Слизеринка: Родовое проклятье.

Днем следующего дня, после уроков, мы всем разослали время на монетах, которые сделали Фред, Джордж и Ли. Место было выбрано, и около семи вечера, всё собрались на восьмом этаже. Мы открыли дверь, и всё вошли. — А что это за место? — Ого, а мы даже и не подозревали… — Интересно, эта комната здесь давно? Всюду только и были слышны эти вопросы. — Минутку, — попросила я, став перед ними всеми, рядом с Гарри. К своему удивлению, я заметила, что даже Смит явился на занятие. «Неужто поменял своё мнение?» Но быстро отбросив напрочь лишние мысли, я поспешила сказать. — Мы находимся в Выручай-комнате. Эта комната каждый раз является по-разному, и именно так, как наиболее необходимо в этот момент тому, кто стоит перед ней. Эту комнату не всё знают, и многие даже не подозревают о ней, а потому, здесь-отличное место для тренировок. Всё восхищенно ахнули, будто и не подозревая об этой комнате. А я вспомнила, как здесь оказалась в первый раз — меня сюда завел Драко. Это было ещё давно, в прошлом году. Драко, Панси, и Блейз — стояли с краю толпы, и смотрели на меня. — Давайте потренируемся. — сказал Гарри, доставая палочку — И так, первое заклинание, которое мы будем отрабатывать здесь-Экспеллиармус. — Я думал, мы будем отрабатывать что-то более серьезное, чем обычное обезоруживающее заклинание. — сказал Смит. Фред уже намеревался сказать ему пару «ласковых», Джордж бросил в него колкий взгляд, а Гарри ответил: — В прошлом году это заклинание спасло мне и Седрику жизнь. Оно, своего рода, как хлеб с маслом каждого волшебника, — продолжал он, обходя всех — и, поверьте, что если вы будете владеть им отлично, вы сможете довольно-таки долго продержаться в дуэли с противником, особенно, если он применит Убивающее. Разбейтесь на пары, и тренируйтесь по очереди. Не успела я и опомниться, как оказалась в паре с Джинни. — Давай, ты первая. — сказала я. Она подняла палочку, и решительно произнесла: — Экспеллиармус! Я удержала свою палочку. Она хотела вырваться из моей руки, но не так сильно. — Экспеллиармус! Я хочу получить её. Хочу. Она вырывается, подлетает, и попадает мне в руки… — Как у тебя это получилось? — спросила Джинни, когда её палочка крепко была сжата в моей руке. — Просто нужно представить себе это. Запомни. Этот вопрос был ещё в прошлом году у меня на экзамене по ЗоТИ. Вскоре, получилось и у Джинни. Потом, мы отрабатывали заклинание Левикорпус. — Левикорпус! Джинни взмыла в воздух, и продержалась там долго. — Гермиона, у тебя отлично получается, — Гарри улыбнулся, проходя мимо нас. — Либеракорпус. Джинни стала на пол, и заколдовала меня. Это было такое странное ощущение, — быть в воздухе, не касаясь земли, без метлы. Такое ощущение, что подкидывает ветер. — Оу, сестренка, ты сумела поднять кого-то в воздух… — Джордж подошел к нам, мимоходом держа Фреда на прицеле палочки, который тоже висел в воздухе. — Ха-ха, Джордж, очень смешно. — ответила ему я, — Между прочим, это круто: висеть в воздухе, не держась ни за что. — Ну-ну… И они удалились ближе к стайке когтевранок, тренирующихся в этом же направлении. Через час, занятие подошло к концу. Гарри свистнул в свисток, который он достал, чтобы его всё слышали (во время тренировок в комнате неопределимый шум). — На первый раз достаточно. — сказал он — У всех вас очень хорошо получается. Конечно, были ошибки, но, вы с ними справились. Встретимся через два дня, в этой же комнате. Что же насчет названия — мы будем Отрядом Дамблдора. — Фадж так боится, что против него будет армия… Так что название удачное, — Лавгуд, стоящая в первом ряду, улыбнулась. У неё все ещё было ожерелье из пробок. — А мы будем пробовать вызывать Патронуса? — спросила Ханна Аббот, взглянув на Гарри. — Чуть позже, обязательно. — ответил он — А пока что-всё свободны, и спасибо, что пришли. Всё стали постепенно расходиться. По двое-трое покидали комнату, чтобы не возникало никаких подозрений. Я стояла в углу, опираясь на стену. — Гермиона, ты идешь? — спросил Рон, проходя мимо меня с Гарри. — Нет. Я здесь ещё немного побуду. Вы идите, — ответила я. Гарри и Рон, удалились в компании Блейза и Панси. Я отвернулась, и сев на пол, (предварительно пожелав, чтобы возникла мягкая подушка), и принялась думать, как быть дальше. Хочется тепла. Ласки. Любви. Что делать с проклятием? Как я смогу его снять? Где вообще, искать эту Беллатрису теперь? Холодные руки легли на мои плечи, и в следующий миг, кто-то приобнял меня сзади. Запах одеколона. Драко. — Ты чего грустишь? Всё ещё убиваешься по своему Уизли? Я не ответила. — Да ладно тебе. Ну вокруг много парней, которые достойны тебя. И они гораздо преданнее, чем твой Фред. — На себя намекаешь? — спросила я, чуть смахнув его руки с плеч. — А хоть и я. — он посмотрел на меня, сжав мои руки — Ты пойми: появится какая-то девушка, и он будет с ней. Потому что вы расстались. Ты…ты должна показать ему, что ты — счастлива без него. — Не говори ерунду. — ответила я. — Не буду. Но ты…Ты такая красивая. Чуткая. Нежная. Ты лучшая, Гермиона. — он наколдовал букет — Это тебе. Любимые цветы. — Если не примешь — я обижусь. — Спасибо, — я приняла цветы. Он печально на меня посмотрел, и с надеждой произнес: — Я, конечно, понимаю, что ты его любишь… Но могу я рассчитывать на одну просьбу? — Ну..... — я взглянула ему в серые глаза, сталь. Они уже не такие холодные. Смотрят на меня с теплотой. -…можешь. — произнесла я, краснея под его взглядом. Он приблизился к моему лицу, и тихо прошептал: — Мне больше никто не нужен. Я поставила ладонь. — Драко, не нужно. Ты встретишь девушку, и всё буде… — Да не смогу я встретить и полюбить другую! — закричал он — Ты — единственная, кто мне нужен! Понимаешь — ты!!! — он зарылся рукой в волосы, и посмотрел на меня — А ты убиваешься по своему Уизли, — эту фразу он произнес уже тихо — ну почему, Гермиона, ПОЧЕМУ?! Он уже стоял передо мною, и смотрел мне в глаза. — Когда ты стала встречаться с этим Уизли, я был в шоке, потому что не ожидал такого поворота. Теперь, когда вы расстались, я надеялся, что смогу быть с тобой, но ты снова мчишься к своему бывшему, по первому зову!!! — Не говори так… — попросила я, совсем тихо — Драко… — Что Драко?! Гермиона, у тебя, что, совсем своей гордости нет?! Ты же.....Ты же достойна лучшего! А я… Он замолк, глядя на меня. Я смахнула слезу, внезапно покатившуюся по щеке. Несколько мгновений была тишина. — Я вижу, как ты вздрагиваешь при одном касании Уизли к тебе. Это видно невооруженным глазом. Но я тебя ему не отдам. Ты все равно будешь моей, слышишь?! — Нет… — я покачала головой, чувствуя, как слезы текут по щекам с новой силой — Чего ты добиваешься, скажи? Хочешь моих слез? Моих страданий? Моих признаний в любви для тебя? — он содрогнулся чуть — Ты…Ты действительно низок, Драко. Тебе плевать на чувства других! Ты думаешь только о себе! А я не смогу так! Для меня важны чувства других! Он ухмыльнулся. — Только, почему-то, ты бросаешься постоянно именно моими чувствами. — Неправда. Просто ты…ты для меня-друг. — Гермиона, ну разве друзья, настоящие друзья, ведут себя так, как мы?! — он снова кричал — Целуются разве друзья?! И между парнем и девушкой — не бывает дружбы! — Да? А как, по-твоему, тогда называется моё общение с Гарри, Роном, Джорджем? Ммм??? — Вы просто знакомые! — возразил он — Просто знакомые.....А вот я — уже больше для тебя, чем просто знакомый. Я тебя очень хорошо знаю, Гермиона. Но только ещё лучше узнать тебя — ты мне не даешь. А я узнаю! Он поцеловал меня. Быстро. Страстно. Резко. Я оторопела от этого, и поспешила отодвинуться, но он не отпустил. Внутри всё смешалось. Внизу живота возникло напряжение. Вскинув руку, чтобы отодвинуться, я почувствовала, что он её перехватил. Раз. Два. Три. Его губы были мягкими, и углубляли поцелуй с каждой минутой всё больше и больше. Я принялась бить его руками по плечам, но он только обнял меня, и я почувствовала его улыбку на губах. Когда он ослабил хватку, я попыталась вырваться, но попытка не увенчалась успехом, — он оказался верхом на мне, прижав к холодному каменному полу. Послышался стук, — это были капли дождя. Кап, кап, кап. — Ты — мой капкан, — сказал он — не отпускаешь меня. — Драко! Да отпусти же ты! Я попыталась вырваться, но снова ничего не получилось. Моя палочка была задернута в пояс. Я попыталась достать её, и у меня это получилось. Я направила на него палочку. Он остановился, оторвавшись от нового поцелуя. Его глаза удивленно смотрели на кончик палочки. — Уходи. — прошипела я. Ноль внимания — Слезь с меня! — опять ничего — Импедимента! Он отлетел от меня, и приземлился возле стены. — Гермиона… — сделал шаг вперед, поднявшись, но я направила палочку на него. — Не подходи. Слышишь?! Не смей даже шагу ступить в мою сторону, — мой голос не был таким уверенным, но я старалась, чтобы он этого не понял — уходи. Уходи! — Палочку опусти. — сказал он. — Уходи… — Палочку опу… — Считаю до трёх: если ты сейчас же не уйдешь, я…я наколдую нож, и пырну себя им. Раз, — и в моей второй руке нож. Он смотрит на меня, будто я сумасшедшая. Да, я сумасшедшая. Окончательно запутавшаяся в себе, своих чувствах, и семейной тайне, сумасшедшая Слизеринка. Мерлин, Слизеринка. Дайте мне волю, и я сменю зелено-серебристый галстук на любой другой. Когтеврана, Пуффендуя или Гриффиндора, — всё равно. Лишь бы не носить этот омерзительный зеленый цвет, не приравнивать себя к Слизерину, никаким предлогом......Но все же, я связана с этим факультетом. Отнюдь не решением шляпы, а семейной тайной. Хотя, и решение шляпы с этой тайною — связано. — Отдай нож. — попросил он. Я поднесла нож к животу, развернув его лезвием на себя. В его глазах мелькнул ужас. — Уходи. Уходи!! — закричала второе слово уже я. Сил не было видеть его, находиться с ним в одной комнате......Это же просто ужас… — Хорошо-хорошо, я уйду… Ты ничего с собой только не делай, — попросил он, и я его перебила, громко ответив: — Я ничего с собой не сделаю, если ты сейчас уйдешь… — его глаза были устремлены взглядом на меня, и я произнесла чуть тише — обещаю. Он вышел из комнаты, глядя на меня, не отрывая взгляда. Когда дверь за ним закрылась, руки мои сильно начали дрожать, я бросила нож на пол, он звякнул, и опустилась вниз, уже не сдерживая слез. Мне было противно. Горько. Он…Как он мог так поступить? Не ему судить о моей любви…Я люблю. И буду любить. Всхлип. Я плакала очень громко, зная, что рядом никого нет, а в коридоре не слышно то, что здесь происходит, поскольку наложили заклинание «Оглохни». Когда понемногу удалось успокоиться, я почувствовала на руке жгучую боль. Оказывается, я все-таки порезалась ножом, когда бросала его на пол, видимо. Из-за слез и истерики, и не заметила… На нижней части ладони возле запястья, была рана, по которой стекала кровь струей, к локтю. Слезы уже прекращались, истерика отступала. На душе становилось немного легче, но в организме, внутри, было такое чувство…будто сейчас стошнит. Неприятное чувство. Перед глазами всё вмиг закружилось, и я еле удержалась, чтобы не потерять сознание. Как я добрела до выхода из комнаты, известно одному только Мерлину. В коридоре было пустовато, людей не было, только в конце коридора виднелся чей-то силуэт. С раны по-прежнему текла кровь, я это чувствовала — каждая струя немного щекотала пальцы, стекая вниз, и капая на пол. Оглянувшись, я только сумела увидеть, что от той комнаты выступают капельки крови. Из конца коридора слышны голоса, но уже отдаленно. Я просто, от бессилия опускаюсь на пол, а глаза закрываются. Pov Фред. Я стоял в коридоре на восьмом этаже и разговаривал с Ли. Джордж ушел на свидание с Анджелиной (он мне давно признался, что неравнодушен к ней. Правда, сначала это скрывал, но я-то знал. На то мы и близнецы, как говорится). Да и, сама Анджелина, была не прочь компании Джорджа. — Фред, там кто-то упал, — сказал Ли. Мы увидели, что этот кто-то не шевелится, и подбежали. Я развернул к себе, и внутри уже всё похолодело. — Гермиона? Что это с ней? — спросил он. Подняв её на руки, я заметил кровь на левой руке. — Так, ты убери здесь следы, а я её отнесу к Мадам Помфри, — сказал я, и быстро, практически бегом, мчась, направился к лестнице. Через несколько перешагнув я оказался наверху. Её лицо, спокойное лицо, с красными глазами, покоилось у меня на плече. Глаза закрыты, а рот, чуть приоткрыт, словно вот-вот вырвется её прежнее «Фред, я люблю тебя». «Так, не думай о плохом, с ней всё будет хорошо» билась мысль в голове, но сердце упорно повторяло: Что же ты с собой сделала? Глупая… Моя глупышка, я же люблю тебя… — Мадам Помфри! — я столкнулся с медсестрой в дверях лазарета, и она приняла Гермиону в палату. Меня отказалась впустить. Я не находил себе места от волнения за её жизнь. Мало ли, когда она поранилась…занятие кончилось уже полтора часа назад, где-то. Гермиона — Гермиона....... Какое красивое имя. И сама она очень красивая. Чувствительная. Лучшая. «Мерлин, как же я люблю её.....» Я не мог сидеть на стуле, расхаживая туда-сюда напротив двери палаты. Только бы она поправилась, только бы всё было хорошо, только бы она была здорова…Пожалуйста, пусть будет именно так. Очень прошу тебя, Мерлин. Я отдам всё, что угодно, — но верни ей её здоровье, её жизнь не отнимай, прошу… Через полчаса, вызвали колдомедиков из Мунго. Её повезли в больницу. — Что с ней? Это серьезно? Она будет жить? — задавал вопросы я, на ходу, врачам из клиники. — Мистер Уизли, успокойтесь, — сказал профессор Дамблдор — с мисс Грейнджер всё будет в порядке. — Мисс нужно срочное переливание крови, — сказал врач, стоящий рядом с кроватью Гермионы. — какая у неё группа? — Вторая, резус положительный. — сказала мадам Помфри. — Стойте, — попросил я — у меня такая же. Я уже совершеннолетний, возьмите меня. — Вы действительно согласны? — спросил врач. — Да согласен я, согласен! — Хорошо, — он кивнул — тогда отправляемся немедленно. Чем скорее-тем лучше. И уже через полчаса, я лежал напротив Гермионы, а к моей руке была введена иголка, через которую собирали кровь. А к руке Гермионы поставили катетор, который вливал в неё кровь из капельницы. — Мистер… — врач остановился, вопросительно посмотрев на меня. — Уизли, — сказал я. — Вот что, мистер Уизли. Мы сообщили вашим родителям, что вы находитесь здесь, и они скоро бу… Врач не успел договорить. Двери в палату открылись, и вошли мама с папой. — Фред, сыночек! По глазам мамы текли слезы. — С тобой всё в порядке? Тебе не больно? — Мам…всё хорошо. Папа забрал маму с моей шеи, и отправил её поговорить с доктором. — Сынок, ты совершил мужественный поступок. — сказал он, взглянув на меня, и потом переведя взгляд на Гермиону — Не каждый на такое способен. — Да брось, пап. — Мы с мамой узнали, что ты с ней расстался… Ты её все ещё любишь, да? Хотя, можешь и не отвечать. Это видно. — Гкмх… — послышалось напротив. Я повернулся к Гермионе, и встретился взглядом с шоколадными глазами. — Ну, я вас оставлю. Папа вышел из палаты. Гермиона смотрела мне в глаза, а я ей. Не отрываясь. Я всем нутром чувствовал её мятный запах. — Прости. — произнесла она одними губами. — Дура. — сказал я, улыбнувшись. Она тоже улыбнулась, видимо, не сдержавшись. — Ты конченная дура. Зачем ты так поступила? — Я…Это вышло случайно. — ответила она, дрогнувшим голосом. *** Возвращаясь в школу, мы вдвоем ехали в карете, молча. Когда карета проезжала по деревне Хогсмид, Гермиона заговорила, не выдержав молчания. — Фред… Я посмотрел в ей глаза, переведя взгляд с окна. — Ты…ты на меня не злишься? — Нет. — ответил я — За что мне на тебя злиться? Она не ответила, опустив взгляд в пол. Мне стало неловко. — Гермиона, пообещай, что больше такого не повторится. — Ты спас мне жизнь… Я твоя должница. — Ничего не нужно, — ответил я. — Так не пойдет. Я посмотрел на её губы. Она всё поняла, и придвинувшись, коснулась своими губами моих. *** Панси сидела, листая журнал. В двери спальни постучали, и на пороге предстал Драко. — Привет. — сказал он — Панси, мне нужно с тобой серьезно поговорить. — Я тебя слушаю, Драко, — ответила она, отложив журнал в сторону на кровати. — проходи. Что-то случилось? Садись. Драко сел на стул и, чуть посомневавшись, произнес: — Панси, нужна твоя помощь. *** В тот момент, когда карета Фреда и Гермионы подъехала к воротам школы, они вышли, и увидели, что напротив них стоит девушка, доставая чемодан с кареты. «Интересно, кто бы это мог быть?» подумала Гермиона, разглядывая её. — Извините, — девушка обратилась к Фреду — вы не знаете, как попасть в кабинет директора? Фред объяснил ей как добраться, и она ушла в школу. — Новенькая, наверно? — Не знаю, — ответил Фред. Они вошли в школу следом, и Фред довел Гермиону до входа в подземелья — пока. — Фред… — он остановился, и посмотрел ей в глаза, ожидая дальнейших слов. Гермиона отрицательно покачала головой, подумав, что это тухлый номер, и добавила — ничего… Иди. — Береги себя в следующий раз, — сказал он, и ушел, направляясь к гостиной Гриффиндора. — Темное наследие, — шепнула Гермиона, и вошла в прохладное помещение. В её голове до сих пор были те воспоминания. Она не могла заставить себя забыть их с Фредом отношения, как бы не могла. Сейчас она нуждалась только в поддержке. *** Панси шла в Выручай-комнату с намерением поставить бывшую, и когда-то лучшую подругу на место. В руке она крепко сжимала палочку, на случай нападения до её прихода в назначенное для дуэли место. Когда в стене появилась дверь, брюнетка последний раз оглядела коридор, дабы проверить, что её никто не видел, и вошла в дверь. На сей раз это была просторная комната. Гринграсс уже поджидала её около стеллажа с книгами, повторяя заклинания. Увидев Панси, на лице Дафны возникла торжествующая ухмылка. Молча, они прошли на середину комнаты, и отошли от друг друга на приличное расстояние. Подняли палочки. — У меня идея, — вдруг сказала Дафна, когда Панси уже собиралась начинать — давай без дуэли. Условия останутся те же. Давай измеряем, у кого сильнее магия. Панси сразу поняла, что именно имеет в виду Дафна: это было очень древнее мощное заклятие. Говорят, что если магия окажется очень сильной, она может убить всплеском. Недолго думая, Панси кивнула. — Hassapacin*. — произнесли они одновременно. Из их тел начал вырываться свет, заполняя комнату, и скоро они не видели лиц друг друга. Панси чувствовала, будто что-то из неё уходит. Она почувствовала сильную усталость. Послышался крик. Где-то отдаленно, будто бы совсем-совсем далеко. Голова стала понемногу кружиться, но она стояла на ногах. Так продолжалось около десяти минут. А потом всё закончилось. Панси разглядела Дафну. Та лежала на полу, свернувшись в клубок, и тяжело дыша. «Её магия исчезла» подумала Панси, вспомнив, что однажды ей рассказывала мать. — Магия может исчезнуть от этого заклинания. Применять его очень опасно. А если магия исчезнет, на восстановление уйдет немалое время… Как будто внутри она услышала её голос. Обернувшись, смогла разглядеть малый силуэт, уходящий в даль. «Мама». — Ты… Только теперь она вернулась к реальности, очнувшись от своих мыслей, и слегка дернувшись. Дафна смотрела на неё. — Выполняй часть уговора, — сказала Панси, и подойдя к Дафне ближе, наклонилась, и сказала — ты настоящая мразь. Если бы я знала, что ты окажешься такой, я бы прикончила тебя намного раньше. Убирайся. — сказав это, она покинула комнату. А Гринграсс осталась лежать на полу, не в силах подняться. *** Через два дня, Дафна забрала документы из школы, и покинула Хогвартс. Её отъезд обсуждали везде, где только можно, и каждый делал свои предположения на этот счёт. Но только несколько человек знали истинную правду, по какой причине Гринграсс-старшая покидает учебу: Панси, Блейз, Гермиона и Астория. Последней, кстати, задавали множество вопросов на эту тему, но она отнекивалась, делая вид, будто ничего здесь такого нет. Дафна тихо собрала вещи, и вышла из гостиной Слизерина. Попрощавшись с Булдстроуд, и сестрой, села в карету. Панси стояла в коридоре, и видела эту сцену из окна. Рядом с ней стояли Блейз и Гермиона. — Куда ты теперь? — спросила Булдстроуд, поглядев на подругу сожалеющим взглядом. — В Шармбатон, — ответила Дафна. — завтра вечером у меня поезд во Францию. — Сестренка, неужели, ты так просто будешь сдаваться? — спросила Астория. Ей было очень неудобно, что Дафна уезжала. Ведь в школе, никто её не трогал, благодаря влиянию сестры. — О, нет, Тори, поверь, они ещё обо мне услышат, — сказала Дафна, ухмыльнувшись. — а пока что, пускай живут. Им недолго своё счастье питать осталось. *** Как и предпологалось, Гермиону назначили старостой Слизерина. Конечно, то, что Драко был вторым старостой её немного огорчило, но она твердо пообещала себе не общаться с ним. Вот и сейчас, идя по коридору, новоиспеченная староста обдумывала, как ей быть. «Общаться только по делу» подумала она, и кивнула, улыбнувшись своим мыслям. Ей было противно от его поступка. ***

Спустя месяц…

Гермиона сидела в Большом зале, и ковыряла вилкой салат. Есть совершенно не хотелось. С утра она чувствовала себя просто отлично, просто аппетит пропал сам собой будто. Выпив яблочного сока, она уже собиралась уходить на урок, как вдруг, голос директора заставил её прислушаться. — Дорогие ученики! В этом году, мы решили провести Бал. Нам всем бы не помешало немного отдохнуть, — произнес Дамблдор — бал состоится через две недели. Посетить его могут всё. На выходных будет специальная вылазка в Хогсмид для первого и второго курса. Их будут сопровождать старосты факультета. Спасибо за внимание, — и директор сел на своё место. «Мерлин, ещё и это» подумала девушка, и зашагала к коридору, постукивая каблучками. Этот месяц был для неё очень тяжелым, она пыталась свыкнуться с обязанностями старосты, и у неё, вроде бы, неплохо получалось, но с обязанностями, свободного времени становилось всё меньше и меньше. Тренировки Отряда Дамблдора, как они назвали себя, были усердными, как никогда. Каждый вечер она приходила в спальню, и без сил плюхалась на кровать, засыпая, а иногда, даже не переодеваясь. Редко было время, чтобы возвращаться к миссии с Беллатрисой. Ведь время идет, а проклятие ещё до сих пор не снято.