Пираты не только на словах

Несмотря на то, как труден твой путь, не оглядывайся назад, продолжай жить для искупления.

Дофламинго не могла сдвинуться с места: нечеловеческая злость в глазах Луффи парализовывала и, одновременно, приносила ни с чем несравнимый восторг. Чистым счастьем для женщины было то, что тот самый человек, которого она любила ядовитой и извращённой любовью, не был безразличен к «Небесному Дьяволу», а испытывал такой яркий коктейль эмоций, от которого лицо искажала гримаса неподдельной злости и боли. Она помнила, как разделалась с каждым членом команды Мугивары — особенно то, как мучилась со скелетом, пока не поняла, что нужно приказать помощникам спеленать «Поющего Мечника» кайросеки и швырнуть в море. Как истошно кричала рыжеволосая девка, которую Донкихот прикончила почти первой: как-никак, а возможная соперница, к тому же, красивая, хитрая и молодая. Была. Перед Нико Робин Шичибукай на миг замешкалась: женщина, способная читать понеглифы, могла бы пригодиться, но посмотрев в чужие глаза, она увидела то, что сейчас читалось во всей позе Сверхнового. А потому она подарила Робин лёгкую смерть, просто перерезав нитями горло. Луффи склонил голову вперёд так, чтобы тень от полуразрушенной башни скрыла всё лицо, в том числе и дрожащие от гнева губы. Дофламинго вздрогнула, почувствовав, как Королевская Воля начала давить на сознание, разрывая все пять чувств на части с особой жестокостью. Она улыбнулась: тот зверь, который сидел в каждом, рвался из клетки души Монки наружу, грозясь залить кровью весь Дресс Роуз, как она и хотела в самом начале, заключив остров в клетку. — Значит… — Мугивара осторожно снял соломенную шляпу с черноволосой макушки и бережно положил на землю, окинув местность взглядом, чтобы запомнить, где именно он оставил такой драгоценный предмет, и сделал шаг вперёд. Воздух вокруг женщины завибрировал от напряжения, отчего она приготовилась к новому раунду боя, в котором кровь пела в венах и сила рвалась наружу, встретив равного соперника, не уступающего ни в чём. — Быть вне закона — твой закон? — Да, милый, — Дофламинго подняла руки; на кончиках пальцев с ярко-алыми идеальными ногтями серебром сверкнули нити, готовые атаковать или защищать хозяйку по малейшему приказу даже в мыслях. — Ведь я — Шичибукай. И ты мог бы стать столь же могущественным, если бы присоединился ко мне. Так ты бы стал Королём Пиратов быстрее, чем кто-либо. — Пошла ты нахуй, Минго, со всеми твоими предложениями! — вскинулся Луффи, укрепляя руки Волей Вооружения. Женщина тяжело вздохнула: несмотря на всю неординарность и харизму, источаемую во все стороны, он был ещё совсем мальчишкой, не разменявшим ещё и двадцати пяти лет, а значит чрезвычайно вспыльчивым и эмоциональным пиратом. Волна иррациональной нежности захлестнула «Небесного Дьявола», и она, дёрнув за нити, взлетела вверх, высокомерно проронив: — Приходи, когда будешь готов. Ты придёшь, я знаю. И буду с нетерпением ждать. — Катись оно всё, но тебя я задушу своими руками! — бешено заорал Монки, попытавшись ударить женщину растянутой резиновой рукой. Но она с лёгкостью увернулась, поправила рассечённый Ло рукав розовой шубки и, широко улыбнувшись, неожиданно выдала: — Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стал Королём Пиратов. Смерть тех, кто помог тебе доплыть сюда, всего лишь малая цена за ожидающее тебя величие! — Это не помешает мне тебя морским узлом завязать за моих накама! — на этот раз Мугивара растянул ногу, грубо пнув Дофламинго в живот, но она приняла удар на нити и взлетела выше, давая понять, что пока парень хоть немного не отдохнёт, то не сможет и нормально продолжить бессмысленное теперь сражение. Она чувствовала, что победила в тот самый момент, когда рассказала Монки, как именно прикончила каждого из ненормальной команды, догнав даже тех, кто отправился на Зоя. — Я убью тебя, Минго! — выпалил он, провожая довольно хохочущую Донкихот ненавидящим и полным безумия взглядом. Шичибукай не обернулась, хотя отлично расслышала это обещание. «Копи в себе эту ненависть, Луффи, и восстанавливай свои силы», — ласково подумала она, выискивая глазами, скрытыми под вульгарными очками с красными линзами, одного человека, с которым обязательно нужно было покончить как можно скорее, чтобы разжечь то тёмное пламя в будущем Короле Пиратов ещё больше. Тот, кто будет управлять всеми морями, не должен иметь тех, кого он может поставить выше титула. На эти грабли уже наступил однажды человек, которому она доверяла, а в итоге она собственными руками нажала на курок пистолета, направленного на родного отца. У Короля Пиратов не должно быть ни одного накама, только подчинённые и пешки, которых он будет использовать. «Прости, Ло, но ты тормозишь Луффи на этом пути. Придётся избавиться и от тебя. Тем более что ты так крупно насолил мне с фруктом „опе-опе“ в прошлом».