( Не ) 18

Проснувшись, Карен немного понежилась в кровати, не желая подниматься. Вчерашняя гонка заставила ее хорошенько побегать и почувствовать бешеный адреналин. Ее новая знакомая напоминала ей тех самых кукол, которые ей в детстве покупала мама. Она была такой правильной и послушной, что Карен ненароком стало интересно, когда у этой хорошенькой сядут батарейки. Из кухни послышался голос отца, который подгонял ее побыстрее собраться. Это было негласное правило, которое они поддерживали. Жизнь в Японии только ради образования. За последние годы Карен ни разу не пропустила не одного дня в этом адском месте, ведь стоит это сделать, как отец тут же наберет номер родных и отправит ее в Америку. Девушка не хотела прощаться с тем местом, которое напоминало о маме. Только Япония осталась от нее, и если ей ради воспоминаний нужно было ходить в школу, то так тому и быть. Семейной идиллии у них не было. Они давно перестали завтракать, проводить время вместе. Карен видела, как отца терзают слова, которые он хочет сказать, но не в силах этого сделать. Он мучился также, и она, и словно произнесенные слова могли окончательно разорвать нить их взаимоотношений. Бывали моменты, когда девушка действительно чувствовала себя виноватой, и ей хотелось хоть немного смягчиться, но для нее это обозначало бы поднять белый флаг. Ей словно гордость не позволяло проявлять эмоции перед отцом. О ночных похождениях он не знал, да и вообще о ночной жизни своей дочери. Возможно, если бы он проявил интерес, то узнал бы, чем живет его чадо, но и ему, так же как и ей, нравилось держаться на расстоянии. Словно это было еще одно негласное правило: ты живешь своей жизнью, а я своей.  — Я ушла! — крикнула Карен, натягивая ботинки. Отец ничего не ответил. Последнее время он стал еще менее разговорчивее, что позволяло его дочери совершать еще более безумные поступки. Карен хлопнула дверью, чтобы отец не расслаблялся. Девушка выскочила на улицу и дала отбой водителю, который при виде нее поднялся и собирался направиться к гаражу. Она даже и представить не могла, что случилось бы, если бы ее вчера поймали. Наверное, это и заставило бы отца раскрыть глаза. Но зачем это делать, когда им обоих приятно находиться в своих иллюзиях. После смерти матери, Карен потеряла всех своих старых друзей. Постепенно. Кто-то уходил молча, кто-то успевал произнести гадкие слова. Но как ушел Хайму, она никогда не забудет. Произнесенные им слова, до сих пор крутились у нее в голове. «Ты разрушаешь все, к чему прикасаешься.» Кажется, что после этого она должна была впасть в депрессию, но ничего не произошло. Его слова ее задели, но не уничтожили, потому что она уже привыкла к тому, что ее бросают, а показывать слабость она не могла. Нет, такой роскоши она не доставит никому. Пусть смотрят на то, как она важно ходит по коридору, не теряя достоинства. ***** Айя проснулась из-за ужасного шума, разносящегося из кухни. Мама никогда не была идеальной хозяйкой. Она всегда любила все делать для себя, а не для кого-то. Для других, наверное, это был огромный шок, когда стало известно, что такие два идеальных человека разводятся. Строить из себя счастливую семью они научились давно. На публику они были идеальной семьей с трудящимся на благо семьи отцом, домохозяйкой матерью и отличницей дочерью. Только за четырьмя стенами все было наоборот. Айя еще в детстве часть слышала, как родители ругаются, но что-то их все равно заставляло жить вместе. Со временем Айя поняла, что именно она, до поры, до времени, и была той самой причиной, по которой родители терпели друг друга. Никто из них не знает, как бы долго еще продолжался бы этот спектакль, если бы однажды отец не застал мать в постели с лучшим другом. Тогда, наверное, и была последняя капля, но все кругом думают, что просто не сошлись характером, вот и разошлись. — Мама! — крикнула Айя. — Ты уже проснулась или это я тебя разбудила? Не важно, тебе все равно пора вставать в школу. Айя не помнила, когда мама проявляла хоть, какую-то нежность. Бабушка как-то рассказала девушке, что мать не хотела ребенка в таком раннем возрасте. Просто залетела, да и отец ребенка был готов жениться, как говорила бабушка: «Карта хорошо легла.» Наверное, из-за того, что Айю родили в семнадцать, и мама толком еще была самой ребенком, она не смогла дать нужной любви дочери. С годами, казалось, материнский инстинкт должен был появиться, но его как и не было, так и не стало. Айя встала с кровати и быстро наделась. В прихожей, как обычно, уже лежали деньги на завтрак. Даже это уже не смущало девушку. Она привыкла к такому отношению матери. Поначалу казалось, что она просто хотела откупиться от дочери, а потом это перестало казаться. Купюра в руку и гуляй. Где и как проводила время Айя, матери было наплевать, только изредка она интересовалась оценками дочери. «Привет. Как учебный год? Успела найти себе новое хобби?» Напечатала девушка, натягивая на себя школьные туфли. Химэ ответила почти моментально. «Привет. Да вроде все нормально. Нет, не нашла и не буду. Меня ничего не интересует. Как у тебя дела? Мама все еще в поиске нового принца?» — Я ушла! — крикнула Айя, но в ответ ничего так и не услышала. «Как это ничего не нравится? А баскетбол? Я помню, как ты любила смотреть и присутствовать на играх Котаро. Может тебя менеджером или помощником возьмут? Еще в каких поисках. Сегодня проснулась из-за того, что эта бестия, что-то на кухне творила.» Айе нравился Киото, это был очень красивый город, и она все никак не могла понять, почему от него забрали звание «Столица Японии». У Киото были чудесная история, обворожительные храмы. Ведь именно здесь, когда-то собирались отряды самураев, чтобы защищать сегунат. «Только мы обе знаем, что я ненавижу Поколение чудес. Помнишь твоего парня на два дня? Кисе Рета? Так вот, он член баскетбольной команды. Я еле сдерживаюсь, чтобы не задушить его… Мы с Котаро не общались с начала учебного года.» «Да уж, ты очень злопамятная. Я его тоже почти не вижу. Он вечно в спортзале. Ладно, до встречи.» «До встречи.» Айе было жалко подругу. После того падения на сцене, Химэ очень изменилась. Она замкнулась в себе и опустила руки. Даже не пыталась найти себе новое увлечение, а что больше всего не нравилось Айе: она даже не пыталась вернуться на сцену. Видимо хватило одного падения, чтобы заставить Химэ уйти в тень. Ни Котаро, ни Айя не могли подумать, что их подруга будет кем-то другим. Им всегда казалось, что Котаро станет полицейским, Айя актрисой, а Химэ примой. Другого расклада просто быть не могло, но видимо не всегда бывает так, как мы хотим. Порой жизнь преподносит нам сюрпризы и совершенно иной расклад нашей жизни, которую мы успели распланировать до самой смерти ***** Карен подошла к своему шкафчику, чтобы достать нужные учебники и положить портфель. Девушка находилась в очень приподнятом настроении, пока не решила заползти в маленький кармашек. Девушка еле устояла на ногах, когда заметила, что он был открыт. Видимо вчера, она забыла его закрыть. Уже не нужно было быть телепатом, чтобы догадаться: флешки на месте нет. Карен закинула портфель в шкафчик и захлопнула его так сильно, что все обернулись. Девушке хотелось рвать на себе волосы. Она была уверенна в своих действиях, но может кто-то сверху ей намекает, что лучше не стоит делать то, что она задумала. — Вижу, день у тебя не задался, — сказал Имаёши, набирая код своего шкафчика. — Опять ты! — воскликнула Карен, поражаясь надоедливости этого парня. — Тебя учитель Отеба просил зайти. — Зачем? — Не знаю. Карен тяжело вздохнула и пошла в сторону кабинета учителя. Минуты, которые она шла, показались ей удивительно долгими. Неожиданно на девушку напала паника, а что если она не написала вчерашнюю контрольную, что если полиция все же запечатлила ее лицо и теперь пришла в школу. Девушка в какую-то минуту подумала о побеге. Она попыталась переключиться на другие мысли. Где она могла выронить флешку? Что если на дороге? То, скорее всего, флешка уже мертва. Что если на одной из тех улиц, по которым она бежала? Тогда можно попрощаться с ней, потому что, это тоже самое, что искать иголку в стоге сена. А что если она выпала в комнате у той принцессы? Тогда ей просто повезло. Карен еще с минуту стояла и смотрела на дверь. Потом нашла в себе силы и постучала. В кабинете был какой-то парень, который с безразличным лицом смотрел на учителя. Выглядел он небрежно и растрепанно, хотя волос на голове было и не так много, словно уже готовился служить. — Карен, а мы как раз тебя ждали, — радостно заговорил Отеба. — Мы? — удивилась девушка, подходя к столу учителя. — Да. Вы, наверное, не знакомы, это Аомине Дайки, первогодка и игрок баскетбольной команды. Это, Карен Изуя, моя лучшая ученица. У Аомине некоторые трудности с математикой, из-за которых его могут исключить из команды. Я подумал и решил, что ты смогла бы его подтянуть к следующему тесту. — Я не хочу быть нянькой. Весь их разговор, Аомине отстраненно, качался на стуле, Карен даже не была уверенна, что он вообще слушает. Он выглядел так, будто бы речь шла даже не о нем. — А почему он молчит?! — воскликнула Карен. — Пусть хотя бы слово пикнет, чтобы я была уверенна, что мне подсунули не овощ! Стул противно заскрипел, и девушке наконец-то подарили свое внимание. Аомине оценивающе осмотрел Карен, а потом зевнул, словно показывая свое безразличие. — Мне наплевать, кто будет меня готовить. Главное, чтобы от нее был прок, а то верну и счет предоставлю. Дайки поспешил покинуть кабинет. Карен так и осталась стоять на месте с открытым ртом. Она не могла поверить в то, что услышала. Этот амбал, стоило ему открыть рот, превратился в грубияна, который в точности подходил своей рубашке с двумя расстегнутыми, верхними пуговицами. Сжав кулаки, девушка решила для себя, что справится с этой задачей, которую перед ней поставил учитель. Карен всегда заводили сложные задачи, а Дайки был как раз из этой категории. Словно брошенный ей вызов. Такой азарт у нее был от матери. Ее всегда привлекали невыполнимые миссии, которые, казалось бы, невыполнимые. Она попрощалась с учителем и ринулась за своим подопечным, который уже успел дойти до своего шкафчика. — Метр с юбкой, — произнес Аомине, когда заметил, подходящую к себе, Карен. — Что-то хотела? — Чтобы ты запомнил мое имя. Мне нужен твой адрес, чтобы после школы я пришла к тебе позаниматься. Аомине что-то буркнул себе под нос. Карен смогла разобрать только слова, про лишний груз. Дайки достал тетрадку и вырвал оттуда кусок листа и заковырястым подчерком написал свой адрес. ***** — Ты куда вчера так быстро убежала? — спросил Касамацу, присаживаясь к Химэ, которая ковырялась в своем обеде. — Домой срочно нужно было. Химэ запихнула в себя кусочек мяса, чтобы прервать разговор. Касамацу это прекрасно понимал и решил, что лучше отстанет, чем будет лезть своими советами к ней в душу. Признаться, он никогда не пытался туда залезть. Возможно, потому что понимал, что его там не ждут. Есть люди, которые готовы делиться со всеми своими проблемами, чтобы их пожалели, а есть те, кто будут пытаться их пережить, не позволяя никому к себе близко подбираться. Котаро снова целыми днями проводит в спортзале. Химэ знала, что у них новый капитан. Тот самый, Акаши Сейджуро, который решил поиграть с Киеши. Что там происходит? Ей хотелось задать уйму вопросов Айи, но девушка понимала, что подруга возможно знает столько же, сколько и она. Ничего. — Привет. Кисе подсел за их столик, радостно улыбаясь и прощаясь с армией фанаток. Вот теперь еда по-настоящему стала предлогом не разговаривать. Касамацу наблюдал за девушкой, которая вздрогнула, когда услышала голос Реты, и теперь уплетала еду, которую пять минут назад была готова выкинуть. Рета же сидел молча, стараясь не замечать странного поведения Химэ. Касамацу чувствовал себя, как на минном поле, где одно неверное движение означало смерть. Это впервые за все время, когда эти двое сидели за одним столиком. Химэ обычно избегает Кисе, стараясь все делать быстрее, чтобы к его приходу она могла уйти. Тем временем Рета всегда позволял ей свободно дышать, не нападая своим желанием дружить. Касамацу вообще казалось странным желание Кисе подружиться с тем, кто его так сильно не переносит на дух. — Хочешь? — вежливо поинтересовался Рета, протягивая девушке коробочку сока. Вот теперь Касамацу понял, что это был шаг не туда, и одна из мин только что взорвалась у его ног. — Ты серьезно думаешь, что таким хорошим поведением сможешь меня обмануть? — О чем ты? — недоумевающе спросил Кисе. Девушка выбила из его рук сок. Видимо последние месяцы она только и ждала, когда сможет сорваться на него. Рета растерялся такому поведению. Касамацу никогда его не видел таким. Друг напоминал загнанного в клетку зайца, который не знал, куда ему деться. До Юкио неожиданно дошло, что Кисе тоже старался избежать этого разговора. Вероятно, легкий форвард прекрасно знал причину ненависти к нему. — О чем я?! О том матче, где ты и твои друзья довели моего друга сначала до состояния ничтожества, а потом до травмы! Знаешь, что с ним случилось?! Ему пришлось уехать на лечение и бросить баскетбол, который он так сильно любил, а ты тем временем пировал, создавая себе имя! Ты не чудо света, а ничтожество, которое пытается казаться хорошим! Эти крики собрали вокруг себя многих зевак. В основном это были девушки, которые злобно лицезрели, как их идола поливают грязью. Наверное, закатывать истерику у всех на виду было не лучшим решением Химэ, но Касамацу понимал, что если сейчас она выговориться, то ей станет намного легче. К удивлению капитана, Рета сидел тихо, опустив голову, выслушивая все, что ему говорят. Никто не понимал, что будет дальше, какой ход сделает Кисе или Химэ. Неожиданно буря стихла. Химэ развернулась к своей тарелке и продолжила есть. Ей видимо показалось, что достаточно драмы, которую она разыграла. Касамацу проглотил кусок сэндвича, чувствуя себя не в своей тарелке. — А чем ты лучше меня? — почти шепотом спросил Кисе, поднимая голову и смотря на девушку. — Я хотя бы осознаю, что совершил и продолжаю жить с этим. А ты? Стоило один раз оступиться, и ты уже сдалась. Закрылась от всего мира и боишься выйти из своей скорлупы. Можешь и дальше меня ненавидеть и думать, что во всем виноват я, но ты бежишь от проблемы, а не я. За столиком повисла мертвая тишина, и Касамацу стало казаться, что сейчас действительно прольется чья-то кровь. Кисе снова поник, но теперь и взгляд Химэ изменился. Капитан видел, как она борется со слезами. Слова Кисе ее очень сильно задели, но она не хотела это показывать. Старалась быть сильной, но капитан совершенно не понимал, что в словах Кисе так задело девушку. — Эх, вот и поели в тишине, — сказал Касамацу, выкидывая остаток сэндвича в помойку. ***** Тренировка баскетбольной команды уже началась. Хотя Айе казалось, что она даже не кончалась. С приходом Акаши, баскетболисты почти стали жить в спортзале, а толпы юных воздыхательниц толпились у входа. Акаши действительно был симпатичным, а гетерохромия делала его каким-то необычным. Все кругом мечтали об этом ледяном принце, который знает только баскетбол и шоги. Девушек для него не существовало. Айя протиснулась в спортзал, держа в руке бутылку воды. Тренер заметил девушку и подозвал ее к себе. Ракузан любили новшества во всем. В этом году они решили создать черлидеров, чтобы поддерживать команды. Айя была выбрана капитаном, но после того, как Нуа сломала себе руку. — Да, тренер. — Айя, завтра соревнования у футбольной команды, и черлидерам нужно быть там. Мистер Асака отпросил вас на целый день. Утром можете провести тренировку, а в двенадцать начинаются соревнования. — Хорошо. Самое сложно сейчас было собрать черлидеров вместе. После исключения Нуы, все стали думать, что именно Айя постаралась убрать соперницу и все реже посещали тренировки. Может новость о выступлениях заставит их снова объединиться. Сыграют роль хорошей команды и разойдутся. Всех же устраивает такой же распорядок: вместе только тогда, когда это требуется, а в остальные дни каждый сам по себе. Айя не собиралась становиться второй Нуа. Ей было и в своей шкуре хорошо. — Акаши-кун! — крикнула Айя, когда заметила, что капитан покидает поле. Сейджуро остановился, чтобы подождать девушку, которая уже на всех порах мчалась к нему. Айя не была исключением и полностью была очарована капитаном баскетбольной команды. Богат, красив, умен, набор качеств, которые могут свести с ума любую женщину. — Это тебе. Айя протянула бутылку воды. Акаши взял ее из рук девушки и продолжил на нее смотреть. В груди Айи бешено стучало сердце. Она начинала краснеть и постаралась перевести свой взгляд куда угодно, только чтобы не смотреть в глаза Сейджуро. Ей хотелось радоваться, что он не отверг ее угощения, а принял, так еще и смотрит на нее. — Айя, верно? — заговорил капитан, прерывая их молчание. Девушка кивнула, чувствуя, как по всему телу прошлась дрожь, когда он назвал ее по имени. — Видел я твои стремления, за которые тебя назначали капитаном. В следующий раз, лучше проверяй поблизости людей. Злорадная ухмылка Акаши стерла всю радость с лица девушки. Она никогда не обращала внимание на то, что про нее говорят. Она пользовалась правилом «То, что не доказано, просто слух.» Сейчас же, Акаши явно дал понять, что он все знает. Айе до сих пор не по себе, что она так поступила. Жалко? Стыдно? Нет, просто это было неожиданно, в какой-то момент просто что-то щелкнуло в голове, и она просто толкнула Нуа, а та упала со сцены прямо на руку. Нуа никому так ничего и не сказала, решив, что это останется только между ними, а потом ее отца по работе отправили в Москву, и Нуа пришлось уехать. — Заигрываешь с Акаши-куном? — сдерживая смех, спросил Котаро. — Не твое дело! — огрызнулась Айя. — Как всегда, сама добродушность. — Это ты меня упрекаешь в злости, «Мистер я недостоин идеальной Химэ»? Найди в себе уже силы позвонить ей. Котаро немного опешил, когда услышал имя подруги. Ему было проще делать вид, что ее не существует. После того случая на прослушивании, когда он не пришел, потому что был слишком зол, что у него ничего не получилось, а она сейчас в шаге от своей мечты, он решил, что проще будет избегать ее до тех пор, пока не сможет показать ей кубок победителя. Было страшно показаться ей на глаза после проигрыша. Страшно было подумать, что она увидит совершенно другого Котаро, который уже ничем не походил на того парнишку, которого она знала. Стать лучшим, чтобы с гордостью можно было смотреть в глаза той, силой которой всегда восхищался. Наверное, в этом и есть странность человечества. Мы ищем себе идеального человека, чтобы потом всю жизнь стремиться к тому, чтобы достать до него. ***** Аомине не спешил открывать дверь. Карен никогда не была в общежитии. С первых минут знакомств ей казалось, что Дайки, это тот тип людей, которые живут в огромном замке и едят икру, а на самом деле вот как. Баскетболист написал адрес общежития Академии ТОО, Карен поначалу даже показалось, что он просто решил поиздеваться над ней, но когда он все же открыл дверь, то сомнений не осталось. — Мда. — Чего? — Я думала ты живешь, в каком-нибудь другом месте, а не в этом клоповнике. Ты не создаешь образ нищего парня. — По-твоему мнению только нищие живут в общежитие? — Да. Аомине закрыл дверь, когда Карен соизволила вступить на порог его комнаты. Девушка осмотрела помещение, в котором обитал этот качок, и пришла к выводу, что в этом парне явно все не так просто. Учебники были сброшены на пол, и почему-то сомнений, что это его, совсем не было. Кровать небрежно застелена, а на столе совершенно не было места. — И в этом свинарнике мы должны заниматься? — Можешь убраться, — произнес Аомине, заваливаясь на кровать. Карен посмотрела на парня, держась из последних сил, чтобы не ударить его. Ей пришлось сбросить со стула одежду, прежде чем сесть на него. Парень уже закрыл глаза и видимо надеялся, что Карен ушла, но тут сквозь прекрасную тишину до его слуха добралось нудные слова. Ему пришлось приоткрыть один глаз, чтобы посмотреть, в чем дело. Девушка уселась на стул, перекинув нога на ногу и читая учебник по математике. Дайки это стало усыплять, но он пытался бороться со сном. Все же ему не хотелось бросать баскетбол, каким бы скучным он не был, все же он его любил. Тренер ясно дал понять, что если Дайки завалит этот тест, то его вышвырнут из команды. Баскетбол был причиной, по которой он еще не бросил эту школу. Мать в больнице, а отец не собирается от нее отходить и на шаг, думая, что его присутствие поможет ей вылечиться. Дайки же думал, что все это бестолку. В таких ситуациях людей бросают и выгоняют из семьи, стараясь сделать все возможное, чтобы о нем никто не узнал. Отец же был романтиком, считая, что любовью можно помочь, надеясь, что однажды мать Дайки покинет клинику. Уединение Аомине прервала потная майка, которая упала ему на лицо. Одной рукой он приподнял тряпку, чтобы посмотреть, что задумала эта женщина. Она все так же продолжала сидеть на стуле, только теперь смотрела на него. — Я проверяла, спишь ты или нет. — Долго мне еще это слушать? — Прошло только полчаса. — Тогда не буди меня, когда будешь уходить. Аомине вернул на место майку и снова стал думать о маме. Только теперь до его слуха не долетало нудное бормотание этой девушки. Ее голос прямо заставлял Дайки думать о матери. Она когда не кричала, то говорила очень тихо, погружая слушателей в то, о чем говорит. Становилась даже спокойно. — Ты же не спишь. Аомине не стал отвечать. Пускай эта особа думает, что ошиблась в своих догадках. Что-то скрипнула. Скорее всего, это была сумка. Дальше послышались шаги. Дверь сильно хлопнула, что рядом что-то упало. Дайки сбросил с себя майку и уставился в потолок.