Предубеждения - не гордость

- Ну вот, дорогуша, здесь твои покои, – проскрипел маг, указывая на сырую темницу. - Покои? - Да! – Хохотнул хозяин замка и втолкнул пленницу внутрь. Дверь захлопнулась. - Я же здесь замёрзну! – закричала Белль в надежде, что маг её слышит. Но ответом ей был лишь удаляющийся заливистый смех. Красавица опустилась на холодный каменный пол и зарыдала. Королевство было спасено, но вот она теперь пропала - что это чудовище будет делать с ней, одному лишь Богу известно, и жалость к себе сдавила сердце тисками, заставляя безудержно лить слёзы. Принцессе казалось, что она рыдала всю ночь, время в камере тянулось, но на самом деле не прошло и часа, как дверь в темницу снова отворилась. - И что ты рыдаешь? – Тёмный был явно раздражён. Белль подскочила, еле устояв на затёкших ногах, она не смела поднять глаз на хозяина и лишь рассматривала носки своих атласных туфель. - Ты мешаешь мне прясть! - Простите, господин Румпельштильцхен. – пролепетала «провинившаяся», плечи её дрожали - не от рыданий, от холода. Шёлковое платье с открытой спиной и декольте не сильно грело. Она не видела, как тёмный маг на миг растерялся, и в его глазах проскользнула жалость. - Вот возьми. – Он швырнул принцессе только что наколдованный плед, та неуклюже, но, всё же, его поймала, наконец, позволив себе взглянуть на хозяина, Тёмный на неё не смотрел, сверля взглядом сучок в двери. - Большое спасибо. – Белль прижала плед к груди - от него пахло лавандой - возможно, он был заколдован, потому что непреодолимо захотелось спать. - Не обольщайся, это я не из жалости, - бурчал колдун, - это чтобы ты в него рыдала, заглушая крики. Дверь захлопнулась, и девушка укутавшись и устроившись как можно удобнее (насколько позволяли юбки и кринолин), прислонившись к стене, уснула. Проснулась Белль от того, что сухая жёсткая рука выдернула её из пледа. - Что, всё ещё спишь, лентяйка? – проскрипел голос мага. Белль тряхнула каштановыми, спутавшимися со сна локонами, стараясь прогнать дрёму. Её пошатывало от голода, и ноги не слушались - так затекли от неудобного сидения в одной позе. Холод снова вцепился ей в открытые плечи, плед оказался волшебно тёплым - от такой холодрыги и сырости обычная вещь бы не спасла. - Нет, господин Румпельштильцхен, – просипела Белль и тут же откашлялась - голос от вчерашних рыданий охрип. - Тогда иди за мной! – Сделал он театральный жест рукой. Принцесса еле поспевала за хозяином, проклиная свои многочисленные юбки в пол, наконец, лестница наверх кончилась, и её глазам предстала довольно большая зала, похожая на тронную, посреди неё стоял относительно длинный деревянный стол - очень дорогой, искусной работы, в одном его конце стоял единственный стул - высокий, красивый, словно трон, а в левом углу комнаты у зашторенного окна стояла прялка. В прочем - здесь все окна были затянуты тяжёлыми бархатными шторами. Из прялки торчали пучки соломы, и через обод к катушке тянулась золотая нить. - Слушай внимательно, повторять не собираюсь, - маг остановил принцессу жестом, а сам прошёл дальше, - так как ты принадлежишь мне, то все мои приказы следует выполнять беспрекословно. - Да, господин Румпельштильцхен. Маг удивлённо обернулся, не сдержав усмешки, и продолжил: - Ты будешь подавать мне еду, - он указал на сервиз, возникший на столе, и Белль поняла что от неё требуется. Она покорно принялась разливать дрожащими от слабости руками чай. – Стирать мою одежду, вытирать пыль в замке, и всячески поддерживать его чистоту. – На все его слова Белль согласно кивала, стараясь улыбаться и не смотреть чернокнижнику в золотые с чёрными узорами глаза. – Свежевать деток, которых я буду приносить с охоты. – Рука принцессы дрогнула и задела одну из чашек, та упала со стола. – Шучу! – рассмеялся маг, довольный эффектом своего юмора. Белль тоже облегчённо улыбнулась, истерика подкатывала к горлу, она подняла чашку - на ней виднелся скол, - улыбка исчезла с её лица. - Господин Румпельштильцхен, я не хотела, я совсем-совсем нечаянно! – Продемонстрировала она пострадавшую. – Скол почти не заметен! Его брови сдвинулись к переносице, красавица сглотнула - картины наказания одна страшней другой мелькали в её голове. - Это всего лишь чашка, – удивился Тёмный. И Белль чуть не разразилась истерикой. Ну конечно же, всего лишь чашка, всего лишь самого злого и жестокого на свете существа. Она нервно улыбнулась и поставила её на стол. - Принимайся за работу, если всё поняла. Всё, что тебе может понадобиться, найдёшь в своих «покоях». Девушка присела в быстром книксене и, не заставив себя ждать, убежала вниз по лестнице. Чернокнижник усмехнулся, представляя себе, как принцесса будет подметать полы в своих пышных шёлковых юбках.