Я, Гримм

      Вот и моя добыча. Интересно, он знал, что даже лофты можно отыскать? Почему он никогда не меняет машину, это же путает, и есть шанс ускользнуть незаметным?! Но хорошо, что он так не сделал, ибо тогда не было бы мне моих сокровищ. Чёрт, так здесь везде камеры понаставлены. Я встречала такие в Гонконге. Мне дали наводку на моего отца, сказали, что он работает именно там, на какого—то торговца. И так как я сбежала из детдома, то мне нужно было куда—то податься, хоть я и не навидела отца всей своей чёрной душой. Я убила практически всех из пистолета, который забрала у одного из них, оказалось он был с глушителем. Во время моего пребывания там шума не было, и это было замечательно. Там мне сказали, что никакого Джеймса Шоу там никогда и не было. Печальная история. Придётcя ждать, а хотя... раз он гримм, то распутывает свои преступления не без помощи своих гриммских способностей, значит надо подкинуть ему убийство над которым стоит подумать не коповским способом.       Естественно мне плевать на то, что сказал Шон. Я могла бы убить его, но разве можно прикончить столь желанное тело? Оно ведь идеfльно. И теперь моей целью стал опаздывающий разносчик пиццы. Он не спеша направлялся по новому адресу. В этом Портленде вообще подъездов нет, чтобы по—тихому? А вот женщина, которая в отличии от меня не такая терпеливая решила—таки проучить его и кажется, не заплатила ему. Какая прискорбная ситуация. Наверное, он сейчас зол, так даже веселее.       — Привет, — и вот моя коронная улыбка. Хотя я ненавижу улыбаться с зубами, как говорили некоторые, которых я потом убила, мои глаза становятся ещё более зловещими и хочется самим наложить на себя руки. — Опять опоздал? Плохая привычка.       — Ты кто такая? — его руки сжались в кулаки и появились вены, которые были следствием напряжения. Он меня помнил, но не хотел этого признавать. Скорее всего увидел на заднем плане капитана полиции, который внимательно следил за тем, чтобы я его не убила.       — Да ладно, совсем не помнишь?       Наивный взгляд и вот он уже немного расслабился.       — У меня куча народа, мне не когда запоминать всех. И мне пора на работу.       — Она ведь тебе всё равно не нравится, ты же ненавидишь людей. Точнее такие, как ты. Обычно все думают, что кошки очень милые создания, но на самом деле это не так. Вы царапаетесь, кусаетесь и делаете всё, чтобы доказать, что они не правы. Но они упорно пытаются приручить вас, при этом гладя против шерсти.       — Кто ты такая? — шепчет он, пытаясь разглядеть что—то во мне, но этого не сделать малыш, пока не примешь свой настоящий облик.       — Хочешь узнать, иди за мной, — я поманила его в небольшой проулок за домом и он пошёл за мной. Все идут, уверенные, что семнадцатилетняя девчонка ни за что их не прикончит. Наивные, куда делись тысячи лет эволюции?! — Знаешь некого Ника Бёркхарда? Так вот мне нужно, чтобы он порылся в своих закромах и показал мне то, что мне нужно, но... для этого нужна приманка.       — Забавно. Ты сказала это так, словно этой приманкой буду я, — сказал он и понял, что оказался прав.       И вот... он схлынул и увидел две тёмные дыры в моих глазах. Кто—то всё—таки решился мне описать, как выглядят мои глаза, когда они схлынывает. Две чёрные, бездонные дыры, в которых они видят самих себя, саму смерть, бездну, которая утягивает их на самое бездонное дно. Именно поэтому они хотят меня убить, хотят чтобы я закрыла глаза, чтобы не видеть самих себя. Они кричат о том, что я убивала их предков сотни лет, хотя мне всего лишь семнадцать и я понятия не имею о чём они говорят.       Он схлынул и на меня теперь смотрела кошачья морда, со слегка заострёнными ушками, но весьма злобными глазами.       — Ты...       — Да, да, да, я гримм. Неужели это последнее, что вы хотите сказать? Почему никто не говорит, что я милая или что я красивая?! Бред.       И тут на меня уже летит кулак, который я успешно отталкиваю в сторону. Он пытается меня поцарапать, но безуспешно, хотя... чёрт, это больно. Эта киска поцарапала мне живот. Но теперь я немного зла, и стоит надрать ему зад. Я ударила его по ноге и он упал, но он же не собирается сдаваться, поэтому попытался схватить меня за ногу и повалить, но я нагнулась и вырубила его. Теперь киска видит молоко и пиццу. Я достала его телефон и начала набирать номер 911.       — Алло, полиция. На меня напали, — сделав испуганный голос, шепчу я. — Какой—то парень, помогите...       Они отследят звонок и вуаля, через десять минут будут здесь. Мне надо закончить начатое, поэтому я достаю пистолет и стреляю киске в голову. Ещё один кошмар добавится к моему списку, но так надо.       Я спряталась за углом, стала поджидать полицию и вот на горизонте появился тот самый мужчина—кореец. Он осмотрел тело, вызвал своих, натянул ленту и стал принюхиваться. Что за чёрт? Он меня чует? Он тоже один из этих тварей? Его отпустило, это замечательно, не хотелось бы его убивать. Я просидела за углом около десяти минут, пока не приехали Ник и Хэнк. Они начали обходить всё вокруг, смотреть и осматривать. Внезапно подъехал капитан и я занервничала, потому что он — точно знал кто это. Чёрт, я могу спалиться и не видать мне книг или дисков или чертежей, хоть чего—нибудь.       — Я знаю его, — говорит он.       Вот и спалилась. Он сейчас расскажет, как был в моём доме и Ник ни за что не поедет куда—то, где он хранит всё. Не в лофте же, там повсюду камеры, да и ребёнок кажется. Какая—то милая блондинка временами выходит оттуда, но так как камеры всё записывают, то не хотелось попасть в их объектив.       — Он разносчик пиццы.       — Да, это мы и так знали, капитан, — устало потирая глаза, отвечает Ву. Так написано на его бейджике. — Вон туда он доставил пиццу с опозданием на 20 минут, и как сказала хозяйка дома, то заказывает не в первый раз и он всегда опаздывает, не отличается вежливостью, огрызается, хамит, грубит: в общем так себе паренёк, но это только с её слов, остальное проверим в участке, — Ву снова потёр глаза и до его нюха донёсся мой аромат духов. Эти потрясающие духи с лёгкими нотками цветов, не очень сладкий, но он чувствуется если ты... оборотень. Да, я смотрю сериалы, таких как он я узнаю за милю, хоть они очень редкие, безумно редкие.       — Да, я недавно видел его и он... существо, — шепчет Шон на ухо Нику, но это же бесполезно, когда ты гримм.       Спустя полчаса детективы уехали, а я погналась за ними, хотя делать это на велосипеде слегка затруднительно. Ник и Хэнк уехали в другую сторону, а Шон поехал домой, у него были какие—то дела или точнее рыжая женщина, часто приходящая к нему домой. Я погналась за Ником. Они решили не проверять его отпечатки, а сразу определить что он за тварь. Я очень долго ехала за ними по лесу и проклинала всё на свете за колючки, упавшие деревья и всё остальное. Я практически сдалась, но спустя минут сорок они остановились и я увидела фургон, стоящий посреди маленькой полянки. Ник осторожно оглянулся, а после достал ключ, висящий у него на шее и открыв дверь, они вошли внутрь. И вот моя миссия на сегодня была окончена: я знаю где фургон, знаю, где ключ, а остальное лишь дело техники.