После тюрьмы жизнь только начинается

Со дня событий в Опере прошёл месяц. Однажды Кристине Дае, которая так и не вышла замуж, попалась газета, где говорилось, что Призрак Оперы, он же преступник Эрик Дестлер был пойман полицией Норвегии. Кристина остервенело швырнула газету на кровать. Вспомнила, что мадам Жири сообщила, что Эрик мёртв. Узнав о том, что он жив, девушка тут же поехала в Норвегию. Сейчас она едет в поезде, задумчиво глядя в окно. Она ненавидит Эрика! Кристина не представляет, что скажет ему и не знает, как пройдёт их встреча, но она требует объяснений! Зачем ему была нужна инсценировка собственной смерти, если теперь он за решёткой, да к тому же, под своим именем? Он безумец, и Кристина этого не отрицает, но не настолько же? Он далеко не глупец… Порой девушке приходила в голову мысль, что Эрик специально угодил в тюрьму, словно проверяя, станет ли она, Кристина, его искать. Но это глупо! Он, должно быть, думает, что она замужем и забыла о нём. Вот только это далеко не так! А ещё… Кристина переживает за него. Почти оказавшись у цели, её сердце вдруг разорвало беспокойство. Она целиком и полностью осознала значение этого ужасного слова — тюрьма. Как он там? Что станет с его творческим эго? Там нет музыки… нет ничего. Там его гений и талант пропадает зря. Кристина, как в бреду, останавливается в гостинице, там успевает сменить платье и тут же спешит к нему.

***

По пути она несколько раз представила себе их встречу. Возможно, стоило на него наорать (ведь она слишком зла на него за обман про смерть!), а потом простить; или ужаснуться тому, что он попал в тюрьму… Кристина, определённо, волнуется и переживает за него и за себя. Она сотню раз, почти уже на пороге тюрьмы, размышляла, будет ли он рад ей или злится на неё? Скучал или пытался забыть? Кристина волнуется, но одно знает точно — она должна его увидеть. А там, будь, что будет.

***

Переступив порог тюрьмы, Кристина поняла, что не была готова к тому, что увидела. Это — тюрьма? Это место лучше, чем её гостиница. Нет, это место лучше, чем любая гостиница в мире! Девушка даже пожалела о том, что это — не гостиница. Слово «приятно» у неё никак не ассоциировалось с тюрьмой, но эта стала исключением. Также слова «ухоженная» и «чистая». Она нашла Эрика в музыкальном зале. В тюрьме есть отдельный музыкальный зал! Может, ей всё это снится? А она-то переживала, что его гений пропадает здесь. Вот он — играет на скрипке, в белой маске, парике и рубашке; её не замечает, чем, собственно и пользуется Кристина, пожирая его взглядом и осознавая, что скучала по нему всё это время. — Виконтесса… — из забвения её вывел голос Эрика. Он обернулся к ней, уже без скрипки в руках, и удивлённо смотрел на девушку. — По-прежнему Дае, — ответила Кристина и сделала вперёд неуверенный шаг, теперь в деталях изучая комнату, доверху набитую музыкальными инструментами. Это же рай, даже лучше, чем рай. Кристина не хотела оставаться здесь дольше, чем можно, но теперь ей хотелось, чтобы Эрик сыграл на арфе, контрабасе и… на всём, что здесь только есть. А ещё… ей тоже хочется сыграть на флейте, которую девушка буравит взглядом не одну минуту, но голос Эрика возвращает её к реальности. Сначала нужно объясниться. Им обоим. — А как же твой виконт? — недоверчиво спросил Эрик. — Свадьбы не было, — она всё ещё странно ощущала себя здесь, а оказавшись рядом с ним, вспомнила свою злость на него, и стала бить кулаками грудь мужчины, при этом гневно крича и рыдая. — Как ты мог?! Как ты мог меня прогнать?! И зачем, скажи только, зачем, нужно было инсценировать собственную смерть? Зачем было так пугать?! Чтобы потом стать преступником и загреметь за решётку?! Я тебя ненавижу! Ты хоть представляешь, как я волновалась и переживала?! Ангел, Призрак Оперы? Нет, сейчас перед ней был Эрик, мужчина, который ошарашенно глядел на неё, а после, подождав, когда Кристина выговорится обо всём, что накипело, поймал пальцами её запястья, останавливая, и неловко улыбнулся. — Остановись! Объясни мне, что случилось? — Нет уж, это ты объясни, что, чёрт подери, здесь происходит! — потребовала Кристина, пытаясь вырваться. — Ты волновалась и скучала по мне? — спросил он, желая утихомирить её и, наконец, отпустил её руки. — Очень! Я так скучала по тебе, Эрик! Я думала, что ты мёртв, я места себе не находила! Вся ярость, гнев, что Кристина копила в дороге, разом испарилось. Девушка крепко, совсем как недавно в подземелье, обняла его, прижавшись головой к его груди. Она отчётливо слышала его взволнованное и радостное сердцебиение. Он верил в происходящее с трудом. Как было возможно поверить, что его маленькая Кристина приехала сюда к нему, чтобы его увидеть, чтобы убедиться, что он в порядке? Она скучала без него! Мысли… В голове столько мыслей, так трудно сосредоточится на том, что его Ангел его обнимает. Вот так, просто, спустя месяц, она рядом. Он медленно гладит её спину и каштановые локоны. Кристина чуть отстранилась от него. — Ты всё ещё меня любишь? После всего, что произошло, ты меня любишь? Он мягко улыбнулся: — Эрик любит Кристину. — он глубоко вздохнул. — Я всё тебе расскажу, только не сейчас. Ты позволишь, если я кое-что покажу тебе? — Разумеется. — согласилась она.