Night Light

Войдя в свою квартиру часом позже, Стив обнаружил Баки на его обычном месте на диване. Парень посмотрел на него сразу, как он вошёл, и по выражению его лица ничего нельзя было сказать. — Привет, — поздоровался Стив. Он поставил сумку на пол и подошёл к дивану, садясь на его противоположный конец так, что пальцы их ног оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Баки насупился и посмотрел в другую сторону, мрачнея. К сожалению, как бы очаровательно он при этом ни выглядел, дулся Баки серьёзно и вполне обоснованно. — Ты чёртов идиот, Стив. — Эй, — поднял руку Роджерс, успокаивая его, — ну я же был в бронежилете. — А что, если он выстрелил бы тебе в голову? — Но не выстрелил же. — Он мог, — ещё пуще завёлся Баки, поджимая губы. Он уставился на аляповатый узор на обивке дивана и замолчал. Стив тоже притих: он не знал, как ему на это ответить. Через какое-то время Баки посмотрел ему в глаза и грустно улыбнулся. — Похоже, я никогда не перестану благодарить тебя. — Ну, не знаю. Мне кажется, когда я вошёл, у тебя всё было под контролем. Баки расстроенно фыркнул: — Ага, уж я бы его дожал. — Слушай, — замялся Стив, нервно сжимаясь изнутри. — Эм... Теперь, когда Пирс за решёткой, — он заметил, как напрягся Баки, но продолжил: — я... Хотел спросить, какие у тебя планы? И предложить свою помощь... Если хочешь. Что бы ты там ни планировал, — ну вот, отлично, теперь он чувствовал как горят его щёки. — Стив, — Баки произнёс его имя с такой теплотой, что Роджерс удивлённо посмотрел в его сторону. — Стив, я не знаю, чего я хотел бы в ближайшие полгода, но я заверяю тебя, что в мои планы на ближайшее будущее входишь только ты, кровать и ничего больше. Стив моргнул. Дважды. Он был шокирован. — Боже, ты ужасен, — простонал Баки, подползая к нему ближе. Он уселся между ног Стива, обхватил его шею и поцеловал. Через несколько секунд Баки чуть отстранился, так, чтобы он мог говорить, не задевая губы Стива своими. Он посмотрел ему прямо в глаза и строго произнёс: — Я хочу этого. Это мой выбор. Меня никто не принуждает. И я не делаю это из чувства долга или вины. Но я хочу, слышишь, ты, монашка первого разряда, я хочу тебя, у меня руки чешутся к тебе прикоснуться с того самого момента, как я увидел тебя, Стив, пожалуйста... Настойчивые губы Роджерса не дали ему договорить: он взял лицо Баки в свои руки, большими пальцами поглаживая скулы. Баки издал тихий задыхающийся всхлип и начал отвечать, стискивая футболку на груди Стива живыми и металлическими пальцами. Это не было похоже на их первый раз в лифте: каким бы непристойно-горячим он ни был, в нём не хватало тепла. В этот раз Стив целовал Баки медленно, не размыкая губ. Он чувствовал и навсегда запоминал изгиб его губ, то, как их носы сталкивались, когда они меняли угол, невероятные звуки, которые периодически издавал Баки. Баки заслуживает, чтобы его целовали только так, мелькнула мысль на краю его сознания. Каждый чёртов раз это должно быть так и никак иначе. Он переместил руки на талию Баки и, не прекращая целовать, прижал его поближе. Баки улыбнулся в поцелуй, тёплой ладонью обхватывая его затылок. Чуть погодя, он немного приоткрыл рот и прошёлся по губам Стива кончиком языка, делая поцелуй мокрым. Стив тихо и довольно выдохнул, поддаваясь его напору и размыкая губы, а Баки вошёл во вкус, покусывая его нижнюю губу, сплетая их языки и... — Ты на вкус, как зубная паста, — промычал Стив, отстраняясь. — Да ты зубы чистил! Баки нетерпеливо закатил глаза: — Приятель, я вёл осаду твоей непорочной крепости на протяжении недели. Конечно же я почистил зубы. — Правда? — Стив был тронут, — о, — а Баки наклонился, чтобы поцеловать его снова, и Стив подался к нему всем телом, с жаром отвечая. Потому что Баки ждал этого, зубы чистил, и теперь Стив хотел, чтобы его усилия того стоили. Так что он целовал Баки медленно и нежно, бережно перемещая свои ладони с его талии на плечи и выше. Кожа Баки покрылась мурашками, когда он мягко потянул его за волосы, и Стив сделал так ещё раз, зубами захватывая его нижнюю губу. Баки дёрнулся в объятиях и выпустил полувздох-послустон, шире открывая рот. Внезапно поцелуи стали глубокими и голодными. Задыхаясь, Стив прогибался им навстречу. Он откинулся на подлокотник дивана так, что они оказались прижаты друг к другу: грудь к груди, Баки уютно устроился у него между ног. От прикосновений кружилась голова, они едва успевали перевести дыхание за те жалкие секунды, когда их губы не касались друг друга. Баки тихо и сладко постанывал, а Стив проглатывал эти звуки, пропуская сквозь пальцы его тёмные пряди. Их руки были везде. Футболки задрались, пальцы гуляли по гладкой тёплой коже. Стив чуть вздрогнул, когда холодная металлическая рука коснулась его живота, и Баки тут же её отдёрнул. Роджерс на секунду оторвался от его губ, чтобы поцеловать металлическую ладонь. — Она холодная, только и всего, — прошептал он, возвращая его руку себе на живот и осыпая поцелуями его щёки, нежную кожу под челюстью и подбородок. — Ну же, Бак, ты ведь знаешь, что я хочу всего тебя. — Сопля, — проворчал Баки, но улыбнулся. Его глаза сияли. Он опустил голову, уткнулся Стиву в шею и глубоко вдохнул. Найдя небольшое, но очень чувствительное местечко за ухом, Баки вылизал сначала его, а потом перешёл к шее, оставляя цепочку мокрых поцелуев на грани слабых укусов. Стив загнанно дышал, откидывая голову, чтобы Баки было удобнее оставлять засосы. — Одежду долой, — пробормотал Баки, покусывая его ключицы. — Я хочу потрогать всё. — Ты первый, — выдохнул Стив, и Баки тут же выпрямился, одним слитным движением снимая с себя футболку и закидывая её за спинку дивана. — Готово, — прошептал он, наклоняясь за поцелуем. — Твоя очередь. Стив рассмеялся и качнулся вперёд, чтобы Баки мог стащить с него футболку через голову. Сделав это, Баки залез к нему на колени, отпуская свои руки в свободное плавание по открывшейся коже. Металлические, нечеловечески гладкие пальцы быстро нагрелись, и Стив обнаружил, что ему очень нравится ощущать их прикосновения к своей груди и плечам. Он снова глубоко поцеловал Баки, проскальзывая языком в его рот и время от времени стукаясь о его зубы своими. Баки отстранился и сел на его бёдра, тяжело дыша. Его щёки горели, волосы, благодаря пальцам Стива, были в полном беспорядке, и он то и дело облизывал покрасневшие, припухшие от поцелуев губы. Красивый. Он смотрел на Стива сверху вниз, взглядом оглаживая мышцы пресса, размах плеч. — Боже, — вполголоса сказал он, — это уже какая-то порнография. — Ты тоже недалёко ушёл, — заметил Стив и приподнялся, чтобы пройтись по его шее губами, останавливаясь на точке пульса. Баки резко вдохнул. Стив улыбнулся и переместил руки на его бёдра, большими пальцами кружа по тазовым косточкам. Он зубами задел сосок Баки, языком извиняясь за неосторожность, и тот простонал, сильнее потираясь о его колени. Они толкались навстречу друг другу, как подростки. Эрекция Баки тревожила его многострадальный пах через джинсы. На секунду вернув себе самообладание, Стив рвано выдохнул: — Спальня. — Ты уверен? — практически проурчал Баки. — А то знаешь, мне казалось, ты хотел, чтобы мы никуда не торопились, — с издёвкой произнёс он, резко толкаясь бёдрами так, что их эрекции снова столкнулись. — До чего же ты вредный, — смешливо покачал головой Стив, усиливая хватку на бёдрах Баки и поцелуями борясь с его упрямством. Оторвавшись от бархатных губ, он посмотрел Баки в глаза: — Пойдем? Не хочу делать это на диване. Баки просветлел лицом и обхватил лицо Стива руками, нежно целуя. — Спальня, — пробормотал он в губы Стива, соглашаясь. Они кое-как поднялись с дивана, и Баки подавил порыв упасть перед его ширинкой в коридоре, чем очень гордился. Стоило им переступить порог комнаты, как он вжал Стива в стену, целуя до беспамятства. Горячо и мокро. Баки закинул свои руки Стиву на плечи, вставая на цыпочки, чтобы компенсировать их небольшую разницу в росте. — Баки, — опомнился Стив, — Баки, я имел в виду крова... — Правда? А то я уже нафантазировал, как ты меня... На весу, прямо у стены, — усмехнулся Баки, чувствуя, как непроизвольно дернулись бёдра Стива. — Нет, кровать, — с трудом продолжил настаивать Стив и сгрёб Баки в охапку, поднимая его над полом и придерживая руками за задницу. Баки заливисто рассмеялся, обхватывая талию Стива ногами. Роджерс легко донёс парня до кровати, плюхнул, залез сверху и снова поцеловал, опираясь на локти над его головой. Баки что-то промычал ему в рот, левой рукой поглаживая спину и запуская пальцы в золотистые волосы. Он развёл ноги так, чтобы Стив мог улечься между ними. Они буквально вплавлялись друг в друга, безостановочно мокро целуясь. У Стива стояло как в последний раз в жизни — не факт, что он вообще когда-либо так возбуждался, — и Баки извивался под ним, своим твёрдым, тяжёлым членом упираясь ему в бедро. Они одновременно оторвались друг от друга, чтобы снять штаны: Стив возился с молнией Баки, а тот, в свою очередь, тихо матерился в адрес его пряжки. Наконец-то между ними было на один слой одежды меньше. Роджерс почувствовал, как намокшая ткань его боксёров прилипла к члену, и заметил, что не он один сверкал влажным пятном на трусах. Баки воспользовался тем, что он отвлёкся, и резво потянулся к его боксёрам, оттягивая резинку. Стив сделал то же самое, и они наконец-то были без одежды. — Ох, чёрт, — охрипшим голосом произнёс Баки. Он обхватил его пальцами и огладил, ладонью легко коснулся головки, собирая предэякулят. Когда он прошелся по всей длине ещё раз, распределяя естественную смазку по горячему члену, Стив резко прерывисто вдохнул, подаваясь навстречу. — Боже, я был прав. Прекрасен, — восхищённо выдохнул Баки. — Ну и кто из нас сопля, — пожурил его Стив, пусть и сам улыбался, как последний придурок. Баки только хитро взглянул на него и начал двигать рукой, медленно и жёстко, так, что Стив мог только постанывать в ответ. Баки поцеловал его приоткрытые губы и ускорил движения. Стив вскоре схватил его за запястье и задыхаясь попросил: — Стой, пожалуйста, остановись. Он быстро перевернулся, и Баки оседлал его бёдра, смотря на него из-под опущенных ресниц. — Только не говори, что у тебя нет самого необходимого, — умоляюще посмотрел на него Баки. — Ну, я же уже большой мальчик. Проверь верхний ящик. Баки растянулся на нём, с шумом копаясь в тумбочке, а потом выкрикнул: — Джекпот! — и достал презерватив и маленькую чёрную бутылочку смазки. Он торжественно передал всё это Стиву, но тот покраснел и, явно стараясь убрать неловкость из голоса, сказал: — Эм, на самом деле... — Погоди, ты хочешь, чтобы я был сверху? — с неподдельным удивлением посмотрел на него Баки. — Ну, только если ты не против, — продолжал увиливать от прямого ответа Стив. Баки только неверяще покачал головой. — Я офигеть как не против. Иисусе, ты только что попросил меня быть сверху, а выглядишь так, будто предложил за тебя огород вскопать. Баки быстро сориентировался, выдавливая смазку себе на пальцы и согревая субстанцию. Стив поглаживал его в процессе, чувствуя крепкую плоть в своей ладони, а Баки порывисто дышал, наблюдая за длинными пальцами Роджерса и опускаясь между его ног. Смазанные фаланги быстро нашли расселину, мягко её массируя. Баки лизнул чувствительную кожу под яйцами, металлической рукой придерживая Стива за бедро, а потом сразу взял на всю длину и ввёл один палец, горячо и гладко. Стив всхлипнул так, будто этот звук силой вырвали из него, и прикипел взглядом ко плотно сомкнутому вокруг его члена рту Баки, ощущая, как его язык тревожит набухшую головку, как его палец разрабатывает напряжённые мышцы. — Господи, Баки, — прохрипел Стив. Его щёки, грудь, шею и даже ключицы залила краска, и он изо всех сил пытался не подаваться навстречу ласкающему его рту. Баки поймал его взгляд и, чёрт, Стив в жизни не видел ничего горячее, чем Баки, смотрящий на него своими серо-голубыми глазами, пока его язык вытворяет что-то неописуемое. Стив вздрогнул всем телом. — Бак, если ты не остановишься, я... Стой, стой, хочу тебя внутрь, быстрее... Баки что-то тихо промурчал себе под нос и выпустил его член, облизывая припухшие, испачканные в слюне и смазке губы. Он снова прильнул к груди Стива и добавил второй палец, раскрывая его сильнее. Они мокро целовались, и Стив чувствовал солоноватый привкус на кончике его языка. — Всё, всё, я готов. Баки шаловливо согнул находящийся в нём средний палец, задевая нежные стенки и дразнящим голосом переспросил: — Ты точно уверен? — Давай уже, пока нам не исполнилось девяносто, Бак, — усмехнулся Стив, мстительно прикусывая его губу. — Раскомандовался мне тут, — проворчал Баки. Он вынул из него пальцы и разорвал пакетик презерватива, раскатывая его по всей длине и смазывая. Ещё раз удостоверившись, что всё в порядке, Баки сполз пониже, разводя ноги Стива, и вытянулся в струну, мучительно медленно входя внутрь. — Боже, — простонал Стив и закусил нижнюю губу. Они оба притихли, дыша друг другом, и Баки вошёл до конца. Замер, давая Стиву привыкнуть к наполненности, а потом чуть двинул бёдрами, поддаваясь рукам Стива и наклоняясь за мокрым грязным поцелуем. Баки задал медленный темп, пока Стив не начал нетерпеливо хватать его за задницу, умоляя ускориться. Тогда он рассмеялся, не отрываясь от губ Роджерса, и толчки стали глубже, сильнее. Oн уже вбивался в Стива, крепко и опустошающе горячо, с каждым толчком задевая нужную точку внутри. Тот стонал, хватаясь за его разгорячённое тело, обнимая за плечи и открытым ртом опаляя кожу на покрытой каплями пота шее. И Баки стонал в ответ, тяжело выдыхая отрывистые ругательства: «чёрт», и «Иисусе», «такой узкий» и «о Боже, Стив». Вскоре Баки уже не мог держать глаза открытыми, отдаваясь ощущениям. Но стоило опустить веки — Стив тут же вымолвил: — Нет, нет, смотри на меня, пожалуйста, — дотягиваясь до его челюсти и поглаживая скулы большим пальцем. — Посмотри на меня, Бак. — Стив, — на грани слышимости отозвался Баки, едва успев перевести дыхание. Он нашёл глаза Стива, открывая перед ним жар, плещущийся на дне расширенных чёрных зрачков, и это стало последней каплей. Стив сжался изнутри и выгнулся на простынях, пачкая руку Баки и сотрясаясь всем телом. Баки толкнулся ещё глубже, целуя Стива, кусая и зализывая красноватые отметины зубов. Его бёдра задрожали, и он тихо вскрикнул, падая Стиву на грудь. Пару минут они лежали на мятом одеяле, пытаясь отдышаться. Стив с закрытыми глазами лениво гладил Баки по спине, пока тот оставлял измождённые поцелуи на его шее. Потом Баки страдальчески простонал и приподнялся на руках, выходя из Стива. Надо было сделать это раньше. Они оба чуть поморщились от боли, и Баки выкинул презерватив, кажется, даже в направлении мусорного ведра. — Сперму с ковра сам соскребать будешь, — пробормотал Стив. Впрочем, он не был хоть как-то этим обеспокоен. Баки порылся в тумбочке, нашёл салфетки и быстро вытер свою руку и живот Стива. После, отбросив в сторону и их, он свернулся калачиком под боком у Роджерса и совсем уж по-кошачьи прикрыл глаза. Стив улыбнулся, обнимая его одной рукой, подтягивая ближе к себе и склоняясь для сладкого, неторопливого поцелуя. Соприкосновение сухих губ, пара вздохов... — Четыре из десяти. — Что? Да ты издеваешься, — изумлённо уставился на него Стив. — Вот прямо сейчас? Ты решил вернуться к своему режиму говнюка именно в этот момент? — Кажется мне, ты тут говорил, что хочешь всего меня. Режим говнюка прилагается. — Уже жалею, — в притворном ужасе воскликнул Стив, но весь эффект его реплики был испорчен тем, как трепетно он поцеловал Баки в макушку и начал заправлять тёмные волосы ему за уши. Баки сонно ему улыбнулся, и сейчас он был таким молодым и здоровым, счастливым и живым, будто из него светили тысячи солнц. Стиву на миг показалось, что он снова очутился на том терпящем крушение самолёте из проваленной пару лет назад миссии. Он кружился и летел к чему-то огромному, глубокому и неизбежному. Он закрыл глаза, прислушиваясь к мягкому дыханию Баки, и отдался на милость свободному падению.

* * *

В четыре часа утра Стив внезапно осознал, что уже не спит. Он сонно моргал и некоторое время не мог понять, что его разбудило, когда... — Стив, — снова прошептал Баки. Поздно вечером, несмотря на преимущество Роджерса в росте, он настоял, чтобы Стив лёг к нему спиной, и обнял его всеми конечностями, собственнически прижимая немаленького Стива к своей груди. Так что сейчас Роджерсу пришлось развернуться в его объятиях, чтобы оказаться с Баки лицом к лицу. — Ты в порядке? — Я... — начал Баки, но тут же замолк. Он явно был напряжён. Нервничал? — М-м... — Бак? — непонимающе нахмурился Стив. — Я подумал, что, может быть, пришло время покончить со старой работой, — тихо сказал Баки, и Стив замер. — Хорошо, — ответил он осторожно, — хорошо, — и легко поцеловал Баки в лоб. — Я могу помочь тебе найти работу, если хочешь. — Нет, с этим я справлюсь. Но, эм. Я хотел спросить... Может быть, — он глубоко вдохнул, напрягаясь всем телом, — может быть, ты позволил бы мне здесь задержаться? Совсем на чуть-чуть? Стив невольно издал какой-то тихий и очень детский звук, похожий на восторженный писк, и обхватил Баки руками, прижимая его к себе и осыпая поцелуями его лоб, нос и щёки. — Боже, да, — выдохнул он между поцелуями, — да, конечно, — снова повторил он и начал целовать Баки в губы до тех пор, пока не почувствовал, что он улыбается. — Ты хоть понимаешь, что теперь от меня просто так не избавишься? — предупредил его Баки. — Я захвачу твою гостиную, заполню твои скучные книжные полки комиксами. Стив представил это: Баки, болтающийся по квартире в ленивые воскресные дни; бурчащий утренний Баки, лопающий блинчики; Баки, всегда нуждающийся во второй кружке кофе; Баки, неподвижно лежащий в его кровати, чтобы Стив мог завершить очередной набросок; смеющийся Баки; Баки дующийся; Баки, сидящий на диване, с солнечными зайчиками в своих волосах и открытой, красивой улыбкой. — Думаю, я смогу с этим жить, — кивнул Стив с улыбкой.

* * *

И это оказалось чистой правдой.