они, по факту, дети, то магию жрать глупо и расточительно, потому будет ежедневная плата кровью. Это, конечно, не душа, но в моем нынешнем теле самое то для незаметного накопления резерва. По Договору я дарую им такие бонусы, как замедленное старение и ускоренная в сравнении с другими смертными регенерация. Но Договор налагает и свои ограничения: так мы должны будем в обязательном порядке встречаться хотя бы раз в трое суток, иначе Магия сочтет это нарушением и накажет всех участников. По мере того как я говорил, лица моих будущих подопечных менялись. Кажется, в самом начале моей мини-лекции оба парня в тайне надеялись, что все происходящее — банальный розыгрыш. Однако не замечая в моем лице и голосе никаких эмоций, парни постепенно принимали ужасную, по их мнению, реальность. Впрочем, услышав, что в качестве платы я потребую лишь немного крови, ребята заметно успокоились, а после слов о медленном старении и вовсе повеселели. Что же, мне будет куда как легче с ними, в таком случае. В ходе объяснения я умолчал лишь о том, что с каждой полученной каплей крови я буду потихоньку становиться прежним. То есть появится жажда душ и убийств, пропадет всякая человечность. Но, думаю, этот вопрос мы с Дримой как-нибудь решим без критических ситуаций. — Мы согласны, — эти слова они произнесли почти синхронно. Фред выглядел каким-то воодушевленным, Джордж же скорее банально последовал за братом в этом странном энтузиазме. End Flashback С одной стороны, мне бы радоваться: обзавелся аналогом прислуги, получаю энергию, да и рыжие теперь перестанут доставать, но что-то мне не весело. Фред и Джордж, как многие смертные до них, при заключении Договора потеряли всякое различие между хорошим и плохим, то есть приняли мое мировоззрение, а это не есть хорошо. Демон, как бы сильно ему ни хотелось, может себя одернуть и напомнить себе, что-то или иное действие, с моральной точки зрения, не самое лучшее. Люди, увы, над таким редко задумываются, считая, что не сотворят ничего сверхужасного. Вообще, проведя в этом мире столько времени, я привык к тому, что нужно постоянно себя одергивать. Безусловно, это бесило поначалу, но теперь я понимаю, как нелегко приходится демонам, что находятся в оковах Контракта и вынуждены жить среди людей, ничем себя не выдавая. Мне-то хоть Дрима помогает, начиная зудить о том, что веду себя как дите малое, что, естественно, заставляет злиться, но уже на слугу. Вспомнив фамильяра, я задумался. Сегодня змей упрашивал меня отказаться от похода на праздник, что ему совершенно несвойственно. Полагаю, отец решил вспомнить о моей безопасности, но, увы и ах, теперь я просто обязан сидеть на этом празднике и караулить Поттера. Сам Гарри сидел и счастливо улыбался, судя по всему, это первый настоящий праздник в его жизни. От мальчишки так и разит неподдельным счастьем и обожанием всего мира. Мда, от столь сильной атаки по мозгам у с самого утра болит голова, но что поделать… Продолжить мысленно сетовать на свою печальную судьбинушку мне не дали: двери в зал распахнулись и нашему взору предстал многострадальный профессор ЗОТИ. Тюрбан набок, в глазах ужас, а руки трясутся как у пьяницы. — Тролль! Тролль в подземелье… Спешил вам сообщить, — после чего наш недоодержимый поспешил свалиться в обморок. Причем лицом в землю, интересно, даже очень. Видимо, то, что живет в нашем преподавателе, очень против близких отношений с каменным полом. О Квиррелле позаботятся и без меня, а вот Герой и его сквайр меня волнуют в куда большей степени. Дамблдор начал вещать о необходимости доставки студентов в общежития, сами студенты были несколько в панике. Старшие курсы, особенно слизеринцы и равенкловцы, старались успокоить мелких, сами детишки, логично, боялись. Тот факт, что тролль в подземельях нисколько не смутил никого, вот она забота о милых змейках. Впрочем, не мои проблемы. Гарри и Уизли выглядели слишком воинственно, а потому у меня не было выбора, кроме как не спускать с них глаз. Как и ожидалось, эта парочка отделилась от гриффов и направилась в сторону лестниц. — Поттер! — плевать на рыжего, его, если что, братцы успокоят. Куда больше меня волнует Светлый. — Куда вы намылились, я стесняюсь спросить? Гарри Вопрос Драко застал меня врасплох. Тот факт, что он вообще заметил, как мы отделились, меня не особо удивил, мой друг частенько оказывался весьма осведомленным о моих передвижениях. Рон недовольно напыжился, Малфой, как обычно, не обращал на него внимания. За спиной моего товарища возвышались Грег и Винс. — Мы… эээ… хотим помочь Гермионе, — врать я не видел смысла; видя же немое удивление на лице блондина, мне пришлось пояснить: — Понимаешь, оказалось, что Рон ее сегодня серьезно обидел и она весь день плачет в женском туалете. А значит, не знает про тролля и… Рон недовольно засопел: кажется, он был против моих откровений. Малфой же выразительно приподнял бровь (порой мне казалось что он скопировал эту черту у Снейпа — уж очень похоже). Винсент фыркнул, а Грегори покачал головой. — Вы дураки или прикидываетесь? — по тону было ясно, что Драко действительно считает нас глупцами. Он сложил руки на груди и продолжил: — Тролль в подземельях, как он, по-вашему, окажется где-то выше холла? Да даже если и окажется, то что вы двое сможете ему противопоставить? Вы хоть понимаете, как это опасно? — Замолчи, Малфой! — резко прошипел Рональд и схватил меня на руку. — Гарри, пока этот болтает, Гермиона может быть в опасности, — Грейнджер мне никогда не нравилась, но помочь ей стоило. В конечном итоге, она же не виновата в том, что так любит учиться. Потому я печально покачал головой и рванул за Роном. — Идиоты, гриффиндорские кретины, — прозвучало рядом. Драко последовал за нами и, кажется, не особо запыхивался, раз продолжал говорить при беге. — Поттер… Гарри, ну почему нельзя было предупредить профессоров? На секунду я даже замешкался. Почему мне это не пришло в голову? Однако сейчас рассуждать не было времени. Краем глаза я увидел, как Грегори отделяется от нас и весьма бодро для своей комплекции направляется в противоположную сторону. Похоже, он пошел за учителями. Мы услышали девчачий крик в конце коридора. Это, безо всякого сомнения, была Гермиона. На подходе к женскому туалету мы с Роном явственно смутились. Все же мы мальчики и как-то неудобно туда заходить, а вот Драко и Винсента сей вопрос, похоже, мало волновал. Крэбб уверенно дернул ручку двери на себя и вошел первым, Драко с палочкой наизготовку последовал за ним. Мы с Роном решили от них не отставать. Пол был залит водой из сломанных раковин и унитазов. Повсюду валялись деревянные обломки туалетных кабинок. Под одной из груд обломков была Гермиона, она сжалась в комок и, кажется, боялась даже дышать. Тролль, огромный с не менее огромной дубиной в лапах, внимательно смотрел на нас: похоже, мы отвлекли его от добычи. Затем он грозно зарокотал, и мне на секунду даже показалось, что он сказал: «Еда!» Лапой он потянулся к Грейнджер, которая немедля завизжала; мне казалось, что так громко кричать невозможно. Я, не зная, как отвлечь от сокурсницы это чудовище, схватил осколок раковины и кинул в затылок троллю. Тот недовольно зарычал и вновь обернулся к нам. Страшно — это не то слово, мне казалось, что земля ушла из-под ног. Рядом судорожно вздохнул Рон, а вот Драко, кажется, был спокоен. Слишком спокоен. Винсент же и вовсе словно телохранитель из фильмов, кои так любит смотреть Дадли, прикрывал блондина собой. — Вингардиум Левиоса! — срываясь на крик, произнес заклинание Рон, и один из осколков полетел в тролля, но тот просто поймал его и сломал. Рыжик задрожал всем телом. — Все должно было быть не так, — пролепетал мой друг, я уже хотел было спросить, о чем он, но нас буквально снесло дубиной тролля. Удар о стенку был настолько болезненным, что у меня на секунду вылетел весь воздух из легких. Боль была адская, так больно не было, даже когда Дадли мне сломал руку в школе. Кажется, я еще и голову разбил, по затылку текло что-то теплое, скорее всего кровь. Перед глазами то и дело вспыхивали яркие огни, а потом стало темно и тепло. Последнее, что я помнил прежде, чем потерять сознание, это: — Герой, а на первом же препятствии готов умереть, — странно… Кто это мог быть, голос, казалось, звучал ото всюду и был преисполнен искреннего сочувствия ко мне?

***

— Поттер, если ты сейчас же не придешь в сознание, то я тебя самолично придушу, — прошипели рядом со мной. Голова раскалывалась, а тело ломило. Что произошло? Постепенно я восстановил события похода на тролля. Неужели я остался жив? Глаза распахнулись сами собой, и я увидел светлый потолок больничного крыла. Значит, все-таки нас спасли, как же я счастлив. Надеюсь, с Драко и Роном все в порядке, как и с Гермионой. — Может, ты все же соизволишь обратить на меня внимание? — я повернул голову и увидел недовольного блондина. Малфой посмотрел на меня как на нерадивого ребенка и произнес: — Довыпендривался? Первокурсник и полез на тролля! Есть и менее болезненные способы самоубийства, знаешь ли. — Драко? Неужели тролль тебя не задел? — недоверчиво глядя на целого и невредимого товарища, произнес я. После моего вопроса парень недовольно поморщился. — Задел, но я, в отличие от вас, защищен еще и родовой магией, а потому получил заметно меньшие травмы, что, впрочем, не избавит меня от крайне неприятного разговора с отцом, — на его лице появилась грусть, но в следующее мгновение он вновь стал невозмутимым. — Я не единственный твой посетитель, Поттер. Из-за перегородки показалась смущенная Гермиона. У нее была перебинтована и зафиксирована рука, а сама девочка выглядела крайне смущенной. На лице красовались мелкие царапины, полученные скорее всего от обломков, но в целом она выглядела неплохо. Когда Драко, как и положено джентльмену, уступил ей место, Грейнджер и вовсе стала напоминать помидор. — Гарри, спасибо, — неуверенно произнесла девочка и наклонила голову, словно в надежде прятаться за своими волосами. — Вы меня спасли, все вы. — Да ладно тебе, — на губах против воли появилась улыбка. Когда Гермиона не пыталась учить меня всему подряд, она вовсе не казалась противной. — Мы ведь гриффиндорцы и должны помогать товарищам. — Да! — она заулыбалась, а затем протянула мне здоровую руку и добавила. — Давай дружить, Гарри? И, конечно же, я согласился. Рядом фыркнул Драко, но, кажется, он был вовсе не против Гермионы, да и она не смотрела на него как на врага. Впрочем, сегодня многие ученики с третьего курса перестали смотреть на Драко с презрением, а Фред и Джордж и вовсе весь день оказывались рядом с Малфоем. Думаю, стоит у него узнать, как он умудрился изменить мнение старших о себе. Но это все потом, а сейчас стоит как можно быстрее встать на ноги. Ненавижу болеть.