Where the wild roses grow

В Токийском здании полиции царила атмосфера легкой истерии. Яко еще у входа заметила Ишигаки и Тодороки, и приветливо помахала им рукой. Лицо Джуна странно скривилось, словно он пытался сдержать нервный тик. Шизука, обладая более крепкими нервами, почти дружелюбно кивнула ей. — Вы по поводу убийства? — сразу спросила она, опустив все вежливые расшаркивания. — Вам же не помешает наша помощь, не так ли? — с искренней улыбкой поинтересовался Нейро, небрежно опираясь на стол. — Две головы лучше, чем одна. — Нас и так двое, — буркнул Джун себе под нос. Нейро, однако, его услышал и кивнул. — Вот именно поэтому я и говорю… Яко, не выдержав, ткнула его локтем. Особо сильного страха перед карами и пытками она уже не испытывала — куда уж хуже? Шизука, помедлив, вздохнула и повела рукой в воздухе. — Ладно. Усуи будет не в восторге, но мы зашиваемся. Такое чувство, что у преступников массовый приступ активности — как с цепи сорвались. Поджоги, вооруженные ограбления, наркотики, контрабанда… Убийства, опять же. — Весна. Время обострения, — с сочувствием отметила Яко. На этот раз Нейро ткнул ее локтем в ребро. Кость, кажется, не сломалась. — Сегодня, в три часа, будет вскрытие. Я выдам вам пропуск и предупрежу Каяко, что у нее гости. Лицо Нейро озарила улыбка. — Морг! Трупы! Какой подарок, Шизука-сан! Шизука покачала головой и, демонстративно не замечая его, обратилась к Яко: — Твой ассистент точно не сумасшедший? — Абсолютно, — мрачно ответила та. — Он просто оптимист. — Хорошо, хоть у кого-то в подобной ситуации сохраняется позитивный настрой, — Шизука устало потерла переносицу. — Кацураги-сан, у нас тут ваш профессор, Такагава-сан. — Профессор Такагава! — радостно выпалила Яко. Несмотря на свой почтенный возраст, профессор Такагава не спешил на пенсию, оставаясь самым востребованным специалистом в области криминальной психологии. Его лекции в университете пользовались всеобщей популярностью, и примерно половина одногруппниц были влюблены в Такагаву по уши. Саму Яко, к ее великому сожалению, эта участь миновала. Шизука кивнула ей: — Пойдите, поговорите с ним. У профессора уже есть наметки профиля нашего Душителя. — Уже имя ему придумали? — удивился Нейро. — Так была еще одна жертва. Год назад, в этот же день. Обе жертвы похожи внешне, характер убийства тоже совпадает. — Выжидал целый год? — Яко нахмурилась. Обычно, периоды «затишья» у серийных убийц были гораздо короче. — У жертв есть еще что-то общее, кроме внешности? — Пока неизвестно. Мы даже не знаем, как зовут сегодняшнюю жертву. Когда будет хоть какая-то информация, мы скажем. — Спасибо, Шизука-сан. Яко, с трудом удерживаясь от бега, поспешила к профессору Такагаве. Тот, заметив ее, приветливо кивнул. Абсолютно седой, с морщинистым лицом и добрыми глазами, он казался более уместным дома, в окружении любящих внуков и правнуков, но единственной и непреходящей его любовью была наука. Жестом он пригласил их в зал совещаний полиции. — Яко-сан, рад видеть тебя. Это и есть твой помощник? — Такагава быстро взглянул на Нейро. Тот вежливо улыбнулся и, как всегда, попытался прикинуться идиотом. — Молодой человек, вы не стойте столбом, помогли бы вашей очаровательной спутнице — стул бы подвинули, поухаживали… — Ой, лучше не надо! — непроизвольно вырвалось у Яко. Нейро, однако, поспешил исполнить просьбу профессора. — Садитесь, сенсей, — проворковал он, словно бы невзначай положив руку ей на плечо. Яко лишь оставалось молиться, чтобы он не переломал ей все кости. — Простите мне мое невежество, сенсей… Такагава негромко рассмеялся, глядя на них. — Молодой человек, не стоит казаться глупее или вежливее, чем вы есть. Это вызывает подозрения и вполне понятное нежелание говорить с вами искренне. Лучше пойдите, погуляйте где-нибудь. По вашему лицу заметно, что психологию вы не слишком-то уважаете. — Я буду молчать, профессор, — отозвался Нейро, садясь у Яко за спиной. Такагава пожал плечами и, казалось, полностью забыл о его существовании. — Что вы, Яко-сан, можете сказать об этом человеке? — Ну, мне… Я пока точно не… — Яко смешалась. Такагава поощрительно кивнул ей: — Не надо бояться, вы же, пока что, не на экзамене. Мне интересно ваше собственное мнение о деле. Яко выдохнула и вытерла ладони о брюки. По сути, это мало чем отличалось от обычного разговора с Нейро, разве что Такагава-сан не стал бы кидать в нее метательные ножи всякий раз, когда она теряла ход мысли. Она бегло просмотрела материалы по делу, включая эпизод годичной давности. — Очевидно, что его привлекает такой тип внешности. Обе девушки найдены мертвыми утром воскресенья. И в том, и в другом случае тела нашли в парке, куда не добраться общественным транспортом — видимо, убийца приезжал на машине. Вряд ли бы он стал брать автомобиль напрокат, следовательно — у него есть личный транспорт. — Недурно, но не психологично, — Такагава шутливо погрозил ей пальцем. — Вот что я вам скажу: вы не обратили внимания на способ убийства? — Обе жертвы были задушены, — бесстрастно произнес Нейро. Яко кивком подтвердила его слова. — Не просто задушены. Он убил их своими руками, не прибегая к помощи веревки, пакета или иных подручных средств. Скажите, Яко-сан, о чем это может говорить? — Он торопился? — рискнула Яко. Такагава покачал головой: — Если бы он, как вы сказали, торопился, то ему было бы проще убить жертву любым иным способом — хотя бы перерезав ей горло. Удушение — это долгий процесс, без должной сноровки жертва может остаться в живых. Ну же, Яко-сан, думайте. Я знаю, что вы можете. — Вот и я ей то же самое постоянно твержу, — вставил Нейро. Такагава искоса глянул на него: — Молодой человек, вы, кажется, обещали молчать. Яко уставилась на свои колени. Была у нее одна мысль, но… А если эта идея окажется полным бредом? А, ладно. Не попробуешь — не узнаешь. — Ему был важен физический контакт? — тихо сказала она. Такагава довольно кивнул. — Вот. Отлично. Я рад, что вы оправдали мои надежды. Все верно. Нашему Душителю очень важен физический контакт, и, что немаловажно, контроль. — В каком смысле? – Яко, приободрившись, подалась вперед. Внутри медленно разгорался азарт, желание докопаться до сути преступника, проникнуть в его разум и раскрыть его. Сейчас они с профессором разговаривали практически на равных. Она не была студенткой на экзамене, скорее — коллегой. Пусть, пока что, и не совсем официальной. — Подумайте. Шея — это очень интересная часть нашего тела, если можно так выразиться. Вы помните, какой ажиотаж был вызван книгой Стокера о вампире Дракуле? — Наш убийца — вампир? — в голосе Нейро явно слышалось ехидство. Такагава красноречиво возвел глаза к потолку и продолжил: — Для викторианской эпохи была характерна высокая нравственность и мораль. Книга Стокера играла на чувственности и легком эротизме, который шокировал — и который привлекал. Высокий мужчина, обольстительный, красивый и опасный, приникает губами к шее юной и непорочной девы… Яко нервно сглотнула и заложила ногу на ногу — Нейро, словно издеваясь, наклонился вперед и слегка подул на ее шею, вызывая искреннее желание его придушить. Голыми руками. — … прорывает кожу и пьет кровь, — Такагава не заметил (или тактично сделал вид, что не заметил) ее телодвижений. — По сути, это ничто иное, как сексуальный акт, лишь слегка завуалированный. Так же, возвращаясь к более низменным материям, не стоит забывать, что шея у многих людей относится к числу эрогенных зон. — То есть, убийца словно… как бы сказать… — Яко смутилась. — Да. Это имитация полового акта. Довольно необычная — чаще всего, убийцы, жаждущие сексуальной разрядки, используют нож в качестве символа своего полового органа. Погружая его в тело жертвы, они испытывают полноценное сексуальное возбуждение которое нередко заканчивается оргазмом. Таких убийц найти всегда проще. Но тут у нас своего рода Rara avis. Он наслаждается контролем над жертвой. Сжимая ее горло, он чувствует, как замедляется ее дыхание, чувствует биение пульса. Кожа к коже, это ведь всегда так откровенно, так чувственно. Он словно играет в Бога, который один может решить — жить человеку или умереть. — Но он, почему-то, выбирает второе, — Яко взяла себя в руки. — Мы должны искать человека, стремящегося все контролировать, достаточно сильного, чтобы довести дело до конца. У него есть машина и слабость к определенному типу внешности. Такагава поднялся со стула и потянулся, заложив руки за спину. — Это, кстати, тоже играет немаловажную роль. Когда убийцу влечет к определенной внешности, это значит лишь одно — стремление закрыть дверь в прошлое. Мать, первая любовь, строгая учительница — ищите в этом направлении. То, что он не может заполучить в силу каких-то причин, или же то, чего — кого — он боится и ненавидит. И не думайте, что вам надо искать монстра во плоти. Убийцы, особенно, серийные, а не «запойные», демонстрируют довольно высокий уровень интеллекта. Вы до последнего момента не узнаете, кто скрывается за его обаятельным обликом. Изучите мою монографию, я писал о различных типах убийц и о мотивах, толкающих на преступление. Вам, как детективу, это будет полезно. — Спасибо, профессор Такагава, — Яко поклонилась ему. — Есть теперь над чем подумать. — Между прочим, Яко-сан, а вы не хотите написать курсовую на следующем курсе под моим руководством? — Такагава вежливо распахнул перед ней двери. Яко застряла на пороге, неверяще обернувшись на него. Курсовая с Такагавой была пределом мечтаний для всего психологического факультета, а тут… Сам! — Хочу! Очень хочу! — Отлично. Тогда, для начала, завтра зайдите ко мне после занятий. Попробуем вместе написать статью для журнала, и от нее уже будем идти с курсовой. Яко тихо заскулила от счастья, провожая Такагаву влюбленными глазами. Сейчас она как никогда понимала своих одногруппниц. — Он совершенство, — мечтательно пробормотала Яко, прижав руки к груди. — Он просто ожившая мечта. Нейро, ты представляешь… — Нам в морг пора. Нейро скривившись, словно от зубной боли, прошел мимо нее, и Яко не оставалось ничего иного, как поспешить вслед за ним. Правда, это не могло ей помешать чувствовать себя самой… ну, почти самой счастливой на свете.

***

Ощущение счастья стихло сразу, едва она переступила порог морга. В этом прохладном здании казалось кощунством чувствовать что-то радостное — где угодно, только не здесь, где на столах, дожидаясь вскрытия, лежат тела убитых людей. Патологоанатом Каяко Мимура нетерпеливо качнула головой, заметив их. — Вы чуть не опоздали, — упрекнула она, натягивая стерильные перчатки. Нейро с интересом уставился на тело, пока еще накрытое простыней, а на саму Яко вдруг накатила слабость. Она никогда не была трусихой, да и вида крови не боялась, но сейчас, при мысли о том, что тело этой девушки вскроют на ее глазах, к горлу подкатила тошнота. Еще вчера она строила планы, она смеялась, ходила по улицам Токио, жила… А сегодня она лежит на столе, под светом холодных ламп. Шизука и Джун уже были в секционном зале, причем Джун заранее переместился ближе к раковине. — Воспользуйтесь ментоловой пластинкой, — посоветовала Каяко, подходя к столу. — Если вас тошнит — раковина в углу. Не стесняйтесь и не старайтесь казаться сильнее, чем есть. Если вы мне труп заляпаете… — Я в порядке, — Яко протестующе вскинула руку, но от пластинки отказываться не стала. Запах ментола отвлекал внимание, перебивая дух разложения. Патологоанатом принялась за работу, записывая ход работы при помощи диктофона: — Итак. Меня зовут Каяко Мимура, сейчас воскресенье, полдень. Жертва — молодая девушка, возраст — около двадцати лет, светлые волосы, рост метр шестьдесят два, вес — сорок пять килограмм. Время смерти — между полуночью и тремя часами ночи. Причина смерти — мануальное удушение. На затылке имеется след от удара… — она подвесила рентгеновские снимки на экран, кончиком ручки указав на место повреждения. — Он ее оглушил, — с тихой яростью пробормотала Шизука, глядя на тело неизвестной. — Оглушил и задушил. Каяко кивнула. — Следов борьбы на теле не обнаружено. В ротовой полости имеются две царапины, видимо, от шипов розы. — Сорт уже установили? — поинтересовался Нейро, с любопытством переводя взгляд с трупа на снимки, и обратно. — Не думаю, что это имеет значение, — недовольно отозвалась Шизука. — Иногда любая мелочь важна, — возразил Нейро. Каяко негромко кашлянула, призывая к тишине. — Продолжаем осмотр, — сказала она, окинув их взглядом. — На теле отсутствуют видимые повреждения, помимо уже названых. Она подошла к краю стола и полностью откинула простыню с тела. Бережно разведя бедра жертвы в стороны, она принялась за осмотр. Яко замутило и она уткнулась лицом в плечо Нейро. Он не стал ее отталкивать, и лишь легонько сжал ее ладонь. — Следов сексуального насилия нет. — Каяко отложила в сторону фонарик и взяла скальпель. — Начинаем вскрытие. Яко, извинившись, выскочила из секционного зала. Этого она точно не могла выдержать.