Ромашки для Принца

На следующий день Гук прождал на перекрёстке всё утро до звонка, но Пак так и не появился. Была возможность, что тот пошёл другой дорогой, и парень с надеждой отправился в школу, знатно опоздав. Но и в школе он не нашёл рыжего хёна. Чон уже начинал волноваться, может, Чим вообще потерялся вчера в городе, и такое могло случиться, никто бы не удивился. Тем более после таких событий парень вообще не выглядел адекватно мыслящим, даже больше, чем обычно. Чонгук пошёл узнавать у учителей, может они знают, почему его нет. «Хотя чего тут удивительного, и так ясно, что это из-за меня, идиота несдержанного». Но в учительской парень узнал, что Пак просто заболел. С сердца как камень упал, но через пару секунд вернулся обратно на своё место, «ЭТО ЖЕ ТОЖЕ ИЗ-ЗА МЕНЯ», Гук промычал что-то невнятное и поплёлся обратно в класс. В школе Пака не было неделю. Чон каждый день ждал на их месте до последнего, и каждый день получал выговоры за опоздания, успеваемость его тоже медленно падала вниз. Все мысли парня занимало беспокойство за хёна. Когда Чон утром увидел впереди такие знакомые рыжие волосы, он не смог сдержать радости и, позабыв, что у них вроде как проблемы в отношениях, побежал на встречу, чуть ли не распахнув руки для объятий. Пак шёл, опустив голову, но когда услышал приближающийся топот и поднял свой взгляд, его лицо побледнело. Он сжал ремешок сумки и, резко развернувшись, потопал через дорогу в сторону школы. Удача в этот момент была явно не на стороне Гука, ибо он упёрся в красный свет светофора и лишь наблюдал, как быстро удаляется невысокая фигура парня. В школе Чимин избегал его, он ловко находил пути отступления и с лёгкостью прятался в толпе учеников, не давая и шанса Чону на какие-либо действия. Прошлая аура высокомерия Принца сменилась на испуганного мышонка, петляющего по коридорам. Остальные ученики давно начинали подозревать, что между этими двумя происходят какая-то химия. Кто-то над этим умилялся, кто-то смеялся, а кто-то и вовсе злился, Чон был довольно таки достойной партией для любой девушки, и не только девушки… В общем, равнодушных не осталось к этой парочке, и все с интересом наблюдали за этими играми в «кошки – мышки» на переменах, а вот Чону это начинало надоедать. После окончания всех занятий он уже почти догнал хёна, но тут ему дорогу пригородил учитель. - Ты хоть помнишь о своём наказании за опоздания, оболтус? – Чон поморщился, «Ну вот только не сейчас, прошу». Но учитель чуть ли не за шкирку потащил его к кладовой, - Пока не отмоешь весь этаж, домой не уйдёшь, - и оставил Гука наедине с ведром и шваброй. «Надо закончить, пока у Чимы идут дополнительные, а то опять сбежит же». Чон уже начал, когда в конце коридора показалась группа учеников, тех самых, которые постоянно пакостят. Они проходили мимо, хихикая и тыча в парня пальцами, Гук делал вид, что не замечает их насмешек. Один толкнул ведро, разлив воду на пол коридора, - Как мило, Принц – неудачник и Король – уборщик нашли друг друга, аха-ха-ха, - Чон с силой сжал швабру в руках и стиснул зубы. Как же хотелось врезать в это надменное лицо, но ещё один выговор сейчас будет очень не к месту. Компания, смеясь, удалилась из поля зрения, «Хорошо хоть Пак этого не слышал, расстроился бы ещё сильнее», Чонгук вздохнул, работы прибавилось вдвойне благодаря некоторым личностям. Прозвенел последний звонок, а парень всё возился с этим коридором, «Придётся завтра отлавливать Пака, эх», Чон уныло глянул в окно на уходящих студентов. На глаза тут же попалась рыжая шевелюра, как будто действовал сенсор в голове на него. Но тут Чонгук увидел, что его хён идёт в окружении тех уродов, а дылда, с лопатами вместо ног, задевающий всё на пути, по-свойски закинул руку на плечи Пака. Чон завёлся с пол оборота, бросив швабру и побежав к выходу из школы. На пути встал тот самый учитель, но Гук не церемонясь оттолкнул его с дороги. - Эй, это что ещё такое?! А НУ БЫСТРО ВЕРНУЛСЯ!! – но Гук не обращал внимания, сердце в груди колотилось так бешено, вот-вот выпрыгнет. Его охватила паника, злость и страх за Чимина. Он же острый на язык, но совсем не умеет драться, точно нарвётся и отхватит люлей. Чонгук бежал в ту сторону, куда они повели Пака, но их уже и след простыл. Минут десять он крутился в этих дворах, «Надо бы уже разобраться в этой местности», пока не услышал знакомый голос. - Если вы пытаетесь меня запугать, то расстрою вас, я не боюсь низших слоёв общества, - «Молодец конечно, но тебе конец», одобрительно, но в то же время укоризненно подумал Чон. - Смотрите-ка, Принц разговаривает с нами, - Чон нашёл, откуда исходили голоса, это был старый забор, выше парня примерно на три головы. Он судорожно начал искать пути преодоления преграды, - Такой смелый, а где же твой любовничек-защитник? Хотя ходят слухи, что ваша парочка поссорилась, - он ухмыльнулся, - Чем вы там любите заниматься вдвоём, может, продемонстрируешь нам? - он схватил Чимина за волосы и силой откинул его голову назад, но тот не растерялся и плюнул прямо в лицо обидчику, - Ах ты мелкая шваль! – послышалось несколько ударов и звук падающего тела. У Чона потемнело в глазах от злости, и он сам не понимая как, перемахнул через забор, не очень удачно приземлившись прямо на пятую точку, но песочница, куда он упал, сгладила удар. Все взгляды устремились на него. «Мда, не очень эффектное появление». Чонгук узнал ту самую старую детскую площадку, где они были с Паком неделю назад. Вот так совпадение. - А вот и твой незадачливый спаситель, Принцесска, - «Какой же у него мерзкий голос», Чон встал под насмешками этой компании и, отряхнувшись от песка, медленно, с горящими злостью глазами пошёл на них. Пак лежал у их ног, свернувшись калачиком, как побитый щеночек. В принципе почему «как», его и правда приложили пару раз кулаком в живот. Чим снизу посмотрел на своего тонсена, он ещё никогда не видел Гука таким злым, а его аура излучала такую опасность, что Чиме самому стало не по себе. - Как ты сам сказал, это моя Принцесса и я не позволю таким уродам как вы больше прикасаться и доставать его, - Чон угрожающе похрустел костяшками кулаков. При этих словах на щеках Чимина появился румянец, а в глазах негодование. - Ты один против нас пятерых? - он поставил ногу на спину Пака, показывая своё превосходство. Чон не выдержал такого отношения к своему хёну, - Он – мой! – чётко произнёс Гук и вырубил одним ударом парня стоящего ближе всего к нему. Завязалась драка, но уже трое на одного. Очень не разумно было нападать всем скопом, Чон уклонился от удара и раз - один из этих остолопов ударил своего. «Мда, умом они не отличаются», но пару ударов и Гук отхватил. Чимин не мог просто лежать и смотреть на это, - Я НЕ ПРИНЦЕССА! – он вцепился в штанину, стоящей на нём ноги, и опрокинул парня на землю. Драться он не умел, но царапался и кусался знатно. Мудила на секунду опешил, оказавшись так быстро на земле. И Чимин, не теряя боевого духа, со всей силы влетел лежащему локтем в живот. Но мудак попался крепкий и за волосы отпихнул от себя Пака, он уже занёс кулак для удара, как в него вцепился Чон, получающий тычки в спину от последнего стоячего на ногах шестёрки. Задира всё ещё держал одной рукой Чиму за волосы, так, что почти вырывал их. У Пака в глазах стояли слёзы, но скорее не от боли, а от вида потрёпанного Чонгука. Одежда его была вся подрана, костяшки на руках стёрлись и кровоточили, так же на лице красовался синяк под глазом и кровь на губах, и это ещё не все травмы, а только те, что видно. Про остальное Чим и думать боялся, тем более, судя как его в данный момент метелят по спине. - Я же сказал, он – МОЙ! – Чон вывернул руку главного мудака так, что она хрустнула, и, не оборачиваясь, ударил ногой в живот парня сзади, что тот отлетел метра на два. Задира заорал от боли и отпустил Чимина, вцепившись в, явно сломанную, руку. Чонгук навалился на него сверху, покрывая лицо парня ударами, забывшись от злости. Но тот уцелевшей рукой нащупал камень, лежащий рядом, и со всей силой стукнул им Гука по голове. У Чона потемнело в глазах, и он, подобно замедленной съёмке, видит, как Чимин в слезах ползёт к нему. Слышит, как хён срывающимся голосом выкрикивает его имя. Затем он вгрызается зубами в руку их общей жертвы, когда тот повторно замахнулся, и камень из его руки падает ему же на лицо. Чонгук даже не почувствовал, как упал на бок, закрывая глаза. «Ах, милый хён, выплюнь ты эту каку», и сознание его погрузилось в небытие.