Rhoeg callon / Неправильный герой

Теперь я знаю, что означает шок и ужас на лице Трандуила? Это означает задницу. И не простую. А жирную, вонючую, волосатую задницу, из которой только один выход и ты не захочешь заходить в этот туннель, чтобы увидеть свет. Хотелось просто расплакаться как маленькой девочке, которой приснился кошмар или в тени показалась фигура чудовища. Только разница в том, что я уже не маленькая девочка, а от этих чудовищ не спрятаться под одеялом или в родительской спальне. Да и плакать мне нельзя. От слабых избавляются в первую очередь. И почему я не осталась у Беорна? Ну что, Ари, почувствовала себя героем на окончании жизненного пути, теперь можно и в земельку погрузиться с чистой совестью? Должна признать, вид того, что кровные враги объединяются перед другой страшной силой, завораживает. Эльфы, люди и гномы в одном кличе помчались на врага. Ой, мамочка. Лошадь нетерпеливо топталась на месте ожидая, когда и мы помчимся в перед. Только желания мчаться в эту мясорубку не было никакого. К такому жизнь меня точно не готовила. — А ты уверена, что это безопасно? — Громко крикнул Бильбо, стараясь перекричать шум битвы, когда я натянула поводья. — Безопасно? Это верная смерть, друг мой.- Маленькие руки на моей талии напряглись ещё больше. — Смерть? Ты же говорила, что я проживу долгу жизнь! — Маленький человечек действительно волновался и уверенности от этого не прибавлялось. — Долгую жизнь? Я говорила, что твоя история не закончится вместе с походом, но поход то закончился. — Чуть усмехаюсь, чтобы придать себе и хоббиту уверенности, но это не срабатывает. — Я шучу. Твоя история будет длиться ещё долгие годы. Ты уверен, что хочешь ехать? У тебя есть шанс скрыться в безопасности. — Правда, я не уверена, что где-то есть безопасное место. — Нет! Хоббиты не отступают! А вот люди отступают, они прячутся, словно крысы по углам и я готова проявить эту слабость сейчас. — Город! Все возвращаемся в город! — Сквозь рык орков и хруст ломаных костей, я услышала приказ предводителя людей. В городе будет больше возможностей спрятаться, в случае чего. Развернув лошадь, я направила её по направлению в Озерный Город. Может, я и трусиха, но там сейчас беззащитные дети и не вооруженные женщины, которые такие же слабые, как и я. Нельзя лишать их права на жизнь, отдав на растерзание этих уродов. В городе творилась настоящая паника. Люди пытались скрыться, а те, кто не мог, пытались дать хоть малый отпор врагу. Как только лошадь въехала в город, я спешилась, больно приземлившись на ноги и помогла слезть воинственному хоббиту. Мне бы столько уверенности. В углу разрушенного дома я заметила женщину, которая не спешила бежать в укрытие. — Бильбо, мы должны разделиться, потому что так больше шансов выжить. Я надеюсь, предложение с Широм ещё в силе? — Конечно. После победы, встретимся у церковной башни, если она будет ещё стоять, конечно.- Маленький хоббит поклонился мне и никто не знает, как тяжело мне было сдержать слёзы в этот момент. Я поклонилась в ответ. Не прощаясь, я направилась к женщине, которую заметила ранее. Чем ближе я приближалась, тем четче понимала, почему она не спасается. Рядом с ней сидел муж с перебитыми ногами, а на руках был грудной ребенок. Чертыхнувшись, я отказала в просьбе спасти ребенка и попыталась поднять её мужа. Возле моей Алласты оказалась женщина с ещё одним ребенком, лет семи, и попыталась увести лошадь. — А ну стой! — К счастью, она меня услышала и побледнела. Оружие за спиной играло свою роль. — Ты возьмешь лошадь, только если поможешь нам! Не говоря более не слова, она помогла дотащить раненого до Алласты и перекинуть его через седло, её ребенок оказался там же. — Давай, девочка, помоги им. — Я погладила кобылу по морде и содрогнулась от очередного рёва. — Поезжайте! Не желая слышать их благодарность, я отошла в сторону, ожидая нападения. Не хочу расслабляться перед боем от похвалы. Если я спасла их, значит уже не просто так пришла в этот мир. Орки заполняли город словно саранча. Даже страшно думать об их количестве. С громким характерным лязгом, я достала оба меча из ножен. Ну что, с Богом. Если такое изречение тут уместно. От мысленного подбадривания, меня отвлек детских крик с боку от бойни, в которую я никак не могла решиться влиться. Трое не детей, подростков, стояли посреди дороги и ожидали огромного тролля, который направлялся к ним. И какого черта они стоят. Мысленно перекрестившись, я побежала на тролля. Я даже забыла, насколько сильно воняют эти твари. А сейчас, этот запах ещё и смешивался с вонью от крови и горящей плоти. Не долго думая, я с криком вонзила оба меча ему в поясницу. А крик действительно помогает. Зверь взревел и начал пятиться назад. С ещё больших усилий мне стоило выдернуть мечи обратно и убраться с его дороги до того, как он завалился на спину. Представь, что это кролик, обычный кролик. Обычный трёхметровый вонючий кролик. Если его не добить, то он убежит. Животное взревело вновь, но я запрыгнула на мягкий живот и вонзила оба лезвия в глотку до того, как он откинул меня в сторону ослабевшей рукой. Тело сразу заныло из-за грубого обращения и контакта с его лапой. Оглянувшись на детей, я увидела Барда, который подбежал к ним и кивнул мне в благодарность. Дальше они сами, а мне нужно ещё выдернуть эльфийские мечи из вонючего тела. Не хочу получить от аранена за пропажу его собственности. Я убила живое создание. И не просто кролика или рыбину, а огромного уродца. Непонятный адреналин разлился по всем кровеносным сосудам, вынуждая продолжать бой. Первая победа оказалось легкой, по сравнению со следующими. Меня били, кусали, кидали об стену, пытались пробить копьями. Но я слишком везучая, поэтому всё ещё была жива, несмотря на многочисленные ушибы и порезы. Даже оба меча осталось со мной. Драка не является моим призванием. Чудо, что я всё ещё в состоянии удерживать меч. Отбившись от стены , в которую меня впечатал очередной орк, я нагнулась и полоснула лезвиями по ногам, а когда он пошатнулся, воткнула их в шею, убивая его. Это мой фирменный примём. Единственное, благодаря чему я сейчас жива. Даже уйма орковой крови, которой я была сейчас покрыта, не заставляла меня отказаться это перерезания глоток. В глаза бросился золотой блеск, а уши уловили лязганья эльфийских мечей. Подмога и чуть больше шансов выжить. Интересно, я задумалась, пока бежала на одного тролля, чтобы напасть на него со спины, а Мэри сейчас также сражается, как я? Лезвия уже более плавно вошли в поясницу монстра. Или ей достаточно и доли секунды, чтобы справиться с ними? Она намного искуснее меня. По уже знакомому сценарию, тварь завалилась, а я перерезала её шею. Размышления помогали мне не погрязнуть в этом хаосе. Прячусь в нише, чтобы передохнуть. Больше всего меня пугало, что я не видела принца. Краем глаза я видела белоснежную гриву владыки, когда он мастерски сражался с несколькими орками одновременно, даже видела тушу его лося. Но принца я не наблюдала. Неужели он сбежал? Я не помню, где он находился во время битвы, а напрячь память было свыше моих сил. Тело ныло, желая прекратить мучения, но это было бы непозволительной роскошью. Ох, а в Ривенделле, я бы сейчас пила чай, а не оттирала орочью кровь с лица. Было страшно. Тела валялись кругом и приходилось просто бежать по ним, чтобы выжить. Огонь заполнял город, как бы доказывая, если не погибнешь от клинка, то падешь от пламени. Послышался звук горна, от которого все замерли и начали битву с удвоенной жестокостью. Когда же это всё закончится. Умирать не хотелось, но и дальше сражаться тоже. Прошла вечность с первого клича к бою. Мимо моего укрытия прошел орк и я вонзила мечи в его неприкрытую шею со спины. Плевать, что нельзя атаковать со спины. Они даже не защищают эти участки надеясь, что эльфы слишком благородны, а гномы просто недопрыгнут. Но мне плевать на благородство, я буду нападать со спины, если это сбережет мою жизнь. Мою неуклюжесть спасает то, что они слишком тупы и не поворотливы. В равноправном бою я бы не выстояла. Хотя, я льщу себе. Это мой уровень. И я с огромным трудом его прохожу. Хуже, а точнее — страшнее, стало, когда из ратуши вышли старики и женщины, чтобы сражаться с орками, вооружившись лопатами и вилами. Стало больше криков, крови и боли. Храбрый поступок, но необычайно глупый. Одним движением, я подрезала шею орку, не в состоянии сломить позвоночник, который собирался добить женщину, что помогла мне взгромоздить инвалида на Алласту. Не произнося ни слова, я пошла дальше, тут же уворачиваясь от грубого меча, который задел мою ногу, разрезав плотные штаны. Крича от острой боли, я воткнула меч в живот орка, отталкивая того в сторону и прислонилась к стене, чтобы отдышаться. Слава моей регенерации, что всё относительно быстро заживает и не приносит той боли, корою я могла бы испытывать. Хотя, я бы не отказалась от укола сильного обезболивающего, чтобы ничего не чувствовать. Или выпить что-то крепче березового сока или эля, который так любят в этих краях. До конца жизни я буду мучиться от крови, на своих руках. Надеюсь, она будет дольше, чем я рассчитываю. Придерживаясь за стену я прошла дальше, услышав рёв орка. Надеюсь, получиться напасть сзади. Но я не успела. Бард выстрелил из лука, сразив монстра и всего-то. А я чуть ли не акробатикой занимаюсь, чтобы просто повалить его с ног, обидно. Перед ним стоял какой-то сальный мужик в женском платье и огромной грудью, из которой сыпались монеты. — Господи, это самая уродливая женщина из всех, что я видела. Даже у орков они более привлекательные. — Фыркнула я, присаживаясь возле Барда на обломок стены, с гордостью выдерживая презрительный взгляд этого мужчины, если можно его так назвать. И это меня он презирает. Я хоть стараюсь сражаться, не смотря на слабость и страх, а он сбегает. Сальной мужчина фыркнул и развернулся, обходя тролля и желая скрыться. -Эй, — остановил его Бард, — юбку подбери! Я приглушенно рассмеялась тут же охнув от боли в груди. Слишком часто меня бьют. — Вас отвести к лекарю? Вы выглядите не лучшим образом. Будто искупались в бочонке с рыбьей требухой. — Мужчина подошел ближе, осматривая мои окровавленные латы. — Ох, рыбья требуха не так отвратительно пахнет. Я лучше всех, Бард. Отведи детей в безопасное место. — Я оглянулась на троих детей, которые стояли в разрушенной арке. — Ты воспитал храбрых и смелых детей. Но лучше бы они были трусами, но подальше от этой бойни. — Согласен. — Бард кинул взгляд на детей. — Торин наконец покинул гору и внедрился в сражение. Я видел девушку, которая прибыла с гномами. Вы с ней родственницы? Она сражается на порядок лучше тебя. — Ну спасибо. — Съязвила я. Знаю, что это правда, но звучит обидно, если учитывать, насколько у меня сейчас дрожат руки от усталости. — Зато я знаю, что вряд ли доживу до окончания битвы, но не сбегаю с неё. Это тоже многого стоит. — Прости, я не желал тебя оскорбить. Ты хороший воин, как для женщины. — Бард подал мне руку, помогая подняться. — Отведи детей в безопасное место. На пустынной площади Гэндальфа пытался раздавить необычайно толстый тролль, вооруженный странной булавой. Он пытался попасть по магу, словно газетой по надоедливому комару. Я находила на смотровой стене, прямо над чудовищем. Дальше я сделала то, о чем сильно пожалела. Вооружившись мечами, я спрыгнула на спину монстра. Секунда полета, полная адреналина, а дальше невероятная боль в руках, когда я пыталась удержать свой вес, на мечах, загнанных в панцирное тело монстра. Меня било по всей спине монстра, пока он не остановился и не повалился. Хорошо, что не на спину. Меня отбросило в сторону, вместе с моими мечами, разодравшими спину врага. Митрандир помог мне подняться, попутно обтрушивая меня. Сомневаюсь, что от этого есть хоть капля пользы. Мне срочно нужно выпить ибо болит начинает застилась разум. — Боже. Что же я натворила? — Прошептала про себя, подмечая реальные размеры тролля. Я заметила знакомую юбку, которая торчала из рта чудовища. Достойная смерть для недавнего знакомого. — Адреналин лишает меня здравого смысла. — Это война, дитя моё. Здесь все лишены здравого смысла. — Грустно сказал мне маг и ушел, оставив меня наедине с дохлой тварью. Нужно идти, лучше пасть в бою, чем лишиться головы на пустыре. И откуда во мне этот глупый героизм. Я не Мэри, я не создана выигрывать войны, я создана для дома. Я хочу стать обычным рядовым бухгалтером в огромной фирме, чтобы забиться в свой уголок и не вылезать оттуда, сражаясь лишь с сальдо* и счетами. У стены я заметила одиночного орка, нападём как обычно, со спины. Не успела я занести один меч, как он резко обернулся, выбивая оружие с одной руки, а когда я попыталась поразить его вторым, то и этот меч тоже был выбит из руки, далее я оказалась отброшена к стене. Спину прожгло болью, а вдохнуть не было сил, лишь слезы текли по щекам от безысходности, орк приближался всё ближе и уже замахнулся для удара. Чтобы он не видел страх на моём лице, я попросту закрыла его руками. Если говорить откровенно, я просто не хотела видеть своего убийцу. Надеюсь, это будет не так больно, как мне сейчас. Боли не было, лишь лёгкий удар по ногам. Можно сравнить с футбольным мячом. Осторожно отнимаю руки от лица, и тут же отпрыгиваю, в буквальном смысле, от своего места. Вместо мяча, у моих ног лежала голова несостоявшегося убийцы. Тело его лежало неподалеку. А там я уже и встретила разъяренные глаза аранена. В последний раз я видела его настолько злым, еще в темнице во время допроса. Но мне было плевать на его злость. Не обращая внимания на меч, которым он вооружился и кровь, которой я была насквозь пропитана, я набросилась на принца, повиснув на шее, крепко обнимая руками. Это похоже на второе дыхание. Свободная рука Леголаса неловко накрыла мою спину и провела несколько раз, успокаивая. — Почему ты не в лагере? Я приказал оставаться там? — Гаркнул он, когда я наконец-то отстранилась. — Думаешь, он ещё стоит и орки обошли его стороной? Весьма сомневаюсь. — Наклоняюсь за мечами, весьма смущенная своим порывом. — Ты сам дал мне оружие и я весьма неплохо с ним обращаюсь. — Я заметил по твоей боевой позе и слезам. — Не отрываясь от разговора, Леголас заколол двух орков, которые бежали на нас. Он успел это сделать даже до того, как я стала в оборонительную позу. — Держись ближе к эльфам, мне пора. Аранен так поспешил скрыться, что я едва успела догнать его. — Куда ты? — Воронья Высота. Там будет решающий бой. Не смей туда приближаться, иначе очень сильно пожалеешь. — Строго ответил он и сбросил мою руку, которую я положила на его плечо, желая остановить. — Леголас, — прокричала я, когда он был достаточно далеко, — нареченный рыжей эльфийки сегодня умрёт, а её душа погибнет заодно с ним. Поспешите. Я поспешила к центральной площади сразу, как услышала эльфийский горн. Тела устилали всё вокруг. Снег пропитался кровью, делая обстановку ещё более ужасающей. Вперемешку с людьми лежали прекрасные эльфы в золотых доспех. Они прожили сотни, а может и тысячи лет. Видели зарождение природы и истинной красоты, а вынуждены погибнуть от рук неотёсанных монстров. Стараясь, не наступать на тела, если есть такая возможность, я успела вовремя, мимо меня как раз проходил мучительно бледный Трандуил. — Пойдём, Ариэль. Тебя не должно здесь быть. — Взгляд, полный боли, прошелся по мне, отмечая повреждения в своеобразных доспехах и многочисленные раны. Сам Владыка тоже был в не лучшей своей форме: доспехи в вмятинах, кровь на лице, спутанные волосы и изуродованная щека, которая сейчас даже шла королю, делая его мужественнее. — Меня не должно быть в этом мире, Владыка и вы это знаете. Я умру сегодня, я чувствую. Нет смысла оттягивать это. — Обреченно произнесла я. Я давно вынашивала эту мысль. Отчасти, это и подвигло меня участвовать в битве. От смерти не убежишь. А встретить её я хочу с гордостью. Сочувственно посмотрев на Трандуила, я побежала за удаляющимся Хоббитом. Он уже знает короткую дорогу. Чувствую себя героиней ужастика. Орки, летучие мыши, тролли. И все стремятся меня убить. Сама виновата, нечего плакаться и ныть. Захотела погеройствовать — геройствуй. Опыт в войне дело не шуточное и накапливается поразительно быстро. Если бы ещё и силы оставались. Как же хочется выпить. Надеюсь, рыжая, не помню её имени, успела спасти Кили. Мне её жаль, как женщине. Эльфы любит лишь единожды, невероятно больно потерять это чувство, так и не успев обрести. С силой отталкиваюсь ногами от скалы и вонзаю мечи в живот орка быстрее, чем тот успевает меня с ноги толкнуть в ту же скалу. Спина разрывается, от боли, но мечи со мной, а значит, я смогу атаковать ещё раз. Переворачиваюсь набок и откатываюсь в сторону, когда он заносит булаву надо мной и сам же вызывает камнепад. Идиот. Сам же себя и убил. На другой скале от себя вижу, как Леголас сражается с орком. Это больше похоже на изящный танец, чем на борьбу. Сплёвываю кровь, которая собралась во рту и мешала дышать. Носом я уже давно не могу дышать, его сломали мне по дороге сюда, а восстановиться я просто не успеваю. Вот аранен изящно запрыгивает на плечи орка и вонзает кинжал в его черепушку, словно в банку с томатным соком и отталкивает в пропасть. Восхищаюсь, наблюдая за триумфом принца, который с гордостью смотрит на полуразрушенный собой мост. Это произошло слишком быстро. Вот принц стоит и улыбается, смотря вниз, а вот он отхаркивает кровь и смотрит на копьё, торчащее из его живота. Крик вырывается из моей груди быстрее, чем я осознаю происходящее. Вне себя от злости, я побежала по хлипкому мосту, который грозился обвалиться в любой момент. Орк, ранивший принца, взревел и побежал мне на встречу. Не желая тратить на него время, я пригнулась, когда он подбежал слишком близко, и орк свалился в пропасть, не ожидая этого и не совладав с ногами. Бок пронзила острая боль, лишающая возможности вдохнуть полноценно. С трудом ухватываюсь за выступающие камни, чтобы не лишиться равновесия. Сука. С бока торчал край его копья, основная часть которого треснула и упала в след за хозяином. Хотелось взвыть от боли, но взгляд на принца, лежавшего среди скал без сознания, дал сил подняться. Ошейник, надежно обвивавший мою шею так долго, упал передо мной. Господи. Подняв из грязи кусок кожи, я закусила его зубами, прежде чем выдернуть из себя острую часть копья и зажать образовавшуюся рану рукой. Боль прошлась молнией по всему телу. Давай, Ари, осталось немного и ты будешь свободна. Совсем чуть-чуть. Поднявшись на дрожащие ноги, я всё же успела добраться до принца, прежде чем мост обвалился. Я боялась дотронуться до белоснежной кожи принца. Такое чистое и умиротворенное лицо, как во время сна, лишь кровавое пятно портит вид. — Аранен, — я дотронулась кончиками пальца до лба, убирая выбившиеся белые прядки, и провела до бледных губ, — ну же. Эгоистичный ублюдок! Ты не можешь умереть! — Я задержала онемевшую руку над губами, но так и не почувствовала дыхание. Судорожный всхлип вырвался с покалеченной груди и тут же разнесся болью по всему телу. Вкладываю окровавленный ошейник, даже не заметила, как измазала его в крови, в вялую руку аранена. — Ты же обещал наказать меня, если я поднимусь на этот пик. Вот я тут, а ты ничего не делаешь. Никудышный из тебя хозяин. Ну же, Леголас, ты ещё столько должен пережить. — Прислоняюсь ухом к груди, в надежде услышать хотя бы слабое сердцебиение, но услышала лишь тишину. Глаза щипало от слез. Цепляюсь пальцами за края зеленого плаща, чтобы хоть немного унять боль. — Ты же не такой слабый, как я. Вдохни, прошу тебя, вдохни. Зачем мне эта чертова особенность, если я не могу помочь тебе? Боль волной прошла по телу, заполняя каждую клеточку, даже вдохнуть нет сил. Я попыталась встать с Леголаса, когда увидела свечение между нами. Чем дальше я была от раны, тем меньше была моя боль и тусклее свечение. Почему же всё так сложно! С силой вжимаюсь в тело принца, закусывая зубами край плаща Леголаса. Почему так больно? Почему всегда должно быть так больно. Почему, почему, почему. Боль начала сходить, оставляя лишь реальность моих ран. Скрипя зубами, я отодвинулась и посмотрела на ранение. Ничего не осталось, лишь разорванная одежда и кровь принца, смешанная с моей. Но сердце так и не забилось. — Давай же, мой принц. Ты положительный герой, а они не умирают в одиночестве среди камней. Ты герой. Герой. —Я лихорадочно шептала, пока не услышала слабый удар, а затем ещё один и ещё. Я бы рассмеялась, будь у меня возможность. Сквозь боль дотягиваюсь до бледной щеки, на которой начинает проступать румянец, и легко касаюсь губами на прощание. Подняться оказывается сложнее, чем я думала, но я справилась. Лишь слабо застонала, когда добралась до скалы, чтобы держаться за неё. Герои не должны умирать в одиночестве, вот и я не хочу. Пусть я и не герой этой сказки, но я стала героем для самой себя, выдержав сегодняшний день. И горда, что все ещё могу идти. Как в тумане, я добралась до большого уступа, где были уже знакомые мне гномы. Не знаю, как я добралась до хоббита, откуда знала, куда именно нужно идти, но я с трудом села на камень возле грустного Бильбо. Мне было сейчас плевать, кто именно выжил. Главное, что хоббит сидит рядом, а сердце Леголаса вновь бьется. Так больно и так тяжело держать глаза открытыми. Я решила не сопротивляться и закрыв глаза, облокотилась на хоббита. — Ариэль! О, боги! Ариэль, что с тобой? Я так рад, что ты жива.- Малыш ещё что-то тараторил, но я не могла разобрать ни слово. — Бильбо, можно попросить тебя об услуге? Зажми пожалуйста рану на боку, я не могу больше сдерживать кровь. Больше я ничего не помнила. ____ • Разница между поступлениями и расходами.