Предубеждения - не гордость

В тронном зале собрались, казалось, все стражники, что остались в замке, маленькая для того комната была наполнена людьми разного рода сословий, и все как один — с отчаянием на лицах: отдалённый шум битвы, крики ярости и боли, звон стали, словно реквием долетал до каменных стен замка, чтобы собравшиеся в нём знали — скоро их постигнет та же участь. Белль сидела у трона отца и крепко держала его за руку.  — Он придёт, он обязательно придёт, папа. Их королевство было слишком маленьким, чтобы отразить атаку огров. Что там огры, их королевство боялось даже нападения соседних — более крупных, против которых было не выстоять — королевств, ведь потому ей, принцессе, пришлось поступить, как поступают все принцессы: выйти замуж за принца, союз с которым обещал им более спокойную и сытую жизнь. От посягательств людей это спасало. От огров - увы, нет. Гастон мерил шагами пол за троном. Трусом он не был. Но и умом не блистал, Белль была благодарна мужу, что не смотря на все их разногласия он сейчас здесь, с ней, готовый встретить гибель, встать на защиту её и её отца. Их последняя надежда — Тёмный маг, самый могущественный из всех — не спешил появляться, сколько они не ждали. Он точно получил весточку, и уже давно, но от чего-то не торопился с помощью. Белль читала о нём. Душою более мерзкий, чем внешним видом, он заключал сделки с людьми, продавая им магию и магическую помощь, взамен требуя цены — непомерной и ещё более отчаянной, чем просьбы. Об этом знала только Белль, потому что отец намеревался расплатиться золотом. Чего бы это не стоило, королевство можно было спасти лишь с его помощью. «Он не придёт, уже слишком поздно», — послышалось в толпе, и тяжёлые вздохи прокатились по тронному залу. Белль показалось, что она уже чувствует запахи крови и смерти, яростно приближающиеся к стенам. «Только бы пришёл» — принцесса зажмурилась, чтобы не заплакать, и отец сильнее сжал её руку. «Румпельштильцхен…» — еле слышно прошептала она тайное имя чёрного мага. Раздался громкий стук. В толпе пронеслось «Это он!», Король вскочил с трона, и все подались за ним к двери.  — Да снимите же засов! — Приказал он страже, и те немедленно повиновались, вчетвером вынув тяжеленную оглоблю из скоб. Роскошные створки медленно и величаво отворились, все затаили дыхание…  — З-з-здесь никого, — заикаясь, констатировал один из стражников. И правда: дверной проём был пуст.  — Сюрприииз! — раздался противный насмешливый голос за спинами толпы. Белль подпрыгнула от испуга, да чего уж там — перепугались все, стража взяла оружие на изготовку. На троне, вальяжно раскинувшись, сидело существо, вполне похожее на человека: две руки, две ноги, небольшого роста, в кожаном рептильем камзоле, лицо — хоть и человеческое, испещрённое морщинами — отливало золотой чешуёй и имело крайне неприятное выражение, в этом помогал длинный, вполне человеческий нос. — Не самый теплый приём, — заметил он без удивления, улыбаясь во все свои 32 кривых зуба. — Я тут на днях послание получил, что-то в духе «Спасите! Помогите! Огры!» — визгливо передразнил чернокнижник. И, спрыгнув с трона, лёгкой танцующей походкой стал приближаться к королю, игнорируя стражу, мечи которой были устремлены остриями к нему. - Да, я могу, –издевательски растягивал слова пришелец. — Но не бесплатно.  — Мы готовы отдать последнее золото, что у нас осталось, — Король быстро взял себя в руки, на то он и был Король. Но маг лишь неприятно рассмеялся.  — Видите ли, золото — это мой промысел, — стал он объяснять несведущему Королю, — Я его пряду из соломы, когда мне больше нечем заняться. Придумайте что-то поинтереснее. — Он ухмылялся в лицо венценосной особе, стоя от него всего в шаге. Да, рост колдуна точно подкачал, он был едва выше принцессы, что стояла за плечами отца и мужа, ему приходилось задирать голову чтобы смотреть монарху в глаза.  — Но у нас больше ничего нет…  — Так уж и ничего? — Хитро прищурился маг, и девушку прошиб холодный пот, что-то ёкнуло в груди от плохого предчувствия. — Скажем, как насчёт… Неё? — маг указал на Белль и захлопал в ладоши. Королевна бы точно упала в обморок, встретив взгляд этих нечеловеческих глаз, но отец вовремя придержал её. Шпага Гастона вылетела из ножен.  — Эта юная особа — моя жена! — гневно воскликнул принц, готовый в любую секунду броситься на нахала. Но тот, по-видимому, ни капли не испугался.  — А меня это волнует? — наигранно удивился гость и насмешливо хлопнул ладонью по клинку, словно отмахиваясь.  — Зачем тебе она? — просипел Король, прижимая дочь к себе.  — Какой странный вопрос! — Теперь уже искренне удивился Тёмный. Он наклонился к уху повелителя и что-то прошептал, от чего лицо у того вытянулось, побледнело, а затем побагровело. - Вон!!! — Завопил выведенный из себя отец. Румпельштильцхен пожал плечами, словно ему было всё равно, что сделка сорвалась, и без лишних просьб двинулся к выходу. Их последняя надежда на победу повернулась к ним спиной и уходила, Белль слышала крики и звон стали — всё отчётливее, будто её переместили из замка прямо в центр битвы, запах крови, видела искажённые болью лица, смерть, увечья, в ушах зашумело от бьющей по вискам крови. Она никогда не была дурой и знала, что до утра их маленькое войско не дотянет — и так слишком много людей лежало в могилах, слишком много сирот укрывались в подвалах замка, слишком много матерей поседели за каких-то несколько дней. С неё хватит.  — Я… Я согласна, — голос её от страха прозвучал неестественно пискляво. Маг резко развернулся, подпрыгнув от радости на месте как паяц, и мерзкий смех отразился от стен залы:  — Вот это другое дело! - Нет, Белль, ты не можешь! .. — Охнул отец, а огромная ручища Гастона больно вцепилась в её предплечье, как только девушка подалась для шага вперёд.  — Не смей! — Прошипел он, в глазах его плескалась ярость, — Ты никуда не пойдёшь! Белль, словно впервые, смотрела на своих отца и мужа. Ну конечно, она была всего лишь кукла, красивый предмет гордости, который не имел своей воли. Не должен был. Ни одна принцесса не имеет права на своё мнение. Ты должна быть красивой, послушной. Сначала для отца, а потом для мужа, которого он тебе выберет. Всё решено и расписано. И Гастон, брак с которым был ни чуть не лучше заключаемой сейчас сделки, не волновался за неё, он гневался. Как гневаются на непослушного раба, что пытается сбежать. Собрав все силы, королевна выдернула руку, на которой расплывался синяк от «рукопожатия», и без страха глядя в разъярённые глаза мужа, а затем отца, уверенно выпалила:  — А это уже мне решать!  — Она абсолютно права! — паясничал маг. И когда принцесса, полная решимости, шагнула к нему, он добавил: — Но не на время, навсегда. Белль шумно вдохнула воздух и уверенно, осторожно подбирая слова, уточнила:  — Мои родные, друзья, и подданные королевства — будут жить? Румпельштильцхен довольно подметил, что ему достаётся весьма умный экземпляр. Он почтительно поклонился красавице:  — Даю слово.  — Даю и я.  — Белль! .. — Простонал Король. Чернокнижник схватил красавицу за локоть и притянул к себе как куклу.  — Сделка состоялась! — Радостно сообщил он, широко и недобро улыбаясь публике. Его указательный палец взмыл вверх. — Слышите? — Стояла полнейшая тишина. Совсем. За стенами замка больше не слышалось шума боя, сердце Белль радостно заколотилось — «Спаслись!», маг напоследок посмеялся. — Поздравляю с победой в войне! Пыф! И пара растворилась облаком фиолетовой дымки.