Маргарита

Наверное, каждый из нас пытался повлиять на свою судьбу. Контролировать то, что должно произойти. Избежать нежелательных встреч или приблизить что-то приятное. Любое важное событие незамедлительно несет за собой вихрь, на первый взгляд, менее значимых последствий, но это только на первый взгляд. Вы бы хотели изменить судьбу, если бы точно знали, что может произойти? К сожалению, невозможно вернуться в прошлое, однако на будущее можно повлиять. И в этом деле глава правящего клана вампиров преуспел, как никто другой. Предугадывая поступки окружающих, мастерски просчитывая тактику сражений, он всегда опережал своего врага на один шаг. Эта способность сделала его почти неуязвимым. Почти. Его судьба была предрешена много столетий назад. Он будто был избран кем-то свыше для свершения великих дел или, наоборот, кто-то из глубин тьмы покровительствовал всем его кровавым делам. Аро Вольтури. Он стал вампиром не по своему желанию, но искусно использовал этот шанс, как возможность стать тем, кем он был теперь. Дар, которым наделила его природа, раскрылся в полной мере, когда он преобразился в своем бессмертном теле. Он мог читать мысли людей, видеть поступки и изучать их помыслы, но это все относилось лишь к прошлому. Будущее оставалось для него тайной за семью печатями и постоянно несло в себе скрытую угрозу. Для того, чтобы выжить и реализовать свои амбиции, Аро создал могущественный клан, который постепенно стал сильнейшим и по сути единственным серьезным кланом в мире бессмертных. Но даже этого было мало. Окружив себя одаренными вампирами, он стал почти недосягаем для завистников, недоброжелателей и врагов. Недосягаем настолько, что на этой неприступной высоте было тихо и спокойно, как на кладбище. День за днем, месяц за месяцем, год за годом. Не менялось ничего. И это было хорошо. Но так было далеко не всегда.

***

Древний вампир скучающим взглядом окинул свои покои. Он не любил нововведений, поэтому предметы здесь столетиями находились на отведенных им местах. Это было удобно. Привычки, сложившиеся годами, лишь усиливали тягу к порядку не только в помещении, но и мыслях. Никаких необдуманных решений, никаких лишних эмоций, только холодный расчет, помноженный на острый ум. В его мире не было нерешенных задач. Хотя нет, однажды, возможно, такая бы появилась... Странная издевка судьбы… Правитель улыбнулся собственным мыслям. Эту задачу он тоже давно решил. Только почему, даже спустя столько лет, он продолжает об этом думать? Память раз за разом возвращала его в то время, когда он был практически никем, новорожденным вампиром, который только начал познавать свою сущность и возможности. Эта мысль не покидала Вольтури никогда, тенью преследовала его по пятам, не давая забыть, какую цену он может заплатить, если ошибется. Поэтому он разучился совершать ошибки. Правитель задержал взгляд на той самой картине, которую бережно хранил много лет. Рука сама потянулась к раме. Пальцы мягко скользнули по дереву, очерчивая каждый изгиб. Вольтури отступил. Идеальная память бессмертного с легкостью вытянула наружу период, когда картина была написана. По переулкам ходили люди, к пристани причалила очередная лодка, а в воздухе чувствовался запах гари. Теперь на том месте остались лишь заброшенные постройки. Люди давно обходят его стороной, будто чувствуя, что там обитает само зло. Вольтури нахмурился, чуть склонив голову. Бестолковые смертные, сами того не осознавая, помогли ему, наградив то место надуманными сказками и проклятиями, отказались там жить и даже любопытство не могло заставить их оказаться неподалеку. Слишком страшно, слишком таинственно, слишком зловеще. И они были правы. Глава клана Вольтури потратил не мало сил, чтобы люди покинули Повелью, да они, впрочем, и не сопротивлялись. Остров навеки остался заброшенным.

***

Крики и стоны людей давно стихли. Кое-где языки пламени еще вспыхивали, превращая все в пепел. То тут, то там валялись чьи-то вещи, спутанные рыболовные сети, разбитая посуда. Запах гари перемешивался с еще более резким смрадом, исходящим от разлагающихся человеческих тел. А тел было много. Большую часть трупов уже успели сжечь и закопать, возводя импровизированные захоронения. Ни табличек, ни крестов, слишком опасно было тратить время на бесполезные условности. Мертвые тела, оставленные в разных частях поселения, под палящими лучами солнца быстро превращались в неузнаваемое месиво из мяса и костей, источавщее жуткую вонь. Картина поистине дьявольская. Как раз под стать художнику. Древний вампир осмотрел результат своего вмешательства в жизнь острова. Превосходно. Как удачно эпидемия чумы помогла в осуществлении его планов. Он был доволен проделанной работой. Теперь этот остров был мертв. Навсегда.

***

Отныне ему нечего было опасаться. На его вечность больше никто не посмеет покуситься. Место, которое давно не давало ему покоя, было стерто с лица земли. Даже теперь, спустя десятки лет, люди боялись возвращать сюда, и даже отчаянные туристы ограничивались видом брошенных зданий с воды, не решаясь ступить на мертвую землю. Только отчего-то именно сейчас, когда он достиг самых высот, когда оказался в зените своей власти, он все чаще вспоминал предсказание незнакомого ему вампира и все чаще всматривался в картину, много лет висевшую в его кабинете. Он ведь не мог ничего упустить? Время предсказания наступило и прошло. Невероятно, но он смог обмануть судьбу и, кажется, уже не в первый раз.

***

В дверь постучали. Обычно он не принимал посетителей в своих покоях, даже если это были члены клана, но тот день был особенным. Аро с нетерпением ждал новости из Парижа, где в эти минуты проходил крупнейший аукцион предметов искусства и антиквариата. Картина, которую он искал столько лет, была выставлена на торги. – Войдите. На пороге стояла Лаура, девушка-секретарь, которая занималась бумажной работой, а также взяла на себя почти все, что так или иначе было связано со смертными. Она была человеком, ее не убивали лишь потому, что она сносно выполняла свою работу. Старейшины Вольтури не утруждали себя непосредственными контактами с людьми, воспринимая их в первую очередь как источник питания, а уж потом как разумных существ. – Повелитель, со мной только что связался наш представитель на аукционе, – пролепетала она одними губами, но древний вампир прекрасно ее расслышал. – Какие новости? – бросил он небрежно. – Полотно Рафаэля отныне принадлежит Вольтури, синьор. – Лаура сделала шаг назад и склонила голову в учтивом поклоне. Все-таки смертные быстро учатся должному этикету. – В описании сказано, что в нескольких местах холст поврежден. Когда ее доставят, займись поисками реставратора, который вернет ей первозданный вид, – Аро сцепил пальцы в замок и внимательно посмотрел на своего секретаря. – Это должен быть настоящий профессионал. Тебе все понятно? – Да, – девушка от волнения сжала кулаки, – я буду стараться вас не подвести. Еще бы. Когда на кону стоит жизнь, придется постараться.