Часть 8
21 апреля 2016 г., 23:58
20 июля 2000 года.
Я был прав. Целовать Дина — крышесносно. Его губы просто необыкновенные. Скорее всего, о губах Дина в этом дневнике я писал больше, чем о чём-то другом. Но этому есть своё объяснение. Вы вообще их видели? Вот что случилось:
Мы ехали в Импале на несколько миль позади отца, и вдруг ни с того ни с сего Дин сказал, что любит меня. Я был уверен, что неправильно расслышал, но глаза его были такими серьёзными. Серьёзными и чертовски зелёными. Думал, что я умру на месте.
Я не мог больше терпеть, и рассказал ему о Стэнфорде. И чувствовал себя самым огромным дураком во всём мире. Я только что получил то, что так желал. И тут же оттолкнул Дина и разозлил его одним сказанным предложением. Вот только на самом деле он не разозлился. Он гордился мной. Я не очень-то и верил в то, что он меня любит, пока Дин не сказал, что он гордится мной.
И что самое интересное — он едет со мной в Стэнфорд.
Не могу поверить.
Мы целовались в машине несколько часов, и когда нагнали отца, Дин сказал, что у нас спустило шину. Но я так смеялся, поэтому не думаю, что отец нам поверил. Хотя во что-то он точно поверил.
У меня был стояк с тех пор, как Дин наклонился ко мне в машине, и я понял, что сейчас должно произойти. Понял, что он меня сейчас поцелует этими своими губами. Член стоит до боли от желания, а челюсти сводит от улыбки. И сегодня мы будем спать в одной постели. О боже. Бог ты мой, сегодня мы будем спать в одной постели.
Той ночью они спали в одной постели. После выматывающей поездки оба Винчестера едва держались на ногах, поэтому обошлись быстрым перекусом китайской едой, перед тем как пойти спать. Дин ещё добавил, что сильно намучился со спустившимся колесом. И тогда они вместе исчезли за дверями своей комнаты.
Сэм, сгорающий от страсти и многолетней тоски, был удивлён напору, с которым его поцеловал Дин. Он чувствовал желание, что с годами копилось у него внутри, чувствовал всё то, что заставляло его ощущать себя грязным и отвратительным. И это было так чертовски обалденно, потому что Дин был рядом с ним. Он мог сказать по тому, как Дин царапал его шею короткими ногтями, что они вместе, что несмотря на то, каким бы Сэм ни был проблемным, разрушительным и извращенным, он больше никогда не будет один. Сэм позволил Дину прижать себя к двери, обхватить себя руками и приподнять так, чтобы его ноги обвились вокруг талии Дина.
И вот оно. Быстрое движение, приглушённое джинсой. Но Сэм словно с ума сошёл от желания. Он скулил в Дину в рот и начал расстёгивать ремень, чтобы добраться до члена своего брата.
— Ш-ш-ш, — рот Дина был так близко к его уху. Его дыхание было обжигающе горячим. — Ш-ш-ш, братишка. Не спеши. Нам некуда, малыш, спешить.
То, как он произнёс «малыш», заставило Сэма поблагодарить бога за то, что он не стоял на своих ногах. Он всхлипнул и попытался прижаться к Дину ещё сильнее. Но не смог совладать со своими мышцами. Его кожа зудела так, что Сэм думал, что он умрёт. Просто умрёт, если Дин перестанет его гладить руками.
Ничего не было удивительного в том, что Дин наслаждался тем, что смог сделать Сэмми приятно, что смог сделать его счастливым, что нужды Сэма для него стали важнее своих собственных. Разве не так всё и происходит в отношениях? Дин положил Сэма на кровать и начал зацеловывать его тело. Начиная от рта, он двинулся ниже к подбородку, задержался немного на шее, но даже этого не было достаточно.
Сэм начал издавать негромкие звуки — звуки удовольствия и мольбы, но чаще — просто имя Дина. Он притянул Дина за плечи своими потными руками, пытаясь поймать в поцелуе его рот или подтолкнуть Дина ниже. Он не мог решить. Сэм представлял губы Дина вокруг своего члена. И из его рта вырвался стон.
— Всё хорошо, Сэмми. Все хорошо, — прошептал Дин. Его горячее дыхание коснулось живота Сэма — Сэму было только чуточку щекотно. — Я никуда не уйду. Я здесь, с тобой, малыш. Я дам тебе всё, что ты только захочешь. Абсолютно всё. Что ты хочешь, малыш?
Ответить Сэм смог не сразу. В его голове крутились разные варианты. Всё, что он когда-либо хотел, могло осуществиться именно в этот момент. Он не мог поверить своему счастью. Список в конце его тетрадки на спирали вдруг всплыл в памяти, и ему стало интересно, успел ли его прочитать Дин.
— Могу ли я отсосать тебе? — слова опередили мысли.
Дин вдруг застыл, и на одно леденяще-ужасное мгновение Сэм подумал, что всё испортил. Но потом Дин заигрывающим тоном ответил:
— Но я хотел сделать кое-что для тебя.
Сэм рассмеялся.
— Дин… — вот теперь ему точно было немного стыдно, но важно же быть честным, так ведь? — Я до отчаяния сильно хочу это сделать. Могу ли я взять его в рот? Ну, пожалуйста? — он дёрнул бёдрами, чтобы Дин смог почувствовать его стояк и понять, насколько сильно Сэм хотел ему отсосать.
Дин смиловистился и скатился с Сэма в сторону и сразу же принялся стягивать с себя джинсы. Сэм не мог скрыть свою усмешку. Он остановил руку Дина до того, как тот успел снять с себя боксёры, чтобы просто поласкать взглядом выпуклость под тёмно-синей тканью с расползающимся мокрым пятном. Рот Сэма наполнился слюной. Медленно, очень медленно он начал снимать боксёры с Дина.
Член Дина был так же чертовски прекрасен, как и весь он, подумал Сэм. Он был длинным, толстым и гладким, розовым. Сэм высунул свой язык, чтобы попробовать его на вкус. И да, Дин издал такой звук, который Сэм готов был слушать всю жизнь. И вкус был не так уж плох. Он начал медленно, говоря себе, что делает это специально, чтобы подразнить Дина. Но на самом деле Сэм просто проводил разведку: он понятия не имел, что, чёрт возьми, собирался делать, и ждал, пока Дин ему не подаст какой-нибудь сигнал. Подергивание бёдер и длинные пальцы, ласкающие волосы Сэма. И, насколько Сэм мог судить, справлялся он довольно-таки неплохо: Дин кончил быстро, выкрикивая «Сэм, Сэм, Сэм», и хотел отстраниться, но Сэм уже решил, что проглотит. И он проглотил.
Он наблюдал на лицом Дина, пока тот кончал — глаза крепко зажмурены и рот открыт. От такой картины Сэм получил намного больше удовлетворения, чем мог себе представить. Он ждал, пока Дин отойдёт от посткоитального кайфа, наслаждаясь болью от пульсирующего в джинсах своего члена. Сделает ли Дин? Сделает ли он?
— Ложись, Сэмми.
Дин начал с поцелуев в шею, поцеловал в то особенное местечко за ухом, и Сэм мимолетно подумал о тех людях, с которыми они встречались каждый день. Знали ли они, имели ли они хоть какое-нибудь представление о том, что такое секс? Что он заставляет вашу кожу вибрировать, а сердце трепетать и мозг вырубаться? Если они всё-таки знают, так какого хера они вылезают из постели?
— О боже, Дин. Да-да-да!
Дин выцеловывал свой путь вниз по груди Сэма, стянул с него трусы и зарылся носом в пах, лаская языком толстую венку с внутренней стороны члена, и только тогда нежно, очень нежно вобрал головку в свой рот. Это было настолько невероятно, что Сэм почувствовал, как в уголках его глаз скопились слёзы. Он изо всех сил старался сморгнуть их и посмотреть на Дина: его рот был широко растянут, и в зелёных глазах сверкали искорки детского озорства. В тот самый момент Сэм кончил. Он не успел предупредить Дина. Да и не нужно было — Дин глотал и глотал, ни разу не подавившись.
— О-о-о-о-о, — голос Сэма охрип от стонов, всё его тело покалывало от наступившего оргазма, и он был сражён его силой.
— Хорошо, да? — Дин поиграл бровями.
Сэм ответить не смог. Да и что такого? Дин провёл рукой по животу Сэма, подразнил его сосок и прошептал:
— Малыш, во мне ещё так много осталось.
***
На последней странице тетрадки на спирали был безымянный список. Он не был коротким, поэтому несколько пунктов оказались записанными на обложку. С каждым пунктом почерк становился всё мельче и мельче, будто Сэм боялся, что не хватит места. У него ушло ровно три месяца в Пало-Альто, чтобы показать список Дину. К тому времени из списка можно было спокойно повычеркивать чуть ли не половину пунктов. • Чтобы Дин целовал меня до потери сознания. • Чтобы Дин держал меня за руку в каком-нибудь людном месте, и никто не знал, что мы братья. • Заняться сексом с Дином на задних местах в кинотеатре. • Разбудить Дина минетом. • Отсосать Дину в туалете на стоянке грузовиков. • Показать ему эту дурацкую комбинацию и позволить ему меня в ней трахнуть. Думаете, как быстро он забудет имя девушки, которой она принадлежала? • Целовать его шею до тех пор, пока на ней не появится огромный красный засос. Чтобы все видели. Отец бы подумал, что это оставила Дину какая-то очередная девчонка, но на самом деле он будет моим. • Хочу отсосать ему в кафешке, пока он ест пирог. Я просто постоянно, постоянно, постоянно хочу делать ему минет. • Хочу трахнуть его. Как думаете, он позволит? Я бы позволил. Честно. Так, как бы он захотел. Я бы для него сделал всё. • Так… Вроде как хочу купить ему что-нибудь на День святого Валентина. И сами вы идиоты. • Ещё хочу приготовить ему ужин. • Хочу побыть большой ложечкой. • Но маленькой хочу быть ещё больше. • Если его ранят на охоте, хочу зацеловать все его раны. • Хочу, чтобы он накрасился для меня. Блеск для губ, тушь. Чёртова подводка. Зелёные тени. Можете себе представить? • Хочу на следующее Рождество вместе испечь пряники, как мы однажды делали в Делавере. • Хочу отсосать Дину, пока он ведёт машину. • Хочу, чтобы он трахнул меня на заднем сидении Импалы. Ещё хочу, чтобы он больше никогда никого не трахал. Не хочу, чтобы он трахал кого-то другого. • Хочу, чтобы он трахнул меня на капоте. • Хочу сыграть с ним в «Правду или Вызов», чтобы разузнать его каждую грязную потаённую фантазию. А затем заставить его претворить все фантазии в реальность. • Хочу, чтобы он помыл мои волосы. * * В душе или в ванной. Без разницы. • Хочу одним солнечным днём пойти с ним на пикник. Хочу валяться на траве и слушать, как бьётся его сердце. Хочу наблюдать, как краснеет от солнца его нос. • Хочу смотреть «Большого Лебовски» и обниматься с Дином на диване. • Хочу первый раз сильно напиться. Хочу, чтобы Дин в это время был рядом. • Хочу, чтобы мы когда-нибудь вместе завели собаку.
