Хороший актер

Что происходило в голове Стайлза: — Все, Ногицунэ! У тебя больше не осталось ходов! Убирайся из моего тела, вшивый щенок!!! — Ты так думаешь, Стайлз. Зачем тебе избавляться от меня? Я же знаю, все, что я делал тебе безусловно нравилось! Ты чувствовал вкус власти и контроля над всеми паршивыми псинами! И ты не был в тени своего гадкого лучшего друга с кривой челюстью! Разве тебе это не нравится?! Только подумай! Ты перестанешь быть белой вороной среди них. Перестанешь быть просто слабым человечком. Ты станешь как твои лживые друзья. Не просто человеком, а темным сильным духом. Тебе больше не понадобится жалкая бита. И ты больше не будешь слабым звеном в их стае. Ты перестанешь им мешать, Стайлз. Стайлз, ты умен, и это плюс. Ведь ты единственный, кто слаб во всех смыслах этого слова. Ведь ты всегда прав, но тебе никто никогда верит! А ты, как всегда, прав во всём. Стайлз, твоя интуиция и моя хитрость... наши умы - друзья, которые будут повиноваться лишь нам. Мы идеальное сочетание несовместимых противоположностей. Ты же хочешь оставить всю это силу себе!, я это знаю! Можешь не врать, я вижу тебя насквозь! Лису не обмануть, не обыграть и не провести! А Ногицунэ прав в этом, противно, но он прав. Как бы этого не хотел признавать Стайлз, но Лис не врал. Все что он говорил было чистой воды правда, горькая, безумно противная правда. И ему вправду захотелось остаться всемогущим повелителем темного духа - Ногицунэ. — Как неприятно это осознавать, но ты не лжешь, Лис. Давай заключим сделку! - Вдруг произнес Стайлз, разводя руки в стороны. Ногицунэ удивился ответу парнишки, но не очень сильно. Тьма очень притягательная штука. Но потом сразу же усмехнулся. Он почувствовал, что хотел сделать Стайлз, говоря таким тоном. — Я понял тебя, Стайлз. Каковы будут твои условия? — Во первых, Я буду сам управлять своим телом! Во вторых, Никто об этом не должен знать!!! И в третьих, никаких больше убийств! Или, хотя бы, чтобы о них никто не узнал! - Стилински был серьезен. Ногицунэ это совсем не понравилось. Лис всматривался в детские карие глаза, ища страх, но его там не было. Что ж, выбора нет. — Хорошо, я... согласен, Стайлз Стилински. Ну а теперь, сыграем спектакль. - темный дух протянул ладонь для рукопожатия.