What are the chances?

Первая встреча-омиай состоялась двумя днями позднее и проходила в номере отеля. Он собирался встретиться с Шимизу Киоко, с которой виделся как-то несколько лет назад, и на самом деле даже хорошо сошелся. Она была элегантной девушкой, и не было никаких причин, чтобы она не нравилась. К сожалению, эта встреча была не только с ней, но ещё и с её и его родителями. Акааши переслал всю информацию своим друзьям, включая номер комнаты, в которой он будет, время и дату, и теперь мог только представлять, какая идея придёт им в голову. Он сам с трудом мог придумать что-либо, чем он мог бы испортить встречу. В утро перед омиаем, стоя в ванной, он чувствовал, как сильно бьётся его сердце в груди. Он включил горячую воду в душе и наблюдал за тем, как пар заполняет комнату в то время, как он выбрался из пижамы и зашел под обжигающий душ. Он вздохнул, уставившись в потолок и ощущая, как горячая вода снимала напряжение с его мышц. Он не спешил, медленно отмывая своё тело и голову. В конце концов его мозг вдруг переключился с неприятных мыслей на Бокуто. Он скучал по нему. Он хотел его увидеть. Кейджи чуть сглотнул, его руки поглаживали его мокрое тело, в воспоминаниях возникали грубые руки Бокуто. Он опустил взгляд вниз, на разбросанные по его бедрам засосы, и медленно сглотнул. Акааши фыркнул сам на себя из-за своего стояка, что появился при мысли о том, откуда эти синяки взялись, и почувствовал себя так, как будто он снова какой-то глупый возбужденный подросток. «Нет смысла убиваться по этому поводу теперь…» — подумал он и обхватил рукой свой твердеющий член, медленно надрачивая и облокачиваясь на стенку.  — Хах… Бокуто-сан… — выдохнул он тихо. Он думал о его руках, о его губах, о его члене. Акааши мягко простонал, сжимая свой член и думая о горячем дыхании Котаро, о его зубах. Ему хотелось, чтобы он оставил на нём гораздо больше засосов. Он провёл большим пальцем по головке, прошипел и застонал, двигая бедрами навстречу руке и повторяя имя Бокуто снова и снова, пока не кончил. Акааши нахмурился, чувствуя себя виноватым, смотря на руку, покрытую спермой, и ещё раз помылся. Выключив воду, Кейджи вышел из душа и схватил полотенце. Он вытерся, покинул ванну и вернулся в свою комнату. Он посмотрел на себя в зеркало во всю длину и улыбнулся, заметив засосы, разбросанные по его плечам, груди и спине. Они были подарками от Бокуто, и он аккуратно провел пальцами по одному из них, под ключицей. Он почувствовал, как волна уверенности обрушилась на него, он всё сможет. -- Акааши схватил свою спортивную сумку по пути на выход из квартиры. Он решил покататься час или около того перед тем, как отправиться в отель, учитывая, что всё равно вскоре он должен был быть там. Он понял, что появиться прямо с катка будет не самым лучшим способом завоевать чьё-то сердце, особенно, когда он должен был быть на этой самой встрече, вместо катания. Он улыбнулся себе, думая о том, что даже если его друзья не смогут найти выход, то он сможет сделать это своими руками. Акааши вошел в здание катка и взглянул на телефон, заворачивая за угол и в буквальном смысле врезаясь в Куроо. Что ж, если быть точнее, Куроо врезался в него. Они оба упали на пол, а Куроо плюхнулся ему между ног. Простонав, приподнимая своё тело, Куроо улыбнулся и неловко засмеялся.  — Прости, Акааши. Хей, разве вся эта фигня с женитьбой не в другой стороне? — спросил он, моргнув.  — Да… Я, эм, решил немного покататься для нач— Погоди, а откуда ты знаешь об этом? — спросил Акааши. — Тебя не было с нами, когда мы это обсуждали.  — Да, ну, Бокуто — мой лучший друг. Мы всё друг другу рассказываем, — ухмыльнулся он. — И я имею в виду всё, — он приподнял бровь, намекая, но Акааши всё также просто смотрел на него. Когда Куроо не получил желаемой реакции, то надулся. — Чувак, как вы вообще с Бо сошлись? Ты такой весь серьёзный, а он больше напоминает огромного щенка. Акааши повёл плечами.  — Мы разные, это да, — он улыбнулся своим словам. — Но это то, что мне в нём нравится. Куроо фыркнул, поднимаясь и протягивая руку Акааши.  — Что ж, он рассказывает о тебе так, словно ты какой-то сексуальный бог льда. О том, какой ты зачастую холодный и спокойный, но ему нравится, когда ты оступаешься и показываешь свои реальные чувства. От этих слов Акааши покраснел, принимая руку Куроо, и встал, отряхивая теперь штаны.  — Я никогда не думал, что выгляжу спокойным… Я всегда словно на краю, когда я с ним, — Куроо тихо засмеялся, когда Акааши закинул свою сумку себе на плечо.  — Ты хорошо это скрываешь, — ухмыльнулся он. — Что ж, наслаждайся тренировкой. Мне нужно помочь котенку с планом вечеринки или что-то такое, — он помахал ему рукой и ушел, а Акааши только и успел моргнуть. Он был сбит с толку подбором слов, но решил несильно заморачиваться об этом. -- В первый раз с тех пор, как его отец начал ему названивать, с прошлой недели, выход на лёд его мгновенно успокоил. Сегодня у него не было музыки, и он просто бесцельно катался пару минут, чувствуя, как от холода мурашки ползут по всему позвоночнику. Было приятно, он чувствовал себя как дома. Он перекрестил ноги, чтобы набрать скорость, и ощутил, как знакомая улыбка расползается на его лице. Акааши чувствовал, что его тело двигается само по себе. Он оттолкнулся, выполняя двойной аксель, а потом подпрыгнул, исполняя тройной тулуп. Приземлившись на внешний край, он двигался по спирали. Он вырисовывал на льду идеальные круги, поворачиваясь на внешнюю сторону его коньков, а затем начал двигаться вперёд — его коньки двигались как змеи. Он повернулся, двигаясь уже быстрее и исполняя вращение. Мир вокруг него размылся, и он закрыл глаза, увеличивая обороты. Он резко открыл глаза и остановился, выдыхая и разгоняясь перед тем, как выполнить каскад. Он приземлился с дрожью в ногах и упал, но сразу же поднялся и попытался сделать это ещё раз. Акааши чувствовал, как скачет адреналин в его теле, и разогнался на всю длину катка, затем подпрыгнул для нового каскада, приземляясь и наклоняясь вперёд, чтобы продолжать двигаться. В конце концов он остановился, тяжело дыша, сошел с льда и направился к скамейке. Он рухнул на неё, сделал большой глоток спортивного напитка, что он купил по дороге сюда, и начал снимать коньки. Пот стекал по его шее, заставляя его чуть вздрогнуть. Акааши не катался для собственного удовольствия уже очень долгое время, поэтому сейчас, чувствуя, как быстро бьется его сердце, скучал по этой свободе. Однако эта мысль казалось противоречивой, учитывая, что ему уже нужно было идти. Он натянул кроссовки, затем куртку, поднялся, хватая свою сумку, и направился на выход. Он маленькими глотками допил свой спортивный напиток и купил себе ещё один на входе в отель. Отель был роскошным — сейчас таких было не очень много. Внутри находилось много мужчин и женщин в деловых костюмах и элегантных платьях, разгуливающих по холлам, отдыхающих на диванах и ведущих небольшие диалоги, скорее всего, в ожидании какого-нибудь собрания. Войдя внутрь, он взглянул вверх и увидел висящую на потолке хрустальную люстру. Он жил в подобных местах, когда путешествовал во время соревнований, поэтому это место его не сильно шокировало, и он просто поднялся по лестнице, прошёл по коридору и оказался перед нужным номером. Он тихо постучался в дверь перед тем, как войти внутрь. Все в комнате обернулись на него, и он мгновенно отметил, что был до нелепого неправильно одет. Он с трудом сдерживал улыбку, что так и вылезала наружу.  — Ты опоздал, — сказал его отец и бросил на него свирепый взгляд.  — Простите, я тренировался для соревнований и совсем не заметил, который час, — уверенно соврал он. Пройдя дальше, в ответ он только получил устрашающий взгляд от родителей и абсолютно спокойное выражение лица от Шимизу. Она испытывала явно не больше радости от нахождения здесь, чем он, чему Акааши втайне был только рад. Он наконец прошёл в комнату, к своему месту, с шумом кинул на пол сумку и сел рядом со своими родителями. Его мать волновалась из-за его внешнего вида и фыркнула, жалуясь на то, что он мог одеться поприличнее, и что он был весь потный. Его отец ничего не сказал и фыркнул, в чертах его лица можно было заметить недовольство. Акааши открыл свою бутылку, сделав большой глоток, и взглянув на Шимизу и её родителей. Её родители явно были смущены его неряшливым внешним видом. Её мать шептала на ухо её отцу, и Акааши удалось услышать: «Он кажется более настоящим вживую». Акааши кинул взгляд на Шимизу, и она дёрнула бровью, выражая немое подтверждение, что она понимает, что всё это было специально. Он готов был поклясться, что мог заметить небольшую улыбку на её лице, но она сразу кашлянула и извинилась, с легкостью спрятав её.  — Так, — голос его отца нарушил тишину. — Давайте разберёмся с этим по-быстрому, хорошо? Прошу прощения, что наш сын отнял у вас столько времени. Акааши слегка склонил голову и потянулся к телефону, чтобы проверить, пытались ли его друзья связаться с ним, — вдруг раздался стук в дверь. Лицо его отца стало красным, и он повернулся к двери.  — Что такое? — рявкнул он.  — Обслуживание номеров, — сказал низкий голос, который Акааши не узнал. — Для Мисс Шимизу Киёко-сан. Все посмотрели на Шимизу, которая лишь улыбнулась.  — Я ничего не заказывала, — мягко сказала она, и её отец поднялся, чтобы открыть дверь. Как только он это сделал, в комнату вошёл большой накаченный парень с ярко выраженными скулами, одетый как сотрудник отеля, и вкатил тележку, накрытую скатертью. Когда он остановился около столика в середине комнаты, мать Акааши взвизгнула от того, что двое парней вылезли из этой тележки. Акааши узнал в них Куроо и Иваидзуми. Они тоже были одеты как сотрудники отеля, так что Акааши сразу же понял, что это всё дело рук его друзей. Парень с квадратной челюстью поднял серебряную крышку на тележке, и под ней оказалось маленькое радио. Он нажал на кнопку и начала играть какая-то реп песня. Куроо подошел к матери Акааши и начал танцевать как чёртов стриптизер, Иваидзуми делал тоже самое перед Шимизу, а третий парень перед её матерью. Акааши просто уставился на всё это с широко раскрытыми глазами, без понятия, что с этим всем делать. Один за одним, они сорвали с себя рубашки, пуговицы от который полетели во все стороны, заставляя всех краснеть пятиста оттенками красного. Никто из парней не выглядел плохо, все они были с мускулистыми руками и накаченным прессом, так что Акааши даже не был уверен, наслаждается ли Шимизу или нет. Однако он знал, что его мать точно нет. Она визжала и встала на стул, пытаясь избавиться от Куроо, что ухмылялся ей.  — Давай, красавица~ — протянул он. С другой стороны, мать Шимизу почти потеряла сознание, так что Шимизу усадила её на стул. Его отец вступился и начал выкрикивать оскорбления в сторону трёх парней, что прервали их встречу, а её отец выглядел так, будто чувствовал себя неполноценным. В конце концов, парней выставили из комнаты, и Акааши уставился в пустоту от шока. Женщины пытались перевести дыхание, так что всё это разрушило весь смысл их встречи. В итоге они решили закончить с этим, так как мать Шимизу так и не смогла успокоиться. Его отец уставился на него и сказал что-то вроде «не опаздывай в следующий раз», на что Акааши кивнул, хотя и понимал, что это было ложью. На выходе из отеля он столкнулся с Шимизу, которая вздохнула и посмотрела на него:  — Спасибо. Мне сейчас не до свадьбы, так что ты просто спас меня, — произнесла она достаточно тихо так, что её родители не могли её услышать.  — Не за что. На самом деле я встречаюсь кое с кем, но родители не хотят отвязаться, независимо от того, что я им говорю, — ответил он, на что получил легкий кивок.  — Кстати, хорошая работа с обслуживанием номеров, — сказала она, еле сдерживая улыбку.  — Это… Организовали мои друзья. Но я передам им, — кивнул Акааши и попрощался, направляясь к квартире Ойкавы, где без сомнения была куча народа, ожидающая его появления. Как только он был достаточно далеко от отеля, то достал телефон и позвонил Ойкаве. Раздался всего один гудок, как Ойкава ответил.  — Как тебе представление, Кейджи-чан? — проворковал самодовольный голос Ойкавы, и Акааши не мог прекратить смеяться, стоило ему только напомнить об этом. Оно было исполнено без сучка без задоринки, Акааши даже с трудом дышал.  — Я так вас ненавижу, но я куплю нам выпить, потому что я так горжусь вами, мои глупые друзья. Кто что хочет? — сказал Акааши, когда смог успокоиться. Он слышал различные голоса в трубке, и даже заметил голос Бокуто.  — Все сказали «пиво», — ответил Ойкава. — Кстати, всегда пожалуйста. Это была идея Суги.  — Понял, — он улыбнулся. — Увидимся. Он повесил трубку и зашел в продуктовый, чтобы купить достаточно пива на всех, кто был во всем этом замешан. У него были самые лучшие друзья на планете. -- Когда он появился в квартире Ойкавы и впустил себя внутрь, то был удивлен, что только Кенма слышал, как он пришел, и помог ему нести пиво. С кухни доносились подбадривания и крики, отчего Акааши моргнул в замешательстве. Кенма вздохнул, выглядя разочарованным.  — Что здесь происходит? — спросил Акааши, отчего его друг нахмурился.  — Битва тестостерона, — объяснил Кенма, закатывая глаза. — Армрестлинг. Они пытаются выяснить, кто из них сильнее. Акааши вздохнул, следуя за Кенмой на кухню, где он увидел Сугу и Ойкаву, подстрекающих парней за столом. Иваидзуми и Бокуто сейчас были заняты тем, что выглядело как тяжелый поединок на руках. Оба парня вспотели, их мышцы подрагивали. Иваидзуми сдвинул брови, всё его лицо нахмурилось, когда Бокуто смотрел на него сверху вниз, сверкая уверенной улыбкой.  — Давай, Ива-чан! Надери его задницу! — подбадривал Ойкава, стоя позади него и прямо подпрыгивая на месте.  — Вперёд, Дайчи! — прощебетал Суга, наблюдая за тем, как парень с квадратной челюстью с встречи Акааши боролся с Куроо. Куроо и Дайчи оба имели одинаковое выражение готовности убить на их лицах.  — Что-то не так, Савамура? Уже устал? — протянул Куроо, в ответ получая только рык. Их руки дрожали, борясь друг с другом. Акааши смотрел на них какое-то время, но в итоге закатил глаза и повернулся обратно к стойке, доставая пиво, что он купил. Крики и рычание продолжались дальше, пока Акааши и Кенма расставляли алкоголь, когда вдруг раздался звук громкого «БАМ». Он оглянулся, видя радующегося Ойкаву, победно поднимающего руки. Казалось, он был сильнее рад победе, чем сам Иваидзуми.  — Иваидзуми одержал победу! Давай, Дайчи! — кричал Суга, а Ойкава пошел подбадривать Куроо. Акааши подошёл к столу, неся в руках пиво и поставив их перед Иваидзуми и Бокуто. Иваидзуми гордо ухмылялся, а Бокуто сидел, надувшись, смотря в пол с удрученным выражением лица. Акааши вздохнул, опустив руку на его плечо — его парень взглянул на него с несчастной мордашкой.  — Акааши, я не достаточно сильный! Я пойму, если ты уйдешь от меня к кому-то более сильному, — надулся Бокуто. На минуту Акааши даже не был уверен, говорит он это серьезно или нет из-за абсурдности ситуации. Однако быстро понял, что Бокуто не шутил, ведь тот выглядел так, словно действительно сейчас заплачет.  — Зачем мне уходить из-за этого? — аккуратно произнёс он. Он обвил Бокуто вокруг шеи и мягко поцеловал в лоб. — Кроме того, я думаю, что ты выиграешь, если лучше постараешься в следующий раз. Бокуто выпрямился и быстро кивнул.  — Правда? Ты так думаешь?  — Я знаю это, так как никто не может быть сильнее Бокуто-сана, для меня… — Акааши чуть улыбнулся, смотря на то, как расстроенное выражение полностью исчезло с его лица.  — Ты такой романтик, Акааши~ Бокуто улыбнулся ему. Акааши вздохнул и тряхнул головой, вспоминая слова Куроо. Он действительно выглядел как щенок. Разразился другой громкий удар руки об стол, и все обернулись, чтобы увидеть победно ухмыляющегося Дайчи и Сугу, целующего его в щеку с улыбкой, пока Куроо дулся.  — Бро, я проиграл, — сказал Куроо, взглянув на Бокуто с мрачным выражением лица. — Я не могу отомстить за тебя, бро.  — Бро, всё в порядке, — сказал Бокуто, положив руку на сердце. — Ты победитель для меня.  — Бро… — всхлипнул Куроо, выглядя невероятно тронутым этой сентиментальностью. Акааши просто закатил глаза, обмениваясь раздраженным взглядом вместе с Кенмой на другом конце комнаты.