Будь осторожен, зомби

— Этот агент Арджент довольно милый, — говорю я Рави, рассказав ему как прошел мой визит в школу. — И он даже поверил, что я экстрасенс, представляешь? Конечно, его напарник более привлекателен, но Сэм такой милашка. — Клайв тебе тоже поверил, но милашкой ты его не называешь. Уверен, ему будет очень обидно, — Рави отрывается от своих бумаг на мгновение, чтобы показать притворно-грустную мордашку, и возвращается к чтению отчета. — Ну это же Клайв. Он друг, и он слишком суров, чтобы быть милашкой. А Сэм он такой спокойный, рассудительный и внимательный, и я не могу не думать о нем, — я тяжко вздыхаю, потому что агент и правда не выходит у меня из головы. Я даже представляла, как мы сидим на пикнике и я кормлю его бутербродом, как провожаем закат, сидя на нашем пляже, как он аккуратно приобнимает меня за талию, и как нежно целует. Все эти образы снова встают перед моим мысленным взором, но внезапно мне хочется стереть их ластиком, потому что это все слишком приторно-сладко аж до тошноты. Я вздыхаю. — Рави, эти мозги меня в могилу сведут, а мозги Джеймса я есть не хочу. Может, у нас еще кто есть? — Не-а. Либо оставайся наивной девочкой, либо стань парнем с жестоким чувством юмора. Я бы выбрал первое, потому что за тобой очень смешно наблюдать. — Ну, спасибо. Рави заканчивает читать документ, встает и идет в комнату к мисс Надежде, подопытной крысе, на которой должно быть открыто лекарство от зомбичества. Я иду за Рави и вижу, что мисс Надежда жива, вроде здорова и вроде просто крыса. — Успехи есть? — Как видишь, она не больна. Не знаю, надолго ли, но пока это самый лучший результат. Думаю, я нашел лекарство, — Рави улыбается мне. — Скоро ты станешь человеком, Лив. Совсем скоро. Внутри меня зарождается нетерпение и одновременно благодарность. Хм, я ведь уже и забыла каково это — быть человеком. Ни странных хобби, ни глупого поведения, ни видений, ни мозгов. Обычная жизнь обычного человека. Да, я определенно скучала по этому. Я подхожу к Рави и крепко его обнимаю. — Воу, слишком много объятий за сегодняшний день, но я не против. Может, ты оставишь немного мозгов Дианы на будущее? Чтобы излучать доброту и позитив даже в трудные времена? — Нет уж, спасибо. Я жду не дождусь нового трупа, чтобы избавиться от поразительной наивности, а ты мне предлагаешь вернуться к этому. Ты наслаждаешься, а я страдаю. Мы покидаем комнату с крысой и выходим в секционную комнату, в которой чистота и порядок. Рабочий день подходит к концу, новых трупов не поступало, мы можем идти домой. — Кстати, по поводу Дианы. Ты решила, что будешь делать дальше? Смиришься, что это совпадение или будешь искать новые улики? — Я не знаю. С одной стороны, это все странно, не могли просто так два нелюбящих друг друга человека погибнуть с разницей в один день и по одной причине смерти. А с другой стороны, кроме их смерти и того дурацкого розыгрыша у них не было ничего общего. Даже Сэм согласился, что это может быть совпадением. Так что, я в тупике, — я не знаю даже убийство ли это, почему меня это так интересует? — Ты можешь узнать о друзьях Дианы, их же вы не допрашивали. Может они тебе что подскажут? — мы выходим из здания, Рави закрывает дверь, и мы идем на парковку. — Если тебе кажется, что здесь дело нечисто, ты не должна сдаваться. Виновных надо наказать. — А если их нет? — Рано или поздно, ты узнаешь это наверняка, — его машина стоит ближе, чем моя. Рави уже собирается сесть в нее, но потом замирает, нахмурившись и поворачивается ко мне. — Ты связывалась с Мейджером? — Да, совсем забыла тебе рассказать. Агент приходил к нему, расспрашивал про машину и про того парня, который был у него дома. Мейджер не врал. Рассказал и про мозги, и про красные глаза. Не знаю, что подумал Мартин, но вроде, ушел довольным. Надеюсь, агенты отстанут от Мейджера, он же этого не заслужил. Рави кладет руки мне на плечи, не обнимает, но смотрит прямо в глаза. — Эй, все будет хорошо. Показания Мейджера звучат как бред, как и положено звучать показаниям человека из психбольницы, так что они от него отстанут. Я понимаю, что Рави прав, но все равно не могу не беспокоится о своем бывшем женихе. Если не агенты, то Блейн его достанет. Вот кто уж точно не оставит его в покое. — Спасибо. Ты такой хороший, Рави. Будь осторожнее, еще немного и я могу в тебя влюбиться. — Вот этого я точно не боюсь, твое сердце уже занято умным милашкой из ФБР. Я бью Рави кулаком по руке, он смеется и все-таки садится в машину. — До завтра. И не опаздывай как сегодня. Я может и хороший, но хочу, чтобы ты вовремя приходила на работу, понимаешь? Внезапно я замираю, и появляется видение. — Да как ты не понимаешь, нельзя никому про это рассказывать! — возмущенно говорю я Джеймсу. — Это еще почему? — удивленно спрашивает он. — А ты хочешь оказаться на месте того мужчины? Лучше помалкивать и сделать вид будто мы ничего не видели и у нас ничего нет, ради нас самих же. — Ладно, твоя правда, Мейсон. Но фото я все равно не удалю. Прихожу в себя. Становится все запутаннее. — Лив, что видела? — спрашивает Рави, внимательно смотря на меня. — Диана и Джеймс стали свидетелями чему-то, что произошло с неким мужчиной. И еще Джеймс сделал фото, а Диана просила его удалить. — Если они увидели что-то серьезное, да еще и сняли это, это могло стать причиной их смерти, — взволновано говорит Рави. — Да, согласна. Нужно найти фото. — Среди вещей Джеймса телефона не было. Конечно, он мог оставить его дома, но скорее всего телефон утерян, — говорит Рави. — Так что придется тебе снова говорить с Рейной и ее компанией. Или с Клайвом, может кто-то из них двоих все-таки обратился в полицию. — Нет, Клайв ничего про ребят не знает, я уже спрашивала. А друзья Джеймса ничего такого не рассказали, хотя их допрашивал агент ФБР. Так что лучше найти друзей Дианы. Хоть она и просила Джеймса никому не говорить, но может сама проболталась случайно. Потому что интуиция мне подсказывает, что Диана абсолютно не умела хранить секреты.

***

Я останавливаю свою машину недалеко от дома, решая немного пройтись. На небо уже взошла полная луна, и я невольно вспоминаю выводы Дианы о своей однокласснице. Хм, оборотни. Можно подумать они существуют. Хотя, если есть зомби, почему бы не быть и оборотням, вампирам, привидениям и прочей мистике? Тогда мне надо найти серебряные пули, на всякий случай. Я заворачиваю во дворы по пути к своему дому. Вокруг ни души, пара фонарей лишь немного дают свет, и у меня возникает чувство дежавю. Если сейчас еще и вой появится, то я точно поверю в сверхъестественное. Я смеюсь своим мыслям. Лив, дорогая, очнись, никакой мистики не бывает. Подхожу к дому и замечаю впереди темное пятно, принадлежащее очевидно, человеку. Мне бояться нечего, любого человека я могу побить, активировав полноценный режим зомби. Пятно приближается и до меня доносится рык. Животный рык. Звук приближается вместе с источником, и в свете фонаря я вижу нечто. У него есть руки и ноги, человеческие очертания, но это совсем не человек. Глаза, светящиеся желтым, наполнены голодом и животной злостью, изо рта стекают слюни, и, о, Господи, это что, клыки? Первая мысль — это оборотень, но ведь их же не существует. Не существует! Так не должно быть. В один миг оказавшись рядом, он толкает меня со всей силы в грудь, и я падаю, ударяясь головой о землю. В мгновение ока меня всю заполняет ярость. Хочу только одного — убить. Существо замахивается для удара, и я быстро откатываюсь в сторону. Глухой звук от соприкосновения кулака и земли. Вскакиваю на ноги. Наотмашь ударяю существо по лицу, отчего оно едва не падает. Громко рыча, оно накидывается на меня, острыми когтями царапая грудь. Ах ты, сволочь. Хватаю его за руки, пытаясь оттолкнуть от себя, но ощущение, будто толкаю стену. Только рык отдается в голове. Существо высвобождается из хватки, а я кидаюсь на него с кулаками, ударяя куда попаду. Ему хоть бы что. Мы сцепляемся, но я чувствую, как силы начинают покидать меня. Получаю по лицу такой сильный удар, что немного отлетаю назад и падаю. Осознаю, что сил подняться и бороться больше нет. Монстр нависает надо мной утробно рыча, наслаждаясь своей победой. Он — хищник, который догнал жертву. Меня окутывает страх. В груди рождается крик, пытается вырваться наружу, но застревает где-то в глотке. Это конец. Я умру, и никто меня не спасет. Раздается выстрел. Несколько капель горячей крови падает на лицо, в желтых животных глазах еще горит злоба, но она тускнеет, а сами глаза становятся голубыми, человеческими. Он начинает падать, и я откидываю его в сторону. Сейчас нет ни клыков, ни когтей. Сейчас на земле лежит человек, парень, но не монстр. Нет. — Ты кто блять такая? Я оборачиваюсь и мне кажется, что это все ночной кошмар, что я попала в книгу про братьев Винчестеров, потому что именно их я вижу. Точнее я вижу агентов ФБР, которых так назвала утром, но сходство между ними поразительное. Оба стоят с поднятыми пистолетами. Наши с Сэмом взгляды пересекаются, он опускает оружие, но Мартин нет. Почему он все еще держит его, ведь монстр мертв, вот он, лежит и не двигается. Пистолет направлен на меня. Конечно. Я ведь только что боролась в полном режиме зомби, используя нечеловеческие силы, с красными глазами и всяко не похожая на обычного человека. Как ни крути, я тоже монстр. — Я спрашиваю, ты кто такая? И Диана в моей голове и моим ртом это подтверждает. — Я — зомби. Оглушительная тишина. Мартин все еще держит пистолет, пристально глядя на меня. Секунда, и на его лице появляется ухмылка, но оружие не опускает. Даже дышать страшно. Сэм поворачивается к напарнику и опускает его руку. — Не надо, Дин. Она нужна нам. — Да, — отвечает он, но взгляда от меня не отводит. — Надо поговорить. И даже не думай нападать. Выстрелю и глазом не моргну. Отчего-то я ему верю. Но мне сложно поверить в то, что я до сих пор жива.