Подпольный Фикбук

София очнулась в неведомом ей месте. Она не помнила ничего, кроме того, что она с друзьями сняли место в отеле. Сейчас же девушка находилась в странном месте, чем-то напоминающем тюремную камеру. Кроме того, каждую клеточку тела пронизывала жуткая боль. Сквозь прутья решетки заглядывала высокая худая черноволосая особа, стриженная под каре. На ее груди красовался значок с надписью «Судья непокорных». Эй, а почему здесь та самая, которая выбешивает Софию до чертиков?! «Стоп! Настя? Девушка Егора? Не странно, что эта дура все еще здесь, сколько ее помню, она никогда не отличалась преданностью. Зато была до жути ревнивой. Не знаю, чего она хотела от Егора, но вот влюблена в него она явно не была, чего не сказать про первого.» — Настя? — Анастасия, Судья непокорных. Всегда ожидала увидеть тебя, мелкую падлу, в этой тюрьме. Ты чуть не успела на концерт — мы с Егором разошлись. Видела бы ты его выражение лица! Но к делу. Ты со своими дружками приговорены к смерти от огнестрельного оружия. За создание пародии на Великий Фикбук. — Убей только меня, прошу, не тронь Егора и Олега… — Я тебя и правда не убью. Умрешь ты от руки одного из Модераторов. Егора и Олега я не трону. Интересно, каково созерцать смерть девушки, с которой изменяешь своей второй половинке? — Почему ты снова заводишь эту песню? Я много раз говорила тебе, что между мною и Егором ничего нет, и снова повторяю! — Нет времени на разборки. Богдан, иди сюда. Отведи ее в камеру №637 и там убей. — Слушаюсь, Анастасия. Парень крепко взял Софию за руку и повел, очевидно, в вышеупомянутую камеру. Когда Настя осталась достаточно далеко, Богдан решился заговорить. — Прошу, послушай меня. Ты сможешь простить мне все это? — Не знаю, как там у трупов с чуством прощения. Ответь мне лучше. Почему Хана и Ольга-Ольга не повязали нас в охапку и не приперли сюда сразу? — По приказу Анастасии. Она хотела заморочить вам головы. — Впрочем, я всегда ожидала от этой пришибленной на голову подобной подлости. Но неужели ты убьешь меня? Или ты уже забыл? — Ты о наших отношениях? Мы бы и сейчас были вместе, если бы не эта заваруха с Фикбуком. Я все еще люблю тебя, поверь. — Но ведь ты все равно убьешь меня, разве нет? — Иначе Анастасия убьет меня. — Если я все правильно понимаю, своей смертью я спасу троих: Егора, Олега и тебя. — Все так и есть. Наконец скрипучая дверь тюремной камеры открылась. Щеки девушки прочертили влажные бороздки слез. Ей было больно осознавать, что она видит друзей в последний раз. София крепко обнимала Егора и Олега, тихо шепча им слова благодарности за все, что они для нее сделали. Неожиданно, резко пронзая воздух, прозвучал выстрел. Приговоренная к казни упала на пол, выпуская ребят из объятий. Ее волосы и одежду окрасила алая кровь, стекающая по лицу и шее. Богдан же был абсолютно спокоен. — Забирайте ее, я выведу вас отсюда. Егор горел желанием ударить Богдана. Он понимал, что силы неравны, но ему хотелось причинить убийце подруги как можно больше боли. Неожиданно парень понял, что любил все эти годы не Настю, а Софию. Но все время он лишь болезненно вздыхал, наблюдая, как та смотрит на него влюбленными глазами. И больше ничего. — Я понимаю, как тебе тяжело, поверь. Но не лезь сейчас выяснять отношения — вас двоих я на себе не потяну. — Не понимаешь ты, Олег, ничего ты не понимаешь. Долгая история, да и грустная. — Можно вас прервать, плакальщики? Правила игры суровы, но они таковы. Поднимая труп подруги, Егор тихо прошептал: — Я отомщу тебе, клянусь. За каждое зло последует наказание. Пусть не сегодня и не сейчас, но оно тебя настигнет. Богдан выпустил выживших с трупом падшей из камеры и повел за собой, указывая дорогу к выходу…