Восьмой грех

Мгла. Вечное окружение, время суток и мыслей, столь свойственное кому-то вроде обитателей ледяной тюрьмы или потерянных душ, попавших в Забвение. Белесая промозглая субстанция, заполняющая каждый уголок, проникающая под кожу липким холодом. Не являясь ни тьмой, ни светом, она была одинаково отвратительна представителям обеих составляющих мироздания. Но одному темному существу, погрязшему в ее щупальцах на долгие семнадцать лет, в особенности. Однако в этот раз что-то было иначе — вместо колючего льда, пронзавшего грудную клетку, где-то у сердца тлела крохотная искра. Она согревала, постепенно заполняя все тело, вырываясь за его пределы и обнимая теплыми руками. — …никогда не видела, как ты спишь, — нежный голос проник в самые глубины подсознания, возвращая разум из небытия. Демон чуть приоткрыл тяжелые веки. У «голоса» были огненно-рыжие волосы, очаровательное личико и глаза цвета теплого летнего неба. — Привет, красавица, — прохрипел Валтор, протягивая руку и прижимая ближе свою невесту. «Жену», — услужливо напомнило подсознание. — Привет, — улыбнулась фея, удобнее устраиваясь в объятиях мужчины. Они лежали все на том же каменном алтаре, парящим над высочайшей вершиной странного мира без солнца. Тучи, черной завесой покрывающие гору, рассеялись за мановение ока, открыв усеянное звездами небо. — Долго мы спали? — спросила фея, вдыхая такой привычный и почти родной аромат. — Как ни странно, всего несколько минут, — ответил маг, на мгновение прислушавшись к собственному телу. — Так значит… Все закончилось? Вместо ответа демон указал взглядом на левую руку Блум. Девушка ахнула, забавно открыв ротик, когда увидела чистую кожу, вместо уже привычных рубцов. Только на безымянном пальце белела неровная полоска, напоминающая о прошедшем ритуале и новом статусе принцессы Домино. Теперь она замужем. — И что дальше? — невинно спросила Блум, но румянец выдал ее с головой. — У меня есть одна идея, — усмехнулся Валтор, подминая девушку под себя и наклоняясь к таким манящим розовым губам. — Хм… — Что… — фея огня не успела договорить, как обоих накрыла магическая завеса, пряча дальнейшие интимные подробности от всей Вселенной. — Да ладно! — рассмеялся старый отшельник, наблюдавший за парой через одно из волшебных зеркал. — Валтору в отменном чутье не откажешь, — усмехнулась стоявшая рядом ведьма. Ее личность выдавали лишь острые черты лица и характерный нос, хотя вряд ли хоть одна ученица признала бы в этой шикарной женщине директрису Облачной башни. — Как будто я собирался за ними подглядывать, — Хаген пригубил вино, окидывая взглядом свою гостью. Кому нужен этот демон, когда по берлоге кузнеца разгуливало такое очаровательное видение? Без агрессивного макияжа и привычной прически, с распущенными, аметистового цвета, волосами, Гриффин выглядела моложе и, что там скрывать, куда привлекательнее большинства сверстниц. Даже могла дать фору некоторым барышням помоложе. — Удивительно, куда порой приводит нас судьба, — женщина села в удобное кресло, закидывая одну стройную ножку на другую, при этом не отводя взгляда от парящих в воздухе зеркал. Самое большое показывало вновь расцветающий мир Домино, а те, что поменьше — людей, тесно связанных с жившими вне дома принцессами. Ну, фактически, только с младшей принцессой королевства. Там была Стелла, яростно спорящая с побитыми паладинами, несчастная и потерянная Флора. Даже пресловутый принц Скай, возвращающийся в свое королевство, где его с нетерпением ждала подобранная «заботливыми» родителями новая невеста. — Мне этот сосунок никогда не нравился, — нахмурился Хаген, отпивая из своего бокала. — Как ни противно признавать, но Валтор, при всех его недостатках, честнее этого коронованного осла. Гриффин согласно кивнула, переводя взгляд на круглое зеркальце, показывающее лишь открытую террасу. Ведьме пришлось приглядеться, чтобы увидеть хрупкую фигурку феи музыки, находившуюся, судя по всему, в родительском доме. Музы не было в Светлом Камне во время нападения Валтора. Ее парень, насколько Гриффин успела понять, просто утащил девчонку от греха подальше, руководствуясь ему одному известной причиной. Впрочем, «причину» ведьма разглядела сразу, чисто по-женски уловив положение руки, которой фея так бережно накрывала свой, еще плоский, живот. — Хоть один с мозгами, — одобрительно улыбнулась ведьма, допивая вино. — Еще? — тут же поинтересовался Хаген. — Не откажусь, — улыбнулась Гриффин. — Великолепный напиток. — Из королевских виноделен Домино, — с гордостью отозвался кузнец. — Берёг как раз для такого случая. — Тогда за победу, — предложила женщина, но насладиться напитком (и компанией) не дала настойчивая магия искрящегося кристалла. — Вам не спится, Фарагонда? — не утруждая себя приветствиями, проворчала ведьма. — Вы хоть понимаете, что сейчас происходит в нашем мире? — Домино возрождается, Трикс повержены и даже Валтор ушел в отпуск. Попробуйте выдохнуть и расслабиться, коллега. — Этот демон завладел огнем Дракона! — рявкнула пожилая фея. — Скорее, его хранительницей, — усмехнулась Гриффин, переводя взгляд на зеркало, показывающее лишь туман, который непрозрачно намекал, что брачная ночь у молодоженов в самом разгаре. — Но… — Спокойной ночи, — и ведьма метнула кристалл о стену, разбив его на тысячу осколков. — Знаешь, этому демону стоило бы сказать ей «спасибо», — усмехнулся Хаген. — Если бы не Фарагонда, Команда Света непременно вмешалась бы тогда. И, возможно, спасла Домино от многолетнего проклятья. — А Валтор получил бы крошку-принцессу и действительно убил ее, — закончила Гриффин. — Полагаю, все, что ни делается — к лучшему, — улыбнулся отшельник, позволяя себе приобнять ведьму. — Но кое-что все-таки стоит наверстать, — усмехнулась Гриффин, откидывая густые волосы за спину. *** — Ты так и не ответил. — М? — Что теперь с нами будет? — Все, что захочешь, моя милая. Все, что захочешь.