Холодный день, колючий взгляд... или Что пошло не так в моей жизни?

Неделя подготовки пролетела не заметно, я проводила время либо в спортивном зале, либо дома за чтением книг. Наслаждалась, так сказать, литературой пока способна была. Потому что с сегодняшнего дня я все свободное время буду тратить на танцы, концерты, и времени заниматься саморазвитием не будет оставаться. Стоп. Это, похоже, будто я жалуюсь, но нет просто факты. Я была готова продать душу Дьяволу лишь бы жить в Корее. И эта работа не самая худшая, а если быть до конца откровенной, то лучший вариант. Я топчу своими кедами улицы Сеула, вхожу в труппу любимой группы, дружу с парнями, о которых мечтает, если не весь, то полмира точно. Я обязана ДжиЁну за то, что сейчас направляюсь на работу, но по-прежнему не было желания работать с ним лично. Уже все давно собрались, и только ДжиЁна и хореографа не было. Мы уже успели все перезнакомиться, переобщаться, некоторые уже трижды сменили свои спортивные штаны на бриджи, а потом и на шорты. — Всем привет, — Джи любезно улыбнулся, махая рукой. Девочка, стоявшая рядом со мной, чуть в обморок не рухнула, когда увидела звезду мирового масштаба. «Он еще красивее, чем на фото» — раздалось у меня за спиной. Мы с девочками, которые уже работали с ребятами, переглянулись. Нет, я, конечно, тоже была в восторге, когда увидела этих шикарных парней, но не на столько, что бы панически шептаться, хвататься за сердце и доходить до обморочного состояния. — Пока нет хореографа, давайте познакомимся? — Джи присел на пол по-турецки, — я Квон ДжиЁн, он же G-Dragon, я рад буду поработать с вами. Мы сидели, подпирая стены, как я не люблю эти официальные знакомства. Когда мы с ним знакомились, все пошло наперекосяк, а вот не с одной девушкой сейчас не возникало конфликта, я что особенная? Или у меня на лбу написано, что надо мной можно издеваться и за это ничего не будет? «Они что взяли только девушек?» — подумалось мне. Но тут заговорили мужчины, один из них видимо пришел совсем недавно, потому, что до этого я его не видела. Он оказался очень даже ничего. Подкаченное тело, которым он гордился, судя по тому, что надел обтягивающую майку, шорты открывали его накаченные ноги, волосы были не очень короткими, но шли к его продолговатому лицу. Глупые девушки во всю глазели на господина Квона в то время как рядом с ними находился ослепительный мужчина. Как раз, когда все заканчивали знакомство подоспел хореограф, оказывается тот же, что и работал с нами, когда мы готовили танец «Good boy» это порадовало. С ним действительно легко работать. — Здравствуйте, я Алекс Миллер. Со многими я уже знаком и знаю их слабые и сильные стороны. Но я вижу новые лица. Поэтому «старички» на сегодня свободны, а новенькие останутся показать, на что они способны. До встречи. Мы, поклонившись, вышли из зала. Даже с учетом, что хореограф американец, у него много корейских манер. Наверное, сказывалось то, что он уже десять с лишним лет живет здесь. Неужели я тоже со временем стану похожа на кореянку? Может и пластическую операцию сделать? В Корее ведь это в порядке вещей. Представляю, как удивятся хирурги, все обычно просят увеличить глаза, а я буду просить сделать свои «узкопленочными», как принято их называть у нас на родине. Так, о чем это я вообще думаю? Я что с ума сошла? — Я жажду подробностей, — когда мы с Женей сели за столик потребовала я. — Вы уже выбрали? — голос официантки не дал ответить моей подруге. Мы заказали капучино и пирожные, — Спасибо за заказ. — Ну, — напомнила я о себе подруге. Мне не терпелось узнать, что же Теян сказал ей после возвращения домой. — Я сразу от тебя пошла на репетицию, — она знала, что не отвяжусь, пока не узнаю, — там он вел себя как обычно. По прежнему цеплялся ко мне за каждую оплошность, как будто я сама не знаю, где я сбилась… Девушка замолчала, потому что нам принесли заказ. Официантка вежливо улыбнулась, удаляясь от нашего столика. Люблю Корею за то, что даже в самых маленьких забегаловках персонал всегда был вежлив и приветлив. С лица не сходила улыбка даже тогда, когда попадался сварливый клиент. — Домой мы отправились на его автомобиле, в полной тишине, будто мы злейшие враги, — она тяжело вздохнула, вспоминая этот момент. — Не думала, что Теян будет держать обиду в себе. — Угу. Дома мы разошлись по разным комнатам. Я пошла готовить ужин, а он смотреть очередной сериал. Я не выдержала и пришла к нему. Он сначала строил обиженку, но я же тоже не пальцем деланная. — Ты его изнасиловала что ли? — Нееет, — протянула она, — нагло села на руки, обняла, и он растаял. Правда, все равно всыпал по первое число. Пришлось пообещать, что больше такого не повторится. — И не повторится, — словив на себе вопросительный взгляд, продолжила, — иначе я обоих убью, и суд меня оправдает, так и знай! Подруга засмеялась. Сразу видно, что в семье тишь, гладь да благодать. — Как первая встреча с хореографом? — Женя вдруг вспомнила, что у меня сегодня была репетиция. — Отлично, он отправил нас домой, — я рассказала, как обстояли дела. — Наш так же сделал. А Джи что? — Опоздал, — я пожала плечами, — вроде, как обычно. — А парни симпатичные есть? — Да, один с телом греческого бога, и симпатичным личиком, когда улыбается ямочка появляется на левой щеке, — мне всегда нравились ямочки у парней, это было так мило. — Лучше, чем ДжиЁн? — Да, — на секунду замешкавшись, ответила я. Следующую неделю мы работали без единого выходного. Разучивали новый танец. Не могу сказать, что он сложный, движения простые, некоторые повторяются из такого родного душе танца, но двигаться нужно было очень быстро. Порой я не успевала за другими, хореограф терпеливо относился ко мне, да и к остальным тоже. Чего нельзя сказать о ДжиЁне. Он нервничал, когда у кого-то не выходило, крику было на все огромное здание YG. Но на мне он особенно отыгрывался, от души орал, я же просто молча, кивала. Нам дали два выходных дня, что бы поработать над движениями для Джи, которые будут отличаться от наших. «Привет. Оппа, пойдем развеемся вечером? ». Ответ пришел спустя час, а судя по тому, что фанаты выложили фото Сынри возле офиса YG, то он беседовал с господином Яном. «Заеду в восемь». Ровно в восемь я уже вышла с дому. Любимые джинсы и белая футболка, поверх которой надета джинсовая жилетка. Минимум макияжа и собранные волосы в хвост. — Куда пойдем? — спросил Сынри, целуя в щеку. — Я сегодня еще не ела. Пойдем для начала поужинаем. Сынри согласно кивнул. Открыл дверь автомобиля, пропуская меня внутрь. Сегодня он с водителем, значит, намерен выпивать. — Ну, как первая неделя работы в команде злого и ужасного Джи? — Сынри наполнял бокалы белым вином. — Я думала, не доживу до выходного, — застонала я. — Сложно быть танцовщицей? — он не спускал с меня глаз. — Не без того, — призналась я. Нам принесли наш заказ и мы принялись, молча уплетать ужин. Никто не проронил ни слова, как-то в голове всплыла поговорка из моего детства: «Когда я ем, я глух и нем». Улыбка появилась на лице, друг, будто почувствовав это, поднял на меня взгляд. Внимательно посмотрел, пытаясь прочесть на моем лице ответ, почему я так лучезарно улыбаюсь, и похоже нашел, потому что улыбнулся в ответ. — Оппа, иди с нами танцевать, ДжиЁн невыносим, — пожаловалась я, когда мы присели на лавочку в ботаническом саду. Я очень давно мечтала побывать здесь, именно в нем снимали несколько эпизодов одной дорамы про королевскую семью. Не знаю, как ему удалось снять этот сад так поздно, он, похоже, волшебник. — Некому защищать нашего ребенка? — Сынри с трепетом потрепал мои щечки. — Оппа, я не ребенок, — запротестовала я надув губки. Вдруг осознав, что я веду себя действительно, как ребенок мы засмеялись. — Я поговорю с ним. Голос Сынри был таким убедительным, уверенным. В этот момент я действительно почувствовала себя совсем маленькой девочкой, у которой в школе отобрали пинал, и я пришла пожаловаться отцу или брату. Я давно не испытывала таких чувств, давно не ощущала сильного мужского плеча рядом. Эмоции переполняли меня. Я неожиданно даже для себя обняла Сынри за шею. Он опустил тяжелую руку мне на спину, а второй поглаживал волосы, будто утешая меня. -Я так рада, что ты появился в моей жизни, — мне вдруг жизненно необходимо нужно было это сообщить. — Маленькая, что-то ты совсем расклеилась, — он продолжал успокаивающе гладить мои волосы. Я действительно расклеилась, а почему не понятно. Вот я в городе своей мечты, мое увлечение стало работой, я в команде у самого популярного Айдола. Но со мной что-то не так, что-то гложет изнутри, поедает. Никак не могу понять что именно. Не похоже на усталость, может одиночество? Одиночество. Это так странно, я все время в окружении людей, я очень общительная, меня невозможно заткнуть. Рядом есть подруга, которая всегда придет на помощь, Биг Бенг готовы отложить дела, если потребуется. Но приходя домой, тишина давит на уши. Я остаюсь наедине с собой, со своими мыслями. Наверное, для кого-то это счастье, свобода, а для меня это жалкое существование, которое не имеет никакого смысла. — Оппа? — уже возле моего подъезда позвала я Сынри, он внимательно на меня взглянул, — не нужно говорить с ДжиЁном. — Угу, — он отвел взгляд в сторону. — Я серьезно, обещай, — я знала, что если он даст свое слово, то не за что не отступится. — Обещаю, — нехотя буркнул он. Я, благодарно улыбнувшись, чмокнула его в щеку на прощание и скрылась в подъезде. И снова неделя усердных тренировок под чутким контролем нашего хореографа. — Сегодня мы тренируемся без Алекса, — объявил Квон ДжиЁн едва вошел в зал. Новички, которые утомились за недельную тренировку, обрадовались. Рано радуетесь, вы еще не работали с Джи. Усмехаясь, подумала я. Алекс Миллер был действительно строгим и заставлял работать нас до седьмого пота. Но когда он видел, что на сегодня он уже от нас ничего не добьется — отпускал домой. Джи же всегда ставит определенную цель, и пока он ее не достигнет, не может идти и речи о том, что бы даже думать об отдыхе. — Джи Су, ты ленишься. Ри Ка, прогибайся сильнее. Джу Вон, расслабься, не зажимайся, — услышав свое имя я вздрогнула, — ты все время тормозишь в одном и том же месте. Музыка снова заиграла и мы в сотый раз за сегодня принялись отрабатывать танец. Я сосредоточилась, шаг влево, плавно подтянуть правую ногу, поворот. Да, я смогла выполнить все правильно. — Ты, — он указал на меня пальцем, — испортила танец в конце. Я шумно выдохнула. Язык пришлось больно прикусить, что бы ничего не сказать этому трудоголику. — Стоп, — через секунд двадцать, не более ДжиЁн гневно смотрел на меня, — ты издеваешься? Какого черта ты сегодня приперлась сюда, если не хочешь работать? Это я-то не хочу? Джун Ри почти весь танец испортил, а срывается он на мне. Да какого черта вообще?! Злость внутри начала закипать. Все просилась вырваться наружу. Весь мой контроль и самообладание ушли перекурить, в самый неподходящий момент. Я не понимаю, как эту глупость могла сделать. Все как в тумане. Я снимаю, новенький кроссовок от адидас, швыряю его с неимоверной силой в сторону Квон ДжиЁна. Я никогда не отличалась меткостью, тем более, когда злость наполняет тебя всего, каждую клеточку организма. Но тут я попадаю в него. Дальше все как в фильме, когда для пущего эффекта включают замедленную съемку. Он поворачивается, глазами ищет того, кто посмел бросить в него обувь. Когда он заметил, что я стою на одной ноге в голубом кроссовке, а на второй в белом носке, его глаза налились кровью. Он молниеносно приблизился ко мне, похоже, ему хватило три шага, что бы пересечь расстояние между нами. Он цепко впивает свои пальцы в мое запястье. Я сжала зубы от боли. Он, не обращая никакого внимания на мои сопротивления, протащил через весь зал. Сзади я слышала тревожные возгласы. Мне конец. Пронеслось в моей голове, когда Джи втащил меня в раздевалку, кажется мужскую. Он толкнул меня с такой силой, что по инерции я долетела до противоположной стены. Он с искаженным лицом от злости начал приближаться ко мне. Я сделала небольшой шаг назад и уперлась в стену. Он на расстоянии вытянутой руки остановился, я вжалась в стену. Яростными глазами он заглядывал в мои. — Идиотка, — он отчеканил каждый звук этого оскорбления, — думаешь тебе все позволено, если я люблю тебя? — он приблизился вплотную ко мне. — Сколько можно меня обзывать? Как ты смеешь?! — во мне уже поднялась буря с новой силой, как до моего сознания донесся остаток предложения, я, заикаясь тихим голосом, продолжила, — ты… ты меня что? Лю… любишь? Его ладонь уперлась в стену над моим правым плечом. ДжиЁн легко коснулся губами моих. Я оцепенела. Распахнутыми глазами смотрела на парня. Злость с его лица испарилась, на рисовалась нежность, томный взгляд. Пальцем свободной руки он провел по моему лбу, спускаясь ниже по контуру лица. Его палец коснулся подбородка. Он легонько подтолкнул его вверх, мое лицо немного приблизилось к его. Он прикрыл глаза, даря мне новый поцелуй более настойчивый, чувственный. Я прикрыла глаза, отдаваясь чувствам нежности и трепета. В животе запорхали бабочки. Я никогда ничего подобного не испытывала. Его рука опустилась мне на талию, слегка сжимая. Мои пальцы перебирали его пряди блондинистых, на эту неделю, волос.