What are the chances?

Акааши вышел из квартиры в костюме, который ему прислали его родители за день до этого, потому что теперь они были убеждены, что он не знает, как одеваться. В итоге: на нём был темно-серый костюм, свежая фиолетовая рубашка и тонкий черный галстук. По всей видимости, они также думали, что он не способен приехать вовремя, так как стоило ему выйти из дома, как родители уже ждали его около своей машины. Его отец также был одет в костюм, а мать в неплохое платье. Когда они его заметили, мать подошла к нему и затянула его галстук до такой степени, что он почти душил его. Отец обошел машину и сел внутрь, мать всё возмущалась его внешним видом. — Тебе понравится дочка Широфуку-сана. Она прелестна, — сказала она, её голос становился выше в течение разговора. — Я очень сомневаюсь в этом, мама. Я не заинтересован в женитьбе, — ответил Акааши, заметив, как взгляд матери перескочил на него так, что они встретились глазами. — Женитьба очень важна, — строго сказала она. — Я ожидаю, что ты воспримешь сегодняшнюю встречу серьезно. Широфуку-сан — хороший друг твоего отца, он исполнительный директор Издательства Фукуродани. Он очень важный человек, и он предлагает руку своей дочери, так что веди себя уважительно. — Да, мама, — мягко произнёс Акааши, оттягивая галстук по свободнее. Его мать фыркнула, но оставила всё как есть пока, и они сели в машину. Акааши сел на заднее сиденье, лицом к родителям и уставившись в окно. Путь к имению семьи Широфуку прошёл без разговоров, что было безопаснее для одного из его родителей, который мог дать отдохнуть своему горлу от постоянного крика. Всё это было удручающе, чувствовалось, словно его везли на казнь. Акааши засунул руку в карман и игрался с подвеской телефона, чувствуя, как мягкий румянец появлялся на его щеках, пока он наблюдал за меняющимся пейзажем в окне. Он ощущал края подвески; чувствовать все эти прорези и выемки было успокаивающе и расслабляюще. Ему не хотелось видеться с этой дочкой Широфуку, даже несмотря на то, что он не сомневался — она приятный человек. Он устал ходить на эти бессмысленные встречи с целью женитьбы, которое всё равно не произойдёт. О парочке из них он не был предупрежден, поэтому у него не было возможности облажаться настолько, насколько хотелось бы. В этот раз ему сказали заранее, и он смог отослать информацию об этом всем. Проблема была в том, что встреча происходила в доме Широфуку. Нет никаких шансов пробраться внутрь. Он не был уверен в том, как его друзья собираются испортить всё в этот раз. Он также понял, что причина, по которой они прекратили предупреждать его, это то, что они выяснили, что он стоял за всем этим, и не хотели, чтобы он разрушил всё опять. Когда машина проехала ворота и остановилась напротив имения, Акааши заволновался. Он не хотел быть здесь, но его тело двинулось и вытащило его из машины, следуя за родителями по лестнице к огромному дому. Его отец строго постучался в дверь. Кейджи начал чувствовать себя отвратительно, что-то в животе переворачивалось. Он не знал, что делать. Не помогло и то, когда мать повернулась к нему и опять затянула его галстук, а потом решила распрямить его одежду и волосы. Ему казалось, что он задыхается, словно эта одежда сжимала его, и это напряжение исходило от его родителей. Широфуку открыл дверь и душевно поприветствовал его отца. Акааши помнил, что видел его один или два раза в различных обстоятельствах. Пока он провожал их внутрь дома, они шутили о чём-то, в чём Акааши был слишком не заинтересован, чтобы пытаться вникнуть. Кейджи продолжил играться с подвеской, надеясь хоть немного успокоиться. Им показали кабинет в западном стиле, где его познакомили с его женой. Госпожа Широфуку была довольно приятно женщиной, она была элегантна и гостеприимна. Она убедилась, что он и его родители чувствовали себя комфортно, когда они присели, предлагая им чай и целый набор различных закусок, таких как торт, печенье и небольшие бутерброды. Акааши избегал еды, пока его нервы были на пределе, даже для того, чтобы думать о еде. Даже несмотря на то, что его родители уставились на него и говорили, что это неприлично отказываться. Господин Широфуку покинул комнату, чтобы привести свою дочь, оставляя его родителей и госпожу Широфуку немного поговорить. Акааши сделал глубокий вздох и достал телефон, вертя в пальцах подвеску в виде виргинского филина, и написал короткое сообщение Бокуто. Кому: Бокуто-сан 11:57AM Придешь увидеться со мной? Не понадобилось много времени, чтобы получить сообщение в ответ, и Акааши нежно улыбнулся сам себе. От кого: Бокуто-сан 11:58AM Ещё бы! У меня сегодня практика, так что буду где-то в 6! Акааши почувствовал, как загорелось его лицо, и вздохнул, чувствуя себя немного легче, снова отправив сообщение. Кому: Бокуто-сан 12:00AM Тогда увидимся Он засунул телефон обратно в карман и заметил, что родители уставились на него. — Что? — спросил он. — Сидеть в телефоне вот так — неприлично, — произнёс его отец, сужая глаза. — Прости, — пробормотал его, даже если не чувствовал сожаления. Он почти забыл, что был на встрече, и осознание того, что он всё ещё был здесь, было для него как удар в живот. Господин Широфуку вернулся с дочерью. — Это Юки, — представил он, и она чуть поклонилась им. Акааши кивнул в ответ, а она, заметив еду, плюхнулась рядом со своей матерью, начиная с удовольствием есть торт. — Это наш сын, Кейджи, — копируя движения её отца, сказал отец Акааши, и Кейджи неловко помахал рукой. Юки неясно кивнула в его сторону, слишком увлеченная едой, чтобы уделить ему немного внимания. Он в общем-то был даже этому рад. Вдруг его телефон зазвонил, и он стыдливо покраснел. Он достал мобильный и посмотрел на экран, замечая номер Суги. Если честно, он был благодарен этому звонку. — Мне нужно ответить, — сказал он, получая в ответ недовольный взгляд от его матери. Он нажал на кнопку принятия вызова. — Здравствуйте, тренер. Суга захихикал в трубку. — Акааши-кун, ты только что назвал меня тренером? — Да, — сказал он, удостоверившись, что он отошёл достаточно далеко так, что его родители не слышат разговор. — Как все проходит? — спросил Суга. — Я немного застрял, не знаю, как это выполнить, — сказал Акааши, скрытно выражаясь. — Я думаю, что мне понадобится запасной план, если я хочу впечатлить судей. — Как думаешь, ты сможешь продержаться ещё двадцать минут? Козуме-кун и Ойкава-кун работают над кое-чем, пока мы разговариваем, — сказал Суга и вздохнул. — Я собираюсь пойти и помочь им. Будь сильным, Акааши-кун. — Ага, буду, — произнёс он, кивая сам себе и вешая трубку. — Что может понадобиться твоему тренеру такого важного, чтобы прервать нашу встречу? — буркнул его отец. — У меня соревнование в конце этой недели. Я должен быть готовым, и все эти встречи тратят моё драгоценное время, которое я мог бы потратить на подготовку, — чуть фыркнув ответил Акааши. — Кейджи, сядь сейчас же, — резко сказала его мать. — Это твоё будущее. Он закатил глаза, подходя обратно к тому месту, где сидел. — Ага, моё будущее. Жаль, что я не имею право голоса в нём, — вежливо высказался он и сел, скрестив ноги. Та девушка, Юки, всё ещё ела, и его начинало крутить от одной только мысли обо всей этой еде. Он взял свой телефон и начал играть, чтобы отвлечь себя от ощущений в животе. Его мать подошла к нему, чтобы отобрать телефон, но он отодвинул его вне зоны её досягаемости. — Я не ребёнок. Не трогай мои вещи, — сказал он. Его мать выглядела шокированной и оскорблённой. — Я твоя мать! Убери телефон и веди себя прилично, — она была раздражена, её лицо покраснело. Лицо же его отца выражало глубокое недовольство тем, что он игнорировал всех вокруг. Его родители извинились за его вспыльчивость, но вскоре послышался стук в дверь, хоть никто и не поспешил открыть. Однако кто-то из прислуги зашёл в комнату и прошептал что на ухо отцу Юки, на лице которого отразилась легкая паника. — Там перед дверьми пятьдесят шесть пицц? — недоверчиво спросил он, и слуга кивнул. — Они сказали, что вы пообещали заплатить у двери, сэр, — произнёс он. Глаза Юки прямо засветились. — Пицца? — спросила она, положив кружку чая на стол. Акааши казалось, что его сейчас стошнит, и он прикрыл рот рукой. Её отец выглядел поставленным в тупик, извинился и ушел, чтобы разобраться — Юки пошла за ним, покинув комнату. Госпожа Широфуку осталась с Акааши и его семьёй, смотря на Кейджи с обеспокоенным выражением лица. — С ним всё в порядке? Он какой-то зелёный, — сказала она, поднимаясь и дотрагиваясь до его лба. — Он просто устраивает драму, ему не хочется жениться, вот он и старается этого избежать, — закатил глаза его отец. Госпожа Широфуку фыркнула на эти слова. — Несмотря на то, что я вас очень уважаю, Акааши-сан, Вы должны понимать, когда Ваш сын чувствует себя некомфортно. Зачем Вам заставлять его проходить через это? — Вы не поймете, — сказал отец Акааши и отвёл взгляд. Она вздохнула и положила свою руку на его; Акааши взглянул на неё, когда она помогла ему подняться. — Давай отведём тебя в ванную комнату, дорогой, — нежно сказала она и вывела его из кабинета. Госпоже Широфуку не понадобилось много времени, чтобы привести его в уборную, где он вывернул всё, что съел сегодня на завтрак, в туалет. Он не был уверен в том, как много времени провёл, обнимаясь с туалетом, но когда он поднялся, то почувствовал, как кружится его голова, и ему пришлось охладить лицо в умывальнике. Он попытался помыть свой рот настолько, насколько смог, ощущая кислый вкус желудочного сока глубоко в горле. Акааши посмотрел на себя в зеркало и заметил, насколько бледным он был. Он умылся теплой водой и вздохнул, поворачиваясь, чтобы смыть свою рвоту. Как только он вышел, госпожа Широфуку нежно коснулась его спины. — Нормально себя чувствуешь? — Нет, не совсем… Я думаю, я пойду домой, — ответил он. Госпожа Широфуку кивнула и мягко похлопала его по плечу. — Я попрошу кого-нибудь довезти тебя до дома. Пошли, — она была такой нежной. Акааши не смог вспомнить хоть раз, когда его родители были такими добрыми и успокаивающими. Он просто кивнул и последовал за госпожой Широфуку в гараж, где она сказала одному из слуг отвезти его домой. -- Акааши начал получать звонки от своих родителей сразу же, как добрался до дома, но игнорировал их. Он был не в том настроении, чтобы разговаривать с ними, так что он пошел в ванную за Тайленолом. Его голова раскалывалась, он запил таблетки водой из небольшой кружки и почистил зубы. Он оттянул галстук, чтобы стало свободнее, и набрал сообщение Кенме другой рукой. Кому: Кенма 1:26РМ Я дома, чувствую себя не хорошо, так что посплю. После он устало потащился в свою комнату, снял с себя одежду, просто кидая её на пол, и надел свободные спортивные штаны. Синяки по всему телу уже исчезли и остались только парочку розовых пятен, где раньше были темно-синие засосы. Он сделал заметку у себя в голове, чтобы убедится, что Бокуто исправит эту проблему. Он вздохнул, взял в руку телефон, заметив, что сейчас было только половина второго, и забрался в кровать. Он зарылся под своим одеялом и вздохнул, чувствуя себя расслаблено, но одиноко. Он устал и обнял свою подушку, мягко вздыхая. До встречи с Бокуто у него ещё было четыре часа, так что он решил, у него достаточно времени, чтобы вздремнуть. Однако даже и пяти минут не прошло с этой мысли, как он видел десятый сон. Он спал до заката и проснулся от ощущения грубых пальцев, проходящихся по его волосам. Он вздохнул от удобства, поднимаясь на локтях и туманно моргал, пока его взгляд не сфокусировался на его парне. Он на секунду задумался о том, как тот попал внутрь, но понял, что, скорее всего, Кенма впустил его. На лице Бокуто была нежная улыбка. — Прости, я не собирался тебя будить, — сказал он, его голос был удивительно мягким. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Бокуто. — Кенма сказал, что ты плохо себя чувствовал. Акааши кивнул. — Да, но сейчас мне лучше, — он слегка улыбнулся ему. — Я сильно переволновался, но сейчас всё хорошо. — Как, эм… Прошла встреча? — спросил Бокуто, и Акааши заметил в его словах небольшую тревожность. — Мне стало плохо, так что… Я ушёл пораньше. И пришёл домой, — он взглянул на него. — Если бы это были мои родители, они заставили бы меня остаться. — Ты смог встретиться с Хината-куном? — мягко спросил Бокуто. Акааши тряхнул головой, смотря вниз. — Нет. — Может быть, тебе стоит… Жениться, — произнёс Бокуто, заставляя Акааши снова посмотреть него. Он выглядел невероятно расстроенным и подавленным. Акааши окончательно сел. — О чём ты говоришь? — спросил Акааши, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. — Если это позволит тебе увидеться со своим племянником, я думаю, что тебе стоит жениться, — сказал Бокуто. Акааши почувствовал себя так, словно он сейчас сломается. — Ты сказал, что он особенный для тебя, поэтому— — Заткнись, — голос Акааши надорвался. — Не говори мне жениться! Ты не понимаешь, что я не могу этого сделать? Бокуто промолчал минуту, просто уставившись на него, не говоря ни слова. — Акааши, я просто— Акааши толкнул его, заставляя лечь, и забрался на него, приковывая взглядом. — Я не собираюсь отпускать того, кого люблю, просто чтобы удовлетворить свою семью, опять! — кричал Акааши, чувствуя, как слёзы катились из его глаз. — Я не хочу! Я не могу пройти через это снова! Глаза Бокуто раскрылись, и он уставился на него, ничего не говоря какое-то время. — Ты любишь меня? — наконец спросил он. Акааши покраснел, чувствуя, будто его сердце остановилось. Он раньше не осознавал, что любил его, и просто сухо сглотнул и кивнул. — Д-да, — прохрипел он, начиная паниковать. — Я-я понимаю, если рановато для этого— Я-я имею в виду, я знаю— Бокуто заткнул его нежным поцелуем, держа его лицо двумя руками и вытирая его слезы большими пальцами. Когда они оторвались, он прошептал: — Я тоже люблю тебя, Акааши. Но это и есть причина, по которой я думаю, ты должен жениться… Я не хочу вставать между тобой и твоим племянником. — Ох, помолчи минутку, — Акааши закатил глаза и накрыл рот Бокуто рукой. — Ты не стоишь между мной и моим племянником. Это моя семья хочет, чтобы я так думал, но это не так. Понял? — Бокуто кивнул и убрал руку Акааши. — Прости, Акааши… — сказал он с мягкой улыбкой, и Акааши вздохнул с облегчением. — Всё нормально. Но если ты ещё раз скажешь мне жениться, то я не буду таким милым и скажу тебе пойти нафиг, — сказал он, выпрямляясь и скрестив руки на груди. — Я люблю тебя, Котаро. — Понял, — хихикнул Бокуто. Акааши чуть покраснел и отвёл взгляд. — Это не шутка, — пробурчал он, когда Бокуто сел и поцеловал его в щёку. — Я знаю~ — промурлыкал он и обвил его руками, ласкаясь носом об его скулу. — Я тоже люблю тебя, Кейджи.