Лето. Грейсы. Riot.

      Впервые я услышала группу Three Days Grace пять лет назад. Тогда я была обычным подростком, требующим понимания и поддержки. Издевки одноклассников, упреки матери лишь усугубляли моё чувство вины. Сейчас я конечно понимаю, что это было всего лишь желанием привлечь к себе внимание, но тогда мне казалось, что весь мир меня ненавидит. Но совсем скоро я поняла, что песни именно этой группы помогли мне измениться и повзрослеть. Я начала по-другому понимать тексты, запоминать важные для себя слова. Three Days Grace помогли мне понять, кто я есть и как устроен мир. Я даже начала пытаться делать каверы на самые любимые песни или просто играть давно знакомые мелодии. Я думаю, не нужно говорить (вы и так все поняли), что моей мечтой было попасть на их концерт.

***

— Мам, ну обьясни хотя бы, почему ты не пустишь меня на этот концерт??? — Нечего тебе по концертам шляться! Ты хоть знаешь, что там происходит!? — Ты о чём? — Я тебя не такой растила, думала, будешь приличной девочкой! — При чем здесь это? Чем тебе не угодили концерты? — я старалась держаться, но от такого чувства, будто разговариваю со стеной, у меня выступили слезы. — Иди в свою комнату!!! Неделю никаких прогулок с друзьями!       Весь этот бессмысленный разговор с мамой показался мне пустой тратой времени. Я попыталась вспомнить хоть пару случаев, когда с моим мнением считались или когда мама выслушивала мои слова. К сожалению, ничего такого вспомнить не могла. Горло сдавливало чувство несправедливости. Я открыла рот, чтобы сказать хоть что-нибудь, но тут же вспомнила, что это бесполезно. Я поняла, что сейчас просто зарыдаю на весь дом. Поняла, что мать опять посмотрит как на неадекватную и лишь обзовёт дурой. Я, может, чуть быстрее, чем хотелось, развернулась и ушла к себе в комнату. Я даже не заметила, что, поднимаясь по ступенькам, начала плакать.       Вот и моя комната. Бежевые тона, огромное окно с широким подоконником. На стенах висят плакаты. Их не так уж и много. Потому что кроме плакатов стены украшены рисунками и фотографиями. Если присмотритесь к фоткам — на большинстве из них запечатлены две девочки, разные на первый взгляд. Нежная блондинка и смуглая малышка с глазами горячего шоколада. Это я и моя лучшая подруга. Фотографии сделаны в разные годы — от двух девочек, держащихся за руки по пути в садик, и до той, на которой мы кривляемся фотографу (наверное это был мой отец) на выпускном балу. Я тщательно выбирала каждую фотографию, чтобы повесить её. Моя комната для меня казалась очень уютной. Самодельный плед из лоскутов, ковёр, в котором утопали ноги… Это всё было для меня родным и только здесь я чувствовала себя в безопасности.       Но в тот момент я не могла думать о хорошем. Из горла вырывались громкие всхлипы, слёзы ручьем текли по лицу. Почему всё настолько несправедливо? Почему я не могу просто поехать на концерт любимой группы? И, наконец, почему мать меня не понимает?       Я упала на кровать, чуть не рухнув на пол. Но мне было пофиг. Плакала я даже не из-за того, что я никуда не еду (это мы ещё посмотрим!), а из-за той несправедливости, что я терпела годами. Не помню, долго ли лились слёзы, но я лежала и думала. Мечтала, как получаю автограф, фотографируюсь с участниками группы… Самое главное то, что в те моменты я не была одна. Рядом была подруга. В один момент она переводит то, что сказал мне Нил (ты очень милая фанатка), потом я на фотоаппарат снимаю, как её обнимает Мэтт… Я даже не заметила, как начала улыбаться. Возможно, я бы даже и заснула, но тут меня отвлек звук входящего сообщения вк. Черт! Я совсем забыла!       Ноутбук слабо светился в вечерней темноте комнаты. Висел открытый диалог с Дашей, а там куча сообщений. Последнее «Ээээй, ты жива? Не пугай меня.». Я вновь разревелась из-за того, что хоть кто-то из-за меня волнуется. Поняв, что если начну печатать сообщение, то со злости и отчаяния разобью свой горячо любимый ноут, я взяла в руки телефон и позвонила Даше. Когда она подняла трубку, я поняла, что она очень сильно испугалась за меня. — Прости меня пожалуйста, — смогла прошептать я… — Что, что случилось, говори, легче станет! — Ненавижу их!..       Я даже не помню что говорила, слова вырывались сквозь плач. Подруга утешала меня как могла. Она вспоминала, как мы слушали Грейсов, как смеялись с всевозможных шуточек про них. Но лучше мне не становилось. Внутри словно образовалась пустота. Не хотелось заставлять подругу волноваться, поэтому я искренне поблагодарила её за то, что она у меня есть, отключила трубку и положила голову на подушку. От пролитых слез мне очень хотелось спать. Появилось такое ощущение, что все наладится. У меня хватило сил только на то, чтобы протянуть руку и вырубить ноутбук, а потом я провалилась в глубокий сон без сновидений.