Прекрасные моменты жизни

В вязком болоте рутины мы совсем не замечаем мелочей и очень важных моментов. Мы упускаем все самое хорошее из вида, выпуская на ветер свою юность и радость. Мы ленимся, и постепенно теряем в себе нечто живое. Теряем в себе то, что все еще способно чувствовать и сострадать. Наше сердце гниет. Мы все дальше движемся по тоннелю, имя которому «Зло». Идем, не имея совести обернуться назад, плюнуть на все, и вернуться. Это единственный шанс спастись, но мы нещадно растираем его между ладоней, превращая в жалкий пепел, и он рассеивается. Шансов нет. Мы бежим от самих себя. Окружающий мир давит, безжалостно разрывая внутренности и зажимая череп в тиски. Кости хрустят, а бабочки задыхаются у нас внутри, оставляя после себя тянущую пустоту. В комнате холод, окна распахнуты настежь, а занавески изорваны – теперь это всего лишь жалкие куски ткани, не согревающие, когда мы покрываемся коркой льда. Мы считаем, что лучше вскрыть синеватые сплетения вен на запястьях, вместо того чтобы наслаждаться тем, что у нас осталось. Человек скатывается в пропасть, но он понимает, что все это время поступал ужасно, только когда все дерьмо, в котором он оказался, перекрывает воздух. Мы не думаем о том, что в этом мире есть человек, который хочет жить и пытается воспользоваться всем, что преподнесла ему жизнь, вкусить все горечи и радости, наполняя себя умением чувствовать. Вместо того, чтобы брать с таких людей пример, мы становимся жалкими отбросами этого мира, умирающими по своей собственной глупости. Представьте, что где-то на этой планете есть ребенок, которому осталось жить всего лишь три дня. Малыш ничего не понимает об этом мире и не знает о том дерьме, которое иногда встречается на жизненном пути, но он хочет жить. Ты тоже когда-то был таким малышом, только вот у тебя еще вся жизнь была впереди, а сейчас ты сидишь в луже из собственных слез. Ценить каждый момент кажется нереальным и бессмысленным. Страдая от придуманных депрессий и пиздострадательств, мы забываем о том, что у нас хотя бы есть этот шанс провести жизнь не зря. Но мы плачемся на свои собственные проблемы. Тебе может быть всего лишь гребаных восемнадцать, семнадцать или шестнадцать лет, но ты свято веришь в то, что смысла жизни нет, и жить не зачем. Жалкий ублюдок, встань с колен, на которые посадил сам себя, и посмотри вперед! Перед тобой есть пути, и ты можешь выбрать один из них. Ты не пробовал взять себя в руки и начать жить заново, захотеть жить. Стоит просто попробовать. Что может заставить человека ценить каждый прекрасный момент его жизни?

***

Пак Чимин – милый и постоянно улыбающийся парень. Ему шестнадцать, и он любит завораживающие пейзажи, маленьких котят и молочные коктейли. Пак любит ухаживать за животными и наблюдать за уходящим солнцем; ему нравится теплый ветер, который треплет каштановые волосы, когда Чим прогуливается в пасмурную погоду по тротуару. Ему приносит удовольствие петь и писать небольшие стихи о том, как прекрасна жизнь. Он до ужаса ранимый и стеснительный, и какой-то поразительно открыто закрытый человек. Родители Чимина отказались от него еще совсем ребенком, он был воспитан своей родной бабушкой, которая умерла три года назад. Больше всего Чимин боялся попасть в детский дом, где ему точно пришлось бы трудно. Такому, как он – доброму и чувствительному – не место в этом ужасе, где дети ведут себя словно голодные псы. Они так рано остались одни, утеряли все то тепло и доброту, что была, быть может, заложена в них природой. Пак боялся, что с ним будет точно так же. К счастью, после смерти бабушки нашлась родная тетя Чимина, которая взяла на себя опекунство, и не дала Чиму попасть в такое ужасное место, как детский дом. Она сообщила парню о том, что его родители умерли примерно через три года после того, как отказались от Чимина – попали в автокатастрофу. Причина, по которой Пак был оставлен, оказалась самой типичной – его мать нежелательно залетела, а отец пообещал вышвырнуть ее вон, если она не сделает аборт. Но для аборта было уже поздно. Так на свет появился милый мальчик, забавно угукающий и шевелящий маленькими пальчиками. Тетя Пака оказалась безумно занятой женщиной, то и дело разъезжающей по важным командировкам в разные страны, именно поэтому Чим большую часть своего времени оставался дома один. Ему было бы одиноко, но у Чимина есть Чонгук. Это парень из богатой семьи, который всю жизнь провел беспечно и под крылом у родителей. Он жил, не зная проблем и горечи, пока однажды ему не стукнуло восемнадцать. Отец надеялся на то, что его сын вырастет достойным и ответственным человеком, но Чон младший только устраивал драки в школе и пакостил, строил из себя самого крутого парня на свете, спуская все немалые карманные деньги на то, что ему, по сути, вообще не надо было. Когда Гук стал совершеннолетним мальчиком, его отец решил, что раз его сын настолько уверен в себе, то он вполне способен прожить и без материальной помощи отца. Ссора у них была страшная, но в конце концов Чонгук был выкинут на произвол судьбы, без денег, влиятельного отца и друзей. Они разбежались как раз в тот момент, когда поняли, что Гук теперь не богатенький сынок своих родителей, а простой, ни на что не способный молодой человек. Остался только Тэхен – лучший друг с самого детства, обычный парень, любящий подурачиться и снимающий небольшую квартиру, в которой вежливо предложил пожить и Чону. Чонгук бы так ничего и не смог сделать и понять в этой жизни, если бы однажды не встретил одного парня с каштановыми волосами и узкими глазами, дарящими какое-то безмятежное спокойствие и радость. Чон тогда увидел, как Чимин кормит бездомных котят, поглаживая их по голове пухлыми пальчиками и тихо что-то приговаривая. Что-то в Гуке резко переменилось, ударяя в голову мыслью о том, что «Почему я все еще ничего не сделал для того, чтобы быть счастливым?» Он тогда улыбнулся и подошел к Чимину, предлагая познакомиться. Странно, но они слишком быстро открылись друг другу, изливая душу и иногда даже роняя слезы. В тот вечер они поняли, что их что-то связывает. Что-то, что теперь никогда не позволит им расстаться. Сначала это были дружеские отношения, которым можно было только позавидовать. Они всегда поддерживали друг друга и могли сорваться на помощь, даже если находились в этот момент очень далеко. Чимин научил Чонгука жить и не раскисать, а Чон научил младшего не терять своей доброты и всегда подставлял свое плечо. Гук устроился на работу, одновременно пытаясь получить образование, а Чимин в это время готовился к окончанию школы, стараясь усвоить все как можно лучше для сдачи экзаменов. Парни смогли позволить себе небольшую съемную квартиру, которую делили на двоих. Они полностью погружались в дела, но все равно находили время друг для друга, наслаждаясь совместным времяпровождением. Чонгук постепенно окреп и встал на ноги, зарабатывая хорошие деньги. Пак часто заставлял его сблизиться с отцом, но старший постоянно отпирался, все еще держа какую-то обиду, хоть и сам понимал, что вина лежит и на нем. Их отношения так бы и продолжались в направлении «Друзья», но только вот что-то однажды пошло не так. Они отдавались друг другу без конца, проживали все радости и печали вместе, а еще у них что-то теплилось в груди. Чимин краснел, когда Гук придвигался ближе в общественном транспорте, а старшему хотелось держать за руку и обнимать Пака. В один прекрасный вечер они смотрели фильм, отдыхая после тяжелого дня. В комнате было темно, несмотря на свет, падающий с экрана телевизора, и тихо. Каждый был погружен в просмотр и вникал в смысл сказанных актерами фраз. В момент, когда на экране произошло особенно устрашающее и резкое действие, Чимин вдруг прижался к Чонгуку, сверкая в темноте испуганными глазенками. Гук лишь по-доброму улыбнулся и придвинул Пака ближе к себе. Что-то промелькнуло между ними, когда Чим поднял на старшего испуганный взгляд, а Чонгук посмотрел Паку прямо в глаза. Расстояние между ними сократилось в считанные секунды, а потом теплые мягкие губы Чимина прильнули к чонгуковым. Они целовали друг друга слишком нежно, слишком с любовью. В отличие от Чонгука, который в старшей школе натренировался на девчонках, у Пака это было впервые. Он пытался отвечать на поцелуй, постепенно переходящий в более страстный и мокрый, а потом тихо простонал, когда Чон переплел свой язык с чиминовым. Так у них началась новая страница в жизни, на которой они вместе писали свою историю, разбавляя пустые поля яркими воспоминаниями и событиями. Все шло удачно, они с каждым днем любили друг друга все больше, тонули в этой любви и всплывали на поверхность только когда нужно было вдохнуть свежего воздуха. Только вот кислород неожиданно перекрыли, когда у Чимина обнаружили рак. В тот день тишину, нарастающую в комнате, можно было, казалось, потрогать руками. Но руки предательски дрожали, а слезы катились из глаз, обжигая щеки солоноватой жидкостью. Чонгук не мог сказать ни слова, упав на колени, он безмолвно смотрел в одну точку перед собой, не в силах принять то, что сказал Чимин. Злокачественная опухоль в мозгу была обнаружена слишком поздно, без шансов на спасение. Тяжелый приговор камнем упал на плечи Чонгука, вдавливая его в грубую поверхность грязного ковра, отдавал пульсирующей головной болью. Пак не понимал, почему такое произошло с ними. Именно с ними, потому что для них уже давно не существовало глупого деления на «я» и «ты». Для них существовало излюбленное и греющее душу «мы», которое согревало даже сейчас, когда судьба сама решила все за них. Доктора разводили руками, сочувствующе смотрели в узкие, все еще горящие любовью к жизни, глаза Чимина. Когда они, хоть и не до конца, осознали, что бесполезно искать выход из этой ситуации и ездить по больницам, в поисках чудесного лекарства, доктора поставили Пака перед фактом. Младшему оставалось жить два месяца. Чонгук тогда плакал, не в силах сдержать слезы, пока Пак не видел. В голове крутилось лишь сухо произнесенное «Два месяца, Пак Чимин, у вас есть два месяца», а в голове сразу возникал вопрос «Почему так мало? Почему не три? Ведь это чудесное число из сказок!» Только вот «три» - число из сказок со счастливым концом. Чон, наплевав на все, сорвался в свой покинутый когда-то дом, к отцу. Он просил помощи, умолял, стоя на коленях, говорил, что в ответ готов на все, лишь бы Чимин жил. Чон старший впервые увидел своего сына после той злополучной ссоры, но такого Чонгука он действительно видел в первый раз. Отец развел руками и попытался обнять сына, но Гук, в порыве эмоций, отпрянул от него, отдаваясь новому потоку эмоций, хлопая дверьми и направляясь домой, к Чимину. Больно было смотреть, как Чимин улыбается сквозь слезы и прижимается всем телом, все еще веря, что все будет хорошо. Оба прекрасно знали, что не будет, но сжимали друг друга в объятиях всю ночь напролет, не смыкая глаз и засыпая лишь под утро. Когда слез не осталось, но пришло осознание того, что им скоро придется расстаться, они решили, что теперь каждый день они проведут еще в большей любви, чем когда-либо, не упуская ни минуты. - Я хочу помнить тебя, Чонгук, - ласково произнес Чимин, поглаживая старшего большим пальцем по ладони. – Я хочу сохранить «нас» в своей памяти. - Я обещаю тебе, Минни, - ответил Чон и поцеловал младшего в висок, прижимая к себе.