Слизеринка: Родовое проклятье.

Pov Гермиона. Паркинсон вызывает меня на дуэль? Она видела наш поцелуй с Малфоем? Хм.Странно. Прозвенел звонок, и я зашла в кабинет. Урок прошел в размышлениях о том, кто мог нас снять. Да ещё и то чувство.Почему-то, когда Малфой меня поцеловал, во мне что-то сломалось. Внутри, в самой глубине души. Грейнджер, давай поговорим о вчерашнем. Малфой. Что он уже собираеться мне сказать? Я взяла перо, и написала ответ. Нам с тобой говорить не о чем. Уже через минуту, ко мне попала ответная записка. А про поцелуй уже забыла? Ну вот его-не я организовала. Хотелось бы забыть-это самое худшее воспоминание Я бросила ему записку, и посмотрела в окно. Когда на парту снова приземлилась записка, я просто прошептала: — Эванеско. И записка исчезла. *** Все собрались во дворе школы. Паркинсон стояла, и повторяла заклинания. Рядом с ней маячила Дафна. Я стояла под деревом, и думала, кто же мог сфотографировать нас. «Узнала бы кто-руки оторвала бы» — Грейнджер! — я услышала, что меня зовет Гринграсс. Они с Паркинсон махнули головой в сторону центра. Я подошла. Всё смотрели на нас. Я вытащила палочку. — Начинай. — сказала она, яростно глядя на меня. — Ты назначила дуэль, стало быть, тебе и начинать. — ответила я. — Левикорпус! — я пригнулась, и заклинание в меня не попало — Серпенсортиа! — появилась змея. — Эванеско! — змея исчезла — Остолбеней! — Инкарцеро! — но я освободилась от веревок, заклинанием «Протего». — Левикорпус! — Паркинсон повисла в воздухе. — Ах, ты, грязнокровка! — она прошептала какое-то заклинание, и я хотела пригнуться вниз, но луч тоже направился вниз, и попал в меня. Глаза закрылись, и я потеряла сознание. Последнее, что я видела, это то, как все подбежали ко мне. *** Очнулась я уже в лазарете. У меня сильно болела голова, и нога. Открыв глаза, я увидела перед собой Мадам Помфри. Она молча протянула мне склянку с зельем, и я выпила до дна. Боль стала потихоньку утихать. — Мисс Грейнджер, — в палату вошел профессор Снейп — как Вы себя чувствуете? — Более-менее нормально, профессор. А что произошло, когда я. — Вас сюда принес мистер Малфой, — ответил Снейп, не дав мне договорить. «Что? Он принес меня сюда?..» — Мисс Грейнджер, Вы должны быть в лазарете. На уроки Вы завтра не пойдете, у Вас сильно повреждена нога и голова, как мне сказала мадам Помфри. — Но. — И ещё: мисс Паркинсон просила передать Вам свои извинения. К сожалению, лично она посетить Вас не смогла. — А где она? — спросила я. «Очнись, тебя это так волнует? Она-твой враг». — Сейчас мисс Паркинсон находиться у директора. Ей назначили отработку, и Вас, мисс Грейнджер, тоже ждет отработка: не забывайте, что Вы участвовали в дуэли. Ну, а сейчас, поправляйтесь. — и Снейп покинул палату. Я лежала, и не могла до конца осознать сказанного профессором. Малфой меня принес.Он помог мне. И, пусть не в первый раз, но он помог. Вспомнив вчерашний поцелуй, я окончательно запуталась. — К Вам пришли, — мадам Помфри впустила кого-то, и через секунду, передо мной предстал Малфой. Вид у него был бледный, а глаза смотрели на меня с еле скрытной яростью. — Грейнджер, ты что, совсем ум потеряла в голове? — он спрашивает это спокойно, но я чувствую, что секунда-и он сорвется. — Зачем пришел, Малфой? — спросила я, опустив взгляд. — Посмотреть на тебя, — он сел на стул, стоящий рядом — ведь, если бы Паркинсон позволила бы себе куда более жесткое заклинание, тебя уже бы не было. — Я считаю, что у неё смелости на это не хватит. Ну, это впрочем хорошо, что ты пришел. Я хотела с тобой поговорить. — О чем? — спросил он, как-то напрягся. — Кто-то вчера сфотографировал нас на поле, и эти фото попали к Паркинсон. — Из-за этого состоялась дуэль? — Да. — я подняла на него взгляд. — Грейнджер.чего ты мне сразу не сказала, перед этим?! Тогда никакой дуэли бы и не было, я смог бы остановить Паркинсон! — Я не хочу, что бы она думала, будто я её боюсь. — Да плевать мне, что она будет думать! — Малфой был зол. — А вообще, это ты виноват! Зачем ты меня поцеловал?! И зачем ты меня сюда принес?! Я тебя об этом не просила! — сказала я громко. Он смотрел на меня, секунд пять, с каким-то разочарованием в глазах. Тихо прошептал: — Дура ты, Грейнджер. Я же... — и он вышел с палаты. Я удивленно приподняла брови. Он просто ушел. Мне было так плохо на душе, что я просто стала петь. Я иногда лишь пела. Песня-это была моя душа. Но, к сожалению, с этой душой, я не соприкосалась уже почти два месяца. — Близка неизбежность Так мало любви, так много слов Совершенная нежность Превращается в совершенное зло Отвергая законы природы Стоит у перил моста Безумно глядя на воду Совершенная красота Кто-то мчался, падая с ног, Плыл против течения, ехал на красный Просто чтобы сказать, что всё будет хорошо, Что всё не напрасно Но ошибся дорогой, И не рассчитал траекторий полёта И мне снова приходится быть для тебя этим ''кто-то'' Любить — это так глупо Всё получилось не так, как хочется Лезут холодные Скользкие щупальца в мир Одиночества Калечат и ранят, и сердце сжимают вежливой ложью Но мы же не станем холодными, Скользкими тоже. Так хочеться остановиться Сказать своим светлым порывам — хватит Легко заблудиться В мире хитрых стратегий и тактик Душа трепещет и плачет От того что творится в уме.