Ведь я и граф, и дворецкий...

Два дня минули совсем не заметно. С Сиэлем я так более и не встречалась, наверняка он был занят в городе подготовкой к его отбытию (ну, в лучшем случае). После всех тех глупых раздумий об этом событии, я начала с силой отталкивать от себя не нужную в данной ситуации сентиментальность. Этот демон мне никто и зовут его никак, вот такими аргументами я старалась отогнать от себя неуместные печальные мысли. А тем временем я осознала, что у меня появилась боязнь темноты. Не припомню, чтобы даже в детстве я испытывала хоть малейший трепет перед тьмой. Помню, как никогда не понимала, почему моя лучшая подруга детства всегда с таким ужасом в глаза описывала свои ночные прогулки до туалета. «Там ведь темно, там монстры!» — пфф, да какие там могут быть монстры, если ничего не видно просто сделай шаг в это место и убедись, что там никого нет, вот и все. Однако это было в детстве, а сейчас я с досадой на душе начала осознавать обратное. Ведь я сама вызвала нечисть. Одну из миллиона других, кои прячутся за углами наших шкафов и обитают под кроватями, желая ухватить за ногу добычу покрупней. Ну, или у меня просто началась паранойя, даже не знаю, что из этого было бы хуже. Сегодня день был довольно пасмурным, а рано утром погода нас наградила еще и проливным дождем, которого ждали все садоводы, коих здесь было не так уж и много. Одевшись потеплее и мысленно благодаря солнышко за то, что оно поумерило свой пыл, я отправилась к своему любимому озеру. Уже издалека я заметила знакомую женскую фигуру, одетую в легкое атласное платье белого цвета и слишком большую для столь хрупкой девушки толстовку. — Я знала, что ты придешь сегодня, я тебя жду уже около часа, наверное, может больше, — задумчиво протянула эта странная особа в своей излюбленной манере. — Почему бы было просто не зайти ко мне домой и самой позвать, — недоумевала я. — Ну, если честно, я постеснялась, — слегка покраснев, заявила девушка. — Идем, я должна тебе кое-что показать, — довольно быстро пролепетала она, схватив меня за руку и быстро засеменив в неизвестную мне сторону. — Смотри! — Так по-детски восторженно воскликнула она, когда мы, наконец, добрались до точки назначения. Здесь, отдавая старостью, но при этом мощностью и статностью своего ствола и в противовес этому нежностью и мрачностью, так низко склонившихся ветвей, возвышалась огромная плакучая ива. Находилась она чуть поодаль от того места, куда я обычно приходила. Странно, я никогда не замечала ее среди прочих деревьев, однако вблизи она действительно выглядела куда более впечатляюще. — Здорово, — тихо пробормотала я себе под нос, садясь совсем рядом со стволом. — Да, мне тоже она очень нравится, она, будто закрывает тебя от всего мира своими ветвями, а тебе начинает казаться, что это твой маленький мир, который защитит тебя ото всех бед на свете, — так же тихо ответила мне собеседница. Ее руки снова обвили мою шею, а голова, будто отыскав свое законное место, легла на плечо. Если честно, я перестала удивляться этому. Однако в этот раз я почувствовала, как ее нос, уткнувшись мне в шею начал неестественно глубоко дышать. Было такое чувство, будто меня обнюхивают. Я начала успокаивать себя мыслью, что мне просто кажется и она дышит так, как должна. — Хмм, ты всех обнимаешь при встрече? — задала я вопрос, которым иногда про себя задавалась. — Вовсе нет, только особенных людей. Например, таких как ты, — чуть крепче обняв меня и прошептав свои последние слова, будто стесняясь сказать это громче. А ее дыхание стало еще глубже, казалось, она задыхается, но нет, лицо было более чем спокойно. Она меня точно обнюхивала. И именно в этот момент я, почему-то вспомнила слова Сиэля, о том, что ее стоит избегать. Но внезапно все подобные мысли просто растворились в воздухе, когда она, убрав свои руки, просто заглянула мне в глаза. В тот момент я почувствовала какое-то убаюкивающее спокойствие на душе и внезапный прилив сил. — Знаешь, твоя душа, я сразу почувствовала ее необычный запах. Она пахнет, свежими травами, мелиссой и запахом чистого постельного белья. Это так необычно. Странно, что другие демоны не любят подобное. Всем им подавай роскошные ужины с запахами великих королевских блюд. Я никогда этого не понимала. Как я тебя увидела, я сразу поняла, что ты необычный человек, ты особенная! — Какие сладкие одурманивающие слова, кажется, слушая ее, я не замечала ничего вокруг. — Я еще никогда не встречала столь чистого человека. У тебя столько ран на душе, но все они имеют свой манящий аромат, свое очарование. И я хочу, чтобы мы были вместе навсегда, а для этого тебе нужно всего лишь отдать свою душу, — с таким безумием и счастьем в глазах говорила она, с коим говорят истинные фанатики, но тогда я даже этого не заметила. — Зачем тебе этот выскочка? Ты ему не нужна, а вот мне да. Я ведь тебя люблю, так давай будем вместе навсегда, давай ты отдашь мне свою душу, и мы будем одним целым, навсегда-навсегда, — все продолжала она обливать сладкими речами мой слух, а ее лицо приблизилось до неприличия близко. Я не осознавала в тот момент ничего, будто я и вовсе не слышала ни о чем другом, что она мне говорила, кроме слов «вместе навсегда, навсегда-навсегда». Мысленно я послала к черту Фантомхайва с его тупыми советами, послала саму себя, абсолютно забыв, кто я и кем являюсь, да и вообще послала весь мир. Пухлые розовые влажные губы накрыли мои в легком, почти детском поцелуе. Глаза автоматически закрылись, и я почувствовала приятное тепло, проходящее от макушки до кончиков ног и рук. Однако весь мир перевернулся, когда я слегка приоткрыла веки и перед ними устрашающе глядели, заглядывая гораздо глубже, чем хотелось бы, ярко-малиновые глазища с очень узким, кошачьим зрачком, именно в этот момент, увидев так близко такие хищные глаза, жаждущие вовсе не этот поцелуй, а саму душу. Мою душу. Я максимально резко отпрянула, а осознание происходящего только сейчас начало давать отрезвляющие оплеухи. Девушка же с таким же недоумением смотрела в ответ, уже вернув прежний цвет глаз, таким невинным взглядом, что становилось еще тошнее. Я резво вскочила с места и помедля еще с секунду, со всей скорости ринулась к себе домой. То, что я испытывала в этот момент, сложно было описать словами. Мой разум, срываясь на хрип, вопил мне о том какая же я дура. Я только что целовалась с девушкой. Нет, даже не так. Я только что целовалась с демоном. С демоном, который хотел сожрать мою душу. Но самое противное было осмысление того, что я была вовсе не против этого. Опять не так. В тот момент я сама горела желанием отдать ей свою душу. *** Придя домой, я даже немного поплакала от переизбытка эмоций. Почему-то вся эта история казалась мне настолько омерзительной и отталкивающей, что я весь день просидела в комнате в попытках успокоиться. Однако уже к вечеру в комнату зашел отец, что было довольно странно, насколько мне припоминалось, у него было дел невпроворот, но сейчас я, кажется, совсем обо всем забыла, все негодуя из-за той ситуации. — Дорогая, как настроение? — видно начал издалека отец, потому что спрашивать о таком было не в его стиле. — Среднее, пап. Ты что-то хотел, — без желания поддержала я диалог, так как именно сейчас больше всего хотелось побыть одной. — Ты знаешь, я не хочу тянуть с этим вопросом, ведь ты должна знать, — садясь на кресло, все еще тянул он. — Ну, в общем, Карина беременна, — прозвучало это, как гром среди…да, в общем-то, грозы. — Вау, — только что и могла выдавить я из себя. Сейчас стало плевать на произошедшее ранее. В грудь будто вставили нож и, причем еще несколько раз покрутили. А чего я ожидала? Рано или поздно это должно было произойти, просто я себя успокаивала тем, что папе уже скоро сорок шесть лет и он уже не молод, но видимо зря. Я, наверное, должна радоваться, ведь у меня будет братик или сестренка, но то, что это будет еще и ребенок Карины делало мне больно в два раза сильнее. Папе больше не буду нужна я, ведь я взрослая и чужая. Не родной взрослый ребенок, а рядом с ним твои плоть и кровь, маленькое и беззащитное существо. Для кого же ты уделишь больше внимания? От таких мыслей на глаза начали наворачиваться слезы, а я не была мастером в скрывании своих чувств от остальных и поэтому просто отвернулась. — Оставь меня, ладно, — жалобно прохрипела я. Я была уверена, что он хотел что-то сказать в ответ, но просто не знал что именно. Поэтому я услышала за спиной тяжелые шаги и характерный звук, закрывающийся двери. Я снова дала волю слезам. Это конец. Карина, которой все равно на меня, сколько же ненависти я испытывала к этому человеку, а в ответ ничего, лучше бы она меня ненавидела также сильно, как и я ее. Она обычная шлюха, которая готова спать с мужиками в два раза старше нее ради денег. Она никогда не заменит мне маму и обиднее всего, что она сама этого не желает. Я бы ее приняла, не будь ей настолько плевать на меня. Этот ребенок. Я его уже ненавижу. Я прекрасно понимаю, что никогда нельзя судить детей по поступкам их родителей, но я не могу остановить ту бурю гнева и ярости, направленных на этого ребенка. Он испортит все, он отнимет у меня моего папу. Пусть мой папа не родной, для меня он уже давно стал чуть ли не самым близким человеком на планете. А эта мелкая тварь просто заберет его у меня. Ненавижу.