Strong

One Direction – Diana Солнце Калифорнии беспощадно в двенадцать часов дня, поэтому Татьяна стояла около своего магазина в ожидании Найла в темных очках, соломенной шляпе, в длинной ситцевой юбке голубого цвета и белом топике. Она нервно теребила свой телефон, а ее ладошки все сильнее потели. Брюнетка сходила с ума от беспокойства и все думала, что лучше всего сказать и как поступить. Вдруг в поле зрения появился черный Рендж Ровер, буквально ослепляющий своей чистой лобовых стекол. Татьяна обернулась и увидела сестру, которая одними губами шептала ей:"Все будет хорошо" — Привет, — поздоровался парень, останавливаясь возле нее, не выходя из машины. Он также был в черных очках. — Привет, — неловко проговорила Татьяна, пряча телефон в коричневую замшевую сумку. — Садись, — посмеялся Хоран, замечая как неловко девушка мнется, потирая свои плечи. — Оу, конечно, — покраснела она и села в машину, все также смущенно поглядывая на Найла. Тот не спускал с нее глаз и он не понимал, что с ней происходит. Вчера она была веселая, танцевала, он не видел ее измученных глаз, потому что вместо них были яркие искорки, излучавшие смех и радость. Что же случилось? Может он что-то сделал? Убавив громкость музыки, парень все-таки осмелился задать этот вопрос. — Татьяна, — начал он, и девушка оторвала свой взгляд от окна. — Что случилось? Я в чем-то провинился перед тобой? Сказал, сделал что-то не то? — Нет, — тихо ответила Татьяна и опустила взгляд. Какой-то барьер не давал ей не лгать ему. — Тогда почему ты молчишь? Не смотришь на меня даже. Почему? — Я просто устала, — вздохнула она и оперлась головой на руку. — Ясно, — слегка раздраженно проговорил Найл, и они завернули на право, подъезжая к зданию, куда вчера отвозили близнецов. На улице стояла тишина, здесь совсем немноголюдное место. Забирая детей, Татьяна всем сердцем была благодарна этой женщине, и поэтому оставила ей чаевых. Найл все больше не понимал девушку, но молчал. Когда они вышли, то на них уже накинулись несколько папарацци. Пока "парочка" шла к машине, Хоран заметил, как Татьяна морщится. Так вот, что ее беспокоит... Её беспокоит его популярность, да как же он сразу не мог догадаться? — Татьяна, дело все в моей популярности? — прямо спросил Найл, когда они сели в автомобиль и немного отвязались от надоедливых папарацци. Она молчала. Не знала, что и сказать. Да, в популярности, но это одна из немногих причин, почему она не хочет с ним встречаться и даже дружить. — Татьяна, — настойчивее проговорил блондин, но она все не говорила. —Татьяна! — громче. — Татьяна!!!! — закричал он и свернул на обочину. Из глаз девушки хлынули слезы. — Можешь сказать в чем проблема, — потребовал Хоран. — Когда я с тобой, то я теряю контроль, — промолвила брюнетка, сглатывая слезы. В машине повисла тишина, только близнецы изредка толклись и произносили какие-то непонятные звуки. — В смысле? — решился нарушить тишину Найл. — Найл, неужели ты не понимаешь, — повернулась Татьяна, и он увидел ее заплаканное лицо, отчего становилось так жаль ее. — Ты свободен, а я нет! — Ты о чем, милая? — прошептал Хоран, взяв ее лицо в свои руки, но она вырвалась. — Да о том. Найл, у тебя нету детей, сестер, тебе не о ком заботится кроме себя! Понимаешь? Моя жизнь окончена, моим интересам конец, моя жизнь — это дети, на этом точка! — Татьяна заплакала. У нее началась истерика. Найл лишь долго и пристально глядел на девушку, а потом молча завел машину, даже не зная, как ее ободрить и успокоить, ведь все сказанное было отчасти правдой. Как только они приехали к магазину, Татьяна уже собиралась выходить из машины, но Хоран схватил ее за руку: — Татьяна... — Прощай, Найл, спасибо тебе за все, — грустно улыбнулась она, и вышла из машины, забрала детей и скрылась за дверью магазина.