Ангел сердца

Прошло три дня. Выходные — это маленькое счастье, особенно когда можно позволить себе не вставать по будильнику. Лежать в постели сколько захочется, никуда не торопясь, без мыслей о делах и расписаниях. Именно этим наслаждалась Адина, когда, лениво потянувшись под мягким пледом, приоткрыла глаза и встретилась взглядом с… белыми розами. Букет лежал рядом на подушке. Она сразу узнала этот почерк — аромат свежести, лепестки цвета первого снега и тонкая атласная лента. — Сумасшедший, — шепнула она с улыбкой и прижала цветы к лицу, вдохнув их нежный аромат. Сердце дрогнуло. Взяв телефон, Адина сразу набрала сообщение: «Спасибо за цветы :)» Ответ пришёл почти мгновенно: «Час дня. Вот ты соня» «Будто сам в 7 утра вскочил» «Ой, всё. Ты не забыла про нашу встречу?» «Забудешь тут тебя… с утра о себе напомнил :)» «В 17:00 я заеду за тобой» «Хорошо, пока» «До встречи» Никита отложил телефон и, улыбнувшись, заметил внимательные взгляды родителей, которые сидели напротив него за завтраком. — Что? — удивился он. — А с кем это ты уже третий день так увлечённо переписываешься? — с прищуром спросила Юлия Владимировна. — С подругой, — пожал плечами Никита, пытаясь сохранить спокойствие. — Подруга, случайно, не Кострова Адина Викторовна? — с лёгкой ухмылкой подал голос отец. — Ну… предположим. — Вы встречаетесь? — не унималась мать. — Нет, мам, к сожалению. Мы просто друзья. — Но она тебе нравится? — тихо спросила Юлия. — Да… — тихо выдохнул Никита. — Простите, мне пора. Он встал из-за стола и быстро ушёл к себе в комнату. За его спиной повисла тишина, пока родители переглядывались. — Видимо, именно её мы должны благодарить за перемены в поведении нашего сына, — улыбнулась Юлия, обняв мужа. — Тогда пригласим её к нам на ужин, — предложил он. — Точно! Я скажу об этом Нику. Милый, ты у меня просто гений, — прошептала женщина и поцеловала его в щёку. У себя в комнате Никита переоделся в более повседневную одежду и решил заехать в студию — за ночь он написал черновик новой песни, которую хотел показать Константину. Выходя из комнаты, он случайно столкнулся с мамой в коридоре. — Прости, мам. — Ничего. Ты куда? — В студию. А потом — к Адине. — Понятно. Слушай, а это её ты… чуть не ударил тогда? — спросила она осторожно. — Да, — неохотно признался Никита. — И она простила тебя? — Да. — Ну, она у тебя волшебница какая-то. — Нет, мама. Она у меня — Ангел, — мягко сказал Никита, поцеловал мать в щёку и быстро сбежал вниз по лестнице. Он ехал в студию, мысленно перебирая строки песни. Мимо мелькнул знакомый парк — тот самый, где он впервые встретил Адину. Улыбка невольно тронула его губы. Добравшись до здания, Никита вышел из машины, но не успел пройти и пяти метров, как его окликнули: — Привет! Можно с тобой сфотографироваться? — Конечно, — улыбнулся он, привычно позируя с девушками. — А можно вопрос? — Спрашивай. — Ты занят? Или сердце всё ещё свободно? — с надеждой в глазах спросила одна из них. — У меня есть Ангел сердца. Но, формально, я всё ещё одинок, — многозначительно улыбнулся он и, извинившись, скрылся в здании. Решив начать с репетиционного зала, Никита открыл дверь и застыл. Перед ним — Артём, целующий брюнетку. Они тут же отпрянули. — Что, чёрт возьми, здесь происходит? — голос Никиты зазвенел от напряжения. — Малой, это… — Не называй меня так, — перебил он. — Выйдем. Они вышли в коридор. — Никит, не начинай. Не читай мне морали, — тихо бросил Артём. — Скажи честно. Тебе чего не хватает? У тебя есть жена, дочь, ещё один малыш на подходе. И ты… с моделью?! — Это была минутная слабость. Просто поцелуй. — Постарайся, чтобы это не затянулось на два часа в постели. Я знаю, что на уме у таких. Не потеряй семью, Тём. — Будто сам лучше был. — Я был подростком. И мне вправили мозги. А ты взрослый мужик. Делай выводы. Никита постучал в кабинет Константина и вошёл, услышав «входите». За столом сидел продюсер и его падчерица, Соня. — Здравствуйте, Константин. Привет, Соня. — Привет, — вспыхнула девушка. Соня давно была влюблена в Никиту. Но он знал — ей всего пятнадцать. И, главное, она дочь Веры. Это был табу. — Что-то случилось? — спросил Константин. — Принёс текст. Хотел бы, чтобы вы посмотрели. — Конечно. Соня уже уходит, — Костя кивнул. Девочка поцеловала отчима в щёку и вышла. Никита передал листок с текстом. Константин прочёл пару строк и одобрительно кивнул. — Душевно… Это, случайно, не моя крестница тебя вдохновила? — Она, — признался Никита. — Помнишь условия контракта? — Помню. Мы просто друзья. И только. Она сама это поставила как правило. — Узнаю свою крестницу… Хорошо, текст оставлю. Начнём работать над музыкой? — Обязательно. Она достойна идеальной песни. — Ладно, иди, Ромео, — усмехнулся Костя. Тем временем Адина крутилась перед зеркалом, перебирая вещи. Взгляд упал на часы — 16:40. — Чёрт, он же скоро приедет! — взвизгнула она. В этот момент в комнату заглянула мама. — Ты куда-то собираешься? — С Ником в боулинг. Нормально выгляжу? — она обернулась. На ней была кремовая кофточка с кружевами, тёмно-синие джинсы и лёгкие полусапожки. Волосы — в аккуратном хвосте. — Очень даже. — Мать улыбнулась. — Ладно, я побежала! — Адина чмокнула маму и убежала. Ирина посмотрела ей вслед, и глаза наполнились слезами. Сердце матери предчувствовало перемены. — Господи… не забирай мою дочь… — прошептала она. «Выходи», — пришло сообщение. Адина взяла цветы, сумку и вышла. У ворот стоял Игорь. — Я же должен сопровождать вас, — спокойно сказал он. — Игорь, я с Ником… — Просто поеду за вами. — Ладно, — сдалась она. Увидев Никиту с букетом, блондинка приподняла бровь. — ГаКи, я же говорила: никакой романтики. — Это просто цветы, расслабься, — улыбнулся он. — А мне нравится это прозвище, — хихикнула она. — Почему ГаКи? — не удержался Игорь. — Гаврилов-Киоссе. Соединила фамилии. На алгебре. Смех на весь класс. Нас даже наказали, — буркнул Никита. — Но я же извинилась! — Неделю дежурства… Кто бы забыл? В боулинге Никита сменил образ: парик, очки, куртка. — Чтобы поклонницы не узнали? Или бывшие? — Не ревнуй, малышка, — прошептал он, погладив её по щеке. — Пошли уже, — фыркнула она. Они арендовали дорожку, переобулись, заказали напитки. — Начну я, — сказал Никита. Взял шар, метнул — страйк. — Ну, теперь ты, — с ухмылкой посмотрел на Адину. — Я не особо умею… Попробовала. Упало три кегли. — Я же говорила. — Сейчас научу. Он объяснял с азартом, с улыбкой. Потом подошёл, положил руку ей на талию, другую — на её ладонь. — Я думала, ты хочешь учить, а не обнимать. — Учусь совмещать, — подмигнул он. С третьей попытки она сбила всё. — Ураааа! — Адина бросилась к нему. Он крепко прижал её к себе, вдохнул аромат её духов. — Ты не представляешь, как сводишь меня с ума… — прошептал он, коснувшись её лба своим. Она смотрела в его глаза. — Ник… не нужно… — Почему? — его голос стал ниже, чуть хрипловатее. — Ты ведь тоже чувствуешь это… я вижу по глазам. — Это не так просто, — покачала головой Адина, отворачиваясь. — Всё, что между нами — слишком запутано. — Я справлюсь. Ради тебя — со всем, — он подошёл ближе, но не дотронулся. — Только скажи, что ты не безразлична ко мне. Не как друг. По-настоящему. Она молчала. Боролась сама с собой. Внутри всё кричало: «Да!». Но разум не позволял сказать это вслух. — Ник… — она посмотрела ему прямо в глаза. — Я боюсь. Я не хочу быть просто эпизодом в твоей жизни. Через месяц я улетаю. Он сделал шаг ближе, обхватил её лицо ладонями. — А ты — не эпизод. Ты — главная героиня. И я больше не хочу играть без тебя. Ты так говоришь будто не вернешься. Он осторожно притянул её к себе, оставляя секунду тишины между ними. Сердце Адины грохотало так громко, что, казалось, его слышали даже кегли. Но она всё ещё не была готова. — Прости, не вернусь, — мягко прошептала она и чуть отстранилась.