Where the wild roses grow

Почти всю неделю от убийцы не было ни слуху, ни духу, и Яко, воспользовавшись затишьем, все-таки сдала экзамены. Конечно, оценки не были идеальными, но в целом, результаты были гораздо выше, чем она ожидала. Нейро, разумеется, был недоволен и клятвенно пообещал в следующем учебном году гонять ее, как проклятую, чтобы, по его словам «вылепить из амебы питекантропа». Яко, привыкшую к подобным ласковым прозвищам, такое сравнение воодушевило — по крайней мере, это уже было совсем близко к человеку. А в пятницу нашли новую жертву. Проведя субботу и воскресенье в полиции и в морге, Яко твердо решила докопаться до истины. Пусть на поездку в Хоккайдо уйдут все ее сбережения, но она нутром чувствовала, что именно там они и найдут ответы. Нейро не стал возражать, и в понедельник они отправились на Хоккайдо из аэропорта Ханэда. Аэропорт Син-Титосэ встретил их пронизывающим ледяным ветром и мелкой снежной крупой, которая так и норовила забиться под шарф и исколоть лицо. Яко моментально пожалела о том, что решила обойтись лишь одним свитером поверх водолазки и футболки. Да и пальто не сильно спасало. Даже Нейро такая погода не доставляла радости, и он то и дело ежился, пряча руки в карманы своего неизменного пиджака. Оглядевшись, Яко с радостным возгласом потянула Нейро за собой — в уютное кафе неподалеку от аэропорта. — Ты сюда что, приехала набивать свою бездонную утробу? — проворчал Нейро, вытягивая ноги под столом. — Нет, просто не хочу начинать учебный год с пневмонии, — ответила Яко, заказывая горячий кофе и парочку… ну, десяток пирожных. — Жалко, что ты не можешь есть человеческую пищу. — Моему огорчению нет предела, — буркнул Нейро, прикрывая глаза. В кафе было тепло и уютно, так что Яко показалось, что ворчал он больше по привычке. Ну, и чтобы она не расслаблялась. — Что мы вообще тут делаем? — спросил Нейро, когда большая часть пирожных уже была съедена. — Греемся, — неловко пошутила Яко, поглядывая на часы. — И ждем, когда отправится рейсовый автобус в округ Хидака. — Нас-с-секомое! — прошипел Нейро, выпрямляясь на стуле. — Мы зря тратим время. Если ты забыла, по Токио слоняется маньяк, который убивает девушек. Мы должны найти его, а не торчать тут. Возьмем машину напрокат. — А деньги?! — справедливо возмутилась Яко, в один глоток допивая оставшийся кофе. — Вычту из твоей зарплаты. — Так ты же мне ее не платишь! — Вот видишь, отличный повод ничего не менять в ближайшую сотню лет. Шевелись. Яко осталось лишь последовать за ним. Пристегнувшись, она пожалела о своем решении перекусить: водил Нейро все так же «божественно» — в том смысле, что даже воинствующий атеист вспомнил бы самые простые молитвы. Возле Хидаки Нейро сбавил скорость, а Яко разжала пальцы, которыми намертво вцепилась в сиденье. — Куда теперь? — поинтересовался он. — Нам нужно проехать сквозь город — школа дальше. Пожав плечами, Нейро вновь прибавил газу. Яко закрыла глаза и понадеялась, что завещание ей не понадобится. В школе, однако, уже было пусто — на каникулах директор не засиживался в своем кабинете, так что разговаривать пришлось со сторожем, который наотрез отказался их впускать, и посоветовал заглянуть с утра. — Можно заглянуть в мэрию, — вяло предложила Яко, засунув ладони глубже в рукава пальто — становилось все холоднее, а с неба сыпался уже полноценный снег. Нейро покачал головой. — Сомневаюсь, что там нам расскажут, где живет классный руководитель Накамуры. — Тогда что? — Дождемся утра, там и поговорим. На обратном пути Яко вдруг осенило. — Стой-стой-стой! Вот здесь! — она выскочила из машины и быстрым шагом направилась к причалу. Можно было не оглядываться — Нейро, естественно, последовал за ней. — Тебя что, пробило на любование природой? — несколько раздраженно поинтересовался он у Яко, которая стояла на причале и рассматривала пришвартованные лодки. — Нет. Смотри — сомневаюсь, что здесь сразу настолько глубоко, что тело не смогли найти. Из-за волнореза ее вряд ли бы унесло в открытое море. — А если отлив? И прыгала она с другой стороны? — логично предположил Нейро. Яко досадливо нахмурилась. — Черт, я не подумала… — К тому же, ты видела этот город? Скорее, она сбежала в лес, и ее труп до сих пор валяется в каком-нибудь овраге. Яко кивнула и огляделась. В Токио она привыкла к тому, что там никогда не бывает полной тишины и темноты. А здесь… Здесь все было иначе. Тихий сонный город-поселок словно вымер, хоть на часах и было только семь вечера. — А что, если и правда, Наоко не умерла? — задумчиво предположила Яко, вдыхая холодный, пахнущий солью и йодом, воздух. — Что, если она сбежала? Добралась до Саппоро или… — Или что? — спросил Нейро, заметив, что Яко застыла, вытаращившись в пустоту. — А что, если это она — убийца? Нейро, хмыкнув, принялся расхаживать по пристани. — Не забывай, полиция, когда пропала Наоко, всюду разослали ее фото. Яко махнула рукой. — И что с того? Постричься, перекрасить волосы, надеть линзы… Она может жить в Токио. Там очень легко затеряться. — Любопытная идея, мокрица. Не увлекайся ей особо, но… Когда вернемся домой — займешься отработкой версии. Яко шутливо хлопнула себя по лбу. — И кто же меня за язык тянул! — Человек — сам себе худший враг, — усмехнулся Нейро. Вернувшись к машине, они добрались до центральной части города. Гостиница была небольшой, но и цены в ней были весьма скромные, так что ощутимого урона своим сбережениям Яко не нанесла. — Ну почему же тут так холодно? — страдальчески вздохнула она, заматываясь в покрывало с кровати. — Нейро, а тебе ведь сейчас еще хуже, да? — С чего ты взяла? — Нейро, устроившись в кресле, напоминал своим видом огромного нахохлившегося попугая под дождем. — В Преисподней ведь жарко. — Ты даже представить не можешь, насколько. Я еще в свой первый визит в ваш мир отрегулировал температуру тела, иначе бы я покрылся льдом в самый жаркий летний день. Яко уважительно присвистнула. Порой она забывала о том, что Нейро — демон, настолько человеком он выглядел. Неожиданно для себя, она задала вопрос, который мучил ее уже давно: — Слушай, а сколько тебе лет? Нейро насмешливо прищурился, наклонив голову набок. — Гораздо больше, чем тебе. — А если серьезно? — Ну… три тысячи. Плюс-минус пару десятков лет, уже и не помню. Яко поспешно захлопнула рот, чудом не прокусив язык. — Ничего себе! Нейро самодовольно улыбнулся. — Ну, по нашим меркам я вполне себе молод. Императору — да продлится его правление — скоро стукнет десять тысяч лет, а его прабабушке Идзанами… Яко вздрогнула — порыв ветра с неожиданной силой грохнул в окно. Нейро поспешно исправился: — Впрочем, неважно, выглядит она все равно не старше двух тысяч лет. Яко тихо захихикала, уткнувшись носом в покрывало. Нейро, потянувшись, огрел ее подушкой. — Я предупреждал, хватит хрюкать! — Да не хрюкаю я! — возмутилась Яко, потирая голову. — Просто… забавно. Раньше мы так не разговаривали. — Ты можешь представить себе человека, ведущего философские беседы с аквариумной рыбкой? — Нейро подпер голову рукой. — А сейчас хоть поумнее стала. Немного. Самую чуточку. — Ты неизменим, — Яко сполза вниз, подгребая к себе подушки. — Это не так, — возразил Нейро. — Я тоже меняюсь, только тебе этого не видно. — Кое-что видно. — Яко зевнула, чуть не вывихнув себе челюсть. — И что же? — М-м-м… да так, немножко там, немного тут, — уклончиво пробормотала Яко, отводя глаза. Нейро, подумав, стряхнул ее с кровати. — Отвечай, мокрица. Мне уже любопытно. — Ну, ты стал чуть лучше понимать людей, — Яко принялась загибать пальцы. — Ты перестал грозить оторвать головы всем вокруг, стал немножечко добрее… Нейро громко фыркнул и вновь стукнул ее подушкой. — Добрее? Насекомое, ты меня с кем-то путаешь. Я просто снизил порог ожидания от людей. Никто ведь не станет добиваться от свиньи полета? Яко укоризненно вздохнула и забралась обратно на кровать. — Беру все свои слова назад. Ты все тот же кошмарный, жестокий и наглый демон. Нейро с довольной миной закивал. — То-то же. Не надо меня очеловечивать. Я все равно не стану одним из вас. Да, я могу научиться понимать вашу логику, но вы, люди, чаще всего руководствуетесь, увы, не ей, а чувствами, — последнее слово он произнес с явным отвращением. — Можно подумать, у демонов чувств совсем нет, — Яко села поудобнее — разговор грозил затянуться надолго, и не сказать, что ей это не нравилось. — Есть, но они проще. Ярость, голод… и все, пожалуй. — Только два? А как же… ну, я не знаю, любопытство? — Тот же голод. Ненасытная жажда новых знаний. Яко задумчиво потерла переносицу. Ладно, чувство голода было ей понятно, а вот ярость… Сложно быть демоном, наверное. Эту свою мысль она и озвучила, на что Нейро лишь рассмеялся. — Это нам-то сложно? Мокрица, у нас все просто — убивай или убегай. Сильные выживают, слабые дохнут или примыкают к сильным. — А сильные демоны между собой не объединяются? — А зачем? Мы либо жаждем друг друга, либо ненавидим. Но в первом случае голод очень быстро перерастает в ярость, так что… Нет, мы не объединяемся. — А как тогда у вас есть Император? — заинтересовалась Яко. Сна уже не было ни в одном глазу — впервые Нейро был в таком разговорчивом и покладистом состоянии. — Ведь его же наверняка пытались… хм, свергнуть. — Он очень силен, — спокойно ответил Нейро. — И он знает, что лишь благодаря этому он жив. И хочет еще больше силы… — Вот опять голод и ярость, — понимающе кивнула Яко. Затем она нахмурилась, с подозрением уставившись на Нейро. — Так, а что у нас здесь? Нейро потянулся, пытаясь занять наиболее комфортную для себя позу. — Здесь все просто, — назидательно сказал он. — Ты доводишь меня до белого каления своим ограниченным умишком — правда, в последнее время это происходит не так часто, как раньше, — и я постоянно жажду новых загадок, на которые так богат этот мир. — Могло быть и хуже, — заметила Яко, упираясь подбородком в скрещенные кисти рук. — Например, тебя бы доводил до белого каления этот мир… — И я бы жаждал тебя? — Нейро насмешливо вздернул бровь. — Каждый час, каждый миг общения желал бы прикоснуться к тебе, обладать тобой, подчинить себе? Желал, чтоб ты смотрела только на меня, хотела только меня, доверяла только мне?.. Яко, поперхнувшись, раскашлялась. Сейчас она порадовалась, что решила отращивать волосы — за ними, хотя бы не было видно, как у нее горят уши. Нейро наблюдал за ней все с той же усмешкой. — Это было бы ужасно, мокрица. — Потому что я человек? — на всякий случай уточнила Яко. Нейро покачал головой: — Нет, это, как раз, не самое худшее. А вот то, что в процессе ты можешь умереть, и мне придется искать другого напарника… Вот это — действительно ужасно. Яко, покачав головой, выключила лампу и накрылась одеялом с головой. Подумалось, что после таких бесед она не заснет, но усталость все же взяла свое — и через пару минут Яко крепко спала, не видя, как Нейро наклоняется к ней, приоткрыв клыкастую пасть.