Follow the butcher

      Встал я совсем не с той ноги. Чёрта с два я бы смог быть добрым после того, как проснулся от смачного удара по голове. Полагаю, не надо быть ахуенно умным, чтобы понять, кому я так понравился. — Ах ты сука! — я зажмуривась от боли и вскакиваю, вытаскивая из-под подушки пистолет, целясь им хер его знет куда, — только дёрнись и тебе пиздец.       Я открываю глаза и вижу, что передо мной никого нет, а я валяюсь и ору в ворохе какой-то херни. Я оглядываюсь назад и замечаю дряхлую сорвавшуюся полку, в содержимом которой, походу, сейчас сачкую. Глянув в угол я вижу своего гостя, который с интеллигентным удивлением уставился на меня. У него из смертельного оружия только газета в руках.       Заебись. День начался с того, что я - полный идиот. — Смотрю, вы вполне себе разговариваете, — с сарказмом отмечает он, переводя равнодушный взляд с пистолета на меня и на хлам вокруг. Я вздыхаю и обречённо ложусь назад, закуривая что-то из пачки на столе. Я уже спалился, нет смысла оправдываться, это будет выглядеть еще тупее. Я, блять, наёмный убийца, я априори ебанутый. Хоть с цветком могу разговаривать. Но придётся с этим петухом. — А ты, значит, знаешь русский. — Разве что совсем чуть-чуть, — без акцента и единой запинки отвечает он. Какой скромник. — И не боишься пушек, направленных тебе в лицо. — За мою жизнь в моё лицо направляли много стволов.       О, даже не сомневаюсь. — Как зовут? — Руслан, — я не смотрю перед собой, но знаю, что он тщательно следит за мной. Анализирует меня. И мне это не нравится. — Я тебе не доверяю, Руслан, — честно говорю я, докуривая, — не советую тебе меня злить или вызывать лишние проблемы. И без тебя есть кому мудить, — я отщёлкиваю бычок в форточку и встаю. Голова кружится и я чувствую, как что-то вязкое течёт по моей носоглотке и капает на губы. Ага. Ахуеть. — Я надеюсь, ты дочитал газету, — спрашиваю, подходя к нему и запихивая пушку за пояс. Он поднял внимательный взгляд со страниц. — Нет, — настороженно отвечает он, смотря на мой кровоточащий нос. — Жаль, но у моего лица начались месячные, — я отнимаю у него бумагу, чему он даже не сопротивляется. Чувак совсем скучный, даже не задает вопросов и не пытается меня убить. Это и заставляет не доверять ему ещё больше. Он слишком спокоен для юнца, которого несколько часов похитила мафия, а после приютил у себя русский киллер. Он не бежит, не в истерике, он, блять, газету читает. Я что, сплю? — Пошли, — наскоро смотав из газеты фитиль и заткнув им нос, я бреду на кухню. Не знаю, что у него на уме, но чувствую - на подходе меня что-то уже ждёт. — Что это? — спрашивает он, непонимающе и брезгливо пялясь в свою тарелку. — Это завтрак.       Я сажусь напротив и начинаю есть. Почему я вообще его кормлю? Ну, я просто добрый. А ещё консервы почти просрочены и я бы их итак выкинул, так хоть немного карму себе почищу.       На вкус оно и свежим не очень, но альтернативы финансы не предоставили. Поэтому я запивал вываленые на тарелку консервы виски, что на самом деле делало мерзким мой завтрак даже больше. Даже больше, чем кислая рожа этого пижона. Я что, в утреннюю кашу ему насрал? В каком месте моя холупа похожа на ресторан? Терпение и виски кончаютcя синхронно. — Что не так? — Простите, но у вас нет чего-нибудь... Другого? — Нет, Руслан. Есть только ахуительная фасоль. Жри аж бегом.       Он неловко кивнул и взял вилку в руку. Сковырнул большой шмат слизи и, сглотнув, поднес вилку с фасолью ко рту, но в последний момент с звонким лязгом положил их на тарелку. Какая драма. — Что планируешь делать? — Я... Не знаю. Ещё не решил. — За что те парни тебя пресанули? — я внимательно следил за его лицом и руками. За простыми смертными русская мафия не охотится, а что ждать от этого фрукта я не знаю. — Скажем так, — начал он после паузы, медленно сложив руки в замок, - лично у меня с ней никаких проблем нет. Но... — он вздохнул, поднимая на меня прищуренные глаза, — по их глупости я оказался крайним. — И теперь тебя ищут. — Ага, — сказал он, почти не размыкая губ. Он внимательно и цепко смотрел на меня. Напряжения добавляли его молчание и неподвижность. — Хватит пялиться, зае... — Позволь мне остаться, — вдруг спокойной вбросил он. Я даже впал в ступор от такой прямой наглости. — Чего? — Позволь мне остаться, — также спокойно повторил он. — Не, чувак, так дело не пойдёт, — я посмеиваюсь, — проблем с мафией мне не надо. — Ты её людей расстреливаешь... — ... что совсем не означает... — Четыре дня, — глядя мне в глаза просит он, — дай мне четыре дня и я исчезну. — Да иди ты в пизду, — хмурюсь я, — какая мне с тебя польза? Будешь жрать мою еду с недовольным ебалом и просиживать жопу в моей квартире? Выметайся нахуй отсюда, чувак, и скажи ещё спасибо, что я тебя не пристрелил вместе с теми ублюдками. — Но мне больше некуда идти... — Вали, блять, чувак, — очень убедительно говорю я, кивая на дверь. Он делает глубокий вдох и медленно выдыхает, неотрывно смотря на меня. Нет, сказочный долбаеб. — Давай, съябывай отсюда, — подгоняю я и он, вздрогнув, нехотя встает из-за стола. Будто до конца не верит, что я на полном серьёзе. — Твоё шмотье вон там, — я показываю на вешалку, — а теперь вон из моей квартиры и забудь всё, что тут было.       Он как-то странно развернулся и пошел к прихожей. Хороший мальчик. Доверчивый. Жаль таких обманывать. Рука уже завинчивала на стволе прикреплённый ранее под столом глушак. И пока этот пидорас будет одеваться, я его... — И что теперь? — он выпрямился, всё так же стоя спиной ко мне, и засунул руки в карманы, — просто убьёшь меня?       Неожиданный поворот. — Если продолжишь пиздеть... — Ой, да ладно? - цокает он и слегка откидывает голову, — а то, что ты целишься в меня из пистолета с глушителем это что, профессиональный юмор?       Я молчал. Посмотрел на пистолет. На парня коридоре. Немного ахуел. — Да, я знал о нем. Это достачно предсказуемо. — Я тебя в реку, блять, выброшу и тебя не найдут ни копы, ни твои ебучие гангсеры. — Не сомневаюсь, Илья, — он качнулся на месте, — а как ты ототрёшь кровь с дерева? Как вынесешь тело? Где ты тут его разделаешь? Или дай угадаю: завернёшь меня в ковёр?       В ванну я его уже волочил, хотя он не сильно вырывался. Знаете, недолюбливаю людей, которые знают обо мне больше, чем нужно. — От керамики легче отмывать? — спросил я, прижимая его горлом к борту ванной и тыча в чужой висок дулом. Он меня порядком заебал, но пристрелить его сразу не хотелось. Он почти не сопротивлялся и, казалось, больше подыгрывал мне, чем был озабочен происходящим. Всё дело в том, что эта манера увеличивала интерес и бешенство одинаково. Он коротко оглядел кафель на стене и кивнул. — Думаю, что... — но я резко надавил коленом на шею, от чего он замолчал и зажмурился. Вопрос, дебил, риторический. — Откуда ты знаешь моё имя? — он сглотнул и уперся руками о борт, — откуда, блять, я спросил? Руслан поднял руки над головой и я ослабил давление, позволив ему вдохнуть. — Ну в ящике твоем копался. Мне нужно было... — но охрипший голос снова заглох в пережатой трахее. — Сукин сын, блять, я тебе... — но мою тираду и его кашель прервал телефонный звонок. Как всегда - ахуенно вовремя. — Молчать и сидеть смирно.       Целясь в него, я попятился к телефону и, не сводя глаз, цепляю трубку свободной рукой. — Алло? — Здравствуйте, это миссис Уизли, мать вашего ученика. Знаете, мой сын - сложный мальчик, но все же способный. Его психолог сказал, что поскольку обучение займет много времени, то проблему за раз не решить, но потом все наладится и вы подружитесь. Просто будьте с ним помягче. Его портфель около входа в школу. Не понимаю, почему он так делает. Надеюсь на понимание! - на том конце пошли короткие гудки. Снова, блять, ебучие гудки. Ебучие гудки и этот засранец на коленях в моем сортире. В моем доме. А теперь и на моей шее. — Мы закончили? Или еще нет?.. Эй? — спрашивает он растерянно после того, как я раздраженно кладу трубку на скобы, опускаю ствол и молча иду обратно на кухню. Сажусь за стол. И продолжаю есть.       Краем глаза я вижу, как недоуменный Руслан выходит и непонимающе смотрит на меня. Ему очень хочется смазать по ебалу. Ты считаешь, что это реально моя инициатива? — Что все это... — Ты, блять, что, не доволен, что тебя не убили? — Это как минимум настораживает, - он подходит и встает напротив меня, ловя мой взгляд, — что происходит?.. — Ты хотел остаться? — спрашиваю я, нехотя переведя взгляд на его лицо. Ненадолго, - Поздравляю. Ты остаешься.       Пидорские глаза напротив поползли на лоб. — Серезно? — Хуезно. Слушай, не беси меня. Поверь, я хотел этого меньше всего. — И что, — он надменно ухмыляется, смотря на меня сверху вниз, - даже не станешь меня убивать?       Вилка впивается мне в ладонь. — Я тебе сейчас.. — Ладно, ладно, — он снова поднимает руки, - я молчу. И стоит. Надо мной. Но уже не так раздражающе. — Приятного аппетита, — коротко бросает он и быстро уходит, покоя чем нибудь в него не кинул. Но даже грубить мне больше не хотелось.       Но один вопрос все же интересовал меня.       Кто он, черт возьми, такой?