Как ужиться в любовном пятиугольнике. Пособие для чайников.

— Как я и предполагала, — устало выдохнула Марвелл, хлопоча над бессознательной тушкой Нацу, когда мы успешно сбежали из подземного тоннеля не без помощи Девы, которая, впрочем, и заварила всю эту кашу, и вот сейчас уже ехали обратно, — я ничем не могу помочь Нацу-сану.       В этот раз нам пришлось ехать в двух повозках. Тяжелая компания, состоящая целиком из одних драгонслееров, поехала вместе, ибо своей темной аурой, непонятно от чего, они лишь хуже делали. Мы с Эльзой и Венди поехали в другой, пытаясь привести Драгнила в чувство, но это было тщетными попытками.       Мной постепенно овладевал страх. Даже если драгонслеера мы вытащили, это вовсе не означало, что мы и его самого спасли. Мы лишь отложили неизбежное. Конечно, думать о плохом сразу же не стоило, но по-другому у меня и не получалось, учитывая, как обстоят теперь наши дела. Венди пыталась передавать свою магию через целительные свойства, ведь ее магия совместима с магией Нацу, но тело полностью ее отторгло.       Мы терялись в догадках, не зная, доживет ли огненный волшебник вообще до гильдии.       Я положила голову Драгнила себе на коленки, перебирая его пряди и успокаивая себя тем, что он просто спит, его просто укачало, вот он и не... приходит в сознание. На глазах наворачивались слезы от безнадежности. Алая погладила меня по спине, пытаясь успокоить, но из-за этого движения мне стало лишь еще хуже. Она заставляла меня думать, что это все правда. А мне этого сейчас совершенно не нужно было.       Дева снова подарила мне комплект одежды из мира Звездных Духов в виде знакомого мне зеленого пышного платья в пол и косынки под его цвет. Я так же попросила ее узнать у Усача об собирании жизненной энергии для разных целей. Мне не хотелось думать сразу же обо всем плохом, что пробиралось ко мне в голову, но и сидеть так просто я тоже не могла. Оставалась надежда лишь на персонального лекаря гильдии — Полюшку-сан. Но и там не факт, что она справилась с тремя "больными". — Нацу, потерпи еще немного, — прошептала я, уже сжимая одну его руку, все еще чувствуя родное тепло, которое, я надеюсь, никогда не угаснет. — Мы почти дома. Там тебя обязательно приведут в состояние, и мы снова пойдем громить города направо и налево, хорошо? Все будет хорошо, не волнуйся, только... не умирай раньше времени,.. пожалуйста... Нацу... — Лю...си... — Слабо отозвался тот. Небесная Убийца тут же подскочила, накладывая попутно Трою, чтобы розоволосый оставался в сознании. Я счастливо улыбнулась, непроизвольно слезы сами собой потекли по моим щекам. — Молод..цом... Лю...си... — Угу, — кивнула я, улыбаясь. Он похвалил меня за то, что мы живыми выбрались из логова врага, а теперь спокойно едем домой. Да, все будет хорошо. — Мы почти дома, Нацу. — Чудес...но... Хочу... поесть... еды... Миры и... из твоего холо...дильника, — я практически истерично засмеялась, слушая этот бред, но лишь кивнула, продолжая слушать. Мне было важно, что бы он оставался в сознании. Между тем волшебница продолжала его подлечивать, наблюдая за состоянием парня. Эльза начала подгонять Шарли и Хеппи, что вели повозку. У нас и правда было не так уж и много времени. — А по...том... мы с Хеп...пи... завалим..ся к те..бе... Ты будешь... кричать... утром... — Буду, — снова согласилась я, вспоминая подобные ситуации. Как правило, в Драгнила летело все, что только попадалось под руку, даже голубая шаверма. Его свободная рука потянулась к моему лицу и осторожно стерла капающие на его лоб слезы, после чего уста его засияли привычной яркой и солнечной улыбкой. — Не плачь... Люсь...ка...

***

— В этот раз я спасла тебя, дурак, — прошептала я, все еще сжимая руку лучшего друга, но уже в гильдии.       За окном давно наступила ночь. Мы приехали несколько часов назад. Гильдия встретила нас шумом и гамом, но все ясно понимали, что дело очень плохо. Как мы и предполагали, Полюшка-сан еще не нашла выход, а Леви прочесывает библиотеки в поисках чего-то подобного вместе с Мастером и Мирой. Пока что, никаких новостей не было.       Фрид, Бикслоу и Евергрин спали спокойным сном, в отличии от того, что было несколько дней назад, но они еще не приходили в сознание, что только усугубляло и без того безнадежную ситуацию. Слезы снова скопились в глазах, я не хотела так просто сидеть и ожидать какого-то чуда, которое просто так никогда не появиться, но с тем... что я могла сделать для Нацу? Для человека, который всегда спасал меня, но никак не наоборот. Что я могла сделать, кроме как поддерживать его в таком состоянии? Молиться... Верить...       Наверное, видели бы меня Грей или Эльза, то махнули бы руками, мол такая размазня, никак себя в руки не может взять. Остальные уже давно понадеялись на Мастера, на Полюшку-сан, на тех, кто обязательно найдет выход, а я тут только убиваю собственные нервные клетки. Я такая безнадежная и бесполезная... Горячая рука сжала мою, а нос парня мило поддергивался. — Люси... — Уже без запинки произнес Драгнил во сне, что заставило меня улыбнуться, снова начиная ронять слезы на его руку, тепло которой я пыталась передать и себе. Нацу никогда не сдавался так просто, он всегда боролся, он не опускал руки, он находил выход, не то что я. — Я не заслуживаю такого друга, как ты, — прошептала я, потеревшись щекой о его руку. — Прости, что ничего не могу сделать для тебя. Я стараюсь, правда, стараюсь, но сейчас я совершенно беспомощна. Только и могу, что не отходить от твоей кровати, постоянно тебя звать, верить в друзей, в тебя... Мне очень жаль, Нацу. Я только... плачу.       Я на секунду закрыла глаза, вспоминая счастливое и не очень прошлое, где розоволосый парень всегда приходил мне на помощь, какая бы безнадежная ситуация не происходила, как бы тяжело ему не было; как мы смеялись и грустили вместе, как вместе путешествовали, находили что-то новое, понимали... Эту новую жизнь я получила благодаря Ему, Нацу Драгнилу; я знать не хочу, что бы со мной случилось, не встреть я в тот день его, не решив познакомиться, не решив побежать за ним, за его уверенной и сильной рукой, яркой и солнечной улыбкой в тридцать два зуба. — Но... спасибо тебе за все... Я счастлива от того, что когда-то встретила тебя. Не уходи раньше времени, я хочу еще многое пройти с тобой бок о бок, многое повидать, исследовать. Ты потреплешь еще много моих нервов, но я все равно буду улыбаться и смеяться, потому что это ты, Нацу, — его рука ослабела, а сам парень улыбнулся мне, снова проваливаясь в глубокий сон. Я последний раз улыбнулась и аккуратно положила его руку на кровать. Погладила иксида, что спал у ног драгонслеера и покинула больничный корпус. — Спокойной ночи, Нацу.

***

      В гильдии больше никого не было. Мира не могла оторвать меня от лучшего друга еще тогда, когда Мастер собирался уходить домой. Я не знаю, от чего они перестали меня донимать с этим, но сейчас тут было тихо и довольно мрачно. Редко увидишь родную гильдию в таком состоянии, но, пожалуй, оно так даже лучше. Стук каблуков эхом проносился по огромному зданию, а я, не спеша, проходила мимо столов, проводив по ним рукой. Стараясь больше ни о чем не думать, я просто блуждала по сознанию, пытаясь найти то, что меня утешит, что даст надежду на что-то лучшее.       Только вот... — Ты закончила? — Внезапно прервал "громкую" тишину властный голос. Я вздрогнула, резко оборачиваясь. За барной стойкой сидела смутно знакомая фигура, только ее отчетливо нельзя было увидеть благодаря отсутствию света. Грустно улыбнувшись, я еще раз проверила наличие слез на своих щеках и последовала к месту, откуда исходил голос. — Я попросил деда оставить мне ключи от гильдии, раз уж всем так понадобилось домой. — Спасибо, Лаксус. Мне это... очень нужно было, — осторожно подбирала я слова, чтобы скрыть сожаление и тоску в голосе; а так же дрожь. Я готова была расплакаться уже сейчас, только при упоминании о состоянии наших друзей. — Я никуда не спешил, — небрежно бросил блондин, но я все-таки понимала, что сделал он для меня. Даже если это Лаксус — тот, кто всем своим видом показывает, что ему все равно на окружающих, кроме него самого и, пожалуй, Мастера с гильдией — он все равно заботиться о своих товарищах. По стойке громко стукнул опустевший стакан, а парень налил себе еще крепкой янтарной жидкости. — Как ты? — Спросила резко, внезапно, из-за чего заметила, как его рука слегка вздрогнула, когда стакан был близок к губам. Более адаптировавшись к темноте, я уже хорошо видела его сгорбленную фигуру за барной стойкой над бутылкой алкоголя и стаканом. Его лицо не выражало ни одной эмоции, но именно это и было самой его больной эмоцией — равнодушие, скрывающее остальной поток чувств. Сейчас не только мой лучший друг в критическом состоянии, сейчас и вся его команда, самые близкие его друзья, с точно таким же диагнозом. — Хорошо. — ...Спокойной ночи, Лаксус, — я осторожно коснулась плеча драгонслеера в поддерживающем жесте, прекрасно понимая, что так просто человек не раскроет мне все свои потаенные страхи и переживания, особенно, он. Я лишь могу поддержать, как друг, но не более.