Как сбылась моя мечта. Том I: Начало

      Я слышал их приближение и старался передвигаться очень тихо. Вокруг было темно как ночью, несмотря на то, что был день, потому что вокруг было очень много тёмной энергии. Но, к счастью, во мне была магия тьмы, и в лесу я ощущал себя очень хорошо, будто я здесь жил всегда. В Понивилле, конечно, тоже было уютно, но во всех смыслах, кроме магического, а здесь практически наоборот. Чувствуя, что волки приближаются ко мне, я приготовился использовать магию и вышел на открытое место, и хоть я чувствовал, что совершаю ошибку, но магия во мне била ключом и говорила, что я всё делаю правильно. Я уже начал слышать шелест листьев и, не задумываясь, выстрелил в то место, откуда донёсся этот шелест, несильным зарядом магии, отчего там осталась воронка и обугленные головешки от древесного волка. Я посмотрел в место, куда я кинул небольшой шар, и немного удивился, ведь я совсем слабо выстрелил магией, а воронка была диаметром пятнадцать сантиметров.       Я предполагал, что магия Луны очень сильная, и то, что я полюбил не только красивую и похожую на себя поняшу, но и сильную, грело мне душу, но страх того, что я несколько недостоин своей принцессы, практически сошёл на нет. Я видел ещё почти с десяток волков, которые, посмотрев на останки своего собрата, стали ещё злее, а один даже прыгнул на меня, отчего тут же получил кулаком по морде и отлетел от удара, даже не зацепив меня. Секундой позже я почувствовал поднявшуюся из глубин моей души смелость и отвагу и, встав в защитную стойку, стал обстреливать волков, с удивлением отмечая про себя то, что не тратил при этом особых сил. Через две минуты от всей стаи остались лишь горелые поленья и вкусно пахнущий дымок — честно говоря, я был ещё тем токсикоманом, и, несмотря на то, что для некоторых запах костра был не очень приятен, для меня он пах вкусно.       Внезапно я услышал шорох позади себя и хотел уже выстрелить в то место, но увидел сквозь траву созданий, уж точно не похожих на волков. Это оказались те самые кобылки, которые убежали, они были сильно напуганы, но успев узнать обо мне от сестёр, они вышли ко мне, немного неуверенно, но всё же вышли.       — Привет, девочки, кажется, мы ещё не знакомы, я Майкл Фриз, а вы кто? — сказал я, умиляясь от их взгляда и милого внешнего вида. Я всегда любил детей, даже помню, как попросил у сестры одного моего друга понянчить её дочку. Мама девочки ушла, а я остался один с трёхлетней малышкой. Сначала мне было нелегко за ней ухаживать, так как я совершенно не умел общаться с детьми, но вдруг что-то во мне подсказало как быть с этой малышкой, и я сумел найти с ней общий язык, и с того момента я стал очень любить детей. Даже несмотря на то, что многие говорили, что это сплошная морока и с ними невозможно управиться, я умудрялся находить подход к каждому ребёнку.       — Э-э-э-э… здравствуйте, Майкл… я Эпплблум, — сказала жёлтая земнопони с малиновой гривой и огромным бантом на голове, выйдя немного вперёд, — это мои подруги — Свити Белль, — указала она копытцем на стоящую слева от неё белую единорожку с двухцветными сиренево-розовыми гривой и хвостом, на что та сделала что-то вроде понячьего книксена и застенчиво улыбнулась, а её щёчки слегка порозовели, — и Скуталу, — копытце переместилось, указывая теперь на оранжевого цвета пегаску с сиреневыми гривой и хвостом, на что та гордо выпятила грудь (насколько это вообще у пони возможно) и тряхнула гривой, что смотрелось невероятно потешно и мило, после чего жёлтая земнопонька, смущаясь, сделала два шага назад, возвращаясь обратно в «строй» жеребят.       — Очень приятно познакомиться, — сказали представленные две поняшки в один голос и, в отличие от Эпплблум, подошли ко мне ближе.       — Так, я не буду вас пугать, ругать или что-нибудь ещё делать, только объясните мне: зачем вы пошли в это место? Вы видите, кто здесь был? — я указал рукой на тлеющие поленья и ветки, останки волков. — Они же могли вас съесть, тем более ваши сёстры так волновались за вас, вы так разрываете им сердце, — грустным голосом сказал я поняшам, и у тех стали наворачиваться на глаза слёзы.       — Простите нас, дядя Майкл… — начала, шмыгая носом, Свити Белль. — Мы просто хотели найти свои кьютимарки… в школе над нами смеются несколько хулиганок из-за того, что мы до сих пор их не получили, называя нас «пустобокие» и «пустышки». Поэтому мы пытались найти их в Вечнодиком лесу… чтобы они перестали над нами смеяться… — уже плача, закончила Свити Бэль, Эпплблум тоже плакала, утирая слёзы копытцем, Скуталу же пыталась сдерживаться, но и у неё это не получилось, и она тоже расплакалась.       Не выдержав вида слёз трёх таких милых поняшек, я обнял всю троицу и, взяв их всех на руки, сказал:       — Не стоит спешить с этим, ваше время придёт, и вы сможете утереть нос вашим неприятелям, поверьте мне, как особенному пони принцессы Луны. Просто не обращайте внимания на тех хулиганок, ведь вы три особенных поняшки, у которых есть три замечательных сестры, они гордятся вами, несмотря на отсутствие ваших знаков, поэтому вы должны верить, что вы их найдёте.       От моих слов поняши сразу же успокоились и обняли меня что есть силы.       — Спасибо, Майкл, мы будем послушными и больше никогда не будем ходить в лес одни, — сказала Скуталу и, вытерев глаза копытцем, посмотрела на меня глазами, полными доверия и понимания того, что они совершили ошибку, но в то же время в них вернулись живость, озорство и даже немного упрямство, так свойственные непоседливым маленьким детям.       Мы шли около двадцати минут и на удивление никого не встретили, кроме пары кроликов и сов, ухающих на ветках деревьев, которые очень смешно поворачивали голову, когда смотрели на нас. Я заметил, что кобылки задремали у меня на руках. Спящие, они мне напоминали три маленькие, тёплые, мягкие и пушистые подушки килограмма по два каждая. И хотя было неудобно, что мои руки были заменой подушек для поняшек, и, боясь разбудить их, я не мог ускориться, чтобы поскорее покинуть лес, но то, что я лицезрел, меня очень радовало и умиляло. В итоге только спустя полчаса мы достигли края леса, приближаясь к Понивиллю.       Я пробыл в лесу, пока я искал потеряшек, около двух часов и уже успел немного устать. Выходя из Вечнодикого леса, я ощутил, что немного ослаб магически, и тогда мне в голову закралась мысль, что моя магия становится сильнее от темноты: чем темнее вокруг меня, тем сильнее магия. Спускаясь с холма и подходя к Понивиллю, я издалека видел, как все Элементы и несколько десятков жителей собрались на центральной площади и что-то обсуждали. Когда же я уже подходил к площади, один из пони заметил меня и крикнул остальным.       Увидев меня, все пони начали кричать и хвалить меня, отчего мне стало немного неловко и я почувствовал, что краснею. Поняши, спавшие у меня на руках, проснулись и спрыгнули на землю. Спустя буквально несколько секунд ко мне подбежали Элементы — Эпплджек, Рэрити и Рейнбоу — и со слезами обняли своих горе-сестёр, после чего, растащив их в разные стороны каждая свою сестру, начали, насколько я услышал, читать им нотации. Ко мне подбежала Твай и, обняв меня, тихо прошептала: «Прости, я сомневалась в тебе, ты наш герой… нет, ты мой герой». После подошли и жеребята и обняли меня, а затем, когда Свити Белль и Скуталу отошли, оставшаяся возле меня Эпплблум сказала:       — Спасибо, что спас нас, мы благодарны тебе, что помог нам поверить в себя и не отчаиваться, поэтому мы с радостью посвящаем тебя в должность «Охранник Клуба Меткоискателей»! — с этими словами жёлтая поняшка поклонилась мне словно принцу и мило улыбнулась.       Остаток дня прошёл неплохо. После возвращения жеребят их сестры обняли меня и сказали, что благодарны мне за то, что я привёл их, Эпплджек также извинилась за то, что сомневалась во мне, и подарила мне корзинку яблок. После мы спокойно продолжили занятия с Твай, и после них я пообещал показать ей то, что я научился делать, пока был в лесу.       — … тем самым ты сможешь увеличить магическую энергию и спокойно перемещать предметы во-о-от… т-а-а-ак, — заканчивала объяснять мне поняша и показала взлетающую с помощью телекинеза книжку.       — Фу-у-ух… мы с тобой отлично позанимались, и я, если честно, немного проголодалась. Спа-а-а-айк, приготовь нам с Фризом что-нибудь покушать, а то у меня нет сил больше, — крикнула Твайлайт и прилегла на диван.       — Ну Твайлайт, ты сама не можешь? — недовольно крикнул дракончик. — Я сейчас очень занят, мне нужно завершить одно дело!       — Твай, позволь мне, хоть я и не особо умею, но не хочу ни Спайка отрывать, ни тебя, — сказал я и, увидев её довольное лицо, подошёл к плите.       — Я так рада, что живу и дружу с таким милым и добрым человеком, как ты, — с гордостью за меня, что выглядело очень мило, сказала аликорночка.       — И я рад, что живу с такой талантливой и особой пони, к тому же, принцессой Дружбы, — немного покраснев, сказал я, глядя в глаза аликорночки.       Я стал готовить яичницу из шести яиц. У меня был свой собственный способ готовки, и я решил поведать его Твайлайт. Услышав рецепт, она сразу же его записала. Поскольку я готовил всего лишь минут пять, то поняша не успела оглянуться, как я уже сервировал стол. Твай хотела мне помочь, но я сказал, что сам всё сделаю и велел ей отдыхать, поняша чуток расстроилась, но потом снова расплылась в улыбке. Она понимала, что я не хотел, чтобы она нагружалась.       Вскоре всё было готово, и, увидев это, поняша позвала Спайка, тот неохотно спустился, но, увидев яичницу, сразу же перешёл на бег и, подбегая к столу, чуть не споткнулся. Мы сели как обычно: я напротив Твай, справа от неё дракончик.       — Что ты там делал, Спайк? — немного мрачным голосом спросил я Спайка. — Что было за дело, при котором ты отказался помогать Твайлайт?       — Простите, я просто готовил подарок для Рэрити, у неё же через два дня день рождения, — расстроенным голосом начал Спайк, но закончил он фразу радостно-мечтательным голосом, после чего, осёкшись, посмотрел на меня виноватым взглядом.       — У Рэрити день рождения? — удивился я, посмотрев на Спайка. — А почему ты нам с Твайлайт не сказал?       — Ну вообще-то я знала, про это я хотела тебе сказать, но всё время забывала, — с виноватым видом ответила поняша и перестала есть.       — Не бери в голову, Твай, — отозвался я. — Я знаю, что ты не специально забыла, главное, что я теперь это тоже знаю. Ладно, подарком займусь завтра, хотя я пока даже не знаю, что ей подарить, — добавил я, задумываясь над подарком для Рэрити.       На этом разговор угас, и дальше мы ели спокойно и молчали, олицетворяя поговорку: «Когда я ем, я глух и нем». В итоге, к концу трапезы я полностью определился с подарком для нашей Мисс Щедрость. После еды Твай поцеловала меня за то, что я разрешил ей записать рецепт и приготовил такую вкусную яичницу. Затем мы решили немного отдохнуть, дракончик продолжил доделывать свой подарок, а я и поняша начали читать книгу в немного странной позе: я полулежал на кровати, а Твай, села на меня сверху и, взяв в копытца книгу, держала её так, чтобы и я смог её читать. Твай даже не стеснялась такой позы, хотя, возможно, это я такой стеснительный. В итоге мы не заметили, как уснули.