A Postal Week In Zootopia

*БИП* *БИП* *БИП*       Слышался с улицы жалобный, но такой же назойливый писк, издаваемый останками будильника. Я проснулся с матерными криками.

***

      — Этого нет в сценарии!       — Что?! Как нет?!       — Чувак из Постала старался избегать мата и редко его употреблял!       — Ну *** **** ******, ******* ******, ***** **** **** ****!

***

      Я молча поднялся с постели с таким выражением морды лица, что любой, кто увидел бы меня в этот момент, высрал бы столько кирпичей, что на квартал хватит, лишь бы на нём штаны коричневые были… точнее, высрался бы кто угодно, но не моя ненавистная и стервозная жена-крольчиха по имени Джуди, и это чудовище сейчас смотрит мне в глаза.       — Купи. Рождественскую. ЁБКУ! То есть ЁЛКУ!       — А она нам нужна?       — Естественно, дурья башка!       — Ладно.       — Не забудь проголосовать!       — Да-да. Ладно, я пошёл.       Я вышел из убогой квартиры и достал листок бумаги, после чего начал выводить на нём слова: «Купить ёлку», «Проголосовать».       — Вроде всё. Вот собака! Чуть не забыл!       После этих гневных выкриков я вывел на листке ещё три слова: «Помочиться на Папочку». На этом мой список дел закончился. Вроде не так много. Начнём с ёбки… то есть с ёлки.       Голос рассказчика:       — И началось его путешествие до цели своей! И страдал он муками страшными — моральными! И мучился он, выбирая идеальную цель! И оглашал его дьявольский смех отовсюду, когда враги его погибали страшною смертью! И нашёл он цель свою — ёлку идеальную!       — Идеально, вот и ёлка. Уф-ф, тяжелая слегонца.       После этих слов я достал листок и вычеркнул из списка первое поручение. Уже собравшись уходить, я услышал крик:       — Эй! Он спиздил нашу лучшую ёлку!       Деревенщины…       Я достал лопату и отсёк голову первому уроду, после чего забрал его дробовик и выстрелил в голову другому деревенскому дурачку. Его голова превратилась в кровавую кашу, а остатки черепа и мозгов забрызгали его товарищей.       — У-у-у, это, должно быть, больно.       Через некоторое время я поджаривал на костре одного из туристов и голову деревенщины, попутно с ней разговаривая:       — Ну, кто у нас тупой деревенщина? Ты! Ты ведь даже говорить не умеешь! Понял шутку? Ты отрубленная голова! АХАХАХАХАХАХ!       После этого непродолжительного монолога я выкинул вертель с насаженной головой в канаву и повернулся к куче залитых кровью трупов.       — Прошу меня извинить, но я вынужден отклониться.       Сказав это, я поклонился, поссал в сторону трупов, в останках которых уже сложно было кого-либо опознать, — настолько они были изуродованы — и направился прочь, а точнее — на голосование.

КАКОЕ-ТО ВРЕМЯ СПУСТЯ

      Я уже входил в здание, где проводилось голосование. Пройдя на второй этаж, я зашёл в будку и начал заполнять бланк. Кого там только не было: коммунисты, либералы и прочая хрень.       — Ладно. Ну, допустим, А1, Б2, В3 и, может быть, Г4. Всё! Я ничего не понял, но это всё равно ни на что не повлияет.       После того, как я выбрал ответы, лучшим действием было покинуть здание, что я и сделал. Вычеркнув поручение из списка, я направился к последнему нужному мне месту — кладбищу.

ПАРУ СОТЕН ЖЕСТОКО УБИТЫХ ЗВЕРЕЙ СПУСТЯ

      Вдали уже виднелось надгробие, к которому я и направлялся. Подойдя, я увидел надпись: «Ник Уайлд Старший. Ненавистный отец и пьяница. Забыт. Ненавистен. Унижен».       — Отлично! Это точно та могила!       После этого радостного выкрика я расстегнул ширинку и начал отливать на эту могилу. Внезапно я почувствовал удар и отключился.

??????? 18/04/16 ??:??

      Сквозь затуманенный рассудок я услышал голоса:       — Нет! Ты в прошлый раз был первым!       — Ладно… Но за тобой должок! Открывай!       Мне в глаза резко ударил электрический свет. Я увидел двух деревенщин, тянущих ко мне лапы.       — Господи! У него лопата!       И правда, я своими лапами сжимал лопату, которую немедленно пустил в ход. Результат: через пять минут двое деревенщин были превращены в месиво из крови, мяса и костей. Я открыл дверь и увидел зеркало, а в нём…       — Чёрт, я стал бомжо-о-ом! Великолепно, только этого мне не хватало!       В сундуке неподалёку я обнаружил своё оружие.       — Вот ты где, моё родное! Иди к папочке!       Сверху послышались шаги.       — Трэвис, Льюис, вы там? Я слышал, как вы кричите. О хоспаде…       — Хорошо, что это оружие делают из нержавеющей стали.       Порубив пришедшего зверя на суши, я отправился дальше. Рубить и кромсать будет весело.       Повсюду летали части тел, полыхал огонь, лилась кровь, деревенщины получали ожоги и несовместимые с жизнью травмы. Как же мне это нравится!       Через некоторое время я уже выходил из пивоварни, где «заседали» эти ублюдки.       — Я не могу прийти домой в таком виде! Мне нужно сходить в химчистку!       Прохожие, которые видели меня, смеялись. Недолго. Я не терплю насмешек.       Пока я двигался к прачечной, за мной тянулась река из крови и трупов со вскрытыми черепами и перерезанными глотками. Некоторые остались без голов или же других частей тела, от чьих голов не осталось ничего. У кого-то были дырки от пуль, и т. д.       Добравшись, наконец, до химчистки я забрал оттуда свою одежду и направился к дому.       — Ты купил ёлку? — немедленно спросила Джуди.       — Да, она досталась мне довольно дёшево, так как сейчас апрель.       — Ты проголосовал? Твой выбор изменит будущее.       — И не говори.       — Что-что?       — Ничего.