What are the chances?

Бокуто тяжело дышал, напряжение заполонило воздух, пока он стремительно двигался по льду; двое противников догоняли. Он контролировал шайбу и как раз собрался подать её Льву, как был зажат между бортом и Аоне, одним из хоккеистов другой команды, который вдавил локтем ему прямо в живот. Бокуто хрюкнул и скрючился, его ноги прямо-таки выскользнули из-под него, когда арбитр просвистел, объявляя о пенальти. Он рыкнул и вздрогнул, плюхаясь прямо на задницу. Куроо подкатил к нему поближе и помог подняться на ноги. — Ты в порядке? — спросил он, смотря на него сквозь свою маску. — Это был подлый удар. — Всё нормально, — ухмыльнулся Бокуто. — У нас есть игра, которую нужно выиграть. Куроо кивнул и начал слегка подталкивать Бокуто так, что они катились в сторону боковой линии. Их тренер попросил тайм-аут. — Бокуто, можешь играть? — спросил он, пытаясь найти намёки на сильные травмы, смотря на лицо Бокуто. — Даже больше. Я уверен, что мы выиграем, тренер! — прокричал он, и остальные члены команды вдруг стали такими же воодушевленными, как и он, подпитываясь его уверенностью. Его тренер кивнул и послал их обратно, доверяя интуиции Бокуто, что они смогут победить. Не было причин не доверять, ведь он был их лучшим игроком. Бокуто передвинулся к центру катка, уставившись взглядом в Ушиджиму сквозь маску. Он широко ухмыльнулся своему противнику, чьё выражение лица всё ещё напоминало камень, чувствуя, как волна уверенности проносится по его венам, перемешиваясь с адреналином. У них было достаточно времени для ещё одного розыгрыша, так что всё должно было пройти идеально. Главный судья подкатил к точке вбрасывания и скинул шайбу между ними. Бокуто и Ушиджима долго за неё бились, и у Бокуто всё-таки получилось вновь взять над ней контроль. Он двинулся вперёд, хорошо удерживая шайбу своей клюшкой, и передал Куроо, когда Терушима, один из сокомандников Ушиджимы, оказался слишком близко. Они были в зоне атаки, и Куроо ударил ровно тогда, когда прозвенел гудок. Вратарь попытался остановить шайбу, но она проскользнула мимо него прямо в сетку. Бокуто тяжело дышал, его грудь высоко поднималась с каждым вздохом, но он широко ухмыльнулся, слыша гудок, обозначающий забитый гол. Крики толпы и неразборчивые голоса дикторов подтвердили то, что он уже знал. Они одержали победу. Он вскинул руку вверх с очень громким криком ликования. Через пару секунд Куроо подъехал к нему и крепко похлопал по плечу. — Мужик, я уже подумал, что придется посадить тебя на скамейку запасных, — проорал его друг, пытаясь перекричать гул толпы. Бокуто засмеялся. — Понадобится, что-то большее, нежели это, чтобы вывести меня из игры, — хвастался он. — Если собираешься выпендриваться, остерегайся получить пинок под зад, — глумился Тсукишима, закатывая глаза. — Ты чуть не отдал им нашу победу. — Эй, да ладно тебе, Тсукки~. Мы же всё-таки выиграли, — ухмыльнулся Куроо и подъехал к нему, слегка подталкивая его плечом. Тсукишима чуть-чуть нахмурился. — Не называй меня так. — Да, Тсукки, взбодрись~. — заулыбался Бокуто, хлопая их защитника по спине, что сделало его ещё более ворчливым. — Как тебе только удалось так больно ударить через всю эту экипировку? — пробурчал Тсукишима. — Точно: сила есть, ума не надо. — Ты злишься, потому что сам костлявый, — хихикнул Бокуто. — Парни, прекратите подшучивать над ним, — произнёс Яку, их голкипер, снимая свой шлем и пропуская руку в перчатке через свои короткие волосы. — Ладно, Яку-сан, — вздохнул Куроо. — Мы просто развлекаемся. Яку закатил глаза. — Вам просто нравится смотреть на то, как далеко вы можете зайти, при этом получая ответную реакцию. — Виноват, — Куроо захохотал и присел на скамью, стоило им только сойти со льда. -- Выходя из здания, Бокуто отстранённо вздохнул. Он не видел Акаааши с тех пор, как тот угостил его барбекю. Кроме того, Акааши ему ещё и не звонил. Он подумал, что, может, испугал его тем, что взял его за руку, но сразу же откинул эту идею. Вроде бы, Акааши это понравилось, и он даже держал его за руку большую часть пути обратно к его дому. Но всё же, прошла неделя, и всё, что Акааши говорил в своих сообщениях, это, что он занят с Хинатой, и что у него скоро соревнование, к которому надо готовиться. — Хей, Бо, что тебя тревожит? Редко можно увидеть тебя таким затихшим после победы, — Куроо чуть подтолкнул его локтем. — Я в норме, — промямлил Бокуто, надувшись. — Не скатывайся в одно из своих состояний. Это отвратительно, — сказал Тсукишима с другой стороны. — Похоже, в совином гнездышке проблемы, — заулыбался Куроо. — Так это… из-за отношений? Не думал, что ты с кем-то встречаешься сейчас, Бокуто, — сказал Яку, подняв брови в удивлении. — Нет, или да. Я даже не знаю, кто он тебе, Бо, — Куроо обхватил Бокуто за плечи. — Я не знаю. Просто, я думал, что всё идёт хорошо. Но Акааши не хочет видеться со мной уже на протяжении недели. Что если я надоел ему? — жаловался Бокуто, всё сильнее расстраиваясь. — Акааши? Ты имеешь в виду Акааши Кейджи? — удивленно спросил Тсукишима. — Ага, ты знаешь его? — в ответ спросил Куроо. Бокуто поднял на него взгляд. — Ага, в какой-то степени, — Тсукишима слегка потряс рукой перед своим лицом. — Он же фигурист, да? Он довольно известный, но вы, скорее всего, не знаете, так как всё, что вас интересует, это хоккей. — Какой Акааши? Я тоже никогда о нём не слышал, — сказал Лев, подходя поближе к Яку. — Он знаменит? — спросил Бокуто, его глаза расширились. — Ага, относительно, — ответил Тсуккишима. — Он один из лучших фигуристов в префектуре. Он начал появляться в журналах и, причём, где-то с двенадцати лет. — Я помню этого парня, — сказал Яку, кивая в согласие. — В старшей школе, девчонки часто говорили о нём и об Ойкаве Тоору. Благодаря имении Ойкавы, Бокуто понял, что это был тот же Акааши Кейджи, о котором он сам говорил. — Подождите, то есть вы, ребята, знаете, кто мой Акааши? Как бы, вы знаете, насколько он прекрасен? Яку засмеялся и слегка улыбнулся. — Да, мы знаем, кто он такой, и да, он симпатичный, — Лев, казалось, чуть фыркнул, когда Яку это произнёс, но сам никак не прокомментировал. — Почему вы ничего не говорили? Вы прятали самого красивого человека на Земле! — жаловался Бокуто, переходя почти на крик, несмотря на то, что уже были почти сумерки. — Мы не могли подумать, что ты, из всех людей, будешь заинтересован в чём-то кроме хоккея, — ухмылялся Тсукишима. — Ты не можешь нас в этом винить. — Это правда, Бо, — засмеялся Куроо над обиженным лицом Бокуто. — Может, тебе стоит просто ему позвонить, — предложил Яку. — Ты ведь ему не чужой. Вы же уже ходили куда-нибудь вместе, так? Он кивнул на его предложение. — Точно, я позвоню ему сегодня. — Может, он перестанет наконец вести себя как девочка-подросток, если поговорит с Акааши, — сказал Тсукишима с дерзкой ухмылочкой. — Я не веду себя как девочка-подросток! — завизжал Бокуто, глядя на Куроо и Яку в поиске поддержки. Но они оба избегали зрительного контакта с ним и прятали смешки за ладонями. — Нет! — Да, — саркастично подметил Тсукишима. -- Шоё сидел на краешке ванны, пока Акааши сушил его волосы после купания. Мальчишка в это время пел песенку про фен, которую сам и придумал, а Акааши чуть улыбался, передвигая фен вокруг его головы в такт его песни. — Суши, суши, пушистые волосы! — пел Шоё опять и опять. Кейджи слегка хихикал над тем, как волосы его племянника постепенно становились сухими, а песенка медленно затихала. Шоё зевнул, когда его дядя выключил фен. Акааши помог ему надеть футболку от пижамы, так как его волосы теперь уже были сухими, а мальчишка с рыжими волосами медленно моргнул, протирая глаза своими маленькими ручками. — Готов ложиться спать? — спросил он, получая в ответ уставший кивок, и его племянник протянул к нему руки. Акааши поднял Шоё и отнёс его в свою спальню, положил его на свою кровать и подоткнул одеяло. — Споки… Кейджи-оджичан, — Шоё зевнул и повернулся на подушке, утыкаясь в неё носом. — Спокойной ночи, Шоё, — произнёс Акааши, улыбаясь. Он поднялся и тихо покинул комнату, выключая свет, но при этом оставив дверь слегка открытой, так что небольшой кусочек света всё же проникал в комнату. Кейджи прошёл в гостиную и устало зевнул, присаживаясь на диван. В течение всего дня он бегал почти без остановки. Шоё был с ним почти всё время с той ночи, когда он последний раз видел Бокуто, потому что Сузуме всю неделю работала по ночам. Более того, он усердно готовился к соревнованиям, пока Шоё был в детском саду. Вообще, обычно у него было больше времени, и он не был таким уставшим после тренировок, кардио и йоги, которую он делал каждый день. Но вместе с Шоё, он начинал думать, что вся эта его усталость негативно отразится на его выступлении. У него даже не было времени на что-то большее, чем посылать Бокуто сообщения, да и то они были слишком короткими. И вот когда его мысли переместились на этого парня, Акааши поднял руку и уставился на неё. Он фыркнул, смотря на пустующее пространство между пальцами, и немного мечтал о том, чтобы там была рука Бокуто, чтобы заполнить эту пустоту. Он хотел, чтобы Бокуто был рядом, по другую сторону дивана. Он тряхнул головой, в надежде очистить её от мыслей, и поднялся. Кейджи пришёл на кухню, налил себе стакан воды и выпил её. Поставив стакан на стол, он чувствовал, как сильно сердце бьётся в его груди. Акааши снова уставился на свои руки, пытаясь воспроизвести Бокуто в своём воображении. Вдруг телефон в его кармане завибрировал, но он уставился в пол. Когда он понял, что вибрация всё не останавливается, то сглотнул и всё-таки его достал. Он увидел имя Бокуто на экране, и его руки затряслись так сильно, что он чуть этот мобильный не выронил. Акааши нажал на кнопку вызова и почувствовал, как уголки его губ сразу поднимаются вверх. — Привет, Бокуто-сан, — сказал он. Акааши готов был поклясться, что почти слышал, как Бокуто улыбается. — Акааши~ Как ты? — спросил он, его тёплый голос заставил Кейджи расслабиться. — Нормально, Бокуто-сан… просто устал, — вздохнул он. — Тебе стоит сделать перерыв, — сказал Бокуто. Акааши мягко улыбнулся на волнение парня. — Я не могу. У меня соревнования скоро, так что я должен — — Ты закончишь тем, что перенапряжешь своё тело, Акааши. Ты определенно должен отдохнуть хотя бы один день, — в его голосе звучало чистое, неподдельное беспокойство, что заставило сердце Акааши пропустить удар. Он опустился на пол, облокачиваясь спиной на шкафчик. — Что мне стоит сделать тогда, Бокуто-сан? — спросил Акааши, тепло улыбаясь. — Мне всё ещё нужно отвести Шоё в садик утром. — Встретимся около катка. Можно посмотреть фильм или ещё что-нибудь у меня дома, — произнёс Бокуто, его голос начал звучать взволновано. — Звучит неплохо. Мне нравится, — Акааши вздохнул, чувствуя, как покраснел. Он даже не замечал, как сильно скучал по нему, пока не услышал его голос. — Я отведу Шоё в девять. — Тогда я буду в девять тридцать на месте, — хихикнул Бокуто, и Акааши кивнул, несмотря на то, что понимал, что тот не мог его видеть. Он зевнул, и Акааши не мог сдержать легкий смешок. — Кажется, у тебя сегодня тоже был тяжелый день, — сказал он, борясь со своей собственной зевотой. — Да. У нас сегодня была игра, и я был немного избит их нападающим, — гордо сказал Бокуто. — Не переживай, мы всё равно надрали им задницы. — Ты в порядке? — спросил Акааши, сразу же просыпаясь. Одна только мысль о том, что Бокуто был ранен, пугала его до смерти и заставляла сердцебиение остановиться. — Ты ведь не ранен, так? — Не, не. Нужно что-то большее, чем локоть в живот, чтобы навредить мне, — Бокуто тихо хихикнул, и Акааши издал слегка раздраженный вдох. — Это хорошо, на секунду я заволновался, — сказал он, успокаиваясь. — Поздравляю с победой. В этот момент Акааши понял, как сильно он волновался о Бокуто, и сглотнул. Он слишком глубоко погряз в этом. — Спасибо, тебе стоит как-нибудь прийти посмотреть на нас, — беззаботно сказал Бокуто. — Может, я приду на вашу следующую игру, — ответил он. — Правда? — восторженно спросил Бокуто. — Правда, — Акааши хихикнул, а потом зевнул. — Прости, Бокуто-сан… Мне нужно идти спать. — Окей, увидимся завтра тогда, — сказал он. — Спокойной ночи, Акааши. — Спокойной ночи. Акааши тихо вздохнул, неохотно завершая разговор. На мгновение он уставился на свой телефон, теребя подвеску-филина, а потом нежно ему улыбнулся. Он повернул её в своих пальцах и увидел в фигурке Бокуто, смотрящего на него с широко раскрытыми глазами. Он поднял её и мягко чмокнул, шепча «Спокойной ночи, Котаро». — Что ты делаешь? — спросил Кенма, входя на кухню с кружкой в руках. Акааши резко покраснел и поспешил засунуть телефон обратно в карман. — Ничего… просто… — он чувствовал, как покраснел ещё сильнее. — Ты разговаривал с Бокуто-саном только что? — губы Кенмы расплылись в улыбке. — Ах… Да, — промямлил Акааши, поднимаясь с пола. — Он позвонил мне. Я собираюсь завтра посмотреть с ним фильм. — Развлекись там, — мягко сказал Кенма, делая себе ещё одну кружку чая. — Спасибо, — Акааши вздохнул и сохранял молчание некоторое время. — Я думаю, что он мне не безразличен, — аккуратно говорил он, чувствуя ускоряющееся сердцебиение. — Сильнее, чем я думал. — Не может быть. Я бы ни за что не догадался, — саркастично ответил ему Кенма. — Я серьёзно, — фыркнул Акааши. Кенма просто вздохнул и тряхнул головой. Его волосы были затянуты в небольшой хвостик, что означало, что он работал. — Я знаю. Это очевидно. — Ох… — он уставился в пол. — Думаешь, он знает? — Без понятия, — сказал Кенма, добавляя сахар себе в чай и медленно помешивая. — Я видел его только один раз, и то он тогда спал. — Помог, — пробурчал Акааши, на что Кенма просто пожал плечами.