За завесой Арки Смерти

— «Круцио»! — выпалила Лестрейндж, указывая палочкой на Гермиону. У последней темнело в глазах. Но это было не лучше момента, когда Беллатриса, оттолкнула несчастную предыдущим заклинанием, тем самым заставив удариться затылком о стену. — Беллатриса, — смотря в расширяющиеся зрачки Грейнджер, заметил Нотт, — она сейчас умрёт. — Теодор, — повернулась пожирательница смерти в сторону слизеринца. — Тебя отец не учил уважительно обращаться к старшим?! Остальные подростки находились в противоположном конце комнаты, Луна прикидывала, как можно забрать у Долохова свои волшебные палочки и сбежать. Уж кто-то, а он был предельно осторожен. К сожалению, сама мысль о побеге была дикой — пожиратель старался держаться спиной к стене. И его обзору открывалось всё прямоугольное помещение. Сейчас Лавгуд пыталась привести в чувство потерявшего сознание МакМиллана. — Ещё пара минут и «спокойной ночи», — прокомментировал Долохов, коротко взглянув Гермиону. Он это сказал так, «между делом». Судьба студентки Хогвартса его не особенно волновала, хоть он и понимал, что Белла тратит силы зря. — Грязнокровка, — обратилась к своей жертве Лестрейндж, — ты вытащишь меня отсюда прямо сейчас, быстро! Также, как и затянула нас сюда. Ты слышишь меня?! Не делай вид, что ты меня не слышишь! «Круцио»! — Она отключается, — сказал Теодор, подойдя ближе. Взглянув на Долохова, юноша добавил: — она погибнет. — Молчать! — вспылила поклонница Вольдеморта. — Грязнокровкой меньше, грязнокровкой больше… — Белла! — остепенил пожирательницу Антонин, подойдя к ней и схватив за руку. — Она может быть нужна Тёмному Лорду. Живая. Пожирательница только резко высвободила руку и метнулась к арке, ударив ногой прямо в твёрдую поверхность, закрывающую портал. С этой стороны сооружение выглядело в точности также, как и в родном мире волшебников. Однако, та лёгкая дымка, которая виднелась между колоннами здесь была твёрдой и немного шершавой, как бетон, несмотря на сохранившийся внешний вид. Беллатриса снова развернулась к Нотту, аккуратно усаживающего трясущуюся девушку: — Этот разговор, — она указала пальцем на Грейнджер, задыхаясь от гнева, — ещё не закончен! Долохов, тем временем, разглядывал свою руку. Ту самую, которой пару мгновений назад, остановил Беллу. По виду колдуна, ему что-то очень не нравилось. — Так, выходим, — внезапно заключил он, одёрнув рукава вниз и явно скрывая что-то под одним из них. Пожиратель смерти подошёл к единственной двери в помещении и приоткрыл её. Увиденного было достаточно, чтобы он тут же закрыл дверь и повернулся к приходящей в себя Гермионе. — Сюда иди, Грейнджер! — сказал Долохов, протянув руку к гриффиндорке. Но девушка не шелохнулась, будучи всё ещё не в силах соображать нормально. Тогда колдун сам подошёл к ней, и, схватив за шиворот, потащил к выходу. — Я сказал, мы выходим! — повторил «просьбу» пожиратель смерти. Дверь вновь отворилась и Гермиона увидела картину за ней. Довольно узкий, освещённый факелами, коридор заканчивался другой такой же дверью. По обеим сторонам прохода были инферналы. Они стояли в шеренги и, словно статуи, смотрели своими безглазыми харями в на пришельцев, еле заметно покачиваясь. Однако, почему-то, существа не двигались в направлении людей. Должна была быть причина. Видимо, Долохов и решил проверить «на живца», в чём подвох. — Ну что же ты стоишь, красавица? — послышался у уха Гермионы голос пожирателя. — Выходи первая. Не видишь — публика ждёт… *** «Но позвольте, — скажет читатель, — как же это так получилось, что Лестрейндж, Долохов, Грейнджер, Лавгуд, Нотт и МакМиллан оказались в одном месте? Да и, к тому же, около Арки Смерти». И будет прав, поскольку для полноты картины не следовало забегать вперёд и начать нужно было с начала. А начало этой истории было положено непосредственно перед новым учебным годом в лучшей в мире школе чародейства и волшебства «Хогвартс». История происходит из поместья Ноттов… В кабинете, из которого несколькими минутами ранее вышел Люциус Малфой, за столом сидел старший Нотт и разглядывал руку. Ему очень не нравился диалог, который произошёл незадолго до этого. Хоть никакого конфликта и не было, но хозяин дома был не дурак и понимал, что всё катится к дьяволу. Давно, в пятидесятые годы, сотрудничество с Тёмным Лордом вовсе не смотрелось как авантюра. Тогда он был молод, у него не было жены и ребёнка и окружающий мир чудился ему так, словно он будет вечен. Конечно, Вольдеморт никогда не обманывал в обещаниях. Отказаться служить ему означало отказаться от множества возможностей. Но психическое здоровье главы Пожирателей Смерти, после возвращения, оставляло желать лучшего… — Ты звал меня, отец? — произнёс с порога Теодор, прервав его размышления. — Да, — ответил Нотт старший. — Заходи. Мне нужно с тобой поговорить. Юноша прошёл в комнату и разместился на стуле, стоявшем рядом с письменным столом. Взрослый волшебник рассуждал, с чего начать: — Ты ведь понимаешь, что в наше время… — он старался осторожно подбирать слова. В конце-концов, в мире магии воспоминания могут легко стать вовсе не приватной информацией, — …мир претерпевает изменения. И многие знают, что будет результатом этих… «событий». — Я понимаю, отец. Драко Малфой делился со мной некоторой информацией. — Так вот, — собеседник вздохнул, поскольку диалог стало вести намного проще, — глупо сомневаться, что Тёмный Лорд сумеет победить Гарри Поттера. Однако, слишком много магической крови было пролито в былые годы. Но в тщетной попытке сразиться, Поттер может начать собирать вокруг себя сторонников. …которые, в итоге всё равно перейдут на другую сторону баррикады. Тёмный Лорд умеет убеждать. В конце концов, как сказал Салазар Слизерин: «даже враги подчиняются силе; и делают это с удовольствием». А что будет дальше?! Теодор кивнул, словно соглашаясь с предыдущими тезисами. Но пока ещё юноша не понимал, к чему клонит родитель. — А дальше, — продолжил Нотт старший, — я предвижу войну с магглами. Их полчища. Но нас, волшебников, в стране всего около двух тысяч. Проливать магическую кровь не имеет никакого смысла. Гибель волшебных семей — это разрушение нашего моста в будущее. — Да, — согласился юноша. — Всё верно, отец. — И вот, я вспоминаю последние слова твоей матери. Ты ведь помнишь их? — Я не забыл. — Я думаю, что не стоит другим влезать в дела Тёмного Лорда и Поттера. Особенно — детям. — Что ты хочешь от меня? — Если Поттер начнёт собирать сторонников, — осторожно продолжил волшебник, — постарайся не дать им лезть в пекло. Эти события касаются только его. Не стоит вмешиваться в них другим. — Мне всё ясно. Я сделаю так, как ты просишь, отец, — ответил юноша. *** В гостиной Гриффиндора среди трёх лучших друзей шло активное обсуждение. — Да ты врёшь, дай мне посмотреть! — с ухмылкой протянул руку к списку «Отряда Дамблдора» Рон Уизли. — Серьёзно, он сам попросился, — ответил Гарри, отдав другу желаемое. — И это была не шутка. — Гарри, — рассердилась Грейнджер, — может, ещё и Малфоя запишешь и «всю его чистокровную рать» с Пэнси, Креббом, Гойлом и остальными?! — По-моему, — заметил Поттер, — он вполне адекватен… Для Слизеринца, разумеется. — Тебя не смутило, — продолжила Гермиона, — что его давние пространные речи по поводу моей чистокровности напоминают кое-кого?! И вообще, откуда он узнал о нашем отряде? — Просто случайно прошёл около МакМиллана, — ответил Мальчик-Который-Выжил, — когда тот обсуждал с Майклом Корнером наше собрание. — «Прошёл» или «подслушивал»?! — намекнул Рон. — Вы правы, надо бы его проверить, — заметил Гарри. — Да, необдуманная идея была. Гермиона, выручай. — Знаешь, что… — она с возмущением встала, собираясь уходить. — Я вам не «рояль в кустах», чтобы решать ваши проблемы! — Ну, Гермиона, — посмотрел на неё Рон, схватив за рукав, — пожалуйста. У меня вообще мыслей нет. — Ты помнишь, что самое длинное в мире? — наклонилась к собеседникам девушка, освобождая руку. Оба гриффиндорца только покачали головой. — Василиск? — неуверенно предположил Мальчик-Который-Выжил. — Язык Драко подлиннее будет, — ответила юная волшебница. — Используйте его, если уж так ищете экстремальной учёбы в школе! Грейнджер схватила свой учебник со стола и удалилась в спальню. — Знаешь, Гарри… — заметил Рон, провожая её взглядом. — Она иногда такая… У тебя было так, что ты смотришь на девушку, её губы шевелятся, а в голове только шум, как из маггловского телевизора без антенны? Это любовь, да? — Не думаю, Рон, — покачал головой Поттер. — Хм-м-м, — размышлял он вслух, — а она ведь дело сказала! Если что-то узнает Драко, то это станет известно всей школе. А Малфой узнает это в первую очередь от друзей-слизеринцев. Можно пустить слух этому самому Нотту. Если через некоторое время легенда придёт с другой стороны, то станет всё ясно. — Да, но что бы такого придумать? — Надо придумать то, что Амбридж не оставит без внимания, — размышлял Гарри, потирая больную руку с надписью «я не должен лгать». — Она будет маркером. Может, сказать, что в одном из заброшенных помещений замка есть то, что свергнет её? Реально туда нужно положить что-то из арсенала Фреда и Джорджа. Если она проверит, то дело закончится штрафом, так как всё покажется просто глупой шуткой. — Ты прав, Гарри, — согласился Уизли. Но, в реальности, свержение Амбридж, конечно же, не волновало Нотта. Равно как и не вызывало желание юноши распустить слухи об этом. Собрания проходили довольно штатно и ожидаемо. Несмотря на подозрительность товарищей, Теодор весьма спокойно принимал участие в практических тренировках и не нарушал негласных правил. Правда в технике он делал упор на силу заклинания, а не на аккуратность. В конце-концов, помогло время; троица гриффиндорцев решила, что Нотт является довольно надёжным членом отряда, не быть же слизеринцу злодеем только потому, что он априори слизеринец. Однако, наступил Апрель. А, вместе с ним, и предательство Чжоу. Дамблдор лишился кресла директора, а занятия Отряда пришлось прекратить. Когда пришёл июнь с экзаменами, отряд почти распался. — Вот блин! Джастин сказал, что Снейп требует отметку «превосходно», — качал головой МакМиллан идя по двору Хогвартса вместе с Ноттом, — боюсь, что я экзамен провалил. Ребята были уже в обычной одежде, без мантий, поскольку экзамен закончился. — Снейп немного преувеличивает, — заметил собеседник. — Это чтобы отсеять нерешительных. Так что, если ты всё сделал правильно, то тебе нечего опасаться. Я же вижу, что ты, пожалуй, лучший из хаффлпаффцев в зельях. — И мне так мои говорят. Что-ж, подожду результатов… Но диалог прервала пробегающая вереница из Джинни, Рона, Невилла и Луны. — Куда это вы? — удивился МакМиллан, обратившись к Джинни. — В лес, что-ли? — Некогда объяснять, — бросил на бегу Рон, — нужно помочь Гарри. Эрни просто пожал плечами, но увидев, что чем-то заинтересованный Нотт побежал догонять остальных ребят, решил тоже присоединиться… *** Когда сражение в Министерстве Магии перешло в Зал Смерти, почему-то Гермионе вспомнилась общеизвестная мелодия «Танец рыцарей Монтекки и Капулетти». Совсем было непонятно, что послужило причиной, но сейчас музыка в голове мешала концентрироваться. Заклинанием, она заставила замолчать Долохова. К её ужасу, тот продолжил весьма мастерски давить на активную часть Отряда Дамблдора невербальной магией, вынудив её, Луну, Сириуса и МакМиллана отступить в центр комнаты к арке. Нотт, тем временем, сражался неподалёку с неизвестным пожирателем в маске. Изумляло то, что, несмотря на красочность схватки, ни одного заклинания, способного принести хоть какой-то реальный ущерб, не звучало от этой пары. Это было очень не похоже на слизеринца, который на тренировках предпочитал избавиться от врага побыстрее, использовав заклинание большей мощности. Более того, остальные пожиратели не вмешивались в событие. Что напоминало тренировку ученика и мастера, как в «Дуэльном Клубе». Тем временем, Долохов запустил каким-то неизвестным заклятием в Грейнджер, однако, немного отступивший Нотт случайно толкнул девушку, и язык пурпурного пламени из палочки Антонина угодил в Лонгботтома. Невил сделал шаг назад и испуганно оглянулся. Он схватился за грудь и упал на пол, скрючившись. От этого зрелища отвлекла всех Лестрейндж: — «Ступефай»! — крикнула Беллатриса, направляя палочку на Сириуса. Заклинание поразило цель. Блэк отскочил и провалился за завесу Арки Смерти. В этот же момент, в комнату вошёл Дамблдор. Пожиратели были удивлены и деморализованы. Битва кратковременно прекратилась. Гарри Поттер смотрел на завесу, за которой полминуты назад исчез его крёстный. — Ха-ха-ха… — наконец, нарушила молчание Лестрейндж. — Я убила Сириуса Блэка! — «Круцио»! — бросил Гарри, указывая на Беллу. Пожирательница инстинктивно взмахнула палочкой, из-за чего заклинание срикошетило в сторону. Некоторые другие последователи Вольдеморта стали поспешно отступать. Среди них был и неизвестный в маске, с которым сражался Нотт. Он, вместе с Малфоем, уже исчез за дверью. — «Ступефай»! — на этот раз Гермиона швырнула заклятием в Лестрейндж. Но оно тоже не достигло цели. С диким хохотом, та, опустив палочку, сделала несколько шагов вперёд и, неожиданно, толкнула девушку за арку. Та поняла, что её ждёт и успела схватиться за руку нападавшей. Когда испуганная Грейнджер наполовину погрузилась за завесу, оказалось, что Лестрейндж оторваться от неё не может. Нотт и МакМиллан инстинктивно схватили за руку Гермиону, но вытянуть её никому не удалось. Более того, отцепиться от девушки было невозможно. Луна поспешила на помощь Эрни и так же приклеилась. Следующую ошибку допустил Долохов. Он, в один прыжок переместился к Арке и схватил пожирательницу за одежду. Маг поднял палочку, его расчёт был прост: нужно было успеть отрубить кисть, за которую схватилась гриффиндорка. Однако, Белла впала в чудовищную истерику и своими движениями не давала прицелиться коллеге по тёмным искусствам. Он случайно коснулся её шеи и стал абсолютно беспомощен. Когда последний несчастный исчез за завесой, в комнате наступила полная тишина. — Да уж, — ошарашенно произнёс Дамблдор, комментируя эмоции Лестрейндж. — Порой и черти плачут… *** Гермиона, попав в туман арки, ожидала смерти. Она читала об этом сооружении, из которого не возвращаются. И уж, тем более, не могла предполагать, что по ту сторону ещё что-то будет. Однако, произошёл «неприятный сюрприз». Арка оказалась порталом, ведущим в место совсем уж незнакомое. В прямоугольной комнате, куда вылетела стихийно образовавшаяся компания, никого не было. Помещение освещалось факелами. Довольно массивная деревянная дверь являлась единственным выходом. Она была расположена посреди одной из длинных каменных стен. В центре стояла арка, из которой выскочили пришельцы в это место. Конечно же, Пожиратели Смерти организовались куда лучше учеников Хогвартса и, сразу обезоружив последних, подобрали их волшебные палочки. Так вышло, что МакМиллану досталось больше всех и его отбросило в угол помещения с дальней стороны от двери. Именно здесь Лавгуд приводила в чувство товарища. А теперь, после неприятного диалога с Лестрейндж, Гермиона стояла перед выходом из зала, а за ней был не менее опасный пожиратель смерти, желающий выманить инферналов из коридора, используя единственную магглорожденную волшебницу в качестве приманки. Она догадалась, что с ней может случиться, стоит только выйти за дверь. В воображении рисовалась картина, на которой накинувшиеся на девушку твари грызут свою добычу, а на фоне их пробегают Пожиратели Смерти к свободе. Собравшись из последних сил, Гермиона резко развернулась и выхватила первую попавшуюся палочку из кармана Антонина. Она тут же стала отступать в угол и произнесла заклинание безмолвия, во второй раз лишив дара речи волшебника. Девушка рассчитывала попасть в Лестрейндж, но не сумела прицелиться и, из-за растерянности, выбрала мишень ближе. Только отойдя в угол, она поняла, что может последовать в ответ. К юной волшебнице поспешил Нотт. Антонин уже поднял палочку, когда Грейнджер, стремясь отгородиться хоть чем-нибудь от слуг Тёмного Лорда, вызвала патронуса. Выдра описала полукруг в воздухе, приняв на себя неизвестное Заклятие Долохова, и исчезла. — Что это у нас? — послышался саркастический выкрик Беллы. — Бунт в трюме?! Пожирательница расхохоталась. Теодор подоспел к зажавшейся в углу Гермионе и, после недолгой борьбы, выхватил палочку. — Предатель! — процедил приходящий в себя МакМиллан. Луна не вмешивалась в происходящее, осматривая пыльное помещение. Она не могла ничего изменить в этой ситуации. Тем не менее, обнаружив кое-что в пыли на полу, юная волшебница разгребла рукой строительный мусор и взяла небольшой пергамент. Похоже, что первые строки написанного её заинтересовали, поэтому когтевранка отвлеклась на чтение. — Молодец, Теодор, — почти прошипела Лестрейндж, подходя ближе вальяжной походкой. — Я знала, что ты рано или поздно сделаешь правильный выбор. Нотт наставил на Гермиону палочку, но, увидев, как магглорожденная, со слезами на глазах, в бессилии опустилась на пол, передумал. Он повернулся к Долохову и снял заклятие немоты. Юноша, не убирая палочку, двинулся к приоткрытой двери. Существа, секундой назад смотревшие друг на друга, безмолвно повернули свои пустые глазницы к нему, когда юноша появился у порога. — Как насчёт «Адского Огня»? — спросил он, после паузы, немного поморщившись. Инферналы казались ему отвратительными. — В закрытом помещении?! — поднял бровь Долохов, стоявший рядом. — Но они не выходят, — продолжал собеседник. — Почему они не выходят? — Есть причина… — внезапно произнесла Луна, глядя на Пожирателей Смерти рассеянным взглядом и аккуратно убирая пергамент в карман. — Они стоят здесь, чтобы пропускать кого-либо только в одну сторону. — Бред сумасшедших Лавгудов! — выпалила Лестрейндж, но призадумалась. В конце-концов, она краем уха когда-то слышала о «Хрустальной Пещере» Вольдеморта, где инферналы тоже служили охраной. — Тогда нужно попробовать выйти по-одному, — решил Нотт. — Остальные будут прикрывать первого. — Инициатива наказуема… исполнением, — заметил Долохов, вновь поднимая палочку. Но Теодор не возражал. Он только повернул голову к Гермионе и, кивнув в её сторону, произнёс громче, чтобы это точно услышали все: — Не следует её бросать. Лавгуд помогла подняться Эрни и, убедившись, что он сможет сам идти, подошла к Грейнджер. В этот момент Нотт пересёк потрескавшийся деревянный порог. При каждом шаге юноши с обеих сторон слышался шелест поворачивающихся к пришельцу инферналов. Они не приближались, не сходили со своих мест, а просто провожали лицом проходящего по коридору чужого, проникшего в их владения. В середине пути юный волшебник продвигался уже более уверенно. Однако, палочку, всё-таки, держал наготове. Когда он открыл дверь и вышел, следом за ним отправилась Лестрейндж. Она дошла без приключений. За ней — Луна с трясущейся от страха Гермионой. После них комнату покинул МакМиллан. Выходя последним из коридора с инферналами, Долохов прикрыл дверь за спиной, запечатав её на время заклинанием. *** Небо было тёмно-синее, однако, ни Венеры, ни звёзд на нём разглядеть было невозможно. В нескольких метрах от выхода проходила потрескавшаяся асфальтовая магистраль. Налево она простиралась до горизонта, направо уходила в современный маггловский город с многоэтажными зданиями, улицы которого были освещены. Однако, посреди дороги в город мешали какие-то нагромождения. Через дорогу располагалось необычное поле, на котором не было даже травы — только земля. За ним вдалеке — деревья, будто лишённые крон. Когда-то там был лес. Противоположная сторона, на которой находились пришельцы, была покрыта пожелтевшей травой и сорняками. — Закат… — задумчиво произнесла Луна, осматривая горизонт. — Или рассвет, — тихо сказал Долохов. Но что-то заставило его резко обернуться. Сооружение, из которого вышли путешественники, казалось небольшим по сравнению с пустотой, которая окружала его. За ним, словно подхваченные смерчем, взвились в небо крупные фестралы. Кружась в полёте они всё больше и больше набирали высоту, пока не превратились в крошечные точки на небе. — Куда теперь? — спросил Нотт. — Я не узнаю этого места. — В город, — коротко ответил Антонин, махнув в сторону огней вдалеке. — Возможно, там есть люди, — размышляла вслух Лавгуд. — Какие люди?! — раздражённо сказал Эрни, которому обстановка не нравилась всё больше и больше. — Мы прошли через «Арку Смерти»! Мы здесь покойники, трупы! — Но свет же есть, — пожала плечами когтевранка, глядя на дома вдали. — Будем действовать по ситуации, — повернулся Долохов к слизеринцу. — Давай вперёд! Первым шёл Теодор с Пожирателем. За ним, на небольшом удалении, следовали МакМиллан, Лавгуд и Грейнджер. Замыкала процессию Лестрейндж, держа в руках волшебную палочку. Чем больше команда приближалась к силуэтам чего-то преграждающего путь, тем больше очертания их позволяли предположить, что впереди необычные маггловские машины. Всего самолётов было четыре штуки. По следам казалось, что они пытались организованно приземлиться на пустошь с левой стороны. За исключением одного, находившегося на шоссе. Тем не менее, судя по направлению носа каждого, они были развёрнуты уже после приземления. Машины были отнюдь не гражданские, хотя принадлежность их к какому-либо государству определить мог только специалист — везде краска осыпалась, большая часть металлических деталей поржавела. Внутри никого не было. У трёх из них бронестекло было вырвано, и часть компонентов приборной доски вываливалась наружу. Оставшийся один завалился на крыло. Открытая кабина не имела повреждений. Команда подходила именно к этому самолёту. Долохов нахмурившись, провёл рукой по корпусу, словно вспоминая что-то. У кабин соседних машин валялись клочья противоперегрузочных комбинезонов пилотов. — Брось это! — внезапно вскрикнула Лестрейндж, указывая палочкой на Гермиону. — Я сказала бросай! Сейчас же! Гермиона неумело сжимала в руках пистолет, направив оружие на Пожирательницу, и отходила назад, планируя отступить за воздушное судно. — «Круцио»! — среагировал Долохов, дёрнувшись к Грейнджер. Однако, та, почему-то, умудрилась удержаться на ногах и не опустить руки. Гриффиндорка повернулась к Пожирателю, зажмурившись. — Гермиона, это «Грин-де-Вальдская ничья»! Не надо! — встряла Луна. Она хотела двинуться к подруге, но её остановил Хаффлпаффец. — Бросай это! Живо! — истошно крикнула Лестрейндж, повторив приказ. Руки Гермионы затряслись и на уголках глаз в очередной раз показались слёзы, но девушка, с закрытыми глазами, продолжала сжимать пистолет всё сильнее и сильнее. Послышался странный хруст и образовалась тишина. — Да кто же так дерётся, я спрашиваю?! — ухмыльнувшись, крикнул Долохов, приближаясь к ней. — «Круцио»! На этот раз гриффиндорка упала, выронив из рук неисправное оружие. Нотт двинулся в сторону Гермионы, но его схватила за плечо Лестрейндж. — Куда ты? — ехидно сказала она. — Ты что, не видишь, что её уже не спасти?! — Живой она может нам хоть чем-то помочь, — спокойно, но громко сказал юноша, остановившись. — Мёртвая не сделает ничего. Гермиона с ненавистью посмотрела на приближающегося Пожирателя Смерти. Было ясно, что она готова броситься как только расстояние позволит ей. — «Агуаменти»! — взмахнул палочкой Нотт, окатив лицо гриффиндорки холодной водой. Возникла тишина, из которой всех вывел смех Лестрейндж. К Гермионе начало возвращаться трезвое понимание происходящего. Сейчас больше всего, ей хотелось убежать подальше. — Грейнджер, — Антонин схватил за воротник девушку и поднял. — Ты сейчас же прекратишь паясничать. Даю тебе две секунды. Слышишь, Выдра?! Ровно две секунды! Сказав «Авада…», он направил палочку на девчонку. В ответ та испуганно закивала. Это позволило Пожирателю не продолжить заклинание. — Что это значит? — Долохов резко кивнул на самолёты. — Это… Это маггловские машины… — Грейнджер с трудом подбирала слова, чтобы в очередной раз не разгневать Пожирателей. — Магглы на них летают… — Я не дурак, — рассерженно произнёс слуга Вольдеморта, — сам понимаю! Он отпустил гриффиндорку и провёл рукой по поржавевшему корпусу рядом с пулемётом, под ногами хрустнула когда-то выползшая пустая патронная лента. — Ведь тут не простые «маггловские машины»? — поинтересовался Антонин. — Это… маггловские военные машины, — поспешила ответить Грейнджер, — но… — Что «но»? — Но что они тут делают?! Это невозможно. Ведь… таких не выпускают уже много лет… — Сколько? — гаркнула Лестрейндж. — Я не знаю таких вещей… Двадцать… или пятьдесят. Долохов ещё раз подошёл к остаткам комбинезона на земле и поднял их. Видно было, что принимать решение не просто. Что-то мешало. Пожиратель сомневался. — Идём в город, — наконец, сказал он, подняв голову вверх. — Мы должны успеть до темноты. Вернувшись в прежнюю форму построения, команда отправилась дальше по дороге. По пути ничего примечательного не встретилось. Слева всё так же была земля с лесом на горизонте, справа — поле с засохшей растительностью. Город, приближавшийся к путешественникам, мало отличался от современных. Улицы его были освещены фонарями. Однако, ни в одном окне не горел свет. Когда они уже продвинулись на несколько кварталов вглубь, стало ясно, что мегаполис как минимум несколько лет был необитаем. На дорогах стояли поражённые коррозией машины. Некоторые автомобили находились в целом виде, некоторые были искорёжены до неузнаваемости. По обе стороны от дороги были только высотные здания. По окнам можно было сделать вывод, что в большинстве своём это не жилые дома, а предприятия. У многих из них на первых этажах располагались витрины. Некоторые из которых — с разбитыми стёклами. Сохранившиеся вывески указывали на маггловскую принадлежность зданий. Виднелись кафе, парикмахерские и магазины, которые уже лет десять не посещали люди. Царило абсолютное безмолвие. Но резкий поток ветра прервал эту тишину. Сверху громко хлопнули оконные рамы и к ногам Луны медленно спланировал лист бумаги. Когтевранка тут же подобрала её. — Что это? — спросил Эрни. — Это записка того, кто, как и мы, ходил тут, — пояснила Лавгуд. — Здесь написано, что… Команда услышала что-то среднее между бормотанием и ворчанием позади. Развернувшись, волшебники увидели странное существо, стоявшее на перекрёстке и водившее мордой из стороны в сторону, словно выискивая кого-то. Будучи выпрямленным, оно бы доставало до третьего этажа. Но сейчас тварь стояла на задних ногах сгорбленной, боком к наблюдателям. Её позвонки довольно сильно выпирали из спины. Скорее всего, чудовище вышло из-за угла высотки. Типичной для прямоходящих животных походкой, тварь сделала ещё два бесшумных шага вперёд. Животное остановилось в центре перекрёстка. Создание образом напоминало человека. Такие же пропорции частей тела, то же количество пальцев на руках. Но, в то же время, оно имело мало общего. Гладкая кожа чудовища была грязно-жёлтого цвета, чуть темнее со стороны спины. Голова по форме почти не отличалась от таковой у кита-белухи, но глаз на ней не было. Эти места просто были закрыты кожей. Скорее всего, создание руководствовалось иными органами чувств. Зато внушительная по размерам пасть была на месте, из которой в данный момент высовывался жирный язык, облизывающий лишённый губ рот. В нём можно было разглядеть кривые из-за сколов, толстые зубы. Существо повернулось к пришельцам и подняло голову вверх, выпрямившись. Оно издало оглушительный протяжный рёв. Через несколько секунд на этот зов послышался ответ с нескольких сторон сразу. — В сторону! — оттолкнул друг от друга студентов Хогвартса Долохов, выйдя ближе к чудовищу. — Нотт, сюда! Животное стало медленно приближаться, облизываясь. Теодор подошёл к Пожирателю и встал рядом с палочкой на готове. — Белла, смотри назад! — бросил Долохов. Он повернулся к слизеринцу и отобрал у него волшебную палочку, выдав взамен принадлежащую Нотту: — Если что, держи щиты! Теодор кивнул. Антонин швырнул в монстра несколько оглушающих заклятий, но они почти не возымели действия. Лестрейндж увидела ещё одну тварь, выходящую с противоположного перекрёстка. — «Авада Кедавра»! — сразу среагировала Пожирательница. Заклинание угодило в цель, но та, казалось, ускорила шаг. — Долохов! Палочку Лавгуд! — крикнула Белла, заклиная животное «Круциатусом». — Живо! Но Антонин сейчас полосовал идущее на него существо пурпурным пламенем своего неизвестного заклятия. Нотт, на всякий случай, держал «Протего», выступив немного вперёд. — Долохов, чёрт тебя драл! — кричала Лестрейндж. — Мне нужна магия! Немедленно! Наконец, Антонину удалось подобрать подходящий момент и он, не сомневаясь, вытащил и перекинул волшебную палочку Луне. — «Брахиам Эмендо»! — спокойно произнесла та, взмахнув главным оружием волшебника. Тварь, направляющаяся на Пожирательницу, замедлила шаг, будучи лишённая некоторых костей. Тем временем, Долохов заставил своим заклинанием остановиться надвигающуюся на него тушу. Зверь громко взревел, направив морду на нападавшего и остановился, содрогаясь. Словно, тяжело вздыхая. Он не падал, но и не двигался. — Дьявол! Да этим можно было полсотни магглов угомонить, — Антонин стоял, опустив голову и потирая свободной рукой лоб. Было видно, что сражение далось ему нелегко. — Аж башка трещит… Беллатриса, с поддержкой Лавгуд, почти остановила его противника «Круциатусом». Однако, зверь тоже стоял на ногах, как и первый. В этот момент перед Ноттом из-за угла перекрёстка вышло третье животное. Оно выпрямилось и медленно повернулось к команде. — Да… пошло оно всё… — махнул рукой Пожиратель и устремился к ближайшему подъезду. Третья тварь, между тем, снова ссутулилась и медленными шагами стала приближаться к пребывающим в замешательстве остальным. Промямлив нечленораздельные звуки, зверь направил морду прямо на подростков и Лестрейндж. Пожирательница смерти неуверенно швырнула два заклинания в чудовище. «Авада» опять не возымела действия, хотя «Круциатус» немного замедлил передвижение твари. Та лишь в ответ ещё раз плотоядно облизнулась, капая слюной на асфальт. Лавгуд бросила пару разных отталкивающих заклинаний, что вообще не вызвало хоть какого-то эффекта. На этот раз ей не удалось сдержать существо, даже применив чары, удаляющие кости. Дальше ретировался МакМиллан. Гермиона так и осталась стоять, смотря на надвигающуюся прямо на неё угрозу. — Пойдём, — Луна потянула за руку оцепеневшую Грейнджер, — быстрее! Тебе нельзя оставаться! Плохо будет! Лестрейндж, попыталась наслать «Империо» на животное, что привело к неожиданным последствиям — тварь коротко взвыла, на секунду приподняв голову вверх, и ускорила ход, вынудив Беллу забежать в то же здание, что и остальные. Следом за ней не отставал Нотт. Он попробовал левитирующим заклинанием приподнять животное, таким образом, сделав его беспомощным — попытка оказалась тщетной.