В ожидании счастья или Что счастье для Дженнифер?

— О чем ты сегодня со мной поговоришь? — Я не знаю. Задавайте вопросы. — Ладно, — улыбнулась, Элеонора, — Мисс Шедеу сказала, что у тебя проблемы с друзьями. — Их нет. Уже нет. — Да? Я рада. А кто такой Скотт? Я не первый раз слышу это имя. — Это мой друг. — Только? Девушка развернулась к мисс Перриш. — Думаю, что да! — Думаешь или хочешь? — Я не знаю, — смущенно ответила Дженна, — думаю, что хочу. — Ошибка твоя заключается в том, что ты думаешь одно, а говоришь другое. — Откуда вы знаете, что я говорю не то, что думаю? Никому из людей я не стану рассказывать, что у меня внутри. — Вот видишь, ты вспылила, твой инстинкт — замыкаться! А это значит, что ты не говоришь того, о чем думаешь. Дженна откинулась на спинку кресла и задумчиво посмотрела на небо. — Ладно, попробуем с другой стороны. Что для тебя любовь? Дженнифер недоуменно уставилась на своего психолога. Никогда они еще не затрагивали эту тему. Видимо, пришло время. «Странно, и почему в голову ничего не лезет, кроме родителей и Скотта?» — подумала девушка. Отгоняя все грустные мысли и все заоблачные мечты, она произнесла с железной уверенностью: — Я считаю, что любовь — это слабость. Не удивленная таким ответом, Элеонора спокойно задала следующий вопрос: — Почему ты так считаешь? — Из-за нее мы страдаем. — Да, но отсутствие любви губит нас. — Нас губит как раз то, что мы любим. — Расскажи мне, откуда ты это знаешь? — Те, кого мы любим, в итоге убивают нас. — Чем же? Уходя из наших жизней. Заботясь о ни, мы забываем о себе, теряя их, мы думаем только о них, тем самым уничтожаем себя. Мы переживаем, мы будто убиваем себя изнутри, терзаем себя воспоминаниями, каждая частичка нашей души, нашего сердца умирает вместе с ними. Все сказанное Дженной повисло в воздухе. В этот момент Элеонора не знала, что ответить этой девушке, точнее, маленькой девочке, которая рано повзрослела, которая много пережила, видела, которая сейчас так правильно рассуждала. Но одно было точно: она рассуждает однобоко, лишь о несчастной любви. — Да. — нарушила тишину мисс Пэрриш. — ты права, но можно вопрос? Ты всегда это ощущаешь? — Что? — Вот эти вот терзания? — Думаю, да, я постоянно думаю о родителях, которых я любила. — Это я понимаю. Любила и любишь, конечно. Но, ты уверена, в том, что ты сейчас чувствуешь любовь, а не горечь утраты любимых? Девушка явно не понимала, того, что произнесла сейчас мисс Перриш. — В каком смысле? — Ну ты думаешь, что всё всегда заканчивается утратой. А ты помнишь, что ты чувствовала, когда все еще было с тобой, окружало тебя, поглощало? — Да, конечно. Но это же было! — Да, и что ты чувствовала? Дженнифер закрыла глаза и представила: маму и папу в парке, улыбающихся ей на кухне, целующих перед сном, зубрящих вместе с ней алфавит, выводящих первые буквы, вспоминала Хоуп, поход вместе с ней в аквапарк, пикник, ту новогоднюю ночь. Вдруг в мыслях возник образ Скотта, потом Лидии. Вот они вместе на аттракционах, вот дома смеются, едят попкорн и смотрят фотки, Лидия, называющая ее своей подругой, несущаяся к ней на всех парах у школы. И Скотт… первая встреча. Влетевший в класс, лохматые волосы и блестящие глаза, бархатный бас, поющий веселую песенку, крепкие мышцы рук, держащих цепочку, нежное прикосновение к её ладони, мягкий и заботливый взгляд, лукавая и довольная улыбка. Дженна лежала в кресле с закрытыми глазами и все это представляла. Маленькая слезинка быстро скатилась по щеке, только тогда она произнесла одно слово: — Тепло. Элеонора улыбнулась. Она услышала, то что хотела. Она уже хотела сказать что-то, когда Дженнифер добавила: — И страх. — Страх? Почему? — Я никогда раньше не замечала такого. И вдруг остальные не чувствуют того же? — Это естественно. — Естественно? Ты же не замечаешь ничего вокруг! Ты думаешь только о том, кого любишь. А если это не взаимно? Ты и без него не можешь, и с ним! Ты не мертв, но и не жив. Ты призрак с бьющимся сердцем. — Да, но представь, что все хорошо! Что все так, как ты хочешь! всего на минутку! — Ежедневно перед сном я придумываю ту жизнь, которую хочу. И там минуткой не обойтись. — Ладно, а что ты представляешь? — Я думаю, что вы и так это знаете. — Да, ты права, но я же не могу представить это так как ты. — Я не могу вам сказать. — Всегда говори то, что чувствуешь и делай то, что думаешь. Молчание ломает судьбы. это Ф. Бегбегер. — Ну и что? Просто пойти и открыться? Вы серьезно. Вы бы так смогли? — Нет, но я твердо уверена, что всегда нужно признаваться в любви тому, кого любишь.