Часть 1
5 апреля 2016 г., 17:00
— Может не надо? — пытался уговорить Гермиону Рон. Та лишь тяжело вздохнула. Никто сейчас не мог в ней узнать ту зазнайку Грейнджер, лучшую подругу Гарри Поттера, да и просто сильную волшебницу. Несмотря на юный возраст (всего восемнадцать лет), глаза девушки выражали вселенскую усталость; раны, полученные в схватке, не заживали и постоянно кровоточили; сама она носила лишь лохмотья. Таково было первое правило Волдеморта, когда тот пришёл к власти. Он смешал всех маглорожденных с грязью, стараясь принести им как можно больше мук и страданий. Но даже не это угнетало Гермиону. Она совершенно разучилась чувствовать, словно она никогда не могла этого делать. Просто не знала, как это. Она закрылась в себе после смерти Гарри. Никого к себе не подпускала, кроме Рона, который и смог вывести её из депрессии. Она всё ещё не могла поверить, что избранный Невилл, не Гарри. Возможно, победа была бы и на их стороне, если бы Лонгботтом не побежал мстить Беллатрисе, где и погиб с ней в схватке.
— Нет, Рон. Наш мир на грани разрыва. Темный Лорд не щадит женщин и детей. Война закончилась, а смерти продолжаются, — пустым голосом произнесла Гермиона и опустилась на пол. — Пойми, Рон, я не могу это терпеть. Мы должны всё изменить.
Гермиона всегда зналa о трусливости Рональда. Ещё на первом курсе он неосознанно пятился от опасностей. Поэтому она совершенно не удивилась, услышав отказ от путешествия в прошлое. И с максимальной брезгливостью плюнула ему под ноги, и залпом выпила зелье, которое они готовили целый месяц. Странно, но она ничего не почуствовала, лишь увидела испуг Рона и свои пропадающие руки.
***
Когда Гермиона проснулась и увидела белый потолок, мысли вертелись в её голове. Получилось? Нет? Если да, то что делать дальше? «Жить, — упрямо подсказал голосок в её голове. — И пытаться спасти мир от Лорда. Ты же знаешь, какие предметы — крестражи и где они находятся. Так почему бы и нет?» Грейнджер была согластна с этим голосом. Но оставалось только одно — узнать, в какой год она попала. Как же ей хотелось переместиться всего лишь на пару лет назад.***
— Мисс, просыпайтесь, — Гермиона услышала голос. Такой знакомый, такой добрый, такой… Живой. С ней разговаривал Альбус Дамблдор. Так почему же он не узнал её? Неужели шрамы изуродовали её до неузнаваемости? — Профессор, это же я. Вы меня не помните? — сказала Грейнджер и стала искать взглядом спасительный календарь. 27 августа 1976 года. — Всё должно быть не так. Профессор, мне нужна ваша помощь, — девушка выглядела испуганной, но не плакала. Хотя любой другой бы на её месте не выдержал. Дамблдор посмотрел ей прямо в глаза. Столько боли и отчаяния он видел впервые. Он мог с увереностью сказать, что эта ещё совсем молодая девушка повидала многое. — Кто вы? — охрипшим голосом спросил директор. Он заметил кровоточущие раны. «Неужели Поппи не смогла их залечить? Такое бывает только от сильных проклятий». Пообещав себе подумать об этом на досуге, Альбус внимательно вслушивался в ответ. — Я Гермиона Грейнджер. Родилась 19 сентября, 1979 года. Я знаю, в это трудно поверить, но я говорю правду. Я должна была вернуться назад лишь на пару лет и избавить мой мир от огромнейшей ошибки. Предотвратить то, что происходило в моём времени. — Волдеморт пришёл к власти? — и, получив утвердительный кивок, неудовлетворенно покачал головой. Этого он хотел меньше всего. И удивился, когда она продолжила. — Мы уничтожили все крестражи. Но… Он все равно победил. Выбор был небольшой — погибнуть или стать пленниками. Я так надеялась на первый вариант, но они решили вместо меня, — лицо девушки исказила злобная гримаса. — Я видела смерти сотен людей — друзей, близких, врагов, недругов. Это было ужасно… Но со временем я привыкла. Пыталась вынести всю боль на учёбе. Я учила. Учила всё. Темная, светлая магия, магия крови. В то время не было отличий между видами магии. А я учила, потому что просто хотелось жить… Дамблдор чувствовал, что она доверяла ему, тянулась как к спасительному кругу. Он просто знал, что должен помочь ей. — Сколько вам лет? — такой простой вопрос мог повлиять на многое. Изменить её жизнь. Изменить жизнь окружающему миру. — Мне восемнадцать, — с ощутимой тяжестью произнесла Гермиона. Тут Дамблдора посетила мысль. Через несколько дней начнется новый учебный год, а он так и не нашёл нового учителя ЗоТИ. — Тогда у меня хорошие новости. Добро пожаловать в Хогвартс, профессор Грейнджер.***
«Так, Гермиона, успокойся. Тебя всего лишь представят ученикам. Ты должна вежливо поклонится и сесть, ничего сложного,» — с ужасом думала Гермиона. Её ждала большая нервотрепка. Это последний год, когда учатся мародеры. Последнее, что она хотела видеть ближайшие лет двадцать, так это наглую физиономию Сириуса. Если он в свои тридцать вёл себя как маленький ребёнок, то она боялась представить себе, что происходит сейчас. Девушка несколько раз тяжело вздохнула и прошмыгнула в зал. Старшие ученики уже были здесь и дожидались первокурсников. Точне, дожидались банкета. Стоило ей об этом подумать, как в зал зашла толпа первокурсников, которые с восторгом смотрели на открывшийся им мир магии. Гермиона сама вспомнила своё распределение, на котором она была уверена, что попадет в Рэйвэнкло, но уж точно не в Гриффиндор — туда, где она обрела своих настоящих и единственных друзей. Она продолжала смотреть за распределением, продолжала смотреть на эти счастливые мордашки, которых дожидается смерть. Распределение закончилось, Дамблдор представил Гермиону, как нового учителя по защите, и улыбнулся, увидев рассерженное лицо девушки, когда Сириус Блэк одобрительно засвистел. Многих в зале Гермиона отталкивала своими шрамами, проходящими через всё лицо. Лишь мародёров это не смутило, словно они только удостоверились в том, что она точно сможет их многому научить. На лице Гермионы появилась жестокая ухмылка. Ведь в этом они совершенно правы. Она их много чему научит.***
Первый урок состоялся у шестых курсов Слизерина и Гриффиндора. Единственным, кого она смогла узнать, был Регулус Блэк. Тот самый Р.А.Б, который своей помощью только ухудшил ситуацию. Сейчас он был маленьким глупым подростком, восторгающимся идеями Темного Лорда, а не тем храбрым человеком, который пожертвовал своей жизнью, чтоб лишить одной из части могущества Тома Реддла. Однако, даже это не спасло Гермиону от ужасного понимания, что Регулус Блэк был её любимчиком из учеников. Первый урок проходил достаточно спокойно. Ей следовало правильно подать себя перед ученикам. Показать, что у неё есть серьезные намерения относительно их обучения. Узнав, что за последние три года ничего опаснее «люмоса» они не проходили, Грейнджер только удостоверилась, что ими надо занятся всерьез… Вспомнилось, как на пятом курсе, в Отряде Дамблдора, они уже умели обезоруживать противника и даже вызывать патронуса. Гарри был прекрасным учителем. На уроке она решила начать не с самого сложного — с обычного «Петрификуса». Влетев в кабинет, Грейнждер плотно задернула шторы, чтобы в комнате царил полумрак. Начала Гермиона говорить своим охрипшим голосом, который и удивлял большую часть людей, и устрашал. — До меня дошли неприятные новости. Вы практически ничего не изучали. Я за вас возьмусь. Обещаю, — сказала Гермиона и противно хихикнула. В такие времена она напоминала себе розовую жабу Амбридж. — Сегодня мы будем проходить заклинание Петрификус Тоталус. С таким заклинанием справится каждый маглорожденный первокурсник. — Но это одно из сложнейший заклинаний! — прервала её какая-то студентка Гриффиндора. — Мне напомнить, на каком вы курсе? Я научилась этому заклинанию на первом. Зная вашу Гриффиндорскую смелость, вряд ли вы будете кидаться Авадами, — продолжала она издеваться над своим собственным факультетом. Ей было противно, что они не понимают, что ждет их за стенами Хогвартса. Не обращая внимания на тихие смешки Слизерина, она продолжила. — Мне понадобится ассистент. Как на счет вас, мистер Блэк? Не переживайте, если не получится. Мы ведь только учимся, — ехидно пропела Гермиона. Недовольно рыкнув, Регулус отправился на помост, нервно сжимая и разжимая кулаки. Это была одна из главных его ошибок. — Ну что же, начнем. Вы первый, мистер Блэк, — Гермиона дождалась, когда Регулус с яростью, надрывая голос, прокричит заклинание и с немалым удивлением увидит, как синий луч, не доходя до профессора, разворачивается и направляется к нему. Убедившись, что ученик больше не находится под заклятием оцепенения, Грейнджер продолжила лекцию. — Есть ли у кого-то из вас догадки, что вы увидели? Да, мистер? — Крауч. Барти Крауч, — с места поднялся хиленький паренёк и, заикаясь, ответил, — Ему п-помешала злость. У м-меня есть н-неб-большие догадки такому п-повороту событий. Петрификус с-светлое заклинание. И оно н-не реагирует на такие э-эм-моции как злость. В отличие от т-темных заклинаний. Посылай Аваду что с мыслями о пони, что о захвате мира, результат будет один. Гермиона не удержалась и хихикнула. Она была такого же мнения, как и этот будущий пожиратель. Гермионе не верилось, что этот хрупкий мальчишка станет преданным слугой Темного Лорда. — Вы совершенно правы, мистер Крауч. Садитесь. Десять очков Слизерину, — сказала профессор и подмигнула засмущавшемуся пареньку. «Надо же развлекаться,» — с улыбкой подумала Гермиона. Вдруг прозвенел звонок и дети облегченно вздохнули. — Домашнее задание — сочинение на 30 дюймов на тему «Зачем мне надо контролировать эмоции?» — услышав возмущенные вздохи, она добавила. — Нет, лучше 50 дюймов. И стала наблюдать, как подростки, пыхтя, выбирались из кабинета, жалуясь на злобную профессор Грейнджер. — Не знаю как им, а мне урок понравился, — с удовольствием сказала Гермиона, кладя ноги на стол.***
После урока профессора, школа разделилась на две группировки. Первая свято верила, что Грейнджер — секретный агент отдела тайн. Эта группировка состояла в основном из Гриффиндорцев. А вторая думала, что Гермиона училась в Дурмстранге и полностью поддерживала политику Темного Лорда. Сириус Блэк, стоящий возле кабинета Защиты от Темных Искусств, собирался проверить обе эти теории. Он зашел в кабинет, не дождавшись звонка, и увидел лишь хрупкого вида девушку, лицо которой было усыпано шрамами. Он не мог проверить — это та самая девушка, про которую так восторженно отзывался Барти Крауч, да и добрая половина Слизерина? Вдруг резко прозвенел звонок, и она, оторвавшись от своих записей, позвала учеников класс. И Сириус, удивив своих однокурсников и самого себя, сел за первую парту, поближе к профессору. Она переместилась из одного конца комнаты в другой так быстро, что Сириус даже не успел уловить ни одного жеста. Девушка всего лишь плотнее прикрыла шторки, из чего Блэк сделал вывод, что она не очень любит солнечный свет. — Здравствуйте, седьмой курс Гриффиндора. Возможно, вы много слышали обо мне. И вам не терпится узнать, о чем же будет наш сегодняшний урок. Вас ждет одно из самых светлых заклинаний. Настолько светлое, что поможет спастись от той безвыходной ситуации, в которую вы обязательно попадёте. Все вы уже решили, куда пойдете работать. И конечно же, многие из вас — будущие мракоборцы. Но знали ли вы, что кроме поимки пожирателей, надо уметь защищаться от многих, ещё более опасных существ. Лорд Волдеморт, — Гермиона позволила себе насладится этой напряженной тишиной, — будет использовать все средства, чтобы достичь своей цели. Многие из вас уже слышали о дементорах. Да, это существа, подавляющие все хорошие воспоминания, заставляющие пережить снова все самые ужасные моменты вашей жизни. Неприятная картина, да? А ведь их нельзя обмануть, нельзя разжалобить. И даже убежать в мантии невидимке. Предупреждая ваш вопрос, да, я встречалась с дементорами. С сотней. Так что же может остановить это существо? Заклинание Защитника, звучащее как «Экспэкто Патронум». Позволяет вызвать своего защитника. Но не расчитывайте на то, что сможете сразу его призвать. Многие взрослые волшебники не могли этого сделать. Но ваш учитель я, поэтому не сомневайтесь, что вы выучите. Чтобы заклинание сработало, надо хорошенько подумать о самом лучшем моменте в вашей жизни. — А какое ваше любимое воспоминание? — не удержался и спросил Сириус. Такого урока он еще никогда в своей жизни не видел. Голос профессора завораживал, заставлял слушать и отпечатывался в памяти. Гермиона зажмурилась и представила её дружбу с Гарри и Роном. Как они вместе проходили все испытания. Но внезапно картинка поменялась, сменившись трупом Гарри на руках у Хагрида. Как же хотелось, чтобы он внезапно поднялся, победил Темного Лорда, и тогда всё было бы иначе. Так, как было бы правильно. Но, он лежал и совершенно не подавал признаков жизни. — У меня нет таких воспоминаний, мистер Блэк. Я вызываю свой патронус, представляя своё возможное будущее, если бы все было по-другому. Сириусу внезапно хотелось провалится под землю. Он сам видел, как его вопрос заставил профессора сжаться и заплакать. Что же с ней случилось? Что это за возможное будущие? — Но не будем о грустном. Приступим к выполнению заклинания. Почувствуйте, как ваша магия проходит сквозь каждую жилку, как она смешивается с вашими флюидами радости, как вы выплёскиваете этот сгусток наружу. Гермиона старалась помочь каждому ученику. Она старалась научить каждого. Но она сама помнила, как было сложно сделать так, чтобы её выдра вырвалась серебряным сгустком из палочки. Как она радовалась, что была первая, после Гарри, у кого получился телесный патронус. Если получилось у неё, значит, получится и у них.***
Урок Сириусу показался незабываемым. Единственный минус состоял в том, что он так и не смог создать телесного патронуса. Только легкую серебристую дымку. Сейчас он сидел в гостиной Гриффиндора перед камином и внимательно вспоминал все, что сказала Гермиона. И анализировал. Это было так запутанно. Она была странной, но такой притягивающей. Словно она знала то, чего больше не знает никто другой. Он видел ту улыбку и те слезы, после его вопроса. Но ответ всё ещё не укладывался у Сириуса в голове. У неё не было ни одного счастливого воспоминания. Сириус сидел, не замечая окликов друзей, которые обратили внимание на грустное настроение Бродяги и пытались его развеселить. Он быстро с ними попрощался и ушел в спальню под предлогом «Я иду спать, отвалите от меня.» Но ему так и не удалось сомкнуть глаз. Интересно, знал ли он, что в подземельях точно так же из-за этой девушки не мог заснуть Регулус Блэк? И только Гермиона смогла заснуть, но вскоре проснулась от кошмара, который преследовал её вот уже несколько дней. Смерть Гарри. Смерть Сириуса. Смерть Джинни. Смерть Фреда. И еще сотни смертей, которые отпечатались в её голове невероятно ярко. И внезапно то, чего она не видела никогда в своей жизни. Смерть Регулуса Блэка. И это заставило её тяжело вздохнуть. Смерть Регулуса, пусть даже и во сне, оставила след в её памяти. И лишь одно она поняла точно. Она должна уберечь его от поиска крестражей. Хотя бы попытаться. Ещё одну смерть она просто не выдержит и сорвется. Ей не стоит забывать о том, зачем она вернулась. Чтобы всё изменить. С такими ужасными и угнетающими мыслями ей пришлось заснуть. Завтра первый урок у Слизерина и Гриффиндора. А там нужны силы.
