Don't cry, mercy

Риккарда устало покосилась на настольные часы и обречённо сделала небольшой глоток виски. Как же она ненавидела этот напиток, но из всего существующего алкоголя у Занзаса имелась только эта безвкусная жидкость. Так что выбирать не приходилось. Девушка поджала ноги, удобнее устроившись на кресле, и бросила взгляд на стоящие неподалёку туфли. Прошло уже приличных четыре часа, а в комнате так никого и не появилось, как и в коридоре. Было настолько тихо, что казалось, будто весь особняк оказался погребённым в мертвой тишине. И Риккарда совершенно не знала, сколько ещё ей придётся тешить себя глупыми надеждами, что в скором времени в коридоре послышатся его шаги. Занзас покосился на монитор коммуникатора, проверяя время, и снова просмотрел на прикованную к стене Амелию. Изорванное платье, когда-то делавшее её самой прекрасной девушкой на балу, потекший макияж от изредка появляющихся слез, растрепанная прическа, кое-где виднелись синяки (в частности на её лице), вся в крови от порезов и пулевых ранений, переломанная рука, из ноги торчала окровавленная кость. Занзас поймал себя на мысли, что такой Амелия нравилась ему намного больше, чем с пошлой улыбкой и в своих привычных шлюховатых платьях. - Продолжишь молчать - сломаю вторую руку. Мужчина оторвался от стены и засунул руку в карманы брюк. Сейчас его голос звучал слишком устрашающе. Казалось, будто Занзасу хватало только его, чтобы расправляться со своими врагами. - Правда? - губы Амелии расплылись в натянутой от безысходности улыбке. - Всегда хотела узнать, как в реальности выглядит лучевая кость. Мужчина ничего не ответил. Он подошёл к предательнице и одним движением сломал той вторую руку ниже локтя. Из открытого перелома хлынула алая жидкость, увеличивая кровавую лужу под ногами Крофтон. Послышался противный женский визг, режущий слух. Но Занзасу было плевать на раздражающий звук. Мужчина уже давно привык к подобным крикам. Амелия плакала. Кричала. Кашляла кровью. Безумно смеялась. Но не просила пощады. Ни разу. Пока что. Босс знал, что рано или поздно девушка перестанет сопротивляться. - Мне все это время было интересно, почему ты не хотел, чтобы Риккарда пошла на бал, теперь ясно почему, - сплюнув скопившуюся во рту кровь, начала Амелия. Занзас молчал. Холодно смотрел на говорившую девушку. Она так и не додумалась замолчать, продолжала нести какой-то бред, считая, что каждое её слово чистейшая правда. И это было именно так. Как бы сильно не хотелось соглашаться с этим, но Крофтон словно читала мысли, изредка мелькавшие в его голове. - Никогда бы не подумала, что ты способен кем-то дорожить настолько сильно. Как представлю, что она находится на моем месте, вся избитая, в крови... Мужчина резко схватил Амелию за щеки и сдавил их, грубым движением закрывая той рот. Секунда. Её глаза удивленно расширяются, а губы уродски растягиваются в жалком подобии улыбки. - Заткнулась, - холодно произнёс мужчина. - Ты будешь говорить только, когда я захочу, и только касательно нужной мне информации. Ты потеряла свои привелегии в Вонголе, мусор, можешь забыть о своих выходках, на которые я закрывал глаза. Его голос источал холодный яд, медленно проникающий в кожу и разрывающий внутренности на множество мелких кусочков. Амелия перестала улыбаться, испуганно уставившись на мужчину. Шрамы медленно заполняли все его лицо. Это уже точно нельзя было назвать шуткой. То, что сейчас происходило с мужчиной, страшно было увидеть даже во сне. Весь в крови, её крови, покрытый шрамами и пылающий гнев в глазах. Его пальцы сильнее сжались. Казалось ещё немного, и он сломает череп девушке. И Занзас хотел этого настолько, что едва смог отдёрнуто руку от желаемого, мысленно убедив себя, что в скором времени она сломается под пытками, как когда-то сломалась Риккарда, и расскажет все, что знает. Девушки не способны долго терпеть боль. Босс направился к выходу. Три стука, и дверь тюремной камеры открылась оставшимся снаружи человеком. - Сделай так, чтобы она дожила до утра, - отдал приказ мужчина, перед тем, как скрыться из поля зрения Амелии. - Я все равно ничего не знаю. Меня никто не осведомлял о делах семьи, - прокричала девушка, понимая, что её травмы были только небольшим началом неизбежного. Её глаза покраснели от ужаса. Попасть к Занзасу - не самая лучшая привилегия. - Посмотрим через два дня, - холодно ответил мужчина, уже скорее сам себе, нежели предательнице. Занзас быстро шёл по коридору, пытаясь успокоиться. Шрамы прилично уменьшились за прошедшие десять минут, но все так же оставались видны. Ярость переполняла его сознание, медленно затягивая в пучину безумия. Хотелось убить первого встречного, только вспоминая о произошедшем. Все было до ужаса плохо. От кого, а от Амелии (если это вообще было её настоящее имя) такой подставы ожидать можно было в последнюю очередь. Босс Варии никогда никому не доверял, но все же было несколько людей, которым можно было доверить секретную информацию. Амелия была среди них. Неизвестно по каким причинам, но Занзаса невероятно злил факт предательства со стороны этой шлюхи. Спасённая Вонголой от смерти несколькими годами ранее и поднявшаяся до своей должности за столь короткий срок, она просто не могла быть той, кто играет на две стороны, но это оказалось правдой. Не хотелось верит в подобную чушь даже после произошедшего, но невозможно было отрицать этого. Кулак врезался в стоящую рядом колонную, разбивая костяшки пальцев до крови, и все мгновенно остановилось. Пульсирующая в висках кровь моментально стихла, а бешеное сердцебиение вернулось в прежний спокойный ритм. Ночная темнота медленно заглатывала все без разбору, покрывая каждый дюйм собой. Это отчасти успокаивало. Занзас сжал ладонь ещё сильнее, отстранил руку от сломанной колонны. Устало закрыл глаза. Ему было не свойственно идти на поводу у эмоций, но сейчас он был не в состоянии рационально оценивать свои действия и контролировать их ход. Предательство не слабым ударом задело его самооценку. Прислушиваясь к бесконечной тишине, он возобновил шаг. До спальни мужчина доходит за считанные минуты, легко найдя её среди других дверей по сочившемуся из комнаты свету, который отбрасывает уродливую тень на стену напротив. Вынув ключ из кармана и открыв замок, босс входит внутрь и закрывает за собой дверь. В ту же секунду вскакивает сидящая на кресле с бокалом виски Риккарда и удивленно смотрит на босса. Не обращая внимание ни на что, Занзас направляется в ванную, попутно стягивая с себя окровавленную рубашку. Холодная, практически ледяная вода охлаждает пылающие руки, разнося по всему телу волну привычных ощущений. Он опирается о края раковины и снизу вверх смотрит на своё отражение в зеркале. По накаченным рукам плавно стекают капли пота, смешивающиеся с водой. - Что ты тут делаешь? Его холодный тон в голосе разбивает царившую тишину. Налитые кровью зрачки через отражение непрерывно смотрят на стоящую в проходе Риккарду, удивленно наблюдавшую всю эту сцену. - Я подумала тебе нужно это, - спокойно и размеренно отвечает девушка, протягивая стакан, наполненный его любимым напитком. Занзас выключает воду и молча выхватывает виски из рук хакера. Одним глотком он выпивает содержимое и недовольно морщится. - Если это дерьмо ты пила, когда я вошёл, то у тебя плохой вкус на алкоголь, Конте. Грубо. Холодно. Мерзко. Как всегда его голос источает только ядовитую ненависть ко всему, но на этот раз все гораздо хуже. Это чувствуется по его поведению, даже не обращая внимание на все ещё увеличившиеся шрамы. Мужчина подходит к шкафу и достаёт от туда бутылку. Янтарная жидкость выливается в стакан. Занзас устало падает на кресло, закидывая ноги на столик. Риккрада яростно подавляет желание ответить на сказанные боссом слова какой-нибудь колкостью. Сейчас явно не то время, да его никогда и не было. Усталость во всем теле и желанием уснуть на первом попавшемся стуле в сотый раз напоминают о себе, когда она обречённо закрывает глаза, собираясь с мыслями. - Как все прошло? - осторожно спрашивает девушка. - Не строй из себя любознательного психолога, - резко огрызается мужчина, делая приличный глоток алкоголя. - Я просто интересуюсь, - ещё тише предыдущего отвечает Риккарда. Она не может уйти, сама не понимая почему, просто не хочет оставлять Занзаса, когда тот в таком состоянии, но и стоять в гнетущей тишине тоже не вариант. - Лучше бы ты так своим благополучием интересовалась, - очередной плевок в её сторону. Девушка от обиды поджимает губы, уже серьёзно обдумывая вариант ударить мужчину, но тут же отклоняет его, понимая, что ни к чему хорошему это не приведёт. Однако оставлять все в таком свете совершенно невозможно. Риккарда срывается со своего места и подходит к креслу, едва не спотыкаясь о подол платья, который волочётся по полу из-за снятых каблуков. Выхватывается полупустой стакан и ставит его на стол позади себя. Янтарная жидкость недовольно колышется. - Так и будешь строить из себя капризную принцессу? - неожиданно выдаёт девушка, повернувшись обратно к Занзасу. Секунда. Мужчина удивленно смотрит на Риккарду. Её глаза источают холод, которого ещё никогда не было, а брови слишком забавно наклоняются. Не скажи она то, что произнесла, мужчина бы рассмеялся. - Повтори, - холодно отзывается Занзас, со всей силы сжимая руку в кулак. Риккарда поджимает губы и неосознанно смотрит на мужчину сверху вниз, чувствуя своё лживое превосходство над ним. - Хватит меланхолить, - смело отвечает девушка секунду спустя. Нет. То, что ты сказала до этого. Мужчина грубо убирает ноги со стола и поднимается с кресла, оказываясь слишком близко к Риккарде. Девушка отступает на шаг, желая увеличить расстояние между собой и боссом. Неуверенно смотрит на мужчину, пытаясь придумать хоть один способ лояльно закончить эту беседу, но так и не находит ни одного дельного ответа. - Дважды повторять не буду. Жалкое оправдание её недавно смелых слов. Занзас ничего не отвечает. Просто делает шаг к девушке. Она отступает, цепляется за подол платья, слышит звук рвущихся нитей и ткани и едва не падает, но вовремя успевает устоять, делает два шага назад и хватается за обивку кресла. Испуганно смотрит в сторону босса, надеясь, что за эти несколько секунд он не решил предпринять никаких действий по отношению к ней. Занзас продолжает приближаться к Риккарде. - Конте, когда ты начнёшь следить за своим языком? Ты уже давно переходишь все границы дозволенного и только сильнее продолжаешь наглеть. Моё терпение не безгранично. Она держится за платье, боясь, что то упадёт, отступает назад, стараясь увеличить дистанцию между собой и мужчиной, упирается спиной о стену и понимает, что дальше идти некуда. Переводит взгляд на Занзаса, продолжавшего двигаться по направлению к Риккарде, и смотрит на того так, словно он был причиной всех её невзгод. Это забавляет и раздражает одновременно. "Сумеречная кошка". Сейчас она больше напоминает маленького запуганного котёнка, выброшенного на улицу любимыми хозяевами. - У меня сейчас очень плохое настроение, - добавляет мужчина. - И поэтому надо вымещать всю свою злость на других? Отличная идея. Теперь понятно, почему все тебя боятся, но не я. Занзас, я не боюсь тебя, - отвечает девушка, собрав последние остатки смелости. Босс делает последний шаг и упирается руками по обе стороны от Риккарды, перекрывая все возможные варианты отступления. Она зажата со всех сторон. Это конец. Девушка испуганно вжимает голову и с опаской смотрит на мужчину. - Правда? А по твоим трясущимся коленкам это было как-то незаметно. Кончилась смелость? - произносит Занзас безразличным тоном. - Хватит лгать, Конте, хватит строить из себя незнамо что. Ты несильная, ты не можешь ничего сделать самостоятельно, а твой язык только все ухудшает. Она не знает, что сказать, как ответить, но продолжает упорствовать. Все, что угодно, но не сдаваться. Носа касается его запах: одеколон и порох. Чертово приятное сочетание, которое медленно сводит с ума. Нервы начинают сдавать. - Да, ты прав, - выдаёт девушка несколько секунд спустя. - Это было самым глупым решением с моей стороны. Лучше бы вообще ничего не говорила. Никогда. Лучше бы всегда молчала. Так ведь лучше, Занзас? Молча и беспрекословно подчинятся тебя. Так ты хотел? Я - не часть Варии и точно не часть Вонголы, я не принадлежу тебе, чтобы мной управлять. Нас связывает только договор, по которому ты не можешь притронутся ко мне. Помнишь такой пункт? Я помню. Помню каждое слово, написанное там. Я - неприкосновенна. - Правда? - усмехнувшись, спрашивает мужчина, уже порядком взбешённый речью девушки. - Хочешь проверим. Спустя столько времени алкоголь начинает действовать. Его ладонь громко врезается в стену в нескольких сантиметрах от её лица. От такого неожиданного поворота Риккарда закрывает глаза и делает глубокий вздох, собираясь закричать, но в какой-то момент понимает, что это просто невозможно. Он жадно впивается в её слегка приоткрытые губы, не позволив девушке произнести ни звука. Последний шаг по направлению к ней, и он впечатывает хрупкое тело в стену. Она сопротивляется из последних сил. Пытается отодвинуть его от себя, судорожно бьет по груди, но, как только похолодевшие пальцы натыкаются на кубики пресса, её руки ослабевают, продолжая водить ладонью по идеальном рельефу. Нервы, чувства, эмоции, переживания - все это сносит крышу обоим. Он отстраняется от неё, тяжело дыша, и она сразу же отводит взгляд в сторону в попытках найти возможность сбежать. Куда угодно, только не на него. Только бы не пересекаться с ним взглядом. Она понимает, что умрет, если посмотрит в эти глаза ещё раз. Она проиграла. Сознание постепенно возвращается к ней, и девушка вновь предпринимает попытку отодвинуть от себя босса Варии, но она заранее оказывается провальной. Мужчина ловким движением перехватывает тонкие запястья и заводит их наверх, прижимая их к проходной стене. А она переводит испуганный взгляд на него и встречается с красными глазами. Они были как всегда холодные, но сейчас в них было ещё что-то. Желание? Похоть? Нет. Что-то совершенно другое. Его коленка упирается в стену между её ногами, не позволяя ей сомкнуть ноги, что она так упорно пыталась сделать ещё несколько секунд назад. Тяжёлый вздох. И он снова припадает к её губам, а свободная рука начинает плавно опускаться с ключиц на грудь, несильно сжимая её. В какой-то момент Занзасу едва не сносит крышу. Он едва находит в себе силы удержаться на грани перед окончательной потерей контроля над собственным сознанием. А все из-за одного. Она. Ответила. На. Гребанный. Поцелуй. Она перестаёт сопротивляться и полностью поддаётся. Неужели сдалась? Занзас снова смотрит на неё и понимает причину её поведения. Её голубые глаза, наполовину прикрытые, обессиленно смотрят на него. В них нет того страха, который он так любит видеть в её взгляде, она перестаёт бояться. Теперь уже точно. В этих глазах было только одно - похоть. И это окончательно добивает. Ещё не одна баба так не влияла на него, как эта девчонка... Девушка... Блять, чёртова Рикка! Он отстраняется от её губ и начинает медленно спускаться вниз, покрывая поцелуями каждый сантиметр её тела. Босс... Контракт... Ты не можете прикасаться ко мне... Помнишь, - прерывисто произносит она. Как она вообще умудряется думать о какой-то бумажке в такой момент? Но мне эта идея нравится. В кой-то веки она права. Я не могу её тронуть, пока этот договор, лежащий на моем столе, в моей комнате, в пяти метрах от меня, существует... Пять метров. Тридцать секунд. И делай, что хочешь с её телом хоть всю ночь, хоть всю жизнь. Усмехнувшись своим мыслям, Занзас срывается с места, отпуская девушку, которая медленно съезжает по стене на пол, продолжая тяжело дышать. Он подходит к столу, берет листок, ставший огромной или не очень преградой на пути к его цели, и договор моментально вспыхивает в руке босса Варии. Мужчина бросает взгляд на сидящую на полу девушку, которая не переставая смотрит на него... Ему в глаза. Она не отвела взгляд, как обычно. - И что ты теперь собираешься делать? Больше нет ничего, чтобы могло сдержать меня. - А я обязательно должна что-то делать? - Предупреждаю, никакой пощады от меня не жди. Я не собираюсь сдерживаться, - холодно произносит Занзас снова переведя взгляд на горящую бумагу в его руке. - Никакой пощады, значит. На её губах появляется лукавая улыбка. Руки напрягаются в попытке подняться с места, но что бы она ни делала, её сил критически не хватает, чтобы встать с пола. Подняться получается только с третьей попытки. Последний кусочек договора исчезает в пламени ярости и Занзас снова возвращается обратно к ней. Мужчина медленно подходит к девушке. Тусклый свет от настольной лампы падает на тело Занзаса, отбрасывая густую тень, подчеркивая каждый сантиметр его накаченного тела. Мышцы, пресс - все было слишком прекрасно, и даже эти шрамы, они только подчеркивали идеальный рельеф. Мужчина подходит к девушке и жадно впиваясь в слегка припухшие губы. Она отвечает, поддаётся. С её губ едва не срывается тихий стон, который она сдерживает. Это так бесит, что в голове Занзаса проносится мысль об убийстве. Какого она сдерживается? Из них двоих только он имеет право оставлять частицу самоконтроля, чтобы просто на просто не прикончить её. Но сознание отрекается от мысли, что эта девушка, которая едва не потрахалась с ним при первой встрече, сейчас решает построить из себя недотрогу. Больно оттягивает зубами её опухшую нижнюю губу, прикусывает её до крови и слизывает алую каплю, медленно стекающую по подбородку. Снова выпивается в её губы. Язык неуверенно дергается ему навстречу. Она боится, что в какой-то момент все испортит. Первый поцелуй, да не смешите! Первый секс? Да черта с два! Пять лет назад был первый раз, но сейчас, она все чувствует, словно какая-то школьница, которая впервые испытывает оргазм! Она потекла только от его поцелуя. От того что его язык так глубоко и так влажно, так требовательно и настойчиво, что... Вашу мать... Она потеряла последние капли рассудка, послав своё сознание куда подальше. Это даже офигенне, чем сон. Чем тот жалкий сон, где он так же, как и сейчас прижимал её к стене и целовал. Она отказывается верить, что наконец-то смогла прикоснуться к этим губам, боится снова понять, что все происходящее жалкий сон, потому что в этом случае, Риккарда была готова поклясться всем на свете, что она нашла бы того, кто придумал эти сны, и убила бы этого человека. Занзас отстраняется от губ и, тяжело дыша, смотрит на Риккарду, опершись руками о стену по обе стороны от девушки. А она едва стоит на ногах, прижимая руки к своей груди, чувствуя, с какой бешеной скоростью бьется её сердце. Мужчина слегка наклоняется к девушке, и она тут же машинально выставляет одну руку вперёд, упираясь в грудь боссу. Все еще продолжает бороться с животными инстинктами. Сквозь ладонь Риккарда чувствует размеренное сердцебиение Занзаса. Это поражает. Насколько он продолжает оставаться хладнокровным даже в подобной ситуации, и насколько она изменилась всего лишь за несколько минут их интимной близости. Занзас видит, как ей хорошо и трудно одновременно, как её сознание продолжает бороться с желанием тела. Он понимает, что ещё одно прикосновение к ней, и она просто упадёт. Он ухмыляется. Твою мать! Ради этой ухмылки и умереть можно. Прямо сейчас. Прямо в этот момент. Занзас наклоняется к её уху и собирается что-то сказать, но в последний момент меняет решение. Он жадно впивается в шею, кусая тонкую кожу и оставляя на ней кровавые следы. Она вскрикивает, но мужчина резко затыкает ей рот ладонью, прижимая голову к стене и слегка поднимая её. Девушка испуганно смотрит на потолок, не в силах сопротивляться властным прикосновениям. Его горячее возбужденное дыхание обжигает шею. Влажный язык касается мочки уха и медленно скользит вверх, прикусывая тонкую кожу. Только не шея. Только не уши. Черт. Не они. Нельзя их трогать. Она слегка вскрикивает и вся напрягается. Он понимает, что означает эти действия. На губах появляется кровожадная ухмылка. Он только что нашёл эрогенную зону на её теле. Риккарда краснеет и теряет последние остатки силы. Ноги подкашиваются. Не будь тут Занзаса, который подхватил её, прижав к своему горячему от возбуждения телу, она бы так и встретилась с полом. Но лучше бы упала. Все было бы лучше, чем его объятия. Потому что её руки снова случайно касаются кубиков пресса, из-за чего по всему телу проходит странное, неведомое до этого ощущение. Он сильнее прижимает её к себе, заставляя почувствовать пульсирующий член, который упирается ей в бедро. А она ещё сильнее краснеет и опускает голову ему на плечо. Занзас делает глубокий вздох и чувствует аромат кофе и ягод. Её привычный запах, который он так... Любил? Точно не любил. Ценил в ней? Вряд ли. - Босс... Она не в состоянии посмотреть на него, опять отводит взгляд и смотрит в сторону. Едва может говорить, только по губам можно понять, что Риккарда хочет сказать. - Может хватит. Пальцами сильно сжимает подбородок и заставляет посмотреть на себя, в глаза. Он снова стал прежним. Снова эти убийственные красные глаза сжигают все изнутри. Но какие-то родные... Она уже перестал видеть в них угрозу. - Хватит вести себя сначала как последняя шлюха, уверенная в каждом своём действии, а потом как невинная девочка, Рикка... Он останавливается. Впервые он назвал её не мусором, не "Конте", а по имени. Она млеет в его руках, а на губах появляется улыбка. Она ведь действительно была готова отречься от своего имени, чтобы больше никогда не иметь связь с Сейтероной, но теперь, когда она стоит здесь, в объятиях человека, к которому как минимум неравнодушна, она рада, что ей дали именно это имя. Потому что в его устах оно звучит ещё прекраснее. - А тебе не нравится, когда я веду себя так, какая я есть? Хочешь, чтобы я продолжила притворятся шлюхой, какой была при нашей первой встречи? - Я видел настоящую тебя, Конте. И ты - плохая актриса. Тебе не идёт ни один из твоих излюбленных образов. Девушка удивленно смотрит на мужчину. Её губы слабо приоткрываются, желая что-то сказать, но секундой позже Риккарда меняет решение. Она, не отрывая взгляд от его глаз, плавно проводит по его торсу ногтями, рисуя на его прессе непонятные узоры, и опускает руку к пульсирующему паху, плавно водя по брюкам, которые уже явно стали жать. - Настолько? - спрашивает девушка,вопросительно изогнув бровь и одарив мужчину невинным взглядом. - Не играй со мной, - хрипло отвечает мужчина, настороженно усмехнувшись и отпустив девушку из объятий. - А то что? Но не успевает Риккарда озвучить вопрос, как по комнате разносится шорох. Девушка смотрит вниз, а в следующую секунду резко поднимает удивленный взгляд на мужчину, совершенно не понимая, когда он успел разобраться со всеми молниями и застежками на её платье, чтобы оно так просто упало. Теперь все преграды, ограничивающие их, были стёрты. Она остаётся в одном нижнем белье. Её смущенный взгляд, с каждой секундой становящийся все более стыдливым, только от одной мысли, что Занзас сейчас довольно изучает каждый сантиметр её тела, заостряя внимание на трёх шрамах от пулевых ранений. Поднимает взгляд и пересекается с её глазами. Она все ещё не понимает, как он смог это сделать. Губы трогает хищная ухмылка. Одним движением он снова вдавливает Риккарду в стену, властно проводя рукой от груди и спускаясь ниже. - Я предупреждал, - шепчет босс Варии ей на ухо. Он со всей силы грубо сжимает её ягодицы и приподнимает девушку, прижимая её к себе. Закидывает одну ногу на себя и проводит по внутренней стороне бедра, целую шею и ключицы. Риккарда обхватывает его талию ногами и обнимает за шею. Их языки вновь сплетаются в страстном поцелуе, пока они не добираются до кровати. Занзас перемещает свои руки на её талию, до боли сжимает её, и откидывает девушку на чёрную простынь. Пока она приходит в себя от такого грубого жеста с его стороны, мужчина быстро расправляется с брюками и забирается на кровать к девушке. Это отдаленно напоминает охоту. Хищник и загнанная в угол жертва. Что может быть ужаснее этого? Только если жертва хочет быть загнанной. Он медленно приближается к ней, а она не пытается убежать. Просто они оба уже были на грани, но не хотели все так быстро кончать. Им обоим было слишком хорошо, чтобы оборвать все на этой блаженной ноте. Занзас наклоняется к Рикарде, касается пальцами её лица и притягивает её к себе, вовлекая в очередной страстный поцелуй. Девушке приходится приподняться и встать на колени перед ним. Её пальцы неуверенно касаются его рук. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Она все ещё не уверена, что происходящее сейчас является правдой, все ещё боится проснуться одна в холодной постели и понять, что это сон. - Занзас... Босс ртом впивается в её приоткрытые губы, будто пробуя свое имя, произнесенное ею, на вкус. Глубоко. Перехватывает её руки и заводит за спину, отпуская их. Оттягивает голову назад за волосы. Впивается в шею, кусая тонкую кожу и оставляя на ней красный следы. Она выгибается. Опрокидывает голову. С её губ срывается сладкий стон. Риккарда ногтями проводит по напряженным накаченным руками Занзаса, касаясь двух татуировок в форме "Х" на плечах, но мужчина в ту же секунду перехватывает тонкие запястья и выворачивает их, заставляя девушку согнуться под собой. - Даже не думай. Она понимает, что он не позволит ей себя контролировать. Никогда. Даже на секунду. Даже на чертово мгновение. Он будет вести. Риккарда расслабляет руки и разжимает ладони. Сдаётся, позволяя ему контролировать себя. Занзас отпускает запястья и припадает к её груди. Её руки обхватывают его шею, а тонкие пальцы плавно проводят по его волосам, зарываясь в них острыми ногтями. Он рычит от её действий. Очередной влажный поцелуй с силой удара разносит вспыхивающей импульс по телу, который вызывает дрожь во всем теле. Сводит внутренности. Заставляет низ живота пылать. Мужчина начинает медленно спускаться вниз, оставляя на каждом сантиметре её тела горячие поцелуи, от которых девушка непрерывно стонет. - Занзас, только не останавливайся. И в ту же секунду босс Варии делает обратное. Он нехотя отстраняется от живота девушки и похотливо смотрит в её полуприкрытый голубые глаза. Его губы расплываются в хищной улыбке. Он даже представить себе не мог, что она сама будет выдавать свои слабости, думал, их придётся долго и настойчиво искать, прикасаясь к каждому сантиметру её тела, а тут такой подарок судьбы. - Попроси, - приказывает мужчина, снова нависая над девушкой на уровне её головы. - Хочешь ещё сильнее унизить меня? Она едва может говорить, но все равно продолжает дерзить. Вот же упёртая... Занзас ничего не отвечает, лишь кладёт свою руку ей на шею, слабо сдавливая её, и проводит большим пальцем по опухшим, слегка приоткрытым губам, стирая с них кровь. Черт. Это так возбуждает. - К черту. Риккарда решает взять инициативу на себя и резко отрывается от кровати и жадно впивается в губы Занзаса, но тот лишь сильнее сжимает шею девушки и возвращает её на законное место, под собой. Обе руки перехватывают её запястья и сжимают с такой силой, что девушка готова была поклясться, что ещё немного, и он бы переломал ей все кости. - Скажи, - сквозь зубы процедил мужчина. Коленка касается намокшей детали белья и несильно надавливает. Она стонет, блаженно прикрывшая глаза. - Прошу, Занзас, сделай это. Умоляю. - Сразу бы так. Он расслабляет хватку и резко тянет Риккарду на себя, заставляя ту подняться. Снова припадает к её губам. Его пальцы проводят по её спине, едва не оставляя на бледной коже ожоги, пока не доходят до преграды, все это время мешавшей ему. Девушка отчетливо слышит звук расстёгнутой застежки лифчика, а в следующую Занзас кидает Риккарду обратно на матрац, снимая ненужную вещь. Его руки ложатся на обнаженную грудь и со всей силы сжимают её, заставляя девушку едва не кричать от боли и наслаждения. Её стоны не унимаются, хотя она все ещё продолжает их сдерживать. Занзас начинает медленно покрывать поцелуем живот, оставляя на каждом сантиметре красные следы, спускаясь ниже. Она прикусывает костяшки пальцев и блаженно закрывает глаза. Слишком приятно. Вторая рука сминает чёрную простынь. Спина выгибается. Его пальцы касаются резинки трусов и начинают снимать последнюю деталь гардероба. Откинув ненужную вещь, босс касается коленей девушки и разводит ноги, удобно устраивается между ними. - Занзас, - молит девушка, смотря на мужчину сквозь пелену возмущения. - Скажи, что хочешь меня... Скажи это... Она сжимает губы, её щеки снова начинают пылать. И почему ей было стыдно говорить такое, когда раньше она спокойно могла потрахаться с первым встречным парнем? Наверное, потому что этот человек был не таким, как остальные, с кем она спала до этого... Она боялась, что эти слова станут точкой отрыва, боялась, что после них он станет считать её такой же шлюхой, как и всех остальных женщин, с которыми трахался до неё. Никакой пощады. Он хочет склонить её под себя. Заставить почувствовать бессилие перед собой. Заставить понять, кому она теперь принадлежит. Его член касается промежностей, плавно проведя по ним. Это сносит крышу. Окончательно. Бесповоротно. - скажи... Бархатный, но уже хриплый от возбуждения голос отдаётся в голове, вызывая во всем теле приятную убийственную дрожь. Она сжимает руки. - Твою мать, Занзас, я хочу тебя, сделай уже это... Он облизывает её губы и входит. Резко. Влажно. Глубоко. Она вскрикивает и сладко стонет, расслабляясь в его руках. Её голос сводит с ума. Её стоны заставляют делать то, что он никогда не делал с другими. Секунда. Он понимает, что она уже давно не девственница. Значит, как строить из себя шлюху, а потом шугаться от него в другой конец комнаты, как будто все это для неё впервые, так она может...Наверное поэтому он и считал, что она ни с кем до этого не трахалась. Он даже почувствовал некое разочарование, однако оно длилось столь коротко, что в следущей мгновение Занзас решил, что сделает так, что Риккарда навсегда запомнит секс с ним, забудет весь остальной мусор, который трахал её, станет принадлежать только ему. И никому более. С этого момента она - его собственность. Мужчина начинает двигаться внутри неё. Грубо, но настолько приятно, что её стоны с каждым разом становятся только громче. С каждым толчком темп только нарастает. Она обхватывает его бёдра ногами. Все что угодно, лишь бы находится к нему настолько близко, насколько это возможно. Тонкие пальцы до крови царапают спину, касаясь накаченных ягодиц. Это до ужаса возбуждает. Он выходит и снова заходит на всю длину. Наклоняются к ней и жадно выпивается в губы. Влажно. Властно. Риккарда обнимает Занзаса за шею, запуская острые ногти в его волосы. Мужчина отстраняется желанных губ, рычит, смотрит на девушку и, ухмыляясь выходит. Риккарда удивленно открывает глаза, вопросительно уставившись на босса. - Поворачивайся, - выдаёт мужчина. Девушка приподнимается на локтях, продолжая с подозрением смотреть на него. Мужчина в свою очередь отстраняется от хакера, позволяя той перевернуться. Риккрада с опаской выполняет приказ босса. Как только она переворачивается, Занзас хватает её за шею и прижимает к постели, вдавливая в матрац. Раздвигает ноги и снова входит в неё. Властно хватает её за бёдра и начинает двигаться. Влажно. Узко. От ощущений темп только увеличивается. Риккарда выгибает спину и со всей силы сжимает простынь. Стоны непрерывной волной срываются с её губ в унисон с его рычаниям. Риккарда прикусывает губу до крови от ощущаемой боли. Он перестаёт контролировать свою силу. В его голове крутятся только одни мысли. Давай, стони громче, кричи от боли громче. Я хочу слышать, как тебе хорошо. Хочу слышать, как ты умоляешь меня не быть таким грубым, как просишь не останавливаться. - Занзас, - выдаёт девушка. - Больно... Мужчина замедляете темп, но продолжает двигаться, отпускает её бёдра и наклоняется к ней, касаясь торсом обнаженной спины. Проводит носом по волосам, вдыхая её запах, такой пьянящий и желанный. Она задерживает дыхание, ожидая его дальнейшие действия. Ухо обжигает горячее дыхание. С её губ срывается очередной стон, который служит невидимым сигналом. Занзас ускоряет темп, доставляя девушке уйму удовольствия. Его губы касаются спины. Босс начинает покрывать каждый сантиметр обнаженного тела поцелуями, оставляя на нем засосы. Очередной стон, который Риккарда сдерживает, уткнувшись лицом в подушку. Занзас недовольно кусает девушку за плечо, заставляя её стонать ещё громче. Она кончает, устало падая на кровать, но Занзас все ещё продолжает двигаться, пока сам не доходит до предела, кончая ей на бедро. Он устало опускается на простынь рядом с девушкой, полностью осознавая, что теперь она его, каждый сантиметр её тела теперь принадлежит ему. Риккарда вышла из ванной, вытирая мокрые волосы полотенцем. За окном уже начинало светать, но свет в комнате все еще продолжал гореть, освещая мрачное пространство. Бросив взгляд на сидящего в кресле Занзаса, девушка прошла к кровати и села на её край, поправляя держащее я на груди полотенце. Они так и не сказали ничего друг другу с того момента, как босс Варии ушёл в душ первым, оставив девушку отходить от произошедшего. Риккарда ещё тогда, лёжа в полном одиночестве и возвращая обладание над конечностями, думала, что будет дальше. Занзас был не тем человеком, с которым можно было остаться на всю ночь, да и он вряд ли позволил бы кому-то подобное безрассудство. Уйти - было лучшим решением из всех существующих, но верным ли? Как минимум единственным разумным. Ноги сами поднялись и подошли к мужчине. Риккарда осторожно обняла Занзаса со спины, положив свою голову ему на плечо. Поза была совершенно неудобная для нее, но в таком положении она стояла недолго. - Спасибо, - тихий шёпот прозвучал около его уха. Девушка улыбнулась. Губы коснулись его щеки. Секунда. Он так ничего и не сказал, словно выжидал чего-то, просто закрыл глаза толи от усталости, толи от раздражения. Риккарда отстранилась от мужчины, сдерживая боль в сердце, которое безудержно колотилось, пытаясь выпрыгнуть наружу от невыносимых страданий. Она надеялась, что он не позволит ей так просто уйти, но босс отпускал её. Девушка так и не поняла, как дошла до своей комнаты. Все было как в тумане. Она так и не могла поверить в то, что ушла, хотя столько раз проворачивала этот трюк с другими, просто Занзас не относился к "другим". Занзас был Занзасом. Он был более важным нежели остальные, чьих имён девушка даже вспомнить не могла. Когда Риккарда зашла в свою комнату, она скинула полотенце и устало упала в холодную постель, судорожно укутавшись в пуховое одеяло, единственный источник тепла во всей комнате. Прислушиваясь к начинавшемуся дождю и слабому грому, Риккарда уснула.