Людьми правят предрассудки

— ЛИДИЯ!!!       Чертыхнувшись, будто громом поражённая, волшебница обернулась на крик и тут же была стиснута в крепких объятиях. Тёмные волосы, заплетённые в две косички, начали щекотать лицо, но Вест, не обратив на это внимания, обняла Анджелину в ответ, уткнувшись ей носом в шею.       Когда со стороны купе, из которого вылетела Джонсон, послышался злорадный смешок, подруги оторвались друг от друга. Анджелина с неприязнью, вовсе ей не свойственной, уставилась на Алисию, а Лидия вскинула бровь, не до конца понимая, почему Спиннет так себя ведёт — весь её вид говорит о том, что к ней лучше не подходить и лучше держаться подальше на расстоянии километра, если не меньше. — Что-то не так? — стараясь казаться дружелюбной, спрашивает Лидия.       Алисия же, ничего не сказав, скрылась в купе. Переглянувшись, подруги зашли в купе следом, но перед этим Анджелина покрутила пальцем у виска, давая понять, что сейчас Алс не в себе и вряд ли скоро станет нормальной.       За окном уже замелькали деревья, местами окрашенные в осенний наряд. Затолкав чемодан на багажную полку, Вест села на диван, спиной к окну, и вытянула ноги. После этого мимо купе прошёл какой-то парень из Когтеврана, который, если сказать честно, был настроен ничем не лучше Алисии. Кажется, что против Лидии все те, кому она когда-то не угадила. Но кто же тот парень, если он вообще ей знаком? — Как каникулы? — нарушает тишину Алисия, сложив руки на груди. — Отлично! — фыркает Лидия, — Особенно после того, как я узнала о вашем с Джорджем разрыве!       Во взгляде Алисии что-то вспыхнуло и тут же погасло. Хмыкнув, Вест откинула голову назад, упираясь затылком в стену, и прикрыла глаза. Лёгкие покачивания поезда действуют усыпляюще, особенно после бессонной ночи, проведённой за доработкой одной из шальной сладости (они всё же успели восстановить запас канареечных помадок). — Лучше бы тебя не допустили к занятиям, — растягивая слова, точь-в-точь как Драко Малфой, говорит Спиннет. — Ты бы с тоном поаккуратней, — советует Вест, склонив голову набок и, открыв глаза, смотрит на, похоже, соперницу внимательным взглядом, — Если ты не в курсе последних школьных событий, то Малфой дважды получил по носу.       Если бы взглядом можно убить, то рядом с Фредом Уизли хоронили Алисию. Только без почестей и всяких ленточек с грустными словами. На могиле бы даже цветы не росли, если бы Лидия этого захотела.       Дверь в купе открывается и заходят близнецы. С непониманием уставившись на подруг, которые друг в друге почти дырку на прожигают, парни сами переглянулись и расселись по диванам, чтобы расцепить девушек, если те захотят подраться в самом поезде. В Хогвартсе — сколько хотите, столько и лежите в Больничном крыле. Но поезд — священное место, которое даже сами рыжики не трогают, хотя, к слову, старались поначалу взорвать что-нибудь в экспрессе. — О, идеальная пара, — говорит Алс, когда Джордж садится в ноги Лидии и старается убедить её убрать «щупальца», а то места мало. Девушка, нехотя, поджимает ноги и снова закрывает глаза.       Лидия не обращает внимания на слова бывшей подруги, сложив руки на коленях. Джордж тоже постарался не обращать внимания, достав из кармана куртки какие-то конфетки и протянув Анджи с Лидс. Девушки с недоверием посмотрели на сладости. — Не волнуйтесь, на вас экспериментировать не будем, — смеётся Фред, — Это просто конфетки. Мы встретили тележку со сладостями по пути сюда.       Девушки всё же взяли две штучки на каждую, но есть не спешили. Положив конфеты на стол между диванами, они продолжили молча за чем-то наблюдать. — Вам не надоело? — снова нарушает тишину Алисия, — Сидите тут, будто меня нет!       Лидия, недовольно фыркнув, переводит взгляд с лица Джорджа — зачем только рассматривает его? — на гриффиндорку. Спустя секунду чья-то рука несильно сжимает голень, призывая не нарываться на неприятности посреди поездки, а то другие ученики Хогвартса будут злы на неё.       Тележка со сладостями подъехала к их купе. Фред, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, вышел на пару минут и вернулся с горой сладостей в руках. Лидия с удивлением посмотрела на него, но решила не гадать, откуда у друга хватило денег на такое добро.

***

      После Распределения первокурсников, как и положено, начался пир. Фред и Джордж уже собирались смыться по-тихому из зала, чтобы успеть до конца пиршества притащить из «Сладкого королевства» несколько бутылок сливочного пива и других продуктов, как Дамблдор поднялся со своего места и, с хитринкой в глазах посмотрев на наше трио, начал свою речь.       И вроде бы ничего не было такого, что могло бы ввести в шок друзей Лидии. Но когда Дамблдор начал говорить о деревне Хогсмид, она сильно засомневалась в собственных мыслях. — Как и всегда, мне хотелось бы напомнить, что Запретный лес является для студентов запретной территорией, равно как и деревня Хогсмид — её не разрешается посещать тем, кто младше третьего курса. Так же для меня является неприятной обязанностью сообщить вам, что межфакультетского чемпионата по квиддичу в этом году не будет.       Лучшие друзья разинули рты и онемели от шока, во все глаза смотря на директора школы. Кажется, что это его очередная шутка, но… в это не очень-то и верится, вспоминая последние события. И всё же Лидия надеется, что отмена квиддича не связана с Чемпионатом мира. — Это связано с событиями, которые должны начаться в октябре и продолжиться весь учебный год — они требуют от преподавателей всего их времени и энергии, но уверен, что вам это доставит истинное наслаждение. С большим удовольствием объявляю, что в этом году в Хогвартсе…       Его заглушил раскат грома и двери, широко распахнувшиеся в этот момент, представляя всем студентам нового члена профессорской команды.       Некто, кто походил под описание Грозного Глаза Грюма (Билл рассказывал Лидии об этом мракоборце в один из вечеров перед Чемпионатом), опирался на длинный посох и был закутан в дорожный плащ, с которого струйками стекала дождевая вода.       Незнакомец прошёл к столу профессоров, прихрамывая, не обращая внимания на сотни вопросительных взглядов, устремлённых на него. Лидия приподняла правую бровь, склонила голову на левую сторону, и встретилась взглядом с Седриком, тоже ничего не понимающим.       Очередная вспышка молнии озарила лицо гостя. Это был тот самый Грюм, про которого рассказывал Уизли. Только немного он не подходил под описание, но факт остаётся фактом — Грозный Глаз стал новым преподавателем по Защите от Тёмных искусств.       Алисию, сидящую рядом с Кэти, заметно передёрнуло, когда вспышка показала лицо Грюма. На месте второго глаза, нормального и тёмного, находился огромный глаз ярко-голубого цвета. И именно этот глаз смотрел прямо на Спиннет, когда второй был направлен на директора школы. Жуть. — Позвольте представить вам нашего нового преподавателя Защиты от Тёмных искусств, — жизнерадостно объявил Альбус, — Профессор Грюм!       В прошлом году Люпина встречали аплодисментами, вызванными его потрёпанным видом. В позапрошлом громко хлопали любительницы Златопуста Локонса, который всё своё время уделял на собственные портреты, Гарри и саму Лидию. Но в этом году не было никаких дружных аплодисментов. А если они и были, то унылые и совсем не громкие, и вскоре они все затихали.       За каждым столом, даже за слизеринским, начали перешёптываться, переспрашивая, не ослышались ли они. — Как я и говорил, — Дамблдор улыбнулся всем, — В ближайшие месяцы мы будем иметь честь принимать у себя чрезвычайно волнующее мероприятие, какого ещё не было в этом веке. С громадным удовольствием сообщаю вам, что в этом году в Хогвартсе состоится Турнир Трёх Волшебников! — Вы ШУТИТЕ!!! — крикнул на весь зал Фред, вскочив и опрокинув кубок Лидии, в котором, слава Мерлину, уже не было ни капли тыквенного сока.       Все засмеялись, Альбус понимающе хмыкнул, а Лидия и Джордж ошарашено смотрели на друга, а затем и на Величайшего волшебника. Вот только если рыжики понимали, что к чему, Лидс не до конца вникала в слова старика. — Я вовсе не шучу, мистер Уизли, — сказал он, — Хотя, если уж вы заговорили на эту тему, я этим летом слышал анекдот. словом, заходят однажды в бар тролль, ведьма и лепрекон…       Все с пониманием переглянулись. МакГонагалл же многозначительно кашлянула.

***

— ОН ШУТИТ! — не унимался Фред, полу-лёжа, полу-сидя на своей кровати и покручивая в руке бутылку сливочного пива.       Лидия стоит возле кровати Джорджа, облокотившись спиной об одну из маленьких колонн, держащих полог, и задумчиво смотрит на тёмное небо через окно. Комната погружена в полу-мрак, лишь печка посреди спальни изредка громыхает и кидает тусклый свет в разные стороны.       Но для них это нормально. Они не стараются зажечь лампы, не шепчут «Люмос!» Они просто разговаривают на тему Турнира, точнее, объясняют Вест, что это такое, ведь даже объяснение Дамблдора не очень-то развеяло сомнения. — Вы же не собираетесь провести этого судью? — спрашивает девушка, после делает глоток пива. — Собираемся, конечно! — недоумённо говорит Джордж, — Подруга, выигрыш — тысяча галлеонов! — Жизнь бесценна, кретин, — хмыкает Анджелина, — А вы хотите рисковать из-за каких-то денег!       Подруги переглядываются, сходясь в одном — они не должны допустить Уизли участвовать в Турнире.       Близнецы тоже переглядываются, но думают совсем о другом. Закусив губу, чтобы не рассмеяться, Джордж откидывает чёлку со лба, запутавшись пальцами в нескольких локонах длинных волос, и хитро смотрит на лучшую подругу. — Что задумали? — всего лишь спрашивает, даже не смотря в их сторону.       Она просто хорошо их знает. И если они молчат, то точно что-то придумали. — Ты поможешь нам обойти судью, — начинает Фред. — И если у нас получится это сделать, то ты позволяешь поцеловать себя в щёку! — заканчивает Джордж.       Гриффиндорка вскидывает бровь, сжимая пальцами бутылку. Поцеловать в щёку? Вроде бы безобидное желание, тем более, друзья так уже делали и ничего такого не происходило. Но почему тогда она чувствует, как краснеют те самые щёки, о которых идёт речь? — Хорошо, — соглашается волшебница, искренне радуясь, что стоит в темноте и не видно её состояния, — Но если я выиграю, вы неделю делаете за меня домашнюю работу.       Им не нужно специального заклинания, чтобы поспорить. Им не нужен Непреложный Обет, чтобы потом действительно расстаться с жизнью.       Они просто шутят. Просто спорят. Просто…