Светлая Луна и Тусклое Солнце (СЛИТС)

Мы не были одиноки с Евой. Мы были всегда вместе. И нам никто не нужен и по сей день. Мы не близнецы. Мы двойняшки. Но что-то особое нас связывало. Я был защитником. Поклялся на похоронах мамы, что буду её защищать, никогда и никому не дам в обиду. Это было моим смыслом жизни. До последнего защищать Еву. Я приходил домой весь в ссадинах, царапинах и крови, потому что какие-то ублюдки посмели назвать её шлюхой. Я не задумывался, что об этом думает моя сестра. Я был жесток с животными, родителями, с остальными людьми… Но я никогда не был жесток к ней, к Еве. Я собирал коллекцию острых предметов. У меня было все — от отвертки до пилы. На каждом инструменте дата. Да, я пометил их для себя. Это как альбом с фотографиями. А еще я носил с собой несколько прядей волос своей сестры. У них с мамой одинаковые волосы. Только Евины я всегда отличал от маминых. Я носил их во внутреннем кармане куртки. Ева отличается от других девушек. Это скорее всего из-за шизофрении, которую так и не удалось вылечить в психиатрической больнице. Но я убеждал себя в обратном. Её волосы, смех, кожа, поцелуи… Они были не такими, как у других. Таким бы волосам завидовала каждая. Смех её дикий и безумный поглощает твое сознание. Кожа ее была чуть грубовата из-за домашней работы. А когда Ева была ребенком, то я любил брать её за руку, за тонкое запястье. Поцелуи? Мы жадничали друг другом. Голова моя начинала пульсировать, дышать я совсем не мог. Я оставлял Еве синяки на теле от порывов страсти, но… Моя сестра не обижалась. На эту девушку нельзя сердиться, даже если хочется. Ты можешь злиться, но эта злость такая незначительная. Как будто наши ссоры и крики были простым разговором. Ева напоминает мне Луну. Такую грустную и мечтающую о чем-то Луну. Такая же невзрачная, серая, но светлая. «Я уничтожу Солнце, чтобы ты была всегда на небе, слышишь?» Какой я был глупый. И сейчас я глупый…