Слизеринка: Родовое проклятье.

С наступлением января пришло Рождество. На последнем собрании ОД, Гарри объявил, что мы в следующем семестре попробуем Патронус. Мне было очень интересно узнать, какой же будет у меня, но решила подождать занятия. За день до отъезда, в спальню к нам с Панси, вошел Драко. — Ты уедешь из Хогвартса? — спросил он, наблюдая за тем, как я собирала вещи в чемодан. — Да. Это Рождество я проведу с родителями, безумно по ним соскучилась, и очень переживаю за них, — сказала я. Он как-то погрустнел — что-то случилось? — Нет. — Драко покачал головой — Просто я не думал, что встречу это Рождество один. — А почему ты не уедешь домой, как и всё? — Да так…Отец сказал, что их дома не будет, потому я и не поеду. — мне показалось, что он что-то недоговаривает, но я не обратила на это внимание. — Понятно. А разве ты один останешься здесь? — Блейз и Панси уезжают на Рождество к матери Блейза. Отец Панси уехал на Дальний Север, и вернется только через два месяца. Потому я и встречу это Рождество один. — Ну…хочешь, поехали со мной? — спросила я. Он отмахнулся. — Я не могу. Твои родители, наверно, будут против, да и чужая семья. — Не беспокойся, они у меня мировые, всё поймут. Ну так что, поедешь? — Ну…только если они не против. А это вообще удобно? — Не волнуйся. Иди, собирай вещи, — я улыбнулась. Драко вышел, а я бросилась писать родителям письмо, о том, что приеду не одна. *** В последний вечер перед отъездом, я вышла к Черному озеру, чтобы прогуляться. В голову влезло воспоминание, как я сидела здесь с Фредом. — Так, Гермиона. Хватит о нём думать. Он счастлив. Без тебя. А ты будешь счастлива с Драко. — произнесла я сама себе. Побыв немного на берегу озера, удалилась к квиддичному полю. Мерлин, и здесь, одни воспоминания… Несмотря на то, что сейчас разгар зимы, и снег сыпал хлопьями, я легла, глядя на небо. Оно было сплошь затянуто тучами, и только в некоторых местах было видно голубое небо. Интересно, а где сейчас Беллатриса? Что она делает? Строит планы, как бы выиграть в битве со мной? Да, это будет настоящая битва. И если я не выйду с неё победительницей, род Грейнджеров прервется. И тогда, весь магический мир не узнает, что я на самом деле чистокровная. Единственная, у кого проявилась магия спустя столько времени. Вспомнив Беллатрису, я вспомнила и Дану. А вместе с ней, и Мирту. Вот почему так происходит? Почему из жизни, уходят хорошие люди, те, которые, казалось, ещё будут жить и жить? За последний год, я стала свидетелем потери Панси, Даны, и сама потеряла школьную подругу. «Мир жесток. Пора бы тебе уже запомнить это. Всё может поменяться вмиг, нас не спросив» — Привет. — тихий, спокойный голос шепнул мне над ухом. Подняв голову чуть выше, я увидела Рона. — Привет. — печально улыбнулась, и приподнялась. — Гермиона, мама просила передать, что она приглашает тебя к нам в гости. — пролепетал он, а я замявшись, ответила: — Я не смогу приехать. Передай миссис Уизли мои искренние извинения. Он сел рядом со мной, на мокрый снег, и посмотрев в глаза, спросил: — Почему? Этот вопрос был очевиден, но мне казалось, что Рон и так понимает ответ. Втянув в легкие побольше воздуха, я произнесла: — А ты не догадываешься? Вашей семье я уже никто, мы с Фредом расстались. — И что? Гермиона, ты подруга Джинни, ты моя подруга, ты подруга Фреда и Джорджа,…пожалуйста, приезжай. Мы будем рады тебя видеть. Он смотрел на меня так умоляющее, что сердце разрывалось на части, но я понимала, что не могу. Не могу приехать на площадь Гриммо, как ни в чем не бывало. Не могу. Да и, Драко едет со мной, а значит, он не поймет. — Рон, это не только из-за Фреда. Я хотела провести это Рождество в кругу родителей, я по ним скучаю, волнуюсь за них. Потому извини, но у меня не получится приехать к вам. И передай миссис и мистеру Уизли мои поздравления с Рождеством. Он нехотя кивнул, видимо, осознав, что переубедить меня не выйдет, и поднялся на ноги. — Скажи, а вы окончательно расстались? — Рон, я не хочу сейчас об этом говорить. И, пожалуйста, не нужно мне напоминать о Фреде. Мне нужно идти, пока. Быстро встала, и зашагала прочь, к замку. *** Стоя на вокзале с Панси и Блейзом, я ждала появления Драко. Он опаздывал, его карета всё никак не могла проехать через снежные кома. Ученики грузили вещи в поезд. Мои волосы, были уже полностью в снегу, и я то и дело отряхивала его. — Ладно, ты дождись Драко, а мы пойдем купе найдем, и потом за вами придем, — сказала Панси, и ухватив Блейза за руку, потащила в поезд. Я стояла на станции, и смотрела в сторону школы. Оттуда еле-еле катились кареты. Самое смешное было то, что через эти сугробы снега, нельзя было идти пешком, так как ноги проваливались в снегу. А кареты ехали медленно, так как прочищали дорогу. К станции подъехала карета, и из неё вышли Джинни, Гарри, Джордж и Фред с Анной. Отправив их в поезд, Фред замялся, и подошёл ко мне. — Здравствуй, — произнес он, чуть улыбнувшись — Гермиона, скажи, ты отказалась поехать из-за меня? — Не только из-за этого. Я хочу провести это Рождество с родителями. — произнесла я, и приблизив руки ко рту, подышала на них, согревая. — Но всё-таки, Фред, согласись, — посмотрела ему в глаза, и на секунду замерла. Но только на секунду — глупо скрывать, или не понимать, что я вашей семье теперь никто. — Гермиона, запомни пожалуйста, что в нашем доме тебя всегда будут рады видеть. И, прости, если я как-то навязываюсь, или лезу не в своё дело, просто предпочел выяснить… — Ну это понятно, выяснил. Я поняла, спасибо. — Друзья? — он протянул ладонь. Я положила в его ладонь свою руку, и кивнула. — Друзья. Подъехала карета, и из неё вышел Драко. — Ладно, я пойду, — сказала я, и двинулась к нему на встречу. Обернувшись к Фреду, — счастливого Рождества. — И тебе. — ответил он, и ушёл в поезд. Уже через несколько минут, мы были в пути. В купе кто-то постучал. Надо признать, что Астория была нежеланным гостем. Но именно она стояла перед нами, на пороге. — Что тебе нужно? — холодно осведомился Драко, взглянув на неё. — Вот как ты разговариваешь со своей будущей невестой, значит? — произнесла она, с ухмылочкой — А, впрочем, мы уже и так не чужие друг другу, Драко, — его имя она произнесла столь ласково и в то же время ненавистно, что мне стало дурно. — Драко? О чём это она? — спросила я. — Да так, я потом объясню, — ответил он. Гринграсс, ещё больше усмехнувшись, лукаво спросила: — Неужто ты ничего не рассказал своей замухрышке? — а затем, нависла надо мной, и прошипела — Отец Драко отослал запрос на помолвку моим родителям. И если они будут согласны, а они, поверь, будут, — бросила взгляд на Драко, и снова посмотрела на меня — то в скором времени мы станем законными женихом и невестой. А потом-мужем и женой. А ты, грязнокровка, мне не помеха, запомни! — Убирайся из этого купе, — прошипел Драко — убирайся, Астория, иначе я не контролирую себя! Она одарила меня злостным взглядом, Драко-насмешливым, и сказала: — Это Рождество ты проведешь у нас в поместье. — Плевать я хотел. — сказал Драко — И я не поеду ни в какое поместье. Убирайся отсюда, пока я, клянусь Салазаром, лично не вытолкнул тебя из купе на обозрение всему вагону! Астория ушла. Я же, внимательно посмотрев на Драко, спросила: — Может, ты расскажешь, что всё это значит? Драко рассказал мне, что его отец категорически против наших с ним отношений, и что, видимо, решил найти ему кандидатуру в жены в виде Астории Гринграсс. — А я её не люблю! И ни за что, слышишь, Гермиона, ни за что на ней не женюсь! — И как тебе теперь быть? — Прости, что соврал… Я не хочу ехать туда, потому что отец всё каникулы проедал бы мне мозг своей Асторией… Она не станет моей женой, клянусь тебе. Я никогда не буду принадлежать ей. А она-мне. — Это я поняла. Как ты собираешься выкручиваться из этой ситуации? — Что-нибудь придумаю, — ответил Драко — время ещё есть.